Часть 7
19 августа 2020 г., 16:29
Потолок над диваном в гостиной был немного другим.
Сегодня вообще всё было по-другому.
Без опасений, без лишней суеты.
Просто два взрослых человека, объединённые одним общим желанием – любить и быть любимыми.
Любить? Не слишком ли громкие слова, Габриэль?
– Натали, – прошептал он, прижимая её к себе.
– Что? – тихо откликнулась она.
– Я… У меня такой хаос в голове,– честно признался Габриэль.
– Это нормально. У меня тоже.
– Что мы будем делать?
– Не знаю,– сказала Натали, поворачиваясь к нему лицом и легонько целуя в краешек рта.
От этой небольшой ласки в его горле возник комок.
– Я так долго был один. Я не хочу больше, – проговорил Габриэль, невесомо дотрагиваясь губами до её лба.
***
– Ты не один,– произнесла Натали. – Ты не понимаешь,– возразил он.– Всё это началось, как общая… неприятность. Но я не хочу, чтоб это заканчивалось. Для тебя это, видимо, какая-то игра. Или ты ещё пытаешься перекрыть негатив от атаки гипнотизёра. Иначе, зачем ты согласилась? А я… Я пытаюсь представить, как Эмили проснётся, а вместо неё вижу рядом с собой тебя. – Габриэль, ты действительно такой дурак? – спросила она. Большей частью для того, чтобы беседа приняла менее лирический оборот. А то ещё не хватало перед ним разреветься. – И почему я дурак? – немедленно обиделся Габриэль. Натали высвободилась из объятий и села, закутавшись в покрывало. – Ну, ты несёшь какую-то чушь про игру,– пояснила она, вздохнув.– А что касается негатива от атаки… Габриэль, прости меня. – За что? – не понял он. – Габриэль, для того, чтобы трансформироваться, мне нужно сказать всего два слова,– Натали не решалась смотреть на него.– В ситуации с гипнотизёром… Я могла бы найти на это пару секунд. Если бы захотела. – То есть… – То есть я вполне осознанно пошла на это, Габриэль. Так же осознанно, как когда-то надела камень чудес павлина. И помогала тебе быть суперзлодеем. Ты никогда не задумывался, почему? И ты знаешь, я всегда была готова к тому, что придётся тебя отдать. Но сейчас… Сейчас я просто хочу оставить тебя себе. Но имею ли я на это право?***
Габриэль сел, протянул руку и повернул Натали лицом к себе. – При чём здесь вообще права, Натали? Просто сделай это. Просто оставь меня себе. Ну, или разреши мне забрать себе тебя. – Почему мне кажется, что мы говорим какую-то ерунду? – пробормотала Натали, обнимая его. – Видимо, потому что так и есть. Эй, ты что? Плачешь? – Нет,– соврала она, всхлипнув. – Натали… – Сейчас… Я… немного… Но вместо того чтобы перестать, Натали вдруг действительно заревела. – Натали,– растерянно проговорил Габриэль, гладя её по вздрагивающей спине. Но она почему-то продолжала плакать. – Я ведь сейчас трансформируюсь,– угрожающе произнёс Габриэль. – И сделаю из тебя акуму. – Сомневаюсь, что она побежит доставать тебе талисманы Ледибаг и кота Нуара,– усмехнулась Натали сквозь слёзы. – А что она собирается делать? – О, у неё очень много планов на тебя, Габриэль Агрест! Очень неприличных планов. – Ну, тогда я точно перевоплощаюсь. – Подожди,– сказала Натали, вытирая глаза.– Всё это здорово, но, может, мы как-нибудь так обойдёмся? А то эти акумы вечно ничего не помнят. – Как скажешь,– ухмыльнулся Габриэль. У него тоже было много планов.***
– Зддравствуйте, – произнёс психолог, слегка запнувшись. Кажется, он был не рад. – Добрый вечер, – вежливо поздоровался Бражник, понимая, что перед ним стоит сложная задача. А именно – настолько корректно поговорить с этим человеком, чтобы не пришлось потом его акуманизировать. – Вы по какому вопросу? – выученно поинтересовался психолог. – По личному. – Прошу Вас, располагайтесь. Где Вам удобнее? Можете присесть на диван. Можете в кресло. – Спасибо, я постою,– ответил Бражник.– Я… честно говоря, даже не знаю, с чего начать. – Вы хотели бы обсудить какую-то определённую тему? Или поговорить о чём-то глобальном? Может быть, Вас что-то… не устраивает в Вашем образе жизни? – Да нет, всё, в общем-то, устраивает,– пожал плечами Бражник.