Ты-не он

      — О чём они там говорят? — спросил Джунмён у папы, который вышел из кабинета с пустым подносом.       — Не знаю, при мне замолчали, — старший омега пожал плечами. — Потерпи, как закончат, думаю, отец нам всё расскажет.       Джунмён снова бросил взгляд на тёмную дверь в кабинет и ушёл следом за папой на кухню. Омеги сидели в тишине, невольно прислушиваясь к звукам, но разговор альф окончился довольно быстро. Первым из кабинета вышел Ифань. Увидев омег, он едва склонил голову, прощаясь, и быстро вышел, захлопнув входную дверь.       Отец медленно вошёл на кухню, странным взглядом смотря на омег.       — Что такое? — спросил папа. — Зачем приходил майор Ву?       Альфа сел рядом с Джунмёном.       — Ву Ифань просил руки нашего сына.       Джунмён, который кусал печенье, поперхнулся и закашлялся.       — ЧТО? — омега вскочил на ноги, смотря большими глазами на отца.       — Да, он попросил твоей руки, — альфа нахмурился.       — Но ведь они виделись всего два раза! — воскликнул папа.       — То же самое я спросил у него. Он со мной согласился. Я не заметил в его поведении ничего странного. Он не выглядел, как сумасшедший, а в глазах горела решимость, — отец покачал головой.       — И что ты ответил? — спросил Джунмён.       — Тебе решать, — пожал плечами отец. — Мы уже не живём в то время, когда замуж выдают против воли.       Джунмён опустился на стул. Странное предложение Ифаня выбило у него почву из-под ног. Несколько часов назад он размышлял, чем мог понравиться альфе, и пытался разобраться в своих чувствах, а теперь его уже зовут замуж.       — Я не знаю, — пожал плечами Джунмён. — Всё и, правда, слишком быстро.       — Может быть, тогда стоит сказать об этом майору Ву? — папа погладил сына по ладони.       — Думаю, он и сам обо всём догадался, — отмахнулся отец. — Вам не холодно? — неожиданно спросил он.       — Если только чуть-чуть.       — Кажется, начинается сезон дождей, и нужно будет снова топить печь, — отец чуть поёжился. — Пойду, наберу дров.       Джунмён с папой молча кивнули.       — Что ты всё-таки думаешь о майоре Ву? — спросил папа, убирая чашки. — Дом у него больше и богаче, слуги имеются в отличие от нас, да и выглядит хорошо и солидно в качестве жениха.       — А разве в деньгах счастье, папа? — удивился Джунмён.       — Конечно, не в них, я просто пытаюсь тебя наставить на правильный путь в твоих рассуждениях, — папа улыбнулся, подмигивая сыну. — Но вот тебе мысль на раздумывание — наша семья почитаема, но мы не богаты. Дом у нас скромный, одноэтажный, без слуг и без особых удобств. Может быть, тебе захочется жить в других условиях?       — Какой ты хитрый, — прищурился Джунмён, улыбаясь в ответ. — Сделаю вид, что этого не слышал, — младший омега встал со стула и потянулся. — Кажется, пора спать. Завтра мы хотели с одногруппниками встретиться и погулять.       — Эх, молодёжь, только и знаете, что гулять, — проворчал папа.       — Будто бы ты сильно старый, — Джунмён игриво толкнул бедром старшего и потом с хихиканьем выбежал из кухни, увернувшись от полотенца.       Две недели Джунмён не слышал о майоре Ву. Лишь один раз увидел его издалека и склонил голову в приветствии. Альфа замер, оглядывая омегу, и слегка улыбнулся, отвечая кивком. Но потом сел в рядом стоящую машину, не пытаясь подойти к омеге ближе, будто бы того странного предложения вовсе не было.       Всё это время Джунмён не раз задумывался о том, что толкнуло Ифаня сделать такой решительный шаг, но всё то, что приходило ему в голову, сразу же отметалось другими фактами. Несомненно, омеге было приятно получить всё то внимание, которым одаривал его альфа, но сразу же соглашаться или отказываться омега не хотел. Неизвестность пугала больше, чем интерес и внезапное желание со стороны Ифаня.       Тем временем к концу подходили летние каникулы, и студенты начинали готовиться к осени и будущим занятиям. Дожди всё не прекращались, продолжая лить на размокшие дороги, иногда мешая их с грязью. Дома стало совсем холодно, и отец только и успевал топить печь пожарче, согревая их дом в особо сырые дни.       — Джунмён, куда ты собрался? — спросил папа, увидев, как омега надевает лёгкий плащ и берёт в руки зонт. — Такой дождь и почти ночь за окном.       — Я к Шинхёну, — омега махнул рукой на соседний дом напротив. — Ему срочно нужна моя помощь.       — Помощь? На ночь глядя? — старший омега стоял перед сыном в одном халате, уже готовясь ко сну.       — У него какие-то проблемы с биологией.       — Но ещё нет учебы.       — Папа, — Джунмён обнял старшего, улыбаясь. — Я быстро. Ничего плохого творить не будем. Это, правда, биология. Шинхён готовится к дополнительному курсу в этом семестре.       — Смотри мне, — пригрозил папа. — Отец уже отдыхает, поэтому, когда будешь возвращаться, не шуми. Дверь не буду закрывать.       — Хорошо, — кивнул Джунмён. — Не забудь открыть заслонку в печи, а то сегодня, кажется, отец натопил жарче обычного.       — Иди уже, — отмахнулся старший омега.       Джунмён выбежал под дождь и быстрым шагом пересёк улицу, тут же попадая в тёплый дом друга. Шинхён уже сидел над книгами, изучая биологические задачки.       — И зачем я только её выбрал? Надо было идти с тобой на географию, — ворчал друг, чиркая в тетради.       Джунмён рассмеялся, начиная рассказывать решение другу, чтобы тот запомнил последовательность действий.       — Хочешь лимонад? Папа сегодня приготовил, — Шинхён отпихнул от себя тетрадь. — Я уже не могу на это смотреть. Идём на кухню.       — Хочу, — кивнул Джунмён. — А потом пойду домой, а то уже совсем поздно.       — Дождь, наконец, прекратился, — заметил Шинхён, разливая напиток по стаканам. — Хорошо, что сегодня я один дома, а то бы мои родители нас уже разогнали.       Джунмён улыбнулся и глотнул кисло-сладкого напитка.       — Что у тебя с майором Ву? — неожиданно спросил Шинхён.       — У меня? — Джунмён едва не подавился, услышав такой вопрос. — Ничего у меня с ним нет.       — Недавно твой папа рассказывал моему, что майор Ву сделал тебе предложение. Скажешь, такого не было? — Шинхён нахмурился.       — Ах, это, — Джунмён посмотрел в стакан. — Я сам не знаю, что это было. Вроде бы и приятно, но непонятно.       — Был бы ты с ним поосторожнее, — Шинхён подошёл ближе, понижая голос. — Ты же знаешь, мой папа всё узнает обо всех. Недавно снова рассказывал слухи о Ву. Родом он из Хуанэ, это такой небольшой город в нашей провинции. Так вот, майор был там достаточно популярен, женился десять лет назад. Муж, говорят, был красавцем. Мало что известно про их жизнь, но муж умер спустя пять лет брака, как сказали врачи, от лихорадки. Да вот только, говорят, когда переодевали покойника, то слуги видели своими глазами синяки по всему телу и кровоподтеки. Будто омегу сильно избивали или насиловали.       — И ты поверил в это? — Джунмён нахмурился. — Слуги многое могут наболтать, тем более, если не любят своего хозяина.       — Всё равно, он меня пугает. Иногда моя интуиция не ошибается. Как вижу его, так и чувствую опасность. Будь осторожнее, — Шинхён замолчал, глотнув лимонада. — Что ты ответил на его предложение?       — Ничего, да и он больше не приходил в наш дом, — Джунмён поставил стакан в раковину и направился в гостиную собирать свои вещи.       — Почему? Он так быстро решился на свадьбу, а теперь даже не ищет с тобой встреч? Тебе не кажется это странным?       — Я не знаю, — с нажимом повторил Джунмён. — Может, ждёт моего ответа?       Шинхён фыркнул, а потом вдруг поменялся в лице, указывая пальцем в окно за спиной друга.       — Джунмён! — вскрикнул он.       Джунмён обернулся, смотря в тёмное окно. В них стояла лишь темнота и освещённые окна его дома. Вот только свет был яркий и незнакомый. Холод пробежался по спине, когда Джунмён осознал, что это самый настоящий огонь танцевал в окнах его дома, а не свет от ламп.       — Родители! — крикнул он и метнулся на улицу. Вокруг дома уже суетились соседи.       — Вызовите пожарных! — кричал Джунмён, забегая на территорию, но его тут же остановили.       — Куда, там всё полыхает! — кричал сосед-альфа, пытаясь утихомирить Джунмёна, что рвался прямо в огонь.       — А где родители? Где они? Они вышли? Вы позвонили пожарным? — омега извивался, пытаясь подойти ближе, но сосед лишь молча отвёл глаза.       — Вызвали пожарных уже! — крикнул кто-то из небольшой толпы. — Может, сами начнём тушить? — продолжали шуметь соседи. — Ещё перекинется на наши дома…       — Почему вы молчите? — тем временем Джунмён цеплялся за соседа пальцами, как за последнюю надежду. — Где родители? Они вышли? Что происходит?       — Джунмён, просто успокойся и не ходи в огонь. Пожарные едут, — альфа аккуратно усадил на влажную землю обмякшего омегу. — Просто сиди тут.       Джунмён ощутил под своими пальцами влажную траву, а далее провалился в какое-то непонятное забытье. Он видел всех людей, что мельтешили перед ним. Видел, как приехали пожарные и начали тушить огонь, который уже перекинулся из комнаты, где стояла печь, на крышу. Он видел, что рядом крутился Шинхён, заботливо накинув на его плечи плащ. Но перед глазами все плыло, и Джунмён просто отказывался принимать то, что видел. Он не хотел слышать правду, что родители остались в горящем доме. Не хотел слышать ободряющих слов. Просто верните его назад во времени, дайте вернуться на несколько минут раньше!       Рядом кто-то опустился и притянул к своей горячей груди. Джунмён, не понимая происходящего, даже не сопротивлялся и не попытался отстраниться, лишь едва прикоснулся к крепкой руке, что обхватила его спереди.       — Нам сказали, что вы живёте в этом доме, — к омеге подошёл пожарный. Джунмён затравленно посмотрел на него, боясь услышать то, что ему скажут, и едва заметно кивнул. — Должен вам сообщить, — продолжил пожарный, — что пожар потушен. Причина возгорания неоткрытая заслонка в печи. Она не была открыта, поэтому сначала дым заполонил дом, в котором содержался угарный газ, а потом вылетающие из печи искры подожгли бумагу, находящуюся рядом. Уцелела лишь одна крайняя комната.       Джунмён опустил голову на колени. Лишь его комната осталась нетронутой.       — А мои родители? — спросил он тихо, снова смотря на пожарного, но уже с надеждой в глазах. Тот помялся, взглянул на кого-то в стороне и, опустив глаза, продолжил.       — Ваши родители умерли до того, как огонь заполонил весь дом. Как я и сказал, угарный газ был предшественником пожара, и они даже не проснулись, — пожарный замолчал. — К сожалению, останки очень сильно обгорели…       Остальное Джунмён уже не слышал, скрываясь в спасительной темноте, где не было ничего.       Когда же сознание позволило омеге вернуться в реальность, то он понял, что лежит на чём-то мягком и удобном. Джунмён быстро распахнул глаза, надеясь, что это был лишь страшный сон, но перед глазами была чужая комната, едва освещаемая рассветным солнцем. Рядом тихо скрипнула дверь, и омега обернулся.       Кто-то высокий почти неслышно закрыл дверь и начал подходить ближе. И как только лучи солнца коснулись его, Джунмён узнал в этом человеке майора Ву.       — Джунмён, ты очнулся? Как себя чувствуешь? Вот, выпей воды, — альфа протянул высокий стакан, за которым, скорее всего, и выходил.       — Что я здесь делаю? — тихо спросил омега, сделав небольшой глоток. В горле, и, правда, пересохло.       — Ты у меня дома. Я принёс тебя к себе, так как ты потерял сознание.       — Значит, это всё правда? — Джунмён опустил голову, из глаз тут же побежали слёзы.       — Да, — тихо добавил альфа, легко сжимая руку омеги.       — Как же так? — сдавленно простонал омега, заваливаясь вперёд. — Нет, нет, нет!       — Джунмён! — альфа подхватил омегу и прижал к себе, боясь, что тот может себе навредить. — Просто поплачь, — тихо добавил он.       Джунмён разразился слезами, комкая в пальцах рубашку альфы. В груди болело, словно кто-то выстрелил в неё из охотничьего ружья. Джунмён неосознанно прикоснулся к груди и попытался выцарапать боль, но твёрдая рука альфы перехватила его ладонь и прижала к груди. Сколько они так просидели, Джунмён даже и не думал. Он громко рыдал, выплёскивая всю свою боль, и с силой вытирал слёзы пальцами, отчего кожа на щеках покраснела.       — Не делай больно себе, — тихо укорил Ифань. — Вот, выпей вот это, — альфа отклонился чуть назад и протянул омеге ложку с какой-то жидкостью.       — Что это? — просипел Джунмён.       — Снотворное. Очень маленькая доза. Тебе нужно ещё поспать, оно поможет расслабиться.       Джунмён кивнул, глотая безвкусную жидкость. Даже если бы Ифань предложил ему яд, он бы не отказался. Снотворное начало действовать почти сразу же, полностью овладевая ослабевшим омегой.       Последнее, что Джунмён услышал на грани сновидений, были тихие слова Ифаня:       — Мне жаль, что всё получилось именно так.