Ты в моём сердце

— Антон? Ты чего? — не скрывая удивления, спросила Дильман. От парня пахло сигаретами, как если бы он недавно курил. Он стоял и просто внимательно смотрел на Мелани, не обращая внимания на ее удивление. Поведение парня казалось ей странным. Сколько он выпил? И пил вообще? Мел не могла вспомнить видела ли это. — Антон, можешь отпустить мою руку, пожалуйста? — хотелось спросить немного другое, но этот вопрос был более к месту. Мелани не хотела ощущать то, как Антон держит ее за руку, не прикрытую одеждой. Она вообще не хотела вспоминать каково это — ощущать Антона. Не хотела, потому что не имела права. Он больше не был её, а мазохисткой Дильман не была. — Ты в порядке? Выглядишь бледной, — вдруг сказала парень, что еще больше поразило девушку. Видимо, Мелани выглядела не намного лучше, чем чувствовала себя. Еще немного и ее голова просто взорвётся. От выпитого алкоголя или же от того, какой насыщенный был день, — Дильман не знала. — Да, — чуть запоздало ответила. — Я в полном порядке, не волну… — тут же осеклась девушка. Конечно же он не волнуется, не глупи, Дильман. Шастун лишь хмыкнул на ее незаконченное предложение и стоял, все также держа ее руку. Сам не понимал, почему не отпускает. Не понимал, или же не хотел понимать. Возможно, он просто хотел вспомнить, какого это было — снова быть с Мелани, прикасаться к ней. Вспомнить? Разве для того, чтобы вспомнить что-то, не нужно сначала забыть это? Антон не забывал. За пять лет разлуки он не смел позволить себе забыть моменты, которые они делили между собой; дни, которые они проживали вместе; много прекрасных признаний, обращенных друг другу. Не забыл он и то, что Дильман после одной из поездок в Америку, решила закончить их отношения. — Знаешь, а я ведь ждал тебя тогда… — вдруг отрешенно сказал Антон. А у Мелани чуть сердце не остановилось от того, сколько горечи было в его голосе. — Я, как самый настоящий идиот, ждал тебя, — уже более осознанно продолжил он. — Знаешь, если бы ты тогда вернулась ко мне, я бы даже спрашивать ничего не стал — почему ты вдруг ушла; что произошло между нами; сделал ли я что-то не так… или ты, — ничего бы не спрашивал у тебя, настолько любил. Сердце Мелани как будто действительно остановилось, потому что она не знала, как сдерживала себя, как сдерживала слёзы, что стояли в глазах. Она ощущала себя живой статуей. Было неожиданно услышать такое от Антона сейчас, девушка была совершенно не готова к этому разговору. — Антон, не надо, прошу тебя… — тихо сказала Дильман, на что Шастун мягко толкнул ее к стене и сам немного приблизился. — Ты пьян, ладно? Завтра ты будешь жалеть об этом разговоре. Разница в росте Антона и Мел была немаленькая, из-за чего парень слегка склонил к ней голову. — Не волнуйся, не буду, — он смотрел прямо в глаза, не давая ей и шанса скрыть свой взгляд. — Тогда зачем это всё сейчас? — не выдержала девушка, голос ее слегка дрогнул. — Зачем… Веришь или нет, но я и сам не знаю ответа. Может, я просто хочу добраться до правды? — прищуриваясь, предположил. — Что случилось в Америке, что ты скрыла от меня, Дильман? Ведь что-то явно произошло. Мелани чувствовала, что еще немного и ее выдержка лопнет. Полное игнорирование от Антона было в тысячу раз лучше, чем то, что он теперь хочет знать от нее. Нужно было убираться из этого клуба и молиться, чтобы парень к понедельнику бросил это дело — ворошить прошлое. Ни ему, ни ей от этого легче не станет. — Ничего не случилось, Шастун, — отчеканила Дильман, пытаясь придать своему голосу твердости, которую не ощущала. — Как я уже сказала тогда, мы просто были не готовы к серьёзным отношениям и тем более к женитьбе. По сколько нам тогда было? — Мелани решила идти до конца. — По двадцать лет, Антон. Какая семья