Святые грешники

Ожидание становилось невыносимым. Они не знали точного дня нападения, но Разиэль рассматривал это как очередную проверку, которую ему требовалось пройти. Если он и впрямь заслуживал места советника Малека-паладина, он сможет выдержать испытание неизвестностью. Ведь лорд Мёбиус не сможет быть рядом всегда, чтобы предупредить его об угрозе. Лорд Мёбиус не желал ему зла и руководствовался соображениями общего блага. Снова и снова Разиэль повторял эту мысль, словно мантру. Если лорд Мёбиус не предупредил его заранее об угрозе его родителям, значит, их просто нельзя было спасти. Как иронично… Мать всегда боялась, что Разиэль погибнет в ордене. Но если бы он послушал её и остался дома, то тогда разделил бы участь остальных жителей родного селения. Нет, сидеть и надеяться, что опасность минует, было нельзя. Нужно было учиться сражаться с ней. Сражаться и защищать других. Пусть даже кого-то приходилось приносить в жертву ради победы. Или что-то — отношения Разиэля с членами его собственной группы становились всё холоднее. Турэл едва разговаривал с ним, а Зефон, Доума и Мелкайя часто награждали долгими задумчивыми взглядами, смысл которых Разиэль не мог разгадать. Когда он спросил Доуму, как самого прямолинейного, тот ответил, что беспокоится о Разиэле, но командир не совсем ему поверил. Ему казалось, что Рахаба не было целую вечность, и когда лучник вернулся с грузом, Разиэль, узнав об этом, еле подавил порыв тотчас разыскать его и хотя бы обняться, но вместо этого он пошёл в один из кабинетов в гарнизоне и приказал, чтобы Рахаба проводили к нему для доклада. Когда лучник вошёл, сердце Разиэля на миг дрогнуло: Рахаб казался очень усталым. Порыв подойти и обнять стал почти невыносимым, и Разиэль сжал руки в кулаки, давя неуместную сентиментальность. Рахаб несколько секунд молча смотрел на него, похоже, не зная, в какой форме лучше начинать отчёт. — Привет, — сказал Разиэль, прервав молчание. — Рад, что ты вернулся. Как… прошла поездка? — Привет, — Рахаб кивнул ему. — Хорошо. Осложнений почти не было, и я привёз нам «вино» высшей пробы — очень крепкое. — Отлично, — Разиэль улыбнулся, но тотчас нахмурился и чуть склонил голову. — Почти не было осложнений? То есть, что-то всё же произошло? — Да, — кивнул Рахаб. — На территорию проникла женщина, возможно, с целью шпионажа. Она утверждает, что действительно хотела выяснить, с какой целью мы приезжали, но по просьбе мэра города, а с вампирами не сотрудничает. У меня не было способа проверить, сколько правды в её словах. — И что ты сделал? — спросил Разиэль. — Я… привёз её сюда, — сказал Рахаб. — Она ведь и правда может быть невиновной. — Она сама созналась, что шпионила за нами, — ответил Разиэль с нажимом. — Не важно, на кого. Для чего ты притащил с собой шпионку? — Если она лишь выполняла просьбу мэра, то не заслуживает смерти, — сказал Рахаб. — И потом, она — вдова с маленькими детьми. Мэр действительно мог легко надавить на неё. — И это по-твоему оправдание? — А ты бы хотел, чтобы я убил её? Как убил Джоэля? — спросил Рахаб. — Рази, я не узнаю тебя. Я пощадил её, потому что не хочу превратиться в чудовище. И привёз сюда потому, что не мог оставить там, чтобы она ничего не рассказала своему нанимателю, кто бы он ни был. — А её дети? — спросил Разиэль. — Как они без матери? — Я оставил им денег, которых должно хватить до её возвращения, — ответил Рахаб. — И это — единственная причина твоего решения? — спросил Разиэль. — Что ты имеешь в виду?.. — спросил Рахаб, нахмурившись, затем добавил: — Ну вообще… было ещё кое-что. Он подошёл ближе к