сонник

Последнее, что Джет увидела в своей жизни — это лицо Лиама, перемазанное в крови и слезах. Потом — холод, потом — тепло, потом — видение её мёртвой тёти, которую она никогда не знала. Тело Джет разъело водой. Тело Джет закопали в землю. Потом — ничего. Смерть — это просто смерть. Джет открывает глаза. Небо здесь ярко-красное, как огромная конфета, и по нему плавают облака-сахарная вата. В этом небе нет солнца. Шар — это ложь, богу всё равно. У Джет во рту застыл отвратительный приторный вкус её собственной крови. Джет поднимается на ноги, и крошечные кусочки её тела выпадают из огромных дыр, оставленных водяным ножом. — Ну. Что ж, — говорит она самой себе. Ей не нужно было ничего говорить, но она сказала — чтобы убедиться, что всё ещё может. Дыры не болели, просто выглядели странно. Под ногами Джет разбросаны разноцветные конфетки — их след уходит куда-то вглубь розовато-красного леса. Это как в той сказке, где дети бросали под ноги кусочки конфет, чтобы найти дорогу домой, но конфеты склевали птицы, и дети потерялись в лесу. Джет идёт за конфетным следом. Может быть, это тоже кусочки кого-то. Деревья в лесу — из леденцов. Их острые листья топорщатся во все стороны и ломаются от неловких прикосновений. След приводит Джет в самую чащу леса прямо к порогу пряничного домика. На веранде домика сидит женщина с голубой кожей и длинными волосами, убранными в пучок. — Джет! — тётя Лазулия улыбается. — Наконец-то! Мы так давно тебя ждём. Заходи скорее. — Спасибо, я тут постою, — Джет отступает. У тёти Лазулии три пары глаз, и из них льётся сиреневый сироп. — Ну почему вам всегда нужно всё усложнять, — Фея Драже улыбается. Она поднимает руку, и тени, которые отбрасывали деревья, срываются с мест. Их острые листья вгрызаются в кожу. Джет бежит. Джет бежит в месте, где некуда убегать. Принцесса. Джет бежит, и вокруг неё острые тени. Принцесса! Из тела Джет сыплются кусочки. Принце… — Ну чего ещё? — Джет кричит. Её сердце не бьётся — оно всё высыпалось и осталось лежать на дороге. Конфетный след ведёт тени прямо к ней. Лапин ударяет посохом о землю, и в воздухе взрывается вспышка яркого света. Джет закрывает глаза. Тени бегут в страхе. — Ты разве не помер? — уточняет Джет. Лапин поднимает бровь, потом поворачивается, и правой стороны его головы просто нет. Острые шоколадные края выходят в тёмную пустоту. — А. Джет садится. На земле — сотни и сотни крошечных красных иголочек. — Что нам теперь делать? — спрашивает она негромко. Она не смотрит на Лапина, но слышит, как тот вздыхает с деланным раздражением. — Ничего. Мы мертвы, принцесса, — отвечает он наконец. — С этой стороны мы мало что можем сделать. Только ждать. Джет смотрит под ноги и видит, как из-под красного корня выползает лакричная змейка. Джет берёт её в руки. Ждать она никогда не умела.