Ты-не он

       — Отряд капитана Кима прорвали оборону, начинаем вход в город! — кричала рация. Ифань поморщился, сжимая ружьё в руках. Рядом раздался взрыв и новая пулемётная очередь. Альфа скрывался за углом здания, выжидая, когда ему дадут возможность дальше отстреливаться.        — Они засели в здании на пять часов, будьте осторожны, обстрел идёт мощный! — снова кричала рация. И как только Ифань её слышал, он сам не знал.        — Продолжать наступление! За мной! — крикнул он своей группе, которая уже готовилась выйти из укрытия. Они снова короткими перебежками, избегая летевших пуль, принялись перемещаться по улице, отстреливая врагов.        — Майор Ву, уходите в жилой сектор справа, чтобы местные не попали под обстрел! — крикнула рация.        — Принято! — тут же ответил альфа и свернул направо, уводя группу за собой. Передвигаясь совсем тихо, они наткнулись на группу солдат из Шангуаня, которые уже был дан приказ отступать.        — Убить, — коротко приказал Ифань и первым двинулся на солдат. Без особых мыслей расправляясь с врагом, он вытащил водителя из грузовика за шкирку и передал в руки солдатам. — Этого оставить. Отвести в штаб!        — Есть! — двое солдат приняли водителя-чужака и потащили его за собой.        — Майор, вы в порядке? — Чондэ на щеке у которого сияла царапина, положил руку на плечо Ифаня.        Альфа покачал головой, опираясь спиной на грузовик.        — Вы выглядите так. будто сейчас упадете, — Чондэ подхватил майора под руку и помог опуститься на землю.        — Нет, нужно продолжать, — Ифань снова подскочил на ноги и двинулся первым. — Смотрите по сторонам! Тут могут быть и минные растяжки, — альфа огляделся, понимая, что находится почти рядом с домом папы. — Делимся пополам, одна группа идёт по этой улице, вторая — по другой. Они соединяются там дальше, поэтому встретимся, — Ифань свернул направо, забирая с собой несколько человек. Остальные двинулись за Чондэ.        На улицах стояла тишина, и лишь где-то вдали были слышны выстрелы. Ифань сосредоточенно оглядывался по сторонам, ожидая в случае чего громкого выстрела, но его не прозвучало вплоть до самого воссоединения их с группой.        — Всё чисто, лишь местные любопытно выглядывают из домой, — Чондэ едва улыбнулся. Ифань кивнул, снова осматриваясь. Он поднёс рацию ближе, передавая информацию в штаб. — В южно-восточной части чисто, был ликвидирован лишь один грузовик с шестью солдатами. Водителя отвели в штаб на допрос.        — Возвращайтесь обратно! Ли взят в плен, но мы продолжаем наступать на войска Шангуаня, оттесняя их за пределы города.        — Есть! — Ифань отключил рацию. — Двигаемся назад, Наши войска вычищают город.        — Есть! — повторили солдаты, снова начиная путь. Ифань оглянулся назад, замечая вдалеке открытую калитку папиного дома. Альфа покачала головой. Он успеет туда зайти, но сначала нужно завершить начатое.

