Грезившие

      Летний фестиваль гремел на улицах Конохи. Сакура могла посмотреть на него только через больничное окно, так как Цунаде настояла на том, чтобы оставить близнецов под наблюдением. Роды были преждевременными, и малыши появились на свет довольно маленькими. И, по словам Цунаде, ей было бы легче научиться ухаживать за ними здесь, где на подхвате все медсестры. Это действительно было целесообразно — Сакура с трудом представляла себе, сколько всего ей потребуется делать с детьми. Особенно если случится так, что просыпаться и кушать они будут не в одно время друг с другом.       Но сегодня они наконец-то смогут вернуться домой. Она с нетерпением этого ждала, но Цунаде срочно вызвали в башню Хокаге, а потом и Наруто, который весь день слонялся вокруг и раздражал ее, куда-то исчез. И поскольку Сакура знала, как сильно он хочет проводить ее домой, она сохраняла спокойствие и ждала.       Был уже вечер, когда Наруто наконец появился снова, на этот раз вместе с Саске, держа под мышкой какой-то сверток.       — Где ты столько времени шатался? Ты что, решил испытывать мое терпение? — Она могла бы подождать, но вряд ли бы оставила без комментариев. Наруто сжался.       — Я был у тебя дома и принес тебе вот это… Поскольку ты пропустила весь фестиваль, мы подумали, что ты могла бы хотя бы пройтись по деревне вот в этом… — В свертке, который он принес, оказалось кимоно. Специально выбранное, синее, которое она хотела надеть по этому случаю.       Сакура непонимающе посмотрела на своего сокомандника.       — Как ты узнал?!       — Хе, хе… Мадара нашел его.…       — Вы с Мадарой рылись в моем гардеробе? Вместе? Чтобы найти мне одежду? — Это звучало слишком нелепо.       Наруто смущенно потер затылок.       — Типа того…       — Ну… тогда… Спасибо!       Сакура переоделась. Дети уже давно были собраны. Она как раз пыталась сообразить, как нести их обоих одновременно, когда Наруто взял девочку и передал ее Саске. Потом сам схватил мальчика и ухмыльнулся.       — Мы понесем их за тебя, Сакура-чан!       — Ты хоть знаешь, как держать ребенка? — Сакура услышала свой собственный голос, ставший неприятно высоким, в котором улавливались панические нотки.       — Конечно, знаю! Доверься мне! Мы ведь уже целый месяц практикуемся, верно?       Он и правда держал малыша аккуратно. Но надолго ли хватит Наруто? Насчет Саске она могла быть уверена, он не станет делать ничего опрометчивого, но Наруто…       — Но ни в коем случае не беги! И не скачи вокруг! И помни, что головку…       — Знаю, знаю. Сакура-чан, имей хоть чуть-чуть доверия! — Сакура только вздохнула.       Цунаде и Шизуне присоединились к ним в коридоре. Когда они вышли из здания, Сакура была удивлена, увидев Какаши-сенсея вместе с многочисленными сопровождающими АНБУ.       — Не возражаешь, если я немного пройдусь с тобой? Такой особый случай — первые дети, родившиеся у моей драгоценной ученицы… А, глядя на двух других своих учеников, могу сказать, что от них придется довольно долго ждать…       Сакура почувствовала, как в груди разливается тепло, и кивнула в знак согласия.       Толпа была плотной, и проход был уже обычного, поскольку фестивальные киоски выстроились вдоль главной улицы. Ранним вечером люди бесцельно бродили между ярко освещенными ларьками. В воздухе витал запах лета и жужжали цикады.       Чтобы они могли пройти, АНБУ продвигались первыми, пытаясь освободить путь для их маленькой компании. Сакура шла впереди, Наруто и Саске — по бокам от нее. За ней, Какаши и Цунаде следовало все больше и больше ее друзей, продолжавших присоединяться после того, как они замечали ее приближение. Там были Ино, и Шикамару, и Хината, и Ирука-сенсей…       — Дорогу! — Крикнул АНБУ в маске собаки, когда толпа начала сгущаться.       — Дорогу! Дорогу Учихе Сакуре! Освободите дорогу для Сакуры-самы!       — Эй, Сакура! — Она узнала знакомый голос — ее окликнул Киба. — Поздравляю! — Он поднял за нее чашку саке. Похоже, для него это была не первая за вечер. Сакура весело помахала в ответ.       — Ура Сакуре-саме! Она остановила войну! — Это был Ли, который, как обычно, проявлял чрезмерный энтузиазм, но Киба подхватил его, и Наруто тоже.       — Ура Сакуре!       К ним присоединились голоса из толпы.       — Ура Сакуре! Ура Сакуре, остановившей войну!       — Дорогу Учихе Сакуре-саме! Дайте дорогу детям!       — Покажите нам их! — Она узнала голос, но лица не разглядела. — Покажите! Первые дети Учихи за десять лет!       Наруто поднял маленького мальчика, которого нес. Держа его высоко на вытянутых руках, он продолжал поворачиваться на ходу. Саске, немного неохотно, сделал то же самое.       — Имена! — Это опять был Киба. — Как их зовут?!       Наруто поднял руки еще выше.       — Учиха Ген! — крикнул он со всей силы. — Это Учиха Ген, даттебайо!       — И Юми! — Голос Саске словно ножом прорезал гул толпы. — Учиха Юми!       Он взглянул на крошечную девочку, которую держал в руках. Как могло случиться, что кто-то столь маленький вырастет и станет человеком? Она смотрела вверх, словно наблюдала за звездами. «Она еще даже не может их видеть, она ведь слишком маленькая… Или все-таки может?»       — Дорогу! Освободите дорогу Сакуре-саме и детям!       

