Ситуация SOS

Ждать пришлось немного дольше, около двух недель потребовалось Фёдору, чтобы полностью выздороветь и смочь безопасно для здоровья гулять. Альфа раньше вышел на работу, но на улице ему долго быть пока было не рекомендовано. Гоголю тоже было немного не до того. Устроившись учителем литературы в средней школе, теперь он пропадал на несколько часов, оставляя Вику или на попечении Гин, или ее забирал Достоевский, когда сидел в офисе, или просил Чую, который переодически имел выходные в середине недели, ведь работал по не совсем привычному для большинства графику. В общем, малышка, как минимум три, а максимум пять - если нужно было кого-то подменить - дней до обеда проводила со знакомыми. Это, кстати, шло ей на пользу. Теперь девочка не так боялась незнакомцев и даже иногда могла выходить с ними контакт. Ну, а также Достоевской приятно играть с новыми друзьями, ведь каждый рассказывал и учил чему-то своему, что только тот умеет. Но больше всего ей нравилось, конечно же, гостить у рыжика, так как в те дни Фамия оставался дома. Все-таки играть со сверстником и со взрослыми разные вещи. Это произошло в необычный для Вики день. Ей пришлось остаться дома одной. Все знакомые были либо на учебе, либо на работе, а отец застрял в суде. Парню уже охота была шею свернуть той заносчивой судье, которая почему-то однозначно приняла сторону оппонента и выносила решения в его пользу, пусть даже слепому было видно, что он не прав! Но на рассмотрение документы русского все же брала, поэтому обвинить ее было не в чем. Судебная система не всегда честна, а правосудие часто обходит стороной правых, как бы не было прискорбно. - Викуль, точно все хорошо? Если что звони мне, я сразу же все брошу и приеду, ладно? - Николай стоит в дверном проеме, полностью одетый уже около пятнадцати минут. Ему страшно оставлять дочку друга совсем одну, пусть темноволосый был не против: «Я уверен, за три часа ничего не случится, так что не стоит переживать». И даже после многократных повторений самой оставляемой о том, что с ней все будет хорошо, и в случае чего у неё есть телефон (который как раз ей купили на днях. Все равно ей через полгода в школу идти, а там средство связи необходимо, мало ли?). - Дядь Коль, не волнуйся! - Вика крепко обнимает омегу за шею, только после чего он наконец успокаивается. - Иди, а то опоздаешь. Гоголь тяжело выдыхает. Он треплет девочку по заплетенным в две косички волосам, подхватывает сумку и закрывает дверь. «Наконец-то! Надеюсь, он заметит письмо... Я сделала, как Чуя-сан меня попросил: положила между страничек белой тетрадки, где есть сегодняшнее число. Вроде бы это школьный журнал, мне про него дядь Коля рассказывал», - черноволосая проходит в зал, который также является спальной взрослых, падая на собранный диван, но долго там не задерживается. Скучно. Телевизор смотреть не хочется, поэтому она подходит к книжному шкафу, вытаскивая любимую книжку со сказками. Читать на японском малышка пока до конца не может, хоть и за эти месяцы немного подучилась, благодаря урокам Николая, так что берет литературу на русском, которую они привезли из дома. «Колобок», «красная шапочка», «теремок» - все эти рассказы очень сильно отличаются от сказок на этом острове. «А папа? Увидит он или нет? Интересно, получится ли у Дазай-сана передать незаметно... Как же мне хочется, чтобы мы все время жили вместе! А ещё лучше остались бы в Японии! Не хочу домой...» - при воспоминании о России Достоевская жмурится и трясёт головой. У неё не так много хороших воспоминаний оттуда: Мама с папой часто ругались, иногда даже кричали друг на друга. Никто из детей почему-то не хотел с ней играть (причину она до сих пор не понимает). Да, и шрам на шее... Какой-то соседский мальчишка, вроде бы его звали Миша или может не так, Вика уже не помнит, кинул в неё со спины острый камушек и сильно поцарапал ее. А все из-за чего! Малышка - тогда ей было всего три - случайно взяла его игрушечный грузовичок. Темноволосая, честно не знала, что он чей-то, ведь в песочнице было много забытых вещей, которые лежали там месяцами. Тогда ей помог только отец, а мамочка этого хулигана просто поспешила увезти своё чадо подальше, даже не думая извиняться. А дома ждала совершенно спокойная реакция Агаты: «Бывает. Мне в детстве тоже бровь камнем рассекли и ничего». Такое поведение супруги Фёдор вытерпеть не смог. Ее собственную дочь поранили, а ей все равно! Этот расклад событий окончательно подорвал их взаимоотношения. Последующий год пара держалась чисто на штампе в паспорте, но даже он не смог удержать. В конце концов, Достоевский забрал дочь, при условии, что не будет требовать алиментов. Альфа согласился, так как не мог оставить самое дорогое, что у него есть, Кристи, боясь за будущее Вики. Но все произошедшее за раннее детство девочки наложило свой отпечаток в виде боязни людей, что только сейчас с трудом и постепенно начинается отступать.