столу Разиэля и заговорил совсем тихо, опустив глаза. — Помнишь, ты говорил, что нам нужно убедить других рыцарей, что между нами ничего нет? Я… решил сделать вид, что пощадил эту женщину, Сариэль, потому что я… испытываю интерес к ней. — А на самом деле?.. Рахаб растерянно посмотрел на Разиэля. — На самом деле… Постой, ты же сам говорил, что… — Рахаб было поднял голос, но вовремя спохватился и снова заговорил тише. — Ты говорил, что будет даже к лучшему, если я пересплю с женщиной, чтобы отвести от нас возможные подозрения. Но я не сделал этого! Я лишь сделал вид! Я не смогу тебя предать, даже если ты сам о подобном попросишь. Разиэль не отвечал, осознав всю абсурдность собственных обвинений. В конечном итоге… он ведь не просто притворялся: он сделал это. Он переспал со шлюхой, пусть даже и с согласия Рахаба. Он тяжело вздохнул и спрятал лицо в ладони, затем почувствовал осторожное прикосновение к плечу. Разиэль посмотрел на Рахаба снова, но если раньше в его глазах читались подозрительность и холод, то теперь — усталость и боль. — Прости… — прошептал он. — Мне кажется, я с ума схожу. Вся эта подготовка, неопределённость, ожидание боя… Ещё и после того, что случилось с родителями и Тэссой… — Тэссой? — переспросил Рахаб. — Да, это… моя подруга детства. Она погибла уже давно, но я… с возрастом смог позабыть о ней. Теперь же, после смерти родителей, я снова вспомнил. Я тогда сам был мальчишкой… но мне почему-то кажется, что всё из-за меня. Что они решили переехать потому, что я заявил, что женюсь на Тэссе. И в дороге их… Разиэль замолк, а Рахаб так и продолжал стоять рядом, не зная, что сказать или сделать. Наверное, стоило поддержать Разиэля, но после обвинений в неверности он просто не мог выдавить из себя ни слова сочувствия, ведь речь шла не просто о подруге, а, похоже, о первой любви. Пусть даже эта любовь была совсем детской и вряд ли могла перерасти в настоящее чувство даже в том случае, если бы Тэсса не погибла, но… что, если переросла бы? Было очень нехорошо радоваться смерти безвинной девочки, но… но Рахабу сейчас очень захотелось самому увидеть её труп. — Что-то важное случилось, пока меня не было? — спросил Рахаб, переводя тему. — Нет, — ответил Разиэль. — Ничего такого. Одного рыцаря зарезали ночью в переулке, но это всё. — И ты не считаешь это важным?! — Это было ожидаемо, — Разиэль пожал плечами. — Слишком многие продолжали несерьёзно относиться к возможному нападению на город. И вот результат. Зато остальные наконец стали осторожнее. — Мне нужно идти, — сказал Рахаб. — Проконтролировать разгрузку. Ты со мной? — Да. Пожалуй, да. Нужно лично посмотреть, чего и сколько тебе удалось привезти. Всю дорогу они так и продолжали перебрасываться скованными фразами и осторожными взглядами, пока не разошлись по своим квартирам. Вернувшись к себе, Разиэль неожиданно ощутил, как к горлу подступают слёзы. Почему он не сказал хотя бы о том, что скучал?! Он так стремился сохранить дистанцию с Рахабом, словно боялся, что одно неосторожное слово или жест вдребезги разобьют его выдержку. Он что, настолько слабый?! Впрочем, он уже позволил своим чувствам взять верх над здравым смыслом. Выходило, что да — настолько. Спустя пару дней после возвращения Рахаба Разиэль, закончив обход городских улиц, пришёл в квартиру Турэла. Некоторое время он стоял перед дверью, не решаясь постучать. Сцена отвратительно напоминала ему о вечере, когда он вот так же стоял перед дверью борделя, спрашивая себя, что он вообще делает. Но тогда он убедил себя, что делает именно то, что нужно. Помириться с лучшим другом и