Поломка

      Уилл знает, как это работает. Он изучил свою эмпатию и имеет представление о том, чем он владеет. Уилл знает, как она ощущается, поэтому Уилл не понимает, что с ним не так сейчас.       Джек смотрит твердо, надеется на скоро составленный профиль нового убийцы. Уилл не знает, как сказать Джеку, что вся его суперсила поломалась и он ничего не видит.       Уилл смотрит на труп трёхдневной давности и не видит ничего такого, чего не смогли бы увидеть другие. Беверли сказала ему, что все напоминает священную жертву, пошутила что-то про священнослужителей. Уилл думает, что дело в другом.       Он вдруг вспоминает, как держал в руках тонкую пыльную книгу из отцовской библиотеки. Напрягается, думая над названием. Ничего не приходит на ум.       Тело убитого выставлено с чувством благодарности. Уилл не знает, кто убивает, чтобы сказать спасибо. Наверное, существуют люди, которым общение даётся даже сложнее, чем ему самому.       Уилл уезжает домой, не сумев составить профиль. Джек долго смотрит ему вслед, думая, что Уилл разберётся. Уилл же думает, что лишился последней вещи, держащей его на плаву.

***

      Доктор Лектер встречает Уилла твёрдой улыбкой, предлагает чай. Уилл отказывается, чувствуя себя неуютно. Он не может перестать думать о произошедшей в его голове поломке. И Уилл не помнит, как оказался у двери своего психиатра.       — Добрый вечер, Уилл, — здоровается доктор Лектер, не дожидаясь инициативы со стороны.       Уилл кивает, закусывает губу. Паника пульсирует вздувшейся веной на его лбу. Он должен был быть дома. Он ехал домой. И оказался здесь.       — Как вы себя чувствуете, Уилл? — вдруг склоняется над ним доктор Лектер, и Уилл вздрагивает, ощущая холодные руки на своих щеках. Его трогают, проверяют наличие повышенной температуры, заполняют собой все пространство. — Вас зовут Уилл Грэм, сейчас вы находитесь...       — Я не помню, как пришёл к вам, — дёргается Уилл, резко поднимаясь из кресла. Он не помнит и того, как садился в кресло, но пытается держать лицо. — Я не смог увидеть сегодня.       Доктор Лектер отступает, возвращается на своё место. Уилл не смотрит ему в лицо, рассматривает брюки, собравшиеся в складки на коленях. Повсюду рыжие длинные волосы Уинстона.       — Вы почувствовали себя нехорошо на месте преступления? — уточняет доктор Лектер.       Уилл хмыкает, тянется поправить оправу. Он не находит очки и мелко вздрагивает, не зная, где те теперь искать. Новые Уилл не хочет.       — Уилл?..       — Я не увидел ничего! — с запалом в начале вскрикивает Уилл, испуганно расширяя глаза. — Ничего из того, что я должен был увидеть. Я поломался, доктор Лектер, — добавляет Уилл.       Доктор Лектер меняет закинутую правую ногу на левую. Смотрит, ждёт, когда Уилл найдёт в своём кармане баночку с аспирином. Сквозь прозрачный пластик виднеется одинокая белая таблетка. Уилл выбивает её на ладонь, заглатывает на сухую. Доктор Лектер не успевает протянуть ему стакан воды.       — Что вы увидели? — вновь спрашивает доктор Лектер, и Уилл нервно ухмыляется.       — Ничего, — без раздумий отвечает он.       — Это не так, Уилл, — наклоняется доктор Лектер. — Расскажите мне, что вы смогли увидеть.       