Ты в моём сердце

Выходные для девушки пролетели совершенно неожиданно. Она много думала о своей авантюре, успела пожалеть раз сто, но не смела отступить. Она знала, что через какое-то время Антону надоест возиться с ней, а там и конец сезона будет не за горами. Главное, чтобы «отношения» с Денисом продержались как можно дольше. Шевченко предложил Мелани заехать за ней после тяжёлого рабочего понедельника, и девушка не стала отказываться, считая, что это поможет закрепить их «отношения» в глазах окружающих, в основном — Антона. К слову, Шастун весь день не сводил глаз с Дильман, которая чувствовала себя как на иголках, а вопросы от друзей давили на нее чуть ли не больше, чем прямые и долгие взгляды Антона. Впрочем, она была рада, что этот день подходил к концу и в общем и целом прошел относительно спокойно. Телефон зазвонил в правом кармане осеннего пальто Мел, которая стояла у чёрного входа и курила впервые за сегодняшний день. По-хорошему было бы бросить это дело, но если не сигареты, то сладкое, которое девушка так же старалась ограничить в своем рационе. Посмотрев на дисплей, она незамедлительно ответила: — Мело, я уже у главного, жду тебя, — сразу сказал Денис. — Уже бегу, — отключилась и, докурив, быстрым шагом направилась к главному входу. Хоть день и был тяжёлым, но осознание, что он подошёл к концу, придавало энергии. Настроение стремительно улучшилось, так что, свернув за угол, Мел не смогла скрыть свою радость и улыбку, когда увидела Дениса, который улыбнулся ей в ответ. Уже чуть позже она заметила парней, среди которых был Антон, — они стояли рядом с машиной Шевченко и говорили о чем-то. Когда Дильман подошла ближе, разговоры прекратились, но в воздухе не было какой-либо неловкости. — Мело, как дела? — Шевченко решил взять дело в свои руки, и протянул подругу за талию к себе, и поцеловал в щеку, что было совершенно неожиданно. Дильман чуть всё не испортила своей странной реакцией на действия Дениса, но быстро пришла в себя, обняла парня в ответ и встала, прижавшись к его правому боку лицом к парням, которые наблюдали данную картину. В принципе, их реакция была схожа между собой и не обладала какими-либо отрицательными чертами, чего нельзя было сказать про Антона, который смотрел на них с тяжело читаемым недовольством. Если бы Мелани не знала парня от и до, то легко могла бы спутать данную эмоцию с недоверием и подозрительностью. — Увидела тебя и стало лучше, — улыбаясь и смотря в глаза Денису, она ответила, но не смогла удержаться и не посмотреть вскользь на реакцию Антона. К недовольству прибавится скептицизм, который Шастун и не скрывал. Оно и было понятно почему — данная манера общения в отношениях была не свойственна Мелани. Хоть и прошло пять лет, но Антон почему-то был абсолютно уверен в том, что Мел нисколько не изменилась. Единственное, что он отметил — она стала более отстранённой и менее улыбчивой. Даже с парнями она держала дистанцию, хотя ей нравилась их компания. — Поверь, скоро будет еще лучше, — заговорщицки сказал Шевченко и подмигнул Мелани, щеки которой покрылись лёгким румянцем от слов парня, хотя она знала, что ничего такого не будет. Она то знала, а вот парни явно нет, так что сейчас чувствовали себя немного лишними. Шастун же чувствовал, что этот цирк ему начинает надоедать, и лучше будет, если Дильман сейчас же его прекратит. — Кхм, поздно уже, — первым прервать повисшее молчание решил Арс. — Давайте, ребята, по домам? Все мы за сегодня сильно устали. А вам хорошего вечера, молодежь, — закончил Попов и метнул взглядом в сторону Антона, который молча и неотрывно смотрел на объятия «парочки». —- Верно, Арс, — ответила Мелани. — Увидимся завтра, ребята. Дильман отступила от Дениса и тот открыл ей пассажирскую дверь. Когда все разошлись, а Шевченко сел за руль и выехал с территории Главкино, Мел заговорила первая. — Ден, ты не думаешь, что мы переборщили? Что еще за «будет еще лучше»? — поморщилась девушка. — Не бери в голову, Мело, думаю, все было в норме, — непринуждённо ответил. — Мы неплохо сработались, да? — подмигнул с улыбкой Шевченко. — Да, ничего не скажешь, — отстранённо произнесла Дильман. — Зайдешь на чай? — решив сменить тему, спросила. Шевченко не стал отказываться от предложения подруги и через двадцать минут они уже сидела на кухне девушки и попивали свежесваренный английский чай, беседуя на разные темы. Но мысли Мелани все время возвращались к Антону. Она еще сильнее загоняла себя и думала как же ужасно и нечестно поступает с ним. Хоть и было неправильно обниматься перед Антоном и вовсю показывать свои «отношения», но Мел не знала другого способа, отстранить от себя парня. Для него будет лучше поскорее забыть её и не копаться в прошлом, а