Взаимно

Канаме тяжело вздохнул, отгоняя ненужные, но до жути соблазнительные мысли в сторону. Пошлые картины с весьма и весьма развратными, обнаженными девушками так и стояли перед глазами. Поудобнее усевшись за письменный стол, Куран вновь уставился на лежащие перед ним документы, присланные Советом, и попытался вникнуть в смысл написанного. Ничего. Буквы расплываются перед глазами: сказывается усталость и месячное воздержание от секса. Да, он любил Юки. И не только как сестру. Эта невинная и милая шатенка была для него возлюбленной, самым ценным в мире человеком. Пока человеком. Но чистокровный все же мужчина, которому надо снимать стресс, который жаждет тепла женского тела. - Канаме-сама, можно? - в дверь осторожно постучали и, не дожидаясь ответа, вошли. Все же, чистокровный многое позволял этим аристократам. - Айдо, тебе следовало дождаться моего ответа, - Куран осуждающе оглядел блондина. Да, хорош собой, но он ни капли не возбуждал. И даже то, что ворот рубашки оттянут, открывая вид на тонкую шею, не заставлял его хотеть вцепиться клыками в это жмущееся недоразумение. И не стоит морщить нос. Куран живет уже не одну сотню лет и, конечно же, удовлетворял свою похоть с мужчинами. И не раз, и не два. В его постели побывали многие, начиная с простых служанок и лакеев и заканчивая королевами и королями. Все, кого он хотел, уже через неделю извивались под ним, умоляя не прекращать эти сладостные пытки. - Вам пора на занятия, - Ханабуса смущенно улыбнулся. - Мы вас уже час ждем. Целый час? Он заработался не на шутку. - Передай остальным, что я сейчас спущусь, - холодно произнес вампир, провожая взглядом блондина. Затягивать с появлением не стоит, хотя безумно хотелось вообще никуда не идти. Но он и так сильно опаздывал, хотя не одно столетие слыл пунктуальным. Ну что же, иногда можно позволить себе эту маленькую провинность. Не в меру раздраженный и недовольный всем, что попадалось на глаза, прародитель осторожно сложил разбросанные по столу документы в одну стопку. Желание послать все в Геенну огненную никуда не исчезло, а даже наоборот. Ко всему прочему, эта жуткая духота, стоящая на улице, не приносила радости в его существование. И даже наличие в кабинете кондиционера особо не утешало, ведь стоит выйти на улицу и считай спекся. Поднявшись со своего кресла, Канаме застегнул верхние пуговицы рубашки и аккуратно завязал галстук. Даже в Аду он, наверное, не упал бы в грязь лицом и остался бы в столь же идеально белом, выглаженном прислугой костюме. Жара не сломит его. Куран величаво спустился с лестницы, кивком поприветствовав учащихся Ночного класса. Он в мгновение ока миновал главный вход/выход Лунного общежития. Замечая, как аристократы двинулись за ним следом. Но на пути каждого есть препятствия. И этим самым препятствием служила длинная дорога до учебного корпуса. И пусть Куран вампир, способный переместиться в нужное ему место за каких-то там пару секунд, он все же этого не делает, ведь на то есть свои причины. И еще существовала преграда в виде учениц Дневного класса, которые просто обожают вампиров. Да, несомненно, это играло с человеческими сердцами очарование, присущее их истинной сущности. Любого человека, будь то мужчина или женщина, можно сравнить с ланью, отчаянно восхищающуюся видом сильного и могучего волка, который бежит на нее, скаля клыки. Животное испытывает страх, в голову ударяет адреналин. Два в одном. Ворота открылись, являя взору Ночного класса перевозбужденных девушек, которые при виде своих кумиров громко кричали и размахивали руками, привлекая внимание. Несчастная Юки стояла впереди толпы и пыталась угомонить это безмозглое стадо, но куда ей, такой хрупкой, против них? Оглядев девушку, стоящую к нему спиной, Канаме ничего не почувствовал, кроме как прилива нежности и истинно братских чувств. Все будет, возможно. Неожиданно девушки замолчали и построились по стойке смирно. Юки же облегченно выдохнула, стирая со лба выступивший пот. Такая тишина означала одно - Зеро здесь. Чистокровный обернулся, мазнув взглядом по своим подчиненным, и уставился на пепельноволосого охотника, который с видом