Уилл болезненно хмурится, не понимая просьбы. Вдруг он решает, что от него ожидают подробностей убийства. И говорит:       — Мужчина был выставлен как открытка с благодарностью, — начинает Уилл, прикрывая глаза. — Одна его нога была чуть дальше другой. Левая рука опущена и прижата к бедру. Он стоял, напоминая памятник. В груди было пусто: он держал своё сердце в свободной руке, и оно... Оно светилось. Думаю, это какой-то миф. Я не смог вспомнить, откуда эта картина, но я знаю, что вижу её не впервые.       Доктор Лектер слушает Уилла внимательно, стараясь поймать опущенный в пол взгляд. Уилл находит полы своего психиатра самой красивой вещью в кабинете.       — Старуха Изергиль, — говорит доктор Лектер, и Уилл непонимающе хлопает глазами, удовлетворяя потребность доктора Лектера в зрительном контакте. — Это название рассказа из трёх частей. Мужчина был выставлен в виде героя одной из легенд.       Уилл кивает, вспоминая. Он читал, но забыл. Его мозг предавал его, полыхая в огне.       — В легенде юный Данко выводит своих людей из смрадных болот, указывая дорогу горящим в темноте сердцем. Он вырвал его из собственной груди ради жизни других.       — Данко умирает, и люди топчут его тело и сердце, забывая о жертве, — шепчет Уилл, поджимая дрогнувшие губы.       Доктор Лектер кивает, спустя минуту молчания продолжает говорить:       — Вы не слепы, Уилл. Вы просто устали.       Уилл хмыкает, подозревая, что композиция выставленного тела была разгадана и до него. Он не видит то, что лежит на поверхности, так как привык читать между строк. Но Уилл все же пытается:       — Убийца выставляет тело так, потому что ему не жаль свою жертву. Он использует её как пробный мазок и благодарит за эту возможность, — тихо выдыхает Уилл, не замечая одобрения в глазах напротив. — Это его первое убийство. Но теперь он не остановится. Теперь дорога перед ним светла.       Доктор Лектер кивает, уголок его губ тянется в кривой улыбке.       — Это ведь уже не ничего, Уилл, — ободряет он, — верно?       Уилл хочет расплакаться маленьким мальчиком, понимая, что и это не верх его возможностей. Он вдруг думает о том, что ни разу не побеспокоился из-за новых возможных жертв. Собственная эмпатия слишком сильно тревожит его. Ему хочется вернуть все на место и снова стать полезным.       — Но это не то, доктор Лектер, — устало отвечает Уилл, подбираясь в кресле. Вдруг становится холодно.       — Вы сказали, что чувствуете себя поломанным, — встаёт доктор Лектер, чтобы закрыть шевелящее шторы и остужающее Уилла окно. — Я же вижу в вас силу, что не может удержаться в осколках. Как давно вы отдыхали, Уилл?       Уилл глупо открывает рот, удивляется быстрой смене темы. Он не знает, что сказать, и только повторяет.       — Отдыхал?       Доктор Лектер кивает, не собираясь давить. Уилл пытается вспомнить.       — Я... не знаю? — путается он. — Вчера? Я гулял с собаками перед сном. Пил кофе с Аланой во время перерыва, — Уилл вдруг чувствует нервозность и едва сдерживает себя от одержимых покусываний коротких ногтей. — Почему вы спрашиваете?       Доктор Лектер разочаровано выдыхает, и Уилл без слов понимает, что его отдых напоминает ему попытки отвлечения.       — Я помню, как вы говорили мне, что любите рыбачить, — подводит к иному доктор Лектер. — Как давно вы ходили на рыбалку, Уилл?       