***

      Они подходили к кварталу Учиха. Чем ближе они были, тем больше растягивалась их импровизированная процессия. Люди все еще следовали за Сакурой, но удалялись от нее все больше и больше. Превращались из участников в зрителей. Теперь это была ее сцена, ее выход, и все взгляды были устремлены на нее. «Я — связующее звено между этим кланом и деревней. Только через мои действия люди могут признать его. Только через меня он может снова выглядеть в их глазах человеком. Не древним злом, а человеком. Лидером клана. Мужем. Отцом…»       Они достигли периметра, и Наруто положил Гена ей на руки. Через пару метров Саске проделал то же самое с Юми. Теперь Сакура шла к Мадаре без сопровождения.       Он стоял перед главными воротами, скрестив руки на груди, с совершенно бесстрастным выражением лица. Несмотря на все обстоятельства, Сакуре хотелось захихикать, потому что теперь она безо всяких усилий могла видеть за напускным безразличием его настоящего.       — Мадара-сама, — Сакура поклонилась настолько, насколько позволяло ей ее положение. — Я представляю Вам Ваших детей. — Не то чтобы он не видел их во время их пребывания в больнице. Он практически жил в ее палате, постоянно доводя медсестер до нервной дрожи. Но теперь, когда ее путь домой собрал такую аудиторию, это было нечто большее, нежели приветствие своей жены. Он принимал новых членов клана. Сакура подняла голову и напрягла голос, чтобы тот звучал громче.       — Ген и Юми!       Она преодолела последние несколько метров, отделявших ее от Мадары, и положила детей ему на руки. На мгновение на его лице отразилось столько эмоций, что сердце Сакуры сжалось от почти физической боли. Но это была всего лишь доля секунды, и он вернул себе свое обычное выражение. Может быть, удаленность от толпы сыграла свою роль, а, может, темнота, которая давала им некое уединение, или, может быть, Мадара просто решил, что ему все равно. Какова бы ни была причина, он наклонился к ней, и в его глазах мелькнуло озорство.       — И как я должен тебя держать, когда ты подсунула мне в руки этих двух?       Сакура рассмеялась.       — Тебе не нужно меня держать, я и так твоя.