истинного аристократа стоял возле излюбленного им дерева. Он презрительно оглядел вампиров, чуть скривившись и явно проклиная их до тринадцатого колена. Такой гордый и сильный. Не понимая того, зачем он идет к этому пареньку, Куран все же не мог себя остановить. Видимо жара сморила не только его, но и Кирию, который был одет в рубашку с короткими рукавами и без своего излюбленного, вечно завязанного неправильно галстука. Подойдя поближе, Канаме заприметил капельки пота на лбу у охотника, и одна из них, соскользнув, прошлась по щеке юноши, затем по шее и спряталась под рубашкой. И почему-то это показалось прародителю сексуальным до чертиков. - Как ты себя чувствуешь, Зеро? - шатен улыбнулся, встав напротив охотника. Его всегда забавлял тот факт, что будучи выше Кирию, умудряется смотреть на него снизу. Когда сам этого захочет, естественно. - Все было прекрасно до твоего появления, а теперь будь другом свали и дай мне отдохнуть, - Зеро зло фыркнул, ожидая выполнения своей "просьбы". - Но я же не твой друг, Кирию-кун, а скорее соперник, - Канаме все еще улыбался, разглядывая охотника. Красив и сексуален, черт возьми! Вот именно его и хотелось хорошенько отрахать на столе, на кровати, в ванной. Да где угодно, лишь бы вбиваться в это совершенное тело, вырывая из такого грязного ротика не сарказм, а громкие, хриплые стоны. А от картины того, как Кирию будет стоять на коленях и неумело сосать его член, сносило голову! Стало совсем душно. Не за горами стояк. - Вот и иди на хер, - выругался пепельноволосый, разворачиваясь и собираясь уходить. Но Канаме схватил Зеро за руку, притягивая к себе. Он ясно ощущал теплое тело охотника, которым хотелось завладеть. - Зеро, не смей так со мной разговаривать, - прошипел Куран на ухо ученику Дневного класса, чем вызвал у него дрожь. Убедившись в том, что Айдо обратил на себя внимание учеников обоих классов, Куран притянул одной рукой вампира к себе за талию как можно ближе. Перехватив обе руки парня, Канаме держал его крепко, наслаждаясь мимолетной близостью. - Ты что творишь, больной ублюдок? - прохрипел Кирию, чувствуя боль в ребрах. - Что хочу, - Канаме во время берет себя в руки, отпуская жертву. - Но мне пора, увидимся. - Сдохни уже, - по-своему попрощался Зеро, недоуменно уставившись на уходящего к своим мерзким кровососам Курана. И зачем подходил, спрашивается? *** Занятия закончились, но Канаме не торопился в Ночное общежитие. Он отчетливо помнил, что каждую ночь префекты поверяют территорию академии. По отдельности. Сегодня он удовлетворит свою похоть. Сегодня ночью строптивый охотник будет стонать под ним, как последняя шлюха. - Канаме-сама, вы куда? - интересуется Лука, досадно прикусывая нижнюю губу. - Дела, отправляйтесь без меня, - это не простая просьба, а приказ. Чистокровный явно дал понять нерадивым вампирам, что не нуждается в их обществе в данный промежуток времени. Больше никто и ни о чем не спрашивал. Зачем нарываться на гнев своего Короля? Вот именно, не за чем. Проще выполнить приказ и успокоиться. Канаме довольно ухмыльнулся. А затем быстро двинулся в сторону парка, окружавшего академию, намереваясь проверить все вдоль каменной ограды. Пройдя мимо очередного дерева, Куран заприметил знакомую худощавую фигуру. Вот он - Зеро. Его аромат нельзя спутать ни с чьим другим: запах пота и мяты. Наверное, эта давно затасканная фраза надоела всем, но именно "валить и трахать" сейчас хотелось недоступного, на первый взгляд, вампира. И плевать на мнение Кирию - его, вообще, никто не спрашивал. Кровавая Роза блеснула в свете луны. О да, реакция и скорость охотника поражала, не скажешь, что почти класс Е. -Что ты здесь делаешь, Куран Канаме? - холодно поинтересовался Зеро, держа на мушке чистокровного. Одна единственная пуля отделяет его от "долго и счастливо". -Ты стал позволять себе слишком много, Зеро, - проговорил прародитель, оказавшись за спиной охотника. Он выхватил пистолет из руки Зеро, отбрасывая его в сторону. Сильные руки чистокровного притянули сопротивляющегося охотника ближе, давая почувствовать как возбужден мужчина. - Я пришел наказать тебя и заодно удовлетворить