Уилл почти говорит, что рыбачит в своей голове постоянно. Но это не то, о чем его спрашивают. Уилл с трудом отличает реальность от своих фантазий.       — Не помню, — почти честно отвечает он. — Наверное, давно. Я сейчас не в том состоянии для рыбалки, доктор Лектер. Я практически путешествую во времени, но меня кидает лишь по разным фрагментам будущего.       Доктор Лектер задумчиво щурит глаза. Уилл вдруг думает, что не знает, какого они цвета.       — Попросите у Джека выходной, Уилл, — настоятельно просит доктор Лектер. Уиллу кажется, что этот тон не подразумевает отказа. — Восстановите утерянные в бою силы.       Уилл знает, как сильно нуждается в отдыхе. Но одинокая рыбалка не кажется ему безопасной сейчас.       — Сейчас я легко могу умереть во время рыбалки, — озвучивает Уилл, прячет лицо в ладонях.       — Возьмите с собой ваших собак, — легко советует доктор Лектер.       Уилл вдруг подрывается, чувствует действительно хорошую идею, пришедшую в его поджаренную голову. Ему вдруг кажется, что доктор Лектер стал его якорем. Проясняется, почему он приехал именно сюда.       — Или же вас, доктор Лектер, — удивляет Уилл, смотрит прямо в глаза напротив. Он не может понять, каким цветом они окрашены.       — Я плохой рыбак, Уилл, — уклончиво отвечает доктор Лектер.       Уилл смотрит на идеальный костюм его психиатра, видит уложенные гелем светлые волосы. Он чувствует: это не все, что он может увидеть.       — И почему-то я совсем вам не верю, — Уилл наклоняется, опускает локти на колени и ждёт ответа.       Доктор Лектер улыбается его проницательности, но молчит. Уилл решает, что он обдумывает.       — Боюсь, мой график нам не позволит, — все же отвечает доктор Лектер.       — Привычная мне обстановка откроет завесу на оставшуюся часть моего мозга, — соблазняет Уилл, больше не зная никаких способов уговаривать.       Доктор Лектер хитро смотрит на Уилла, понимая его замысел. Уиллу все ещё кажется, что лучшей компании он не найдёт.       — Я рассмотрю предложение, Уилл, — почти соглашается доктор Лектер.       Уилл кивает, не чувствуя от произошедшего никаких эмоций. Он ещё не знает, как все будет выглядеть. Но вдруг начинает переживать за сохранность своей палатки и спиннинга. Собаки совершали набег на второй этаж неделю назад.       — Мне нужно будет сообщить Джеку все то, что я сказал вам, — Уилл вспоминает о Джеке, ждущем его звонка. И думает о том, что нового Джек от него не услышит.       Доктор Лектер понятливо жестикулирует рукой, призывает к действию.       — Звоните сейчас, если это срочно, — говорит он, и Уилл почти достаёт телефон.       — Мне лучше уйти, — резко выдаёт Уилл, поднимаясь на ноги. Доктор Лектер встаёт следом. — Я не собирался к вам заезжать сегодня. Я просто... я ехал домой. Я позвоню Джеку, когда буду дома.       — Я вас понял, Уилл, — успокаивает доктор Лектер, первым оказываясь у вешалки с верхней одеждой. — Доброй ночи, — говорит он, помогая Уиллу надеть его куртку.       — Доброй ночи, доктор Лектер, — шепчет Уилл, благодарно кивая.       Уилл знает, как долго займёт его путь домой, но старается об этом не думать. Его собаки волнуются и хотят есть. Уилл чувствует себя так же, но голод съедает его изнутри гораздо сильнее.       Он почти уходит, когда доктор Лектер окрикивает его:       — Уилл?       — Да?       — Не отдавайте своё сердце людям, его не заслуживающим.