заместителем тоже определённо входило в разряд «нужного». Разиэль постучал. Из-за двери донеслось глухое предложение войти. Открыв дверь, Разиэль сразу прошёл в небольшую кухню, откуда и звучал голос, и удивился, увидев, что Турэл не один: за столом, обхватив двумя руками чашку с горячим отваром, сидел Зефон. — Что-то случилось? — спросил Турэл коротко. — Нет. Я просто… хотел с тобой поговорить, — сказал Разиэль. — Говори. Разиэль посмотрел на Зефона. Тот, секунду выдержав его взгляд, начал подниматься из-за стола. — Говори, Разиэль, — повторил Турэл. — При Зефоне. Меня его присутствие не смущает. Разиэль еле удержался от ядовитого комментария, что отношения Турэла и Зефона, похоже, стали ещё ближе, чем между ним самим и Рахабом, но удержался. Зефон медленно опустился обратно на стул и теперь переводил настороженный взгляд с одного сослуживца на другого. — Я… хотел позвать тебя на тренировку, — сказал Разиэль. — Только что ты хотел поговорить, — заметил Турэл. — Я хотел позвать тебя на тренировку и поговорить. Как вижу, ты свободен. — Я не в настроении. — Рэл, вообще-то… я могу приказать. — А я могу это проигнорировать. Я на сегодня закончил дежурить, и, пока вампиры не напали, ты не можешь заставить меня тренироваться с тобой вне расписания. Разиэль очень глубоко вздохнул. Турэл смотрел на него, почти не мигая, сидя за столом возле Зефона и медленно попивая свой отвар. — Рэл, прости, — сказал Разиэль. — Те мои слова… Я сам не знаю, что на меня нашло. Я не должен был говорить такого. — Мне… точно не следует уйти? — спросил Зефон, впервые подав голос. — Не следует, — ответил Турэл. — Разиэлю будет полезно при свидетелях признать свои ошибки. — Я ведь уже… — протянул Разиэль. — Как ещё мне следует перед тобой извиниться? Голову склонить? — Это уж ты сам придумай, — сказал Турэл. — Из всего, что ты мог сказать… ты ударил в самое больное место. — Да… — Разиэль опустил глаза. — Я понимаю. Но, честно сказать… я просто не знаю, как мне теперь перед тобой оправдаться. Рэл, прошу тебя… ты же знаешь, я бываю тем ещё дурнем. Но я надеюсь, что ты найдёшь в себе силы простить мою дурость ещё один раз. — Это будет непросто, — сказал Турэл. — Потренируемся вместе завтра — сегодня я и правда устал. Идёт? — Идёт. Спасибо. И… до завтра. Разиэль ушёл, и пара рыцарей какое-то время сидела в тишине. Зефон допил свою кружку, затем спросил: — В самое больное место… Можешь не рассказывать, но… — Когда-то из-за моей ошибки погибли люди, — сказал Турэл. — Разиэль напомнил мне об этом, прекрасно зная, насколько сильно это меня ранит. Простить ему это… будет непросто, хоть я и сам хочу сохранить нашу дружбу. Может, если я смогу пару раз выбить из него дерьмо на тренировке, станет полегче. Они молчали ещё некоторое время, глядя на уютно потрескивающее пламя в очаге. Затем Зефон подал голос снова: — Меня беспокоит то, что с ним происходит. Словно… мы теряем его. — Надеюсь, всё пройдёт, когда мы покинем этот проклятый город, — сказал Турэл. — Почему сюда направили именно нас? Разве лорд Мёбиус не знал, что Разиэль на этой миссии увидит смерть своих родителей? Или… он этого и добивался? — Но зачем? — спросил Зефон. — Что Хранитель получит, если сердце Разиэля ожесточится и из идеалиста он станет фанатиком? — Не могу сказать. Но мне тоже не нравятся эти перемены. Зефон ничего не ответил и пошёл к очагу, чтобы сделать ещё одну порцию отвара. Он вспоминал их вылазки во время отгулов и совместные попойки. Когда они вернутся в крепость, им будет что отметить. Но он был почти уверен, что такими, как раньше, их посиделки уже не будут.