***

- Чуя-кун, мне нужна помощь... - Гоголь позвонил рыжику, двигаясь домой с работы, - Федя пригласил меня погулять в парк и... В общем, это все слишком смахивает на свидание, а я, ну... боюсь, могу наговорить всякого. Ты же знаешь, что я не всегда способен подобрать слова, чтобы меня не восприняли, как шута. - Я тебя понял. - спокойно отвечает омега, но в душе у него бурно ликует внутренний купидон. Наконец их план начал работать, как надо! - У меня есть беспроводные наушники, так что можешь взять их и разговаривать со мной. Я подскажу, если что. Эй! У меня вообще-то обед! - ругается куда-то в сторону врач, после извиняясь перед собеседником. - Прости, меня тут кличут на обход. Давай завтра утром встретимся, и я их тебе передам. - Спасибо большое! - немного смущенно, но в то же время радостно произносит тот. Он уже подъехал к дому и спешил наверх. - До завтра, Чуя-кун. Где-то в другом конце города, а точнее в офисе Фёдора происходил такой же разговор между ним и Осаму. Двое юристов прервались на чашечку чая - в случае темноволосого и стакан крепкого кофе - у Дазая. На потолке горела холодным белым светом лампа, создавая ощущение не рабочего помещения, а скорее маленькой операционной. Но не они выбирали, поэтому поменять ничего не могли. - Чего такой задумчивый, Федь? Что-то на заседании было, чего ты мне не сказал? - шатен усмехается, делая глоток. - Неа. - лениво тянет тот. Альфа сегодня совершенно не выспался, - Просто приглашение от Коли подкинули, а теперь не знаю, что с ним делать. Хочешь глянуть? - Достоевский протягивает конверт совершенно не знающему, что внутри собеседнику. Забинтованный изображает вдумчивое чтение, а затем возвращает бумагу хозяину. - Ну, и в чем проблема то? Просто пойди с ним. Ты же говорил, что Николай тебе небезразличен. Или ты свидания не любишь? - Я просто не знаю, как на них себя вести. - говорящий тяжело вздыхает, смотря на пустой чайник перед носом: «Теперь и чай заваривать новый нужно...», - С Агатой у меня не было всей этой конфетно-букетной ерунды. Мы просто тесно общались, после несколько раз переспали по-пьяни, а когда я узнал о ее беременности, решил обвенчаться, чтобы Вика родилась в браке. - Понятно. Не ожидал я конечно от тебя такого, но что есть то есть. - Осаму пожимает плечами, откидываясь на спинку кресла на колесиках и откатываясь к дальней стене. Он вообще часто разъезжал на данном транспорте по небольших размеров помещению. - Если хочешь, то могу немного помочь! - И как ты себе это представляешь? Будешь из-за кустов мне флажочками махать? - Какой ты не современный! Тебе телефон на что? Неужели просто погоду смотреть! - Дазай расплывается в ехидной улыбке, слыша недовольное фырканье Достоевского. - У тебя же фитнес браслет с уведомлениями, да? Я позову Чую за покупками и буду незаметно наблюдать за вами, давая указания. - А если заметит? - весь план выглядит слишком комично. Словно он попал в мелодраму, где люди шпионят за влюблённым другом. - Не заметит. На нашей ярмарке даже если с тобой в салочки будут играть человек десять, ты все равно окажешься победителем. Так что все будет прекрасно, доверься мне! - два отливающих красным глаза недоверчиво смотрят на шатена, что метится пустым пластиковым стаканчиком в мусорку в дальнем от него углу и спустя несколько попыток (кидает, промахивается, подъезжает, забирает и снова пробует) делает трехочковый. - Ладно, поверю. - сдаётся Фёдор. Уж лучше так, чем никак. - А сейчас давай закончим. Я не хочу проторчать здесь до вечера!