***

      Уилл пока ещё не получает согласия ни от доктора Лектера, ни от Джека. Он не уверен, что рыбалка состоится. Джек может не отпустить его, может не дать выходные, посчитав Уилла важным человеком даже в состоянии полного раздрая. Доктор Лектер может быть слишком занятым для того, чтобы провести время в глуши с лодкой, удочками и новой открывшейся ему частью мозга Уилла.       Но Уилл все равно пробирается на заросший паутиной второй этаж, чтобы проверить сохранность нужных ему вещей. Собаки радостно бегут за ним, виляя хвостами. Уилл старательно отгоняет их от своих ног, боясь споткнуться. Он практически падает, когда пухлые бёдра Зои проносятся рядом с его ногами, и громко делает собакам последнее замечание.       — Тихо! — рычит Уилл, слыша возбужденное гавканье позади себя.       Он опускается на колени перед сумкой с рыбацкими принадлежностями и устало вздыхает, чувствуя холодные носы, уткнувшиеся в его тело. Уилл знает, что собаки скучают по нему и радуются любому времени, проведённому вместе. Поэтому он сдаётся и решает прекратить свои попытки отправить их на первый этаж. Пускай лучше веселятся в его присутствии, чем разносят дом в его отсутствии.       Уилл открывает пыльную сумку, громко звякает ржавая молния. В его руку тут же упирается холодный крюк, окружённый запутанной леской, и он прикрывает глаза, понимая, что распутывать все его снасти придётся в течение часа. Уилл откладывает клубок из лески в сторону и погружает руку дальше. Ему попадаются стеклянные баночки с кукурузными ароматизаторами, бойлы для прикормки и множество цветастых пластичных рыб, которыми он никогда не пользовался. Бастер рычит и ворует одну из приманок. Уилл тут же подрывается к непослушному псу, ругается и достаёт из пасти лиловую рыбину, нанизанную на острый крюк. Бастер раздражённо хмыкает и обиженно убегает. Уилл радуется, что собака не успела зацепиться за торчащий из рыбьего рта тройной крючок, и убирает все острые предметы в открытый карман сумки.       Уилл режет палец о найдённый охотничий нож, и кровь окрашивает его ладонь. Он зажимает порез первой попавшейся тряпкой и продолжает рассматривать содержимое сумки. Собаки поскуливают за его спиной, и Уилл чувствует шершавый язык, слизывающий кровь с его раненой руки.       — Зои! Фу! Кыш! — пугается Уилл, отгоняя любопытную собаку.       Он успокаивается и вновь возвращается к сумке. Его спиннинг выглядит совсем плохо. Уилл думает о том, что заменить его было бы неплохо. Но он прикидывает примерные затраты, вспоминает о возможной изгрызенной палатке и решает, что лишние деньги ему сейчас не помешают, а спиннинг не так уж и плох. Уилл находит новую, ещё запечатанную катушку и возится с ней полчаса, закрепляя её вместо старой. Он чувствует себя хорошо в тишине редких собачьих зевков. Ему спокойно, и Уилл забывает о своём воспаленном мозге на пару мгновений.       А потом Уилл засыпает и просыпается лишь через несколько часов, прислонившись головой к пыльной полке. Он чувствует, как ноет его шея и спина. Видит, что собаки больше не лежат возле него одеялом. Уилл понимает, что он снова провалился во времени, когда находит распутанную леску рядом с собой. Он трёт руками лицо и старается не паниковать, вместо этого добираясь до палатки, лежащей в самом углу. Уилл встаёт, расправляет плотную ткань. Он видит прогрызенное собаками дно и тихо вздыхает, подтверждая свои догадки. Уилл понимает, что ему придётся ехать в рыболовный магазин за новой палаткой, и складывает все пригодные снасти, приманки и удочки обратно в сумку.       Уилл спускается на первый этаж, хмурится от яркой боли во всем теле из-за долгого сидения в одном положении. Собаки встречают Уилла громким тявканьем, и он наполняет их миски едой.       За окном идёт дождь, капли барабаном стучат по окну. Уилл думает о том, что у него больше нет палатки, а к тому же закончились все его таблетки. Уилл звонит Джеку, просит себе двое суток спокойствия на следующей неделе. Ему не отказывают, и Уилл засыпает сразу после того, как откладывает в сторону телефон.       Порезанная рука пульсирует, и Уиллу кажется, что он держит в ней своё бьющееся сердце, освящающее заблудшим путь. Во сне он видит, как последние искры тлеют под подошвой грубых ботинок.