себя. От этих слов и от соприкосновения с телом ненавистного им врага, у Зеро мурашки прошли по спине, а глаза расширились от понимания/непонимания происходящего. - Что ты задумал?! Отпусти! - в ужасе шепчет Кирию, пытаясь выбраться из крепкой хватки, но тщетно. Рука чистокровного крепко сжимает его запястья. - Ты слишком дерзок, - горячее дыхание опаляет шею охотника. Куран медлил всего секунду. Он завел руки парня ему же за спину, прежде чем повалить жертву на сырую землю, придавив собственным телом. Таким образом, лишив того способности двигаться. Сев на живот Зеро, Куран стянул с себя галстук, осторожно отложив - пригодиться. - Куран, я все понял, только отпусти! - произносит Зеро, ощущая на себе похотливый взгляд насильника. Эта ситуация... комична что ли? Чтобы невозмутимый и всеми любимый глава Ночного класса позарился на почти уровень Е? Здесь есть подвох. Но Зеро не желал думать головой, искать причины странного поведения, он хотел, чтобы ненавистный вампир отпустил его, дал возможность вырваться и сбежать. - Нет, - вот так просто отвечает прародитель. Никаких метафор, эпитетов или угроз, просто нет и все. - Я хочу тебя. Зеро яростно пытался скинуть с себя тело чистокровного но тот, словно статуя, не двигался с места. Канаме же забавляли попытки охотника вырваться. Ну, как ребенок, честное слово. Он не понимал, что теперь вампир не даст ему сбежать ни при каких обстоятельствах. Нет, что вы, он нисколько не боялся, что Зеро расскажет кому-то о случившемся - гордость не позволит. Да и на мнение посторонних Курану начхать. Пусть катятся к дьяволу . Шатен нагнулся к губам Кирию, прошептав: - Не кусайся, а то озвереешь. И кричать не стоит, а то знаешь Юки и все такое. Но Зеро не был бы Зеро, если бы выполнял все о чем, ему говорят. Когда губы мерзкого чистокровного встретились с его, он стерпел, сомкнув брови на переносице. Когда тот прикусил его нижнюю губу, затем принялся осторожно посасывать, промолчал, не проявляя никакой инициативы в действии. Но когда язык его насильника прошелся по плотно сомкнутым зубам, когда тот начал медленно расстегивать пуговицы на его рубашке, Кирию не сдержался. Пепельноволосый выждал подходящий момент, хорошенько заезжая чистокровному по спине ногой, при этом ехидно ухмыляясь. Шалость удалась? - А я хотел по-хорошему, - отстранено произнес шатен, и его глаза загорелись алым. - Подчинись мне, Кирию-кун. И Зеро подчинился. Он сам потянулся за поцелуем. Но в голове отчетливо билась одна и та же истеричная мысль: "Я этого не хочу!". Зато Он хотел, а тело охотник уже не контролировал, ибо другой Хозяин правил балом. - Вот и умница, - шепчет Куран, давая возможность пепельноволосому освободить руки. Канаме нетерпеливо стянул рубашку с такого соблазнительного тела, одновременно усаживая охотника к себе на колени и игнорируя глаза полные ярой ненависти. Он не любви жаждет, а просто секса. Грубого, жесткого секса. Чистокровный прошелся пальцами по бледной груди, задевая чувствительные соски. Но ни звука в ответ. - Я хочу, чтобы ты стонал. Хочу, чтобы реагировал на мои прикосновения. И Зеро вновь подчинился. У него нет выхода. Куран - истинно эгоистичная мразь, которая и мысли не допустит о том, чтобы позаботиться о ком-то другом кроме себя. А сам Канаме получал удовольствие от хриплых стонов Кирию. Он впадал в экстаз, слыша как из его горла то и дело вылетали мольбы не прекращать. Он хотел удовлетворить свою похоть, свое желание. Безумно хотел, но не смел причинить боль любовнику из-за своих потребностей. В то время, как сам Куран горел желанием, оставляя на шее охотника смачный засос, Кирию проклинает себя. Проклинал за то, что бесстыдно стонет, изгибается под умелыми руками чистокровного. А в особенности за то, что сам хотел этого несносного шатена. Но нет, не так. - Убирайся! - отталкивая от себя вампира, гневно шипит Куран. - Пошел вон! И Кирию, подхватив рубашку и пистолет, позорно сбегает. Канаме сам не понимал зачем он велел Зеро уйти. Он хотел его. В этом прародитель был уверен на все сто двадцать процентов. Но шатен мечтал обладать не только телом пепельноволосого, но и его душой.