может быть в двадцать лет? — Мне было двадцать три, — бросил парень, злясь. Что такое, Антон? Когда ты несколько часов назад радовался, что девушка отказалась выходить замуж, всё было нормально. Что же сейчас изменилось? — Сути дела не меняет, — отмахнулась Мелани. — Я не хотела даже оставаться в Москве жить, так что вполне было ясно, что это всё долго бы не протянулось. — Не хотела? А сейчас же что изменилось? — спросил парень, чуть приблизившись. — Как тебе сейчас живётся в Москве, Дильман? Надо срочно сворачивать этот разговор. Антон очень будет жалеть завтра утром, когда протрезвеет. — Прекрасно, — спокойно она ответила и посмотрела на него твёрдо. — Если я утолила твоё любопытство, то отпусти наконец мою руку и дай пройти. Несколько долгих секунд Антон смотрел прямо ей в глаза, прежде чем сказать: — Нет, — резко сократил оставшееся расстояние между их лицами и поцеловал Мел. Антон вложил в этот поцелуй всю свою злость по отношению к девушке и боль, причинённую ей же. Мелани чуть не задохнулась от ощущений, что накрыли ее с головой. Сейчас было бы прекрасно оттолкнуть его и позорно сбежать, но она никак не могла заставить себя двигаться. Губы были не в счет, ибо в этом была больше заслуга Антона. После жёсткого столкновения, последовали контрастные, мягкие движения губ парня. Он словно целовал её в первый раз, изучал: прикусил нижнюю губу, медленно потянув; прошёлся языком по ровному ряду нижних зубов и точно так же по верхнему; а потом, почувствовав ответные движения от девушки, притянул ее ближе к себе, углубляя поцелуй. У Антона чуть крышу не снесло, когда их языки столкнулись. Мелани провела по языку парня, толкаясь в его рот, и так же, как и он несколько секунд назад, оттянула его нижнюю губу, чуть прикусив. Руки сами легли на его плечи, но от полной потери рассудка её спасло, если можно так сказать, то, что Антон прервал поцелуй точно так же неожиданно, как и начал его. Затуманенным взглядом девушка прошлась по лицу парня, что было впервые за долгое время так близко. Было что-то в его взгляде и Мелани чувствовала, что сейчас он скажет что-то, что испортит волшебные ощущения этого поцелую. Так и произошло. — Безвкусно, — чуть поразмыслив, сказал парень. Она совершила ошибку. — Теперь можешь идти, Дильман, — отступая на шаг от девушки, сказал Антон. Руки соскользнули с плеч парня. Мелани вдруг почувствовала себя такой уставшей и подавленной, что даже не пыталась скрыть этого. Опустив голову и хмыкнув, она не обратила никакого внимания на взгляд Антона, изучающего ее, и направилась дальше по коридору на негнущихся ногах. Потом, всё потом. Потом она будет корить себя, что посмела ответить ему. Сейчас же не было абсолютно никакого желания заниматься анализом собственных поступков и упрекать себя. Хотелось скрыться от него, от его взгляда, который она ощущала спиной, пока не свернула за угол. Хотелось просто отправиться домой. *** Мелани быстро приблизилась к столику, за которым сидел только Денис и поднял голову, когда увидел Дильман. Она была раздражённой. — Всё нормально? — тут же вскочил на ноги и встал рядом с девушкой. — Да, всё прекрасно, — быстро ответила Мелани. — Ты не видел мой телефон? Хочу заказать такси, — к концу фразы Дильман заметила приближающегося к их столику Антона. — Кажется, он был у Адель, — ответил Денис. — Ты точно в порядке? — всматриваясь в лицо Мел, задал он повторно вопрос, не обращая внимание на Антона, что сел на диванчик и принялся копаться в телефоне. — Да, Ден, все хорошо, — косо глянув на Шастуна, быстро сказала Дильман. — Где ребята? Денис несколько секунд смотрел на Мелани, потом достал телефон и набрал чей-то номер. Девушка в этот момент стала искать свою толстовку, которая оказалась между Антоном и подлокотником