***

Пусть Осаму и мастер своего дела, но Фёдор ему мало в чем уступает. Именно поэтому догадаться о подделке было ему под силу. Хотя, надо признать, что если бы не несколько нетипичных для руки Гоголя знаков, то обманка вполне могла сработать на все сто. Вот только Достоевский говорить о своей догадке не стал - зря старались что ли?! А Николай понял немного по-другому признаку. Альфа тупо бы не стал посылать письма с такой манерой речи. Да, на работе может он и говорил так, но дома, а тем более с пепельноволосым, подбирал слова совсем не так. Менее консервативно, что ли... Правда, в его случае парень не знал, кто подкинул, поэтому рассказывать было некому. Да, и зачем, если вечером того же дня русские поговорили и решили все равно пойти погулять. Нельзя же, чтобы все труды друзей прошли напрасно, к тому же в предверии рождественских каникул была ярмарка, на которую оба хотели попасть, прослышав, что там можно найти все что угодно и даже больше. В Йокогаме уже в течении нескольких дней пасмурно. Обещают снег, но ещё ни разу белые хлопья не коснулись земли. Дует ветер. Фёдор в тёплом белом пальто, а Гоголь - не слишком тёплом кофейного цвета пуховике и темно-синих джинсах. Омега хорошо переносил холод, в отличии от спутника, что кутается в мягкий шарф, выпуская изо рта пар, грея тем самым руки. Конечно, здешний климат не идёт в сравнение с суровым Российским, но все же. - Куда пойдём? - спрашивает темноволосый. Они просто идут рядом друг с другом, как и в самый обычный день. - Давай в ряд игрушек. Хочу посмотреть что-нибудь Вике на Рождество. - парень незаметно касается уха, скрытого за волосами, в котором отчётливо слышится голос Чуи:«Молодец, мы с Дазаем через три ряда от вас. Попробуй завязать разговор... Скумбрия, не тяни так сильно!» - Как думаешь, что можно ей подарить? Парни идут мимо невысоких деревянных домиков с различными товарами: от маленьких брелочков и оберегов до маскарадных нарядов с побрекушками. Множество цветных огней, вкусной еды из разных кухонь мира, запахов парфюмерии, разговоры продавцов, покупателей, лай собак - все смешалось в одну кучу. Николай старается не подавать виду, что ему неловко. Неловко от того, что пусть приглашения и подставные, но вот согласие на них настоящее. Ведь... Это же свидание! Пепельноволосый никогда бы не поверил, что Достоевский так просто дал добро на такое мероприятие! - Даже не знаю... Может книжку какую? Она в последнее время много читает, да и «Сказания Востока» ей нравятся. Ты же у нас литератор, подскажешь чего? - Ну, сказки дома есть, так что может что-то к школе? А если из игрушек, то что бы ты выбрал? - в наушнике играет тихая мелодия - рыжик поставил на удержание, что немного напрягло омегу. Ладно, своей головой тоже думать надо. - Я не умею выбирать подарки. - с усмешкой выдыхает тот. Браслет на руке слегка вибрирует: «Как закончите с покупками веди его к набережной, лавочка третья с левой стороны от спуска. Я буду сзади в палисаднике у ближнего к вам дерева. Может наверх заберусь))»

***

- Дазай, твою ж! Кто тебя там так гонит?! - Чуя отряхивается, отталкивая от себя протянутую на помощь руку. Осаму, как маленький ребёнок, резко помчался в сторону, к ларьку, где продавали булочки «Синабон». Вот только он в этот момент держал за руку своего омегу, а когда решил ускорится, ненароком его уронил. Падать на асфальт больно! - И ты ради какой-то выпечки достиг скорости света?! Лучше бы так за Фами в садик гонял, может на бензине сэкономили. Шатен искренне извиняется. Ему правда жаль, что так получилось. Он просто хочет все успеть до того, как русские дойдут до назначенного места. А им ещё между прочим нужно прикупить много чего: украшения для сестры рыжика, духи для Кое, кожаный кошелёк и ремень дядюшке альфы, комплект постельного белья русским... Ну, и детям разумеется. Кстати, Осаму уже подготовил презент своей половинке - чёрная тонкая портупея и несколько дорогих ножей. Чуя безумный фанат красивых лезвий, а вот первый атрибут, скорее всего будет кинут подарившему в лицо со словами: «За кого ты меня принимаешь?» Но есть, конечно, шанс, что голубоглазый согласится на... Ну, вы сами понимаете. Просто, при каких еще условиях детский врач может носить данное украшение? Дазай радуется вкусной булочке, а бывший Накахара по-прежнему злится на него. Все-таки забинтованный стал причиной того, что омега стёр себе ладошки об землю. «Шипит!» - рыжик дует на руки, а через секунду их перехватывают и аккуратно целуют. Два карих глаза смотрят с сожалением и мольбой простить его. Альфа протягивает «Синабон» паре, кивая: мол, попробуй. Чуя фыркает, но все же кусает. Вкусно. Это действительно вкусно. Тесто мягкое, а корица добавляет свою изюминку, не портя при этом послевкусие. - Давай с собой парочку купим? Фамии обязательно понравится! - собеседник засовывает руки в карманы, коротко кивая. Они разошлись с теми, кому дают свои указания, и оказались в начале детского ряда. - Кстати, что он просил на Рождество? Уверен, что здесь оно есть. - Очень сомневаюсь, что на ярмарке продают собак...