***

      На следующем приеме доктор Лектер говорит, что согласен и будет свободен на выходных. Уилл предупреждает о желании остаться на рыбалке на ночь и признаётся, что хочет переночевать в палатке. Доктор Лектер думает, но соглашается и на это, а потом они обсуждают Эбигейл и её возможную связь с убийствами Сорокопута. Больше к теме предстоящей рыбалки никто из них не возвращается.       Этим же днём Уилл заезжает в рыболовный магазин, собираясь найти подходящую палатку. Он ходит по магазину кругами, смотрит на многочисленные полки, и его взгляд зацепляется за шикарный спиннинг для твичинга. Уилл смотрит на него, отмечает огромное количество плюсов. Удилище весит меньше ста грамм: лёгкий и звонкий. Уилл знает, что этот спиннинг не сможет заменить ему тот, что у него уже есть. Его нельзя назвать универсальным, и Уилл не готов так необдуманно потратить сто тридцать долларов, но он все же завороженно смотрит на него до тех пор, пока его плечо не задевают и он не встречается взглядом с Беверли.       — Хочешь такую штуку? — спрашивает она вместо приветствия.       Уилл удивленно смотрит на Беверли, глупо хлопает глазами. Он и не мог ожидать увидеть её здесь.       — Она годится только для одной техники ловли, — зачем-то поясняет Уилл. — Привет. Ты рыбачишь?       Беверли кривится, отмахивается ладонью.       — Ещё чего, — отвечает она. — У моего папы день рождения через три дня.       Уилл кивает и смотрит за спину Беверли, замечая там палатки. Ему неловко, и он хочет уйти, но Беверли не собирается отпускать его так быстро.       — Слушай, ты же в этом разбираешься? Потому что я — нет. Если я подарю ему эту удочку, на которую ты смотришь, ему понравится?       Уилл пожимает плечами, не зная, что ответить. Он слишком не собран для того, чтобы давать советы, но он все же пытается:       — Не все рыбаки умеют пользоваться таким спиннингом. Он любитель? — спрашивает Уилл, рассматривая палатки, половина которых скрыта за Беверли. Ему нравится красная, но она, на сколько он может заметить, лишь одноместная.       — Не-а, — тяжело вздыхает Беверли, словно в этом и кроется вся проблема. — Папа даже в соревнованиях раз в год участвует.       Уилл отстранённо кивает, замечая, как красную палатку сворачивают для покупателя прямо с выставочной площадки. Значит, последняя. Но теперь он видит ещё и зеленую, но едва может различить надпись на табличке рядом с ней.       — Тогда не надо, — все же отвечает Уилл.       — Не надо что?.. — позабавлено хмыкает Беверли и разворачивается, высматривая что-то за своей спиной. — На кого ты там смотришь?       — Не покупай ему этот спиннинг, — резко говорит Уилл, больше не видя своей палатки. — Он наверняка у него уже есть.       Беверли тихо стонет, прислоняясь лбом к стенду с катушками.       — Черт... — устало шепчет она. — Тогда, может, палатку? Вон та зелёная, — Беверли снова разворачивается и указывает пальцем на ту, что понравилась Уиллу. — Как тебе?       Уилл не хочет делить свою палатку, потому предлагает другое:       — Купи ему сертификат.       Беверли согласно кивает, одну руку кладёт на плечо Уилла.       — Да, — говорит она, — я об этом думала. Банально, но иначе могу купить то, что у него уже есть. Спасибо, Уилл! А что тут делаешь ты?       Уилл уже и сам не знает, что он здесь делает. Он думает о спиннинге и о том, что доктор Лектер и вправду поедет вместе с ним на рыбалку.       — Мне нужна новая палатка, — хмурится Уилл, вспоминая дыру от собачьих клыков. — Старую сгрызли собаки.       — О! — улыбается Беверли, щурит глаза. — Устраиваешь дикую ночевку?       Она смеётся над шуткой, и Уиллу приходится её поддержать.       — Типа того, — отвечает он, надеясь как можно скорее уйти.       — Один? — понижает голос Беверли, играет бровями.       Уилл снова думает о докторе Лектере.       — Нет, — говорит правду и двигается к Беверли, пропуская вперёд себя худощавого мужчину.       — Нашёл себе рыбачку, Уилл? — шутит Беверли, но в этот раз Уилл никак не реагирует. Она тут же подбирается, извиняясь. — Ладно, прости. Я тебя замучила, знаю. Пойду тогда покупать сертификат... и носки с форелью куплю на всякий тоже, видела их на кассе. Пока, Уилл!       Уилл чувствует, как много кислорода освобождается для одного него после ухода Беверли. Он должен стыдиться такого нежелания общаться с людьми, но не испытывает никаких эмоций на этот счёт. Уилл подходит к зеленой палатке, все ещё думая о спиннинге. Возможно, он возьмёт его в рассрочку, если так можно. Закажет через Интернет, используя накопившиеся бонусы. Или купит его после следующей зарплаты. Уилл знает, что покупка будет неразумной, но он уже все решил для себя.       Уилл осматривает палатку меньше, чем любуется спиннингом. Она высокая, четырёхместная, качественная и очень дорогая. У Уилла нет выбора, и он просит продавца отложить его покупку. Рядом с зеленой Уилл видит палатку подешевле и почти покупает её, но останавливается, вспоминая о собаках. Раньше он часто брал их с собой на рыбалку и они вместе спали в одной большой палатке. Так было теплее и безопаснее. Уилл не хотел что-либо менять.       На кассе телефон Уилла громко звонит, и он ненавидит этот момент всей душой. Одной рукой Уилл вставляет дебетовую карту, оплата по которой никак не проходит из-за проблем с банком. В другой у него тяжелая коробка с палаткой, которую он вынужден поставить на свою ногу, чтобы найти телефон, быстро ответить на звонок и зажать мобильный между ухом и плечом. Уилл тихо ругается, когда продавец просит заново ввести пинкод. Лишь только потом Уилл слышит голос доктора Лектера в своём телефоне.       — Здравствуйте, простите, я на кассе, подождите немного, — на одном дыхании говорит Уилл, радуясь, когда оплата проходит успешно.       Он берет в освободившуюся руку палатку и обхватывает телефон ладонью, удобнее прислоняя тот к уху.       — Здравствуйте, доктор Лектер, — уже не так быстро приветствует Уилл, выходя на улицу.       Доктор Лектер спрашивает, во сколько они поедут. Уилл старается прикинуть, как много времени уйдёт на поездку, и предлагает выехать утром. Он также говорит, что ехать им лучше на его машине, потому что она не раз видела нужную дорогу. Доктор Лектер на все соглашается и уже собирается сбросить звонок, когда Уилл вдруг вспоминает:       — Палатка, доктор Лектер... У вас же есть палатка?       Доктор Лектер молчит, размышляет, но все же уверяет Уилла, что сначала найдёт, а потом и возьмёт с собой свою палатку. Уилл спокойно выдыхает и радуется, выключая телефон, ведь ему не придётся латать дыру в его старой палатке, используя подручные средства.       Когда Уилл приезжает домой, голодные собаки сбивают его с ног. Совсем замотавшись, Уилл ложится спать на диване возле камина, позволяя стае окружить его тело мягкими подушками.