дивана. Прекрасно. Он специально туда сел, точно специально! — Подай, пожалуйста, мою кофту, — безэмоциональным голосом попросила девушка. Антон отреагировал не сразу, сначала он что-то напечатал в телефоне, потом быстро пролистал что-то, затем выключил его, убрал в карман, и уже потом обратил своё внимание на Мелани. Детский сад, Шастун, Мишутка и то серьёзнее. — Что, прости? — и посмотрел так, словно только заметил. А то ты не знаешь что, козёл. — Кофта. Моя. Там. Подай, пожалуйста, — сохраняя спокойствие, повторно попросила, указывая пальчиком. На место недавней апатии пришло раздражение. Видимо, сегодня Дильман было суждено испытать весь спектр чувств и эмоций. Как будто до этого она жила себе припеваючи. — Какая? Эта? — указав на единственную толстовку, «уточнил» Антон. — Очевидно, да, — уже менее спокойно ответила Мелани. Хотелось закатить глаза, но еще больше хотелось поскорее убраться отсюда, при это желательно не показывая парню абсолютно никаких эмоций. Хватило на сегодня, черт возьми. Забрав протянутую вещь, Дильман даже бровью не повела на короткий контакт их пальцев. Как назло Адель долго не было с её телефоном, Денис куда-то пропал, а Мелани один на один с самым невыносимым идиотом за сегодняшний день. Не считая её самой. — Ты уже уходишь? — спросил Антон, но Дильман совершенно не хотелось ему отвечать. Она лишь косо посмотрела на Шастуна и увидела в толпе приближающуюся Вернен. Не дожидаясь, когда та дойдёт до столика, Мелани сама направилась к ней. — Наконец-то, Адель, — вздохнула облегчённо Дильман. — Ты чего? — удивление проскочило в голосе подруги. — Всё нормально? Боже, если еще хоть кто-нибудь спросит это, то всё будет ни черта не нормально. — Абсолютно, — забирая телефон, ответила. — Я собираюсь домой. Вы еще останетесь? — Думаю, да, время детское ещё. Ты поедешь одна? — нахмурившись, спросила Вернен. — Угу, — заказывая такси, ответила. — Не волнуйся, все нормально. Остальные ребята прошли к столику и действительно, никто еще не собирался уезжать домой. Такой прекрасный вечер пятницы, остаток которого, видимо, придётся провести за просмотром какого нибудь фильма, ну или можно поспать. Мелани еще не решила, но больше склонялась к первому варианту и кажется, что уже знала какой жанр выберет. Боевик. Где много экшн-сцен и мало драмы. Идеально. — Мел, подожди, — неожиданно сказал Денис. — Я с тобой поеду. Не хочу отпускать тебя одну. — Вы уже уходите, ребята? — спросил Серёжа. — Да, что-то голова разболелась. Мигрень, наверное, — быстро ответила Дильман. — Всё нормально, Денчик, оставайся, в этом нет необходимости, — быстро обняв парня, она уже развернулась. Шевченко взял её за руку, говоря: — Мело, не спорь, — подмигнул и положил руку на уровне её лопаток. — Я всё равно не планировал сегодня долго сидеть. — Ты уверен? — парень кивнул. — Ну раз так, тогда такси будет с минуты на минуту. Ребята, мы поехали тогда. Адель, обязательно напиши, как будешь дома. Арс, это на тебе, — заговорщицки, сказала Мел и попрощалась с друзьями, пройдясь вскользь взглядом по Антону, который все это время молча сидел, чуть нахмурив брови. Направляясь к выходу, Дильман ощущала, как ранее в проходе, взгляд парня на своей спине, где все также находилась рука Дениса. *** — Не позовешь на чай? — поинтересовался Денис, когда они вышли из машины. — Знаю я твой чай, — хмыкнув и укутавшись в свою толстовку, ответила Мелани. — Денис, давай как-нибудь в другой раз? Сегодня был довольно насыщенный день. Парень понимающе кивнул. — Что ж, раз на чай не зовешь, тогда не буду держать тебя на холоде. Спокойной ночи, Мело, — Шевченко приобнял девушку за талию одной рукой и, приблизившись, поцеловал в щеку. Мелани вдруг стало неудобно. Денис был её лучшим другом, но от