***

Над городом пронёсся громогласный звон колокола. Разиэль подскочил на кровати, затем схватился за меч. Нападение. Началось. Он принялся быстро одеваться, пытаясь понять, который сейчас час и кто должен был быть на позициях. Доума и Зефон. Отлично. Теперь оставалось вспомнить, где должен был быть сам Разиэль. Юго-западная часть стены, хорошо укреплённая, но наиболее близкая к Термогентскому лесу. Следовало как можно быстрее бежать туда. Пока Разиэль торопливо надевал шлем и поправлял ножны с мечом, в голове проносились обсуждения и планы, схемы подготовленных ловушек и тактики. Лишь бы все всё помнили так же хорошо, как и он… Лишь бы никто из рыцарей на дежурстве не растерялся… Если кровопийц действительно много и они хотя бы в одном месте пробьются на улицы, у рыцарей будут огромные проблемы. Многоголосый хор колоколов становился всё громче — это была идея Зефона, когда они обсуждали, что слух вампиров острее, чем у людей. Обратить силу врага в слабость, дезориентировать его. Разиэль выбежал на улицу. По всей стене зажигались яркие огни — вторая часть основного плана. Третьей было то, что на каждом посте рыцарей было несколько дымовых бомб, источавших сильный даже для людей едковатый запах. Вампирам не прорвать их оборону. Им не забрать ещё больше жизней. Когда Разиэль подбежал к стене, часть огней погасла. Послышались крики. Вместе с ним к лестнице бежал отряд сэрафанцев, и Разиэль, заметив их, крикнул, приказывая остановиться и идти снизу к тому участку, где больше не было огней. Они успели вовремя — каким-то образом нейтрализовав часть рыцарей на стене, кровопийцы спускались вниз, в город. Но и там их встретила сталь клинков и доспехов. Вампиры были вооружены лучше, чем обычно — у них были настоящие мечи и копья. Но даже их сила и скорость не позволяла им противостоять рыцарям. Один попытался атаковать Разиэля, но выпад был настолько предсказуемым, что опытный храмовник увернулся, хоть они и сражались в плотном строю. Следующий выпад он отвёл мечом. Над головой пролетела дымовая бомба, а сверху снова зажёгся огонь, потом — полетели стрелы. Восемь вампиров, оказавшись между стеной и отрядом Разиэля, погибли очень быстро. Разиэль побежал дальше, на стену. На миг промелькнула мысль, как там остальные, но сейчас стоило оценить, что происходит на вверенном ему участке. Когда он вышел на стену, повалил снег, угрожая затушить защитные огни. Разиэлю пришлось снять шлем, чтобы не ограничивать себе обзор. Рыцари, защищавшие стену, работали чётко и слаженно, убирая тела и отводя раненых в ближайшую башню, место тех, кто больше не мог сражаться, занимали те, кто проснулся по тревоге. К Разиэлю подбежал старший дежурный офицер. — Господин храмовник! — Хорошая работа, — сказал Разиэль. — Много их было? — Да. Часть перенеслась на стену с помощью магии, затем остальные полезли по верёвкам. Наша магичка смогла пережечь часть верёвок, потом мы выкатили из башни бочку с водой и вылили в месте, где они лезли. Но большая часть пока отступила. Разиэль кивнул. Значит, эта атака может быть не последней. — Похоже, они только пробовали нашу защиту, так сказать, на зуб, — Разиэль усмехнулся собственной не слишком удачной шутке. — Маг, знающий заклинание Ночного Зрения, здесь? — Да, на башне, из которой вы пришли. Кивнув ещё раз, Разиэль поспешил обратно, затем, кинув короткий взгляд на тела, что пока сложили в углу помещения башни, наверх, на площадку. Там, под снегом, стояли двое — мужчина и женщина, оба в бледно-золотом одеянии. Разиэль приблизился к магам и спросил, щурясь на снежную круговерть: — Много их там? — Было три десятка как минимум, — ответил маг. — Пока они отошли вне поля моего зрения. Похоже, они подготовились не очень хорошо. — Надеюсь, — кивнул Разиэль. — Можешь мысленно связаться с другими постами? — Да, могу. — Передай, пусть притушат пока огни. У нас достаточно топлива, чтобы переждать эту ночь, но что, если они сейчас отойдут и нападут снова завтра? Маг кивнул. Разиэль задумался. Долго торчать под