Платиновый блондин

      Жизнь — хрупкая штука, особенно ярко этот факт понимаешь лет этак после пятидесяти, когда курение, алкоголь, неправильное питание и нервная работа, дружно объединив усилия, начинают понемногу сводить тебя в могилу. Первый инфаркт настиг меня в сорок восемь лет. Этой мерзкой штуке не важно твое финансовое, социальное и семейное положение. Он как Писец — тихо подкрадывается на своих мягких и вдруг настаёт.       Многие говорят, что медицина у нас в стране отстойная, возможно, оно так и есть, но тогда врачи меня вытянули. Предупредили о возможных последствиях несоблюдения режима, который теперь я собирался для себя составить и выполнять все пункты неукоснительно.       История моя началась, как и положено, с окончанием предыдущей, в кардиологическом санатории, расположенном на берегу моря. Я вышел на улицу поздней ночью — полюбоваться звёздами, усевшись на симпатичной лавочке. Звезды такие красивые в тёмную южную ночь, когда тёплый прибрежный воздух, наполненный ароматом глицинии и магнолии, смешивается с летящим от горных лугов потоком, который несёт запах лаванды. Лёгкий ветерок колышет ветви кедров и станы кипарисов, лунная дорожка приглашает пройтись по ней за край вселенной. Короче, благодать. Вот Полярная, Сириус, Андромеда, Беллатрикс, Кассиопея, Арктур, Ригель. Некоторые из звёзд имеют свойство падать, но только не они.       Поэтический настрой сбила острая боль за грудиной, такая знакомая и такая страшная. Врачи говорили, что второго инфаркта я не переживу. Что-то там было про обширную область поражения миокарда предыдущего и атеросклеротических бляшках в коронарных артериях, точно не упомню.       Я один, сейчас ночь, вокруг никого и сил позвать на помощь уже нет. Вот мы опять и встретились, мой большой полярный лис. Надеюсь, к утру меня найдут в позе уснувшего приличного человека, а не обожравшегося палёной водярой алкаша. На самом деле, для меня это очень важно, как-то я читал у Плутарха, что Юлий Цезарь когда понял, что его убивают, то натянул тогу на голову, чтобы после смерти выглядеть "благопристойно", а не с отвисшей челюстью и вывалившимся языком.       Но смерти похеру на мои желания, она привыкла работать быстро и качественно — у неё дел по всей земле невпроворот. Поэтому она, привычно взмахнув косой, отправилась дальше выполнять свою ответственную работу. Я даже благодарен ей за прекращение терзающей меня боли и полученное облегчение, но, оказалось, я рано радовался. Потому что сразу после этого и так ужасающего события я, без суда и следствия, попал прямиком в ад.       Пытать меня поручили безносому красноглазому чёрту, который, видимо, обожал свою работу, не брал выходных и отпусков — судя по его безумному взгляду, он просто упивался страданиями подопечных.       Где же я так нагрешил? Вроде никого не убивал, увольнял только за серьёзные проступки, женщин, оставленных с брошенными мною на руках детьми без средств к существованию, за мной тоже не водилось. Мелкие грехи у всех есть, но со мной точно ошибка вышла. Где Бог, или, на худой конец, какой-нибудь архангел, которому можно аппеляцию подать?       Нет, бля, не видно никого вокруг, ну кроме вышеупомянутого чёрта и нескольких фигур вокруг. Видимо, ученики перенимают опыт у старшего товарища. Или просто коллеги, перед которыми решила показать свое мастерство эта мразь.       А мастером, надо признать, он был отменным. Ощущения от его пыток были незабываемыми, будто кожу сдирают лоскутами, суставы и кости дробят в тисках, перетирают солью вывалившиеся наружу кишки. Сквозь этот коктейль ощущений прорывался его омерзительный голос:       — Легиллименс! Круцио!       Спустя вечность наступает блаженство, боль полностью уходит, а я, лёжа распластавшись на полу, начинаю замечать мелкие детали. Вот справа от Дьявола красивая женщина в чёрном, это явно Суккуба, рядом тип тоже в чёрном — этот точно стажер. Слева двое беловолосых, с умоляющими лицами. Ну, наконец-то, адвокатура с небес прибыла.       Лежу на каменном полу и наслаждаюсь ощущением прохлады от него исходящей, радуюсь, что почки после смерти не застудишь и вообще кайфую. Красивая блондинка умоляет чёрта пощадить меня, ей вторит её коллега. Оба почему-то называют дьявола "Мой Лорд". Это что же получается? Нам священники врали? Или у них тут революция случилась и "плохие" у "хороших" власть забрали?       Боль пропала моментально, как по волшебству. Блин, ну конечно по волшебству, я же волшебник, а не какой-нибудь магл. В душе поднимается злость, какого хрена мои родители перед этим уродом унижаются, мы Малфои, мы выше всех остальных, мы элита, а у этого, кроме гигантской магической силы, ничего и нет, даже родословная сомнительна.       Так, стоп. Я, Сергей Анатольевич для подчинённых и Серёга для друзей — какие нахер Малфой? Но в сознании отчётливо звучит знание. Я — Драко Малфой.