***

      За два дня до намеченной рыбалки Уилл встречается с Аланой прямо у дверей своего дома. В руках у Аланы кофе и большая сумка, из которой выглядывают разноцветные толстые нити. Уилл думает, что это похоже на игрушки для собак, и он не ошибается, ведь видит, как Алана, улыбнувшись выбежавшей стае, кидает в их сторону несколько пружинистых мячиков.       — У моей племянницы умерла собака, — объясняет она, замечая заинтересованный взгляд Уилла. — Она была любимицей, так что игрушек от неё осталось немало. Ну а ты герой-собачник для моей племянницы. Так что она жертвует.       — Передавай ей спасибо, — искренне улыбается Уилл, принимая протянутую сумку с игрушками.       Алана ждёт, пока Уилл занесёт сумку в дом. Она гладит Уинстона за ухом и дразнит его резиновой костью, когда Уилл возвращается. Алана предлагает ему горячий кофе, и Уилл благодарит её, отпивая. Пряная сладость обжигает горло.       — Как твоё самочувствие, Уилл? — аккуратно спрашивает Алана, когда они трогаются с места и идут вслед за радостными собаками. — Джек сказал, ты взял выходные. Молодец, нужно было сделать это и раньше.       Уилл вдруг чувствует горечь вместо сладкого аромата ванили. Он не думал о поломке в своей голове практически три часа.       — Я больше не могу профилировать, — глухо говорит Уилл, поворачивая голову в сторону сцепившихся друг с другом собак. Он шикает, и они успокаиваются.       Алана останавливается, и Уилл замечает это лишь сейчас.       — Что? — спрашивает она, её аккуратные чёрные брови ползут по лбу все выше.       — У меня не выходит, — выдыхает Уилл, собирается с мыслями. — Я пробовал на месте преступления на прошлой неделе. И я ничего не увидел.       Алана догоняет Уилла и вновь идёт в ногу с ним. Она молчит, думает, чуть касается рукой в холодной красной перчатке голой руки Уилла.       — Возможно, все было слишком даже для твоего организма.       Уилл хмыкает, отдаляется от прикосновения. Бастер хватает его за штанину, тянет поиграть. Уилл забирает у жадного Джека резиновую кость и отдаёт её Бастеру.       — Дело не в этом, — под выжидающем взглядом говорит Уилл. — Дело в том, что я становлюсь бесполезным в своём безумии.       — Ты не бесполезен, Уилл, — хмурится Алана. — Ты... ты держишь под своим крылом целых семь собак.       Уилл старается не засмеяться, но у него не выходит. Ему почти сорок. В сорок лет люди должны уметь больше.       — Это не причина для гордости, Алана.       Она молчит, не решается спросить. Понимает, что шутка не разрядила обстановку, а сделала только хуже. Они доходят до сделанной Уиллом скамейки и садятся на неё в тишине. Слышен лишь радостный лай собак и задувающий под одежду ветер. Уилл чувствует, как незащищенные стеклом очков глаза начинают высыхать и слезиться. Алана знает, что если она не заговорит, то на этом их беседа закончится.       — Что говорит Ганнибал? — спрашивает она, вновь притрагиваясь к своему кофе.       Уилл пожимает плечами, взвешивает, стоит ли говорить правду.       — Мы едем на рыбалку через два дня.       Алана удивленно приоткрывает рот.       — Вот как, — моргает она. — Вместе? — уточняет с сомнением.       Уилл кивает, и явные вопросы читаются в глазах Аланы.       — Он предложил мне отдохнуть привычным для меня способом, — в выдохе произносит Уилл. — Я заставил его согласиться поехать со мной.       — Что ж, — опешивает Алана, не сразу находя слова для ответа. — Это интересно. Ты уверен?       — Уверен в чем?       — В дружбе с ним.       Уилл улыбается в стаканчик с кофе.       — Мы не друзья, — говорит Уилл, продолжая свои откровения. — Он не настолько интересная личность. Я просто не хочу быть один.       