стенами вампиры не смогут — голод не позволит им, а сильный снег, хоть и сможет помочь сейчас, осложнит их продвижение в том случае, если они захотят уйти. Так что, скорее всего, они атакуют снова этой же ночью. Вопрос — в каком часу. Разиэль посмотрел на небо, но ни звёзд, ни луны не было видно из-за плотной завесы облаков. — Первую волну отбили на всех участках? — спросил он. — Да, — ответил маг. — Они напали с трёх сторон, но везде встретили достойный отпор. — Хорошо. Я прикажу особо выделить тех, кто был на дежурстве во время начала атаки. Снова потянулись долгие секунды ожидания, отсчитываемые падающими снежинками и облачками пара, что вырывались из-под шлемов рыцарей. Холод постепенно пробирался под доспехи, а ожидание превращалось в пытку. Колокола зазвучали снова; небо осветила магическая вспышка. — Северный фланг! — воскликнул маг. — Очень много… Связь оборвалась. — Пусть с каждого участка стены пошлют на север по десяток рыцарей! — приказал Разиэль и, надевая шлем, побежал вниз, едва не оступившись на лестнице. Уводить слишком много людей с других участков нельзя. Но северный фланг был защищён хуже всего — там был обрыв, уходящий прямо к озеру. Если вампиров там и впрямь много, защитники стены не выстоят. Похоже, маг-менталист на том участке уже убит… Быстро собрав людей, Разиэль повёл их прямо через городские улицы. Догадаются ли жители покинуть свои дома у стены и бежать ближе к центру? Лишь бы да… Ведь за своей игрой в скрытность Разиэль совсем не подумал о том, что стоило бы проинструктировать их… За городской ратушей широкой дороги не было, только пара улочек, и Разиэль приказал своим людям разделиться. Вот чего он хотел избежать… Бой в городских условиях всегда был проще для вампиров, чем для людей. Он осматривал окна и двери домов, но, к счастью, пока нигде не видел следов повреждений. Неожиданно спереди и сзади улицы возникли каменные стены — не слишком высокие, но рыцарям в тяжёлой броне нужно было бы время, чтобы преодолеть их. В них полетели тяжёлые стрелы. — За мной! — рявкнул Разиэль, выбивая дверь ближайшего дома. Ему повезло — засов оказался достаточно хлипким и не выдержал, когда Разиэль ударил в дверь всем своим весом. Внутри едва ли было что-то видно. Где-то в доме заплакал младенец. Послышался топот, и Разиэлю навстречу выбежал мужчина в ночнушке, сжимая в одной руке топор, а в другой — подсвечник, в котором тлела лучина. — Выход на крышу есть? — спросил Разиэль резко. — Только с улицы, — мужчина покачал головой. — Выход на другую улицу? Живо! — Там кладовка, — мужчина ткнул в темноту пальцем. — Веди. — Но… — Живо! Хозяин провёл их в соседнюю комнатушку, где лежали какие-то тюки и свёртки и пахло медленно преющим сеном. Он открыл засов и посторонился, выпуская Разиэля и других рыцарей. — Если есть подпол — прячьтесь туда, — сказал Разиэль. — И ребёнка заткните! Со стороны двери послышался шум — вампиры попытались последовать за убегающими из ловушки рыцарями, но были быстро отброшены. Кровопийцы на крышах… Вот этого Разиэль и боялся. Его взгляд упал на тюки. Рыцарям вампиров с крыш никак не выкурить. Если только… Он выхватил лучину из рук мужика и бросил её туда, где пахло сеном, затем схватил за плечо хозяина, который с криком бросился к огню. Здания были в основном каменными, а снег продолжал падать. Ущерб от пожара будет не настолько большим. Развернувшись, мужчина попытался ударить Разиэля топором, но тот выбил оружие из его рук и наконец вышел на улицу, давая знак остальным следовать за собой. Что бы ни хранилось в той кладовке, оно занялось быстро. В свете разгорающегося пожара Разиэль увидел тени, что перепрыгивали с крыши на крышу, спеша прочь. Один из вампиров упал в прыжке, поражённый стрелой кого-то из рыцарей. Почему-то Разиэлю подумалось, что это был Рахаб. Кто, если не он? — Увидите ещё вампиров на крышах — идите в дома и поджигайте, что горит! — приказал он. — Будем выкуривать эту нечисть. Сэрафанцы продвигались дальше к стене, оставляя за собой дым и огонь. Другие