***

       — Атака города завершилась спустя шесть часов, — отчитывался начальник пехотных войск. — Враг был выбит из границ города. Ли с документами сейчас на допросе. Через день мы продолжим наступление для того, чтобы окончательно вернуть Шангуань на их территорию.        — Принято. Сегодня всем солдатам отдыхать и набираться сил, часовых выставить из свежих сил, — отдал приказ главнокомандующий.       — Есть! — отрапортовали военные, направляясь в свои отряды.       — Главнокомандующий, — Ифань подошёл ближе. — Разрешите обратиться?       — Разрешаю, майор Ву.       — В этом городе, живёт мой папа, разрешите с ним увидеться? Я сообщу Ким Чондэ, где меня искать в случае чего.       — Конечно, идите майор Ву.        — Есть! — альфа развернулся и удалился из палатки.        Раздав указания отряду, он кратко объяснил Чондэ, где его найти.        — Идите майор, не бойтесь, — Чондэ улыбнулся и похлопал альфу по полечу, придавая сил. — Всё будет хорошо.        — Сильно не пейте, — напоследок сказал Ифань, закинув лёгкую сумку на плечо. Местные тоже вышли из своих домов, празднуя первую победу. Они тоже выпивали и обнимали друг друга. А на улице падал лёгкий снег.        Ифань пробирался сквозь толпу, почти не смотря им в глаза. На душе было пусто, одиноко. Никто не знал, что когда Чондэ вышел из его кабинета, Ифань в ярости едва его не разнёс, переворачивая стол. Даже полбутылки коньяка не могли заглушить боль, которая поселилась в его сердце с того дня. Альфа перебирал все их моменты вместе с Джунмёном, вспоминал как он сжимал его в объятиях и целовал. Потом на душе становилось мерзко, когда он вспоминал, что пытался сотворить с Джунмёном и в конце концов всё закончивалось чаще всего тем, что он в очередной раз напивался на ночь и забывался пустым сном.        Сейчас альфа шёл прямо к месту, которое он звал домом, надеясь, что папа сможет его простить и он сможет обнять единственного человека, который у него остался. Знакомая калитка была уже закрыта и Ифань увидел, как на крыльце сидит папа, держа в руке молоток и гвозди, судя по всему, собираясь прибить несколько досок, лежащих рядом.        Альфа, сжимая в руке лямку, толкнул калитку, та скрипнула, тут же выдавая альфу. Папа Ву поднял голову и молоток выпал у него из рук.       — Боже правый, Ифань! — он подскочил и резко подбежал к сыну, обнимая.        — Папа, — тихо прошептал Ифань.       — Ты жив, мой мальчик! Ты выжил! Я молился всем богам, чтобы ты оставался в порядке. И ты выжил! И пришёл! — папа Ву начал плакать. — И ты всё такой же высокий! Как я рад тебя видеть!        — Папа, прости меня, — альфа обнял омегу в ответ, опуская голову ему на макушку. — Я должен был прийти раньше, я должен был представить своего мужа тебе, я должен был… — когда он уезжал из этого города, ему не казалось, что его папа такой худой, и что на его голове так много седых волос. Почему он так бессовестно поступил и не пытался его навестить?        — Тшш, — папа лишь поднялся и расцеловал сна в обе щеки. — Что было-то было, самое главное, ты вернулся! И ты жив! Ты голодный, я тут кое-что приготовил! — папа тут же потянул сына в дом. — Ах, да. ты же, наверно, не знаешь, Джунмён, он тут был! Тут такое произошло с отрядом…        — Я знаю папа, — Ифань опустил голову. — И я до сих пор об этом сожалею и мне очень больно. Давай не будем об этом. Я никогда себя не прошу.        — Но… — начал папа Ву, но замолчал, поглаживая сына по плечу. — Хорошо, если ты всё знаешь, тогда просто идём со мной.        Он обхватил сына за руку и потянул в дом. Едва переступив порог, Ифань вдохнул родной запах. Сколько воспоминаний было связано с этим местом, сколько боли и радости было здесь. Альфа огляделся — некоторые вещи так и остались без изменений. Присматриваясь к фотографии, он разглядел маленького себя и молодого папу.        — Пойдём, — папа легко потянул Ифаня за собой. — Всё это ты успеешь рассмотреть.        В гостиной была закрыта дверь, которую папа тут же поспешил открыть.        — Закрываем, чтобы было теплее, — сказал папа Ву, уступая место Ифаню. Альфа увидел небольшой камин, до ушей донёсся треск горящего дерева. А рядом два кресла. В одном из них повернутых спиной, кто-то сидел. Папа Ву подошёл ближе.        — Он задремал, — прошептал папа Ву. Снова подзывая Ифаня ближе. И едва альфа увидел, кто сидел в кресле, он тут же рухнул на колени. Перед ним, закутавшись в тёплый плед, дремал Джунмён. В одной руке была книга, а рядом на небольшом столике стояла недопитая чашка чая.        — Я пойду согрею обед, а вы пока пообщайтесь, — тихо сказал папа, удаляясь из комнаты.        Ифань медленно подполз на коленях к омеге, не веря, что это именно он сидит перед ним. Трясущимися руками, он прикоснулся к тёплой ладони Джунмёна и сжал её. Омега тут же встрепенулся и открыл глаза, натыкаясь сонным взглядом на Ифаня.        — Ифань, — тихо сказал он.        — Джунмён, — также тихо прошептал Ифань, а после уткнулся ему в колени, начиная рыдать в голос. Альфа сжал ноги своего мужа, не веря, что это не сон, и Джунмён живой сейчас сидит перед ним. — О, господи, Джунмён…ты живой! — проскрипел он.        Лёгкая ладонь погладила его по волосам.        — Да, я остался жив, — тихо сказал Джунмён. — Спасибо твоему папе… и Сухо…        — Сухо? — Ифань непонимающе посмотрел на мужа, поднимая мокрые глаза на омегу.        — Да, — Джунмён кивнул. Он аккуратно принялся раскрывать плед, показывая альфе, перебинтованное плечо левой руки. — Я думаю, ты знаешь, что на наш отряд напали и начали обстреливать. Когда в меня выстрелили, то я смог лишь упасть в канаву, скрываясь от солдат. Так как было слишком темно, они не стали проверять и развернулись назад, возвращаясь к отряду. Всё, что я смог сделать, это доползти до дома твоего папы и рухнуть возле калитки. Он обнаружил меня утром и затащил в дом, заметая все следы, но, судя по всему, солдаты, которые гнались за мной, решили проверить наличие трупа в канаве и обнаружили пятна крови. Они начали проверять все дома в этом районе, и когда дошли до этого дома, то папа встретил их, наготове держа документы Сухо.        Ифань сжал в пальцах плед, неотрывно смотря на Джунмёна.        — Документам хоть и пять лет, но папа смог доказать, что я просто больной и немощный, а не раненный пулей. Я всё это время был без сознания. Я не знаю, как твоему папе это удалось, но как ему, так и Сухо, я обязан жизнью.        — А кто обработал твою рану? — Ифань аккуратно погладил омегу по руке.        — Ко мне приходил врач, и он всё сделал.        — Больно?        — Было больно, а потом я не мог поверить, что жив, — Джунмён протянул здоровую руку, сжимая в пальцах ладонь Ифаня. — Где-то там на границе сознания мне казалось, что я видел Сухо. Он, правда, похож на меня, даже улыбается также. Мне казалось, что он оставил тебя мне и пообещал, что будет за нами приглядывать. Не знаю, правда ли это, но когда я очнулся и твой папа мне всё рассказал, я первое время не мог дышать.        Ифань присел на подлокотник и осторожно притянул к себе омегу.        — Джунмён, — вздохнул он, прикоснувшись губами к макушке, — я не могу поверить, что ты живой.        Омега отстранился, заглядывая в карие глаза альфы, из которых продолжали бежать слёзы. Он аккуратно прикоснулся рукой к щеке Ифаня, стирая мокрые дорожки.        — Когда твой папа рассказал мне всё, я подумал, что, может быть, и хорошо, что я похож на Сухо, — омега слегка улыбнулся, — на душе такая сумятица, что я не знаю, как это описать…        — Джунмён, — Ифань посмотрел на Джунмён, обхватив ладонями его лицо. — Я был перед тобой неправ, когда не рассказал всего. Иногда я, возможно, жестоко с тобой поступал, оставляя одного в пустом доме, и. — альфа вздохнул, собирая слова. На душе, как и сказал Джунмён творился полнейший хаос, а слов не находилось. Омега лишь молчал, смотря на альфу.        — Я хочу начать всё заново, будто этих месяцев не было, — наконец продолжил альфа. — Позволишь ли ты мне это сделать? После того, как я считал тебя погибшим, я не знал, как жить. И понимаю, что мне нужен именно ты. Никто другой.        Джунмён опустил глаза, убирая ладони альфы со своего лица. А после он прильнул к груди альфы, обнимая того так крепко насколько мог.        Ифань улыбнулся.        — Спасибо, что позволил мне начать снова, — прошептал он, оставляя лёгкий поцелуй на губах омеги.