***

В руках у каждого по несколько пакетов, а Осаму ещё и коробка из того злополучного ларька. Пара успела купить все до того, как русские придут. В течении часа, что вся четверка гуляла, Гоголь успел несколько раз посоветоваться, что лучше купить Фёдору в подарок и стоит ли начинать признание там. В ответ естественно была фраза: «Подожди немного. Когда выйдите с ярмарки, Фёдор скорее всего пойдёт на набережную. Так что там и начнёшь», - Чуя облегченно выдохнул, не услышав банального вопроса: «Почему ты думаешь, что мы пойдём туда?» Он серьезно чуть не спалился! Русские обязательно должны прийти сюда, а иначе их план провалится. Дазай договорился с одним знакомым о том, что он устроит салют по сигналу. Мотоджиро - специалист в пиротехнике, поэтому мог запустить откуда угодно и когда угодно за соответственную плату. Старым знакомым скидка! Николай с Достоевским уже на подходе, а шатен с кем-то ругается по телефону. Он получает подзатыльник, ведь его слишком громкий голос может привлечь внимание. Повесив трубку альфа гневно рычит, грубо засовывая мобильник в карман, но после вновь достаёт, ведь надо написать темноволосому. Его спутник смотрит за всеми этими грубыми действиями, понимая, что что-то пошло не так. А оно так и есть - салюта не будет. Запускатель сломал руку, направляясь на место. Тупо поскользнулся и приземлился ну согнутую конечность с последующим хрустом. Было обидно. Им хотелось сделать этот вечер незабываемым, но видимо не дано. Хотя, теперь есть возможность полностью отдаться признанию. - Не сильно замёрз? - интересуется Гоголь, стоит им присесть на третью лавочку слева от спуска. Уже конечно все равно на какую, но им об этом никто не скажет. - Нет, все нормально. - Пепельноволосый берет Альфу за руку, якобы погреть. На часах Достоевского вновь загорается оповещение: «Пододвинься поближе. Попробуй начать, я в тебя верю! ;)» - Послушай, Коль... - звучит немного неуверенно, - Я хочу тебе кое-что сказать. - Если честно, то мне тоже есть, что рассказать. - Фёдор смешается немного в бок, в сторону собеседника, как посоветовал шатен. - Кто начнёт? На аллее тихо. Весь народ скопился в торговом хаусе. Серое, но не достаточно темное, для того чтобы загорелись автоматические фонари, небо, шум воды. Мир, словно специально затих, ожидая. Природа и ещё двое людей за деревьями ждут, то, что не происходило слишком долго. Парни на скамейке считают: «Раз». Сердце у обоих начинает биться быстрее, а дыхание учащается. «Два», - у них пробегает мысль о том, стоит ли говорить. Но все же каждый приходит к выводу, что нужно. Обязательно и именно сейчас. «Три», - набрав побольше воздуха и встретившись взглядами, русские произносят всего по одной фразе. - Я люблю тебя! - Я хочу всегда быть с тобой. Лица заливает краска, а тишина снова окутывает их. Получилось. У них правда получилось рассказать о своих чувствах. Да, к тому же взаимных. Наверное, это был главный фактор, что повлиял на общее состояние парней. Неожиданно, но в то же время невероятно приятно. Огромное счастье, когда ваши худшие опасения не сбываются, проигрывая лучшим. Даже подглядывающие и подслушивающие за всем замерли. Никто не верил. Долгие четыре месяца - пусть и провальные, но такие веселые! Они навсегда останутся в памяти всех. И сколько их теперь ещё будет? Узнав обо всем, они смогут проводить больше времени вместе, перешагнут через сдерживающий доселе барьер. Да, может перемены будут не существенные, но будут. Те же объятия, поцелуи. Все, что они не могли делать из-за боязни быть отвергнутыми, войдёт в их жизнь, подарив новые краски. - Смотри, снег пошёл! - Николай вытягивает руку вперёд, ловя маленькую снежинку. Пушинки медленно покидают небесный обитель, чтобы стать белоснежным ковром на холодной земле. - Ага. В России в это время уже все давно в сугробах. Но мне кажется, что здесь он не такой. - И чем же он отличается? - омега жмурится, стоит белой балерине сесть ему на нос. Щекотно. - Тот снег не заставлял меня делать это... Фёдор нежно целует. Гоголь удивленно раскрывает глаза, но после отвечает. Легкий, но в то же время долгий и трепетный. Чем дольше ждёшь, тем слаще вино, ведь так?..