Взаимно

Зеро никогда не предполагал, что будет старательно кого-то избегать. Но каких только чудес нет на белом свете. И поэтому охотник с явно нездоровым интересом бегал от Курана. Кирию избегал прародителя на дежурстве. Он появлялся возле ворот Лунного общежития только лишь на минуту, одаривая фанаток ледяным взглядом и явно намекая девушкам на то, что если что-то пойдет не так, как надо, то он свернет шею каждой из них. И почему-то его негласные угрозы действовали превосходно. В кабинете Кросса дольше чем на пять минут не задерживался. А вдруг чистокровному вздумается заскочить в гости к ректору? Да и на ночной обход территории охотник приходил исключительно с Юки, оправдываясь тем, что искренне переживает за девушку. Вопрос «а раньше почему не сопровождал меня?» игнорировал. Исключительно по такому сценарию прошло две недели. Эти четырнадцать чертовых дней порядком измотали охотника. И не только физически, но и морально. Такое трусливое поведение было несвойственно гордому и храброму юноше. Но смотреть в эти дьявольски соблазнительные и одновременно пугающие глаза — выше его сил. Просто, потому что Зеро не знал, что Канаме будет делать в следующую секунду: сделает ли из него марионетку или же даст самому выбирать. Неизвестность пугала. Но еще в теле Зеро будто появился другой «человек», полная противоположность его хозяину. Голос этого существа требовал прекратить прятаться и дать волю эмоциям. Впиться в губы чистокровного ублюдка настойчивым, требовательным поцелуем, прижаться к нему, нетерпеливо стаскивать одежду, царапать спину, выгибаться в умелых руках, кричать от наслаждения. Но Кирию отгонял эти мысли, ссылаясь на то, что все еще не отошел от гипноза Курана. Да, точно, он же не мог симпатизировать мерзкому кровососу, чисто из-за собственных принципов. — Зеро, с тобой все хорошо? — шепотом поинтересовалась Юки, не прекращая смотреть на учителя. Девушка волновалась за названного брата. Тот в последнее время был несобранным, нервным и очень взволнованным. — Все отлично, — отмахнулся от нее Кирию, переписывая в тетрадь задачи с доски. — Я же вижу, что ты мне врешь, — шатенка схватила своего соседа за руку, заставляя смотреть на нее. — Просто расскажи, и тебе станет легче. — Да, мне станет легче, — согласился с ней Кирию. — Но боюсь, ты немного огорчишься. — Я не понимаю, что ты хочешь этим сказать, — честно призналась девушка. — И не надо. — Просто знай, Зеро, что я всегда рядом, — Кросс улыбнулась. И она, действительно, напоминает парню ангела, сошедшего с Небес. Невинная и красивая. Воистину, чистая. И почему-то именно сейчас Кирию заметил то, что она не подходит ему ни по каким параметрам. Столь мерзкое существо, как Зеро, не достоин даже мимолетного взгляда Небесного создания. Вампир. Жалкий уровень Е. Пусть и не по своей воле. Ему бы с чертями в Аду брататься, а не вести разговоры со Светлыми. — Спасибо, — благодарно улыбнулся парень, сжимая руку девушки. «Нужно с ним поговорить», — решил для себя Кирию. *** Канаме ворочился в собственной постели. Спать хотелось ужасно, но приступить к столь желанному занятию он не мог. И не потому что кто-то мешал ему или на столе скопилась огромная стопка с очень важными бумаги. Нет, всего этого не было. Просто не мог уснуть и все. Скинув с себя одеяло, Канаме поднялся с кровати, направляясь в ванную комнату. Он включил холодную воду, подставляя руки под ледяную струю и умывая лицо. Сонливость как рукой сняло, но лишь на короткое время. Смотреть на себя в зеркало не хотелось. Но чистокровный преодолел собственной нежелание и взглянул на свое отражение. Под глазами залегли темные круги от недосыпа. А выражение лица такое, будто у него умер близкий родственник. Чего и следовало ожидать, в общем-то. После того случая с Зеро, Канаме стал каким-то не таким. Он по-прежнему оставался с людьми и вампирами холодно-учтивым, фальшиво улыбался и строил различные козни. Но все было… не так? Без удовольствия, что ли. Канаме Куран устал. Ему все приелось. Осточертело всеобщее поклонение, всеобщая любовь. Хотелось чего-нибудь новенького. И самое скверное было в том, что этим «новеньким» был обворожительный пепельноволосый юноша, который уже две недели бегал от него. Одевшись в привычную школьную форму, Канаме отправился в свой кабинет. Если не спится, то работа всегда в помощь. Благо важных дел