– И я не слишком люблю психологов. Психолог едва заметно вздрогнул. – Ну, это случается,- пробормотал он.– И всё же что-то привело Вас ко мне. – Да, мы обсуждали это в шутку с моей напарницей. И я внезапно подумал, что как-то упускал из вида подобную возможность. – Вы обсуждали какую-то конкретную проблему? – Проблему? – переспросил Бражник, смутившись.– Да, пожалуй. Но ту проблему мы решили… подручными средствами. Гхм… Но, кажется, создали новую. Бражник помолчал, собираясь с мыслями. – Ладно, раз уж я здесь, то просто опишу Вам ситуацию. Я женат. Я был верным мужем своей жене долгие годы. Но пару лет назад с ней произошла неприятность, и с тех пор она лежит в специальном контейнере. – В специальном контейнере? – нервно переспросил психолог.– Я, видимо, не совсем понимаю… – Ну, в прозрачном ящике, похожем на гроб,– буркнул Бражник. – Вы хотите сказать, что Ваша жена умерла? – уточнил психолог. – Нет, я хочу сказать то, что сказал. Она жива, лежит в контейнере, а я два года пытаюсь добраться до нужных мне камней чудес, чтобы её разбудить. Психолог вытер со лба пару капель пота. – И… что же Вас тревожит в этой ситуации? – спросил он, подумав, что, кажется, давно не проходил супервизий. – Ну, во-первых, я долгое время бьюсь над решением этой проблемы, но совершенно не приближаюсь к цели. Это удручает. – А не может так быть, что Вы рассматриваете только один способ решения Вашей проблемы, а их несколько? – рискнул предположить психолог. – Несколько? – удивился Бражник. – Ну, думали ли Вы, что, например, вовсе не обязаны будить Вашу жену? Что вообще послужило толчком к принятому Вами решению? Вы чувствовали себя виноватым? – Нет, это всё ерунда. Я просто знал, что это правильно. Я не чувствовал себя виноватым. Я просто хотел вернуть её… себе. – Обратите внимание: Вы сказали всё это в прошедшем времени,– прокомментировал психолог.– Из чего можно сделать вывод, что сейчас ситуация изменилась. – Изменилась? – переспросил Бражник.– Ну да, пожалуй. Но не столько ситуация, сколько я. Точнее… я просто изменил ей. Я изменил своей жене. – В каком смысле? – уточнил психолог.– Перестали пытаться её вернуть? – Нет. Вернуть всё ещё пытаюсь,– сообщил Бражник.– А изменил в самом обычном смысле. У меня появилась другая женщина. И я растерян. И да, я чувствую себя виноватым. – Виноватым перед кем? – Перед моим сыном. – Перед сыном? Что же, Ваш сын против Вашей новой возлюбленной? – Отнюдь, они отлично ладят. Но разве я имел право бросать его мать? – Насколько я могу судить, Вы до сих пор не бросили его мать, не смотря на то, что она два с лишним года пролежала в гробу. Это так? – Так, – согласился Бражник.– Вы хотите сказать, что я напрасно накручиваю себя? – Это только Вы можете решать, напрасно или нет. Как Вы планируете действовать дальше? – Как планирую? – растерянно переспросил Бражник.– Планирую продолжать попытки вернуть своему сыну мать. Наверное. – А касательно своей личной жизни? И обратите внимание, что «вернуть мать сыну» и «вернуть жену себе» – это совершенно два разных побуждения, две разных цели. Хотя, по сути, они могут выглядеть, как одна и та же. – Хм… То есть получается, что я действительно могу продолжать добывать камни чудес? Дело в том, что мне пару раз уже приходило в голову, что, возможно, стоит прекратить… Но… Раз это две разные цели… Хм… То есть я могу быть со своей… возлюбленной. И в то же время… – Пподождите, – снова запнулся психолог.– А Вы, что же, хотели прекратить выпускать акум? – Была такая мысль, признаюсь, – кивнул Бражник.– Но теперь я понял, что был не прав. За что Вам большое спасибо. Что ж, на сегодня я вынужден откланяться. Но думаю, что, возможно, зайду к Вам ещё как-нибудь. Рад был знакомству. – Взаимно, – пробормотал психолог, впервые понимая, что полная конфиденциальность, которой требует его работа, придумана для его же блага. Так как никто не должен знать, что Бражник собирался завязать со злодействами, а благодаря ему – передумал.