отряды медленно, но верно теснили вампиров обратно, пока наконец не скинули в озеро. Когда Разиэль и его люди закончили разбираться с теми, кто всё-таки пробрался в город, всё уже было кончено. А на рассвете настала пора считать потери. Они собрались в зале для совещаний в гарнизоне, где и обычно. Некоторые места теперь пустовали. К неудовольствию Разиэля, Сабаот всё ещё был жив. А ещё — был ранен Турэл. Вампир прыгнул на него сбоку и смог пробить доспех заклинанием, а потом сильно ранил в плечо. Но даже так Турэл продолжал вести людей и сражаться. К радости Разиэля, остальные члены его команды были в порядке. Они выслушали отчёт о потерях. К счастью, из мирного населения почти никто не пострадал — больше имущество из-за устроенного Разиэлем пожара. Но его расчёт оправдался — огонь и дым отпугнули вампиров, а из-за снегопада с пожаром удалось быстро справиться. Разиэль приказал выделить пострадавшим денежную компенсацию из орденских средств. — Части вампиров удалось отступить, — заметил Доума. — Было бы наивно полагать, что они все ринутся в город и полягут как один, — заметил Зефон. — Вопрос, будем ли мы их преследовать. — Думаешь, это разумно? — спросил Разиэль. — Я не думаю, что у них есть силы устроить нам ловушку, — сказал Зефон. — Но остаётся риск, что они позволят нам взять след небольшой группы выживших, а затем основные силы снова нападут на город. — Да, когда-то они так уже делали, — пробормотал Разиэль. — К тому же, у нас немало убитых и раненых… Из защитников северного направления почти никто не выжил… — Как им в голову вообще пришло атаковать с воды?.. — пробормотал Турэл. — И правда… Будто они знали, что только там есть шанс пробиться, — сказал Разиэль и поднял глаза на Рахаба. — Ладно. Нам нужно перераспределить дежурства с учётом тех, кто больше не может сражаться, и ждать дальнейших указаний от Круга. Когда собрание завершилось, и рыцари стали расходиться, Разиэль двинулся следом за Рахабом. Он положил руку лучнику на плечо, и тот, вздрогнув, резко обернулся. — Рази… — ты меня напугал, — выдохнул он. — Разиэль, — поправил его командир. — Где та девка, которую ты притащил?! — Сариэль? В своей камере должна быть… А… — Убей её. — Чего?.. — Она как-то передала сообщение вампирам, я уверен! — Как?! — А я знаю?.. Но вампиры умеют колдовать. Если она с ними заодно, то наверняка они её чему-то научили. — Да с чего ты взял? — спросил Рахаб. — А с чего ты вдруг так к ней проникся? — Потому что, я уже говорил тебе, я не хочу превратиться в чудовище! — ответил Рахаб, подняв голос. — Я не хочу выносить смертный приговор, пока не уверен в полной мере её вины! — Она шпионила за рыцарями ордена. Не важно, по чьему приказу… — прошипел Разиэль. — Разиэль, да что с тобой?! — Всё со мной нормально. А вот ты — противишься приказу старшего по званию. — Мы должны удерживать друг друга от ошибок, ты сам это говорил, — ответил Рахаб. — Я считаю её убийство ошибкой. И хочу удержать тебя от решения, о котором ты позже пожалеешь. Сариэль не передавала вампирам никакие сведения! — О чём спорите? — спросил их незаметно подкравшийся Зефон. Разиэль убрал руку с плеча Рахаба и отошёл на шаг. — Я подозреваю, кто мог выдать слабое место в нашей защите врагу, — ответил Разиэль холодно. — Но Рахаб почему-то не хочет предавать этого человека заслуженной каре… — Выдать?.. — переспросил Зефон задумчиво. — Рази, а тебе не кажется, что никто нас не выдавал? Было очевидно, что на севере мы оставим меньше всего людей, понадеявшись на надёжную естественную защиту этой части стены. Вот и всё. Разиэль несколько секунд переводил взгляд то на Зефона, то на Рахаба, затем буркнул «Простите» и пошёл прочь. Двое молодых рыцарей некоторое время стояли молча. Рахаб, опустив глаза, больно кусал губы. — Ты как? — спросил его Зефон негромко. Вместо ответа Рахаб кинулся ему на шею, пряча лицо у друга на груди. — Эй… — пробормотал Зефон. — Всё ведь закончилось хорошо, ну? — Нет, — прошептал Рахаб. — В том-то и дело, Зефи… Оно не закончилось…