Мелани было уже всё равно к чему приведёт её этот путь. Главное — убить последние крупицы не до конца прошедших чувств парня. Она знала, отпустив прошлое, он сможет быть счастлив, будет жить дальше и заведёт с кем-нибудь новые серьёзные отношения. По крайней мере, Мелани хотела в это верить. Если уж нам не быть вместе, то пусть хоть один из нас будет счастлив. *** Остальная часть недели прошла в суматохе, что абсолютно выбило из Мелани все силы. Оказывается, это очень больно, когда мышеловка защёлкивает мизинец на твоей ноге. Сейчас было утро четверга, как девушка в спешке натянула синие джинсы и надела поверх белой майки такого же цвета свободный свитер. Холодало, особенно вечером, когда Дильман возвращалась домой, потому она решила надеть тёплое длинное чёрное пальто и черные грубые ботинки. Стремительно вылетев из квартиры и дома, она уже собиралась заказать такси, как тут же увидела напротив своего подъезда Антона, который стоял боком к ней, прислонившись к капоту своей машины и что-то печатая в телефоне. От неожиданности Мелани заскочила обратно в подъезд, придерживая дверь и прячась за нею. Хоть парень её и не заметил, но это не улучшило ее положение. Что он тут делает, черт возьми? Нужно было срочно придумать какой-нибудь план, чтобы избежать встречи с ним. На протяжении этой недели Антон несколько раз пытался подловить Мелани, мол «есть серьёзный разговор, который нельзя откладывать». А Дильман всю неделю старалась избегать его общества один на один. И сейчас Шастуну, видимо, надоело бегать за ней, потому он решил оставить её без шансов на спасение от «серьёзного разговора». Как назло, ничего не приходило в голову Мел, а Шевченко, который обычно подвозил и забирал её, был занят сегодня утром. С сожалением подумав, что рано или поздно этот разговор состоялся бы, Дильман собиралась выйти из «укрытия». Нужно было всё разъяснить, чтобы у Антона не осталось никаких сомнений по поводу ее «отношений» с Денисом. Нужно было поставить точку в их отношениях, которые взяли перерыв практически на пять лет. Мелани устала бегать от него и своих чувств, но не хотела, чтобы Антону было больно. Поэтому она собралась с мыслями и вышла в «свет» к парню. Услышав шаги и звук закрывающейся двери подъезда, Шастун оторвал свой взгляд от экрана телефона и заметил Дильман, которая направлялась в его сторону. Парень не смог прочитать какие-либо эмоции на лице девушки, и понял, что она снова закрылась. Больше всего ему не нравилась эта черта в ней. Но ничего, он выведет её на чистую воду… и эмоции. — Что ты тут делаешь, Шастун? — без приветствия начала она. — Доброе утро, Дильман, — закатил глаза. — Кажется, я уже сказал, что нам надо поговорить. — Именно сейчас? Ты серьёзно решил, что сейчас подходящее место и время? — скептически произнесла девушка. Антон видел, как бегали глаза Мел в поисках пути отступления, но он не собирался и дальше откладывать всё. Ему хватило лицезреть несколько дней милую парочку, вечно обнимающихся и улыбающихся друг другу. Не сосчитать сколько раз он хотел ударить по радостному лицу Шевченко и сколько раз — выдернуть Мелани из его рук, которые также хотелось переломить. Успокаивало его лишь то, что на самом деле между ними ничего не было, хоть и девушка пытался доказать обратное. Антон терпеливо ждал три дня, когда им надоест эта игра, и сейчас может спокойно приступить к осуществлению своего плана. —- И когда же тебе будет удобно, позволь поинтересоваться? — притворно любезно спросил Антон. — С тобой — никогда, — парень и не сомневался. — Я действительно не понимаю, что ты постоянно хочешь узнать? — посмотрела на небо, не обращая внимания на парня. — Всё давно закончилось, Шастун. У тебя своя жизнь, у меня своя. У тебя свои заботы есть, у меня свои. Я правда устала от тебя и того, что ты ворошишь прошлое, — она посмотрела прямо в глаза парню, что стоял и внимательно слушал её. — Займись уже своей жизнью, и не лезь ко мне. Как бы тяжело тебе не было это услышать, но между нами больше нет и не будет никаких отношений, кроме рабочих, разумеется, — ни один мускул не дрогнул на лице Антона, и Мелани бросила все силы, чтобы продержать на собственном маску абсолютного безразличия и лёгкой надменности. Хотелось прибить себя за такие слова и поведение, но Дильман займётся этим потом. Сейчас она должна сделать так, чтобы единственным чувством Антона к ней была неприязнь, даже ненависть. И кажется у нее неплохо это выходило. В глубине самых прекрасных, по её мнению, зелёных глаз вспыхнула искра недовольства. Всё произошло слишком быстро, чтобы Мелани хоть что-то поняла, кроме того, что Антон за несколько шагов сократил расстояние между ними и приблизился практически вплотную, возвышаясь.