Алана медленно кивает, помогая Бастеру взобраться на лавочку. Теперь он лезет прямо Уиллу в лицо, и Уилл опускает собаку на землю, заставляет побежать её к остальным. Алана задумчиво кусает блестящую губу.       — Возможно, тебе стоит начать думать о тех, кому интересен ты, — говорит она, и Уилл строит непривычную для себя гримасу.       — Мне стоит найти себе друзей в психиатрической клинике?       — Тебе стоит найти себе друзей хоть где-нибудь, — спокойно советует Алана, наклоняясь ближе к Уиллу.       Уилл хочет отозвать собак, уйти, закрыться на все замки, чтобы прекратить этот разговор. Он чувствует себя раздражённым, уставшим и злым. Напоминания о затворничестве и поломанной эмпатии не делают из него лучшего собеседника.       — У меня есть ты, Алана, — грубо отвечает Уилл. — У меня есть Джек.       — Мы коллеги, — холодно смотрит она, показывая, что тоже умеет выпускать когти.       — Не нужно так говорить, Алана, — в себя шепчет Уилл, отворачиваясь. Он жалеет лишь о том, что пропускает в голос дрожь и не справляется с дрогнувшими пальцами вовремя.       Алана смотрит вдаль себя, и Уилл видит её гордый профиль, окутанный чёрным волосом. Рядом с ботинком Уилла в земле орудует любопытный нос Зои, ищущей потерянную игрушку. Коллеги не приносят друг другу вещи мертвой собаки племянницы. Уилл вдруг думает о том, что не знает, как именно ощущается дружба.       — Присмотрись к Ганнибалу Лектеру, — стоит на своём Алана. Она поднимается на ноги, сильнее запахивает серое пальто. — Он сможет стать достаточно интересным, если ты увидишь в нем кого-то, помимо доктора.       Уилл хочет сказать, что он не увидит, потому что не сможет ничего разглядеть. Доктор Лектер сказал, он не слеп. Но Уилл спотыкается о каждый знакомый камень словно впервые.       — Мы друзья, Алана, — говорит Уилл, когда Алана садится в машину, попрощавшись со всеми собаками.       — Иногда мне кажется, что все-таки нет, — отвечает она.       Уилл слышит, как громко хлопает дверь. Так же громко стучит его сердце.       Которое Уилл раздал по частям всем тем, кто его не заслуживает.

***

      Уилл чувствует себя неважно после разговора с Аланой и старается постоянно занимать чём-то руки, чтобы не расслабляться. Уилл много думает о том, стоит ли брать с собой лодку. Он знает, что лучше всего будет, если он возьмёт с собой только старенький спиннинг и сделанные на днях приманки, но ему хочется почувствовать волны. Уилл не уверен, будет ли доктор Лектер рыбачить вместе с ним. Но он берет для него обычную удочку, вспоминая об отличном месте с хорошим спуском к реке.       Про лодку Уилл все же не забывает. Он глотает аспирин и уходит в гараж, проверяя исправность мотора. Уилл думает о том, что вёсла можно закинуть в багажник, а лодку повязать сверху машины, не используя старый прицеп со спущенным колесом. Уилл не может вспомнить, как он так запустил все то, чем ещё недавно активно пользовался.       Уилл заканчивает собирать вещи уже к ночи. Его клонит в сон, и он едва стоит на ногах. Лодку Уилл прикрепляет в освещённой фонарем темноте, отгоняя от ног собак. Его руки кусают комары, лицо облепляют мелкие букашки.       Когда Уилл проскальзывает в дом, почти спотыкаясь о выставленную у порога сумку, он может только разогреть себе макароны, искупаться и лечь в постель. У него слишком тянет спину, руки и разрывается от боли голова, чтобы делать что-то большее.       В кровати Уилл думает о собачьей сиделке, что будет следить за стаей во время его отсутствия. Думает об Алане, когда-то делающей для него то же самое.       Перед тем как уснуть, Уилл видит перед собой лицо доктора Лектера с чернеющими дырами вместо глаз: он смотрит на него в упор и не отступает. Уилл видит сжатую в кулак ладонь, испачканную в крови.       Он знает, что сжимает в ней доктор Лектер.