одной мысли, что всего каких-то полчаса назад она целовалась с Антоном в клубе, ей становилось не по себе. Ты просто устала. Мелани упорно пыталась понять, что вообще за день сегодня такой, но глупый мозг так же упорно отказывался это делать. — Пока, Ден, — улыбнулась девушка. Денис жил в одном спальном районе, что и Мелани. Путь его лежал через парк, что был напротив дома Дильман и к которому он сейчас и направлялся. Мелани поднялась в квартиру, сняла обувь в прихожей и прошла на кухню. Она налила себе холодной воды в стакан и присела за барную столешницу. Девушка удивилась, когда зашла в соц сеть и увидела сколько историй опубликовали её друзья за сегодняшний вечер. Когда они вообще успевали столько снимать? Мелани даже про телефон не вспомнила, пока не пришло время сбежать от Антона. Посидев еще какое-то время, Дильман отправилась в свою комнату. Этот день действительно выжал из нее все соки, и сейчас, вместо какого-нибудь классного боевика, она собиралась принять ванну, лечь в постель и включить что-нибудь либо сопливое, либо комедийное. В то время как Мел играла с мыльной пеной, её телефон неожиданно зазвонил. Это была мама, что не удивило девушку, ведь в Калифорнии была середина дня. — Привет, мамочка, — бодро сказала Дильман. Горячая ванна поистине творила чудо даже в пол второго ночи. — Милая, как у тебя дела? — теплота в голосе мамы пробудила в Мелани ту самую маленькую девочку, которая всегда бежала и все рассказывала матери. Мелани тяжело вздохнула и приступила рассказывать о том, что было в последнее время. Она рассказала всё, то и дело ругая себя за слабость перед Антоном. Это же уму непостижимо! После прямого заявления от парня, что тот не собирается оставлять Дильман в покое, а хочет разобраться «что же такого произошло пять лет назад», она еще и посмела ответить на его поцелуй, как самая последняя влюблённая дурочка, и думать, что Шастун после этого не выкинет что-то. Выкинул. Её последние крупицы уверенности, что этот сезон «Импровизации» она выдержит, улетучились в тот же момент. Хотелось волосы рвать на голове от одной только мысли, что им вместе сниматься еще три добрых месяца. Понимание, что она не справится с Антоном, со своими чувствами, с их общим прошлым, давило на нее как никогда. — Так что, мама, я сглупила… Антон теперь тем более не оставит меня в покое, — грустно вздохнула девушка. Женщина молчала какое-то время, обдумывая полученную информацию и подбирая слова, которые смогли бы выразить ее мысль точно и при этом не запутать Мелани еще больше. — Мело, у тебя остались чувства к Антону? — прямо спросила мама, не давая дочери возможности уйти от ответа. — Ты же знаешь, — тихо начала говорить, — что они как были, так и остались. За пять лет я, кажется, полюбила Антона только сильнее. Он всегда будет в моём сердце… — проведя пальцем по надписи, что была чуть ниже левой груди, закончила Мелани. — Раз ты так сильно его любишь, то почему не хочешь рассказать о том… ужасном случае? — Елена Евгеньевна не смогла назвать вслух то, что произошло пять лет назад и что оставило глубокий отпечаток на сердце Мел, да и на всем семействе. — Я просто не хочу причинить ему еще большую боль, чем уже сделала это, — глаза заслезились, Мелани сделала глубокий вздох. — Знаю, что это звучит эгоистично, но я не могу рассказать ему о выкидыше. — Он заслуживает знать правду, милая, — спокойно сказала женщина то, что говорила уже несколько раз за все эти годы. Дильман знала это, как и то, что Антон будет винить себя, её, их. И, тем более, он не просит то, что Мелани умолчала об этом. Может, они действительно были ещё не готовы? Дильман бесцеремонно бросила трубку, отложила телефон и погрузилась с головой под воду. Сегодня не хотелось больше ни о чем думать.