не было, а значит особо думать не придется. — Можно? — Лука заходит без стука, но предварительно спросив разрешения. Такова ее природа. — Что-то случилось? — устало интересуется Канаме. Интересуется чисто на автомате, на самом же деле он хочет остаться в одиночестве. — Случилось, — кивнула девушка, присаживаясь на диван. — С тобой что-то случилось. — Я не настроен на подобные разговоры, — шатен нахмурился. Встав с кресла, он подошел к небольшому книжному шкафу, выуживая оттуда бутылку красного дорого вина. — А я настроена, — уверенно проговорила девушка, вцепившись рукой в подлокотник черного кожаного дивана. — Ты забываешься, Лука, — хмурится Король, наливая вино в бокал. Он величаво присел на свое законное место. — Забываюсь, — согласилась с ним девушка. — Но я за тебя переживаю! Ты давно в зеркало смотрелся? Ходячий труп! А когда в последний раз нормально спал? — Это не твое дело. — Мое! — рыкнула аристократка, вскакивая с места. — Мое дело! Ты — бесчувственный чурбан, Куран Канаме! Не замечаешь, как все переживают! Страдаешь, заперевшись в кабинете, а мы дышать не можем, потому что боимся! За тебя боимся! — Не кричи, — Канаме не злится на вампиршу. Напротив, он польщен таким вниманием. — А как по-другому, если до тебя не доходит? — уже гораздо спокойнее произнесла Лука, подходя ближе. — Рассказывай, что случилось. И Канаме почему-то выложил все. — Ты влюбился, — она сделала свой собственный вывод, с которым чистокровный ни за что бы не согласился — из вредности. — Не говори глупостей, — отмахнулся от нее прародитель. Чего только этим малахольным в голову не взбредет? — Но так оно и есть, — аристократка улыбнулась, радуясь, что и ее Королю ведома эта неизлечимая болезнь. И одновременно с радостью пришло сочувствие. — Я не говорю, что Зеро — любовь всей твоей жизни. Просто он тебя привлекает не только в сексуальном плане, но и как весьма интересный собеседник. Хотя, по мне, у него просто язык без костей! — И что мне делать? — задал вполне логичный вопрос шатен, наполняя бокал в третий раз. — Поломается и даст, — Лука хихикает, забирая из рук Короля почти пустую бутылку. — Я пойду, а ты подумай на досуге о моих словах. «Нужно с ним поговорить, »- наконец решил для себя Куран. *** И почему-то их первая, за столь продолжительное время, встреча происходит в кабинете ректора Кросса, который просто соскучился по сыночку и решил сообщить Канаме о том, что Гильдия не против временного перемирия. Одновременно. И всего один вопрос: «Дурак ли Кайен Кросс или гений?» Но, тем не менее, место для переговоров имеется. — Я рад, что Гильдия оказалась более… покладистой и понимающей, нежели ее члены, — Канаме как-то странно покосился на Зеро, который всем своим видом игнорировал и ректора, и президента Ночного класса, удобно уместившись на диване. Но последние слова Курана заставили Зеро задуматься, а не ему ли эти самые слова адресованы? — Просто Совет не давил на Гильдию и постепенно шел на контакт с ней, — наконец, подал голос пепельноволосый, переводя взгляд на чистокровного. — Вы о чем? — непонимающе проговорил ректор. — Просто Гильдия слишком уж строптивая и немного тугодумна, она старательно не замечала того, что Совет предложит ей весьма и весьма интересные условия контракта, — нашелся Канаме, насмешливо оглядывая охотника. — Ты считаешь, что Гильдия подчинится Совету и будет ползать перед ним на коленях? — Зеро ехидно оскалился. — В идеале - да, но судя по тому, какие популярные персонажи в ней обитают, то возможен и компромисс, в виде равноправного сотрудничества. — И какие же условия этого «равноправного сотрудничества»? — поинтересовался Зеро. — Я вас не понимаю, — подал голос Кросс. — Во-первых, Гильдия и Совет должны более тесно взаимодействовать, — игнорируя ректора, начал шатен, явно намекая на секс. — Даже так! А разве Совет не предпримет попытку вновь подчинить Гильдию своей воле? — Это будет добровольное сотрудничество, приносящее удовольствие и пользу обеим сторонам, — шатен обворожительно улыбнулся. — А разве вам, кровососам, можно верить на слово? — А ты проверь, — бросил вампиру вызов чистокровный. — Я пожалуй обдумаю это заманчивое предложение, — усмехнувшись, парень поднялся с места. — Я буду у себя, Кросс. — До встречи, Кирию, — Канаме проводил взглядом удаляющуюся фигуру будущего любовника. — И тебе не хворать, Куран.