Жанры и предупреждения: Hots

Романтика: Сегодня был явно особенный день. Когда ещё можно было увидеть Джайну... такой? — Милый, клубничку будешь? — проворковала волшебница, лёжа на мягком пледе, который был аккуратно постелен на густую траву. — Не откажусь, — Артас потянулся было к её руке за сладкой ягодкой, как она с хитрой улыбкой закинула её себе в рот, — эй, так же не честно, ты же сама мне предложила клубнику! Он ждал чего угодно: извинений, новую ягоду в руке, но кронпринц никак не мог ожидать, что она, скромная красавица, поползёт в его сторону с такой же хитрой улыбкой... Ничего не понимая, Артас попробовал отступить назад, но наткнулся на ствол огромного дерева. И вот уже в следующую секунду его губы оказались во властном плену, а сам он почувствовал у себя во рту ту самую клубничку... Ангст: Снова и снова... снова и снова Рейнор до боли сжимает свою винтовку, когда видит, как его любимой причиняют вред. Будь то кровоточащая рана или же просто ушиб — не важно. Каждое её ранение он чувствует как своё собственное... Да, пусть Рейнор и скрывает свои чувства за холодной маской безразличия, но даже проходящий рядом Тайкус краем глаза заметил в своём союзнике перемены, когда Керриган в очередной раз упала без чувств, через секунду просто растворившись в воздухе... PWP: Рейнору надоело наблюдать за тем, как его любимая умирает раз за разом. Едва закончился бой, Джим поцеловал Сару на глазах у изумлённых героев, пресекая её возможные возражения. Не прерывая поцелуя, он потащил Королеву Клинков прочь, поближе к таверне Нексуса и теплым кроватям... Драма: Кель'тас чувствовал, как медленно, капля за каплей, яд растекается по его венам. С каждым биением сердца он причинял ему всё больше страданий. Маг понимал, что у него осталось слишком мало времени, чтобы вернуться в Зал Штормов, и его спасением мог стать только исцеляющий фонтан. Ещё несколько шагов... Эльф уже буквально ощущал во рту сладкий привкус целебной жидкости. Но за мгновение до того, как прозрачная вода коснулась его губ, мир вокруг Кель'таса погрузился во тьму... AU: Добрая половина героев Нексуса слушала Декарда, рассказывающего преинтереснейшие истории об Осквернённых Святилищах, которые в прошлом были полем боя, где бушевали жесточайшие сражения, а сейчас это не просто место для экскурсий, но и излюбленное местечко влюбленных парочек... Таких, как Майев с Иллиданом, что уединились за огромным скалистым выступом... Повседневность: — Охотник? А по мне — так добыча, — саркастично протянула агент Доминиона. Ни один мускул не дрогнул на лице девушки, когда меткий выстрел отправил в могилу охотницу на демонов. С невозмутимым видом Нова перезарядила винтовку: в конце концов, убивать — её работа... Юмор: — Вон к тому алтарю нам надо, тупица! — недовольно проговорила одноглазая голова огра. — Да не к тому, а к этому, братец! И в кого ты такой тупоголовый? — в тон ответила вторая голова. — Это я-то тупоголовый? Без меня бы ты ничего не сделал, чурбан неотёсанный! — Ай! Ты чего расшлёпался тут, а? Остальные с недоумением наблюдали за перепалкой двух голов Чо'Галла, которые никак не могли определиться, что же им делать. Психология: — Хэй, мне сказали, что ты здесь, и я... — Ли-Мин, раздвинув руками пышные кусты, увидела поникшую Тиранду, что одиноко сидела на пеньке. — Хэй, что с тобой? Всё нормально? Эльфийка никак не отреагировала на её слова, поэтому волшебница решила подойти поближе... Осторожно сев рядом, Ли-Мин посмотрела на неё повнимательнее и только сейчас смогла заметить две мокрые дорожки на её щеках... Она хотела снова спросить, что же случилось, как вдруг Тиранда сама заключила мага в свои объятья, прижавшись к ней сбоку. Прошли долгие несколько минут, пока эльфийка наконец не заговорила: — Скажи мне, дитя природы, зачем мы сражаемся? Зачем из раза в раз мы губим дары Элуны? — Чтобы искоренить всё оставшееся зло!.. Наверное... — Ли-Мин печально вздохнула. — Сказать по правде, я и сама не знаю. Просто перед каждым боем во мне откуда-то появляется строгая уверенность, что надо победить. Тиранда неверяще взглянула на неё своим затуманенным взглядом: — И во мне тоже! Только из-за него я до сих продолжаю сражаться! — сказав это, эльфийка враз погрустнела, будто тотчас вспомнила что-то нехорошее. — Как же больно порой причинять вред своим друзьям, которые ненадолго стали врагами... своим любимым... Философия: Смерть — неотвратимый конец всего живого, и ничто не способно противостоять ей. Бренные тела и нестоящие переживания превращаются в ничто, навеки исчезают, оставляя о себе лишь воспоминания, которые впоследствии также стираются в памяти смертных... В конце концов не остаётся ничего, что могло бы напомнить о тех, кого уже нет в мире живых. Даже свою жизнь Малтаэль посвятил служению смерти. Только это был единственно верный путь, ведь рано или поздно всё обратится в прах. Дружба: — Привет, друг! Люблю друидов — они милые! — радостно щебетала Светик, летая вокруг Малфуриона. Уже в следующую секунду она, увидев Седогрива, стрелой метнулась к нему и также принялась тараторить: — Ты — мой друг, и я тебя люблю! К кому бы волшебный дракончик ни обращалась, она всех заражала своей радостью и энтузиазмом. И снова — её следующим другом стал суровый Регар, и искренние слова вызвали у бывалого воина улыбку: — Ты очень нравишься Светик, давай дружить, ну давай! Хамелеон считала своими друзьями едва ли не всех в Нексусе, и те не разочаровывали её, сражаясь с ней плечом к плечу. Постапокалиптика: Новая Аномалия Нексуса: Безудержное разрушение! Смертокрыл, устав от сражений плечом к плечу с жалкими смертными, обрушивает на Нексус всю свою ярость! Повсюду метеоритные дожди сеют смерть и хаос — крепости лежат в руинах, а цветущие поля в одночасье превратились в выжженные пустоши... Смогут ли герои Нексуса противостоять этой угрозе? Hurt/comfort: Двое против пятерых — неравный бой. Было очевидно, что этих двоих ждёт смерть. Их подстерегли в зарослях, отрезав путь к отступлению. Скрепя сердце, Утер быстро принял тяжёлое, но необходимое решение. Золотистое сияние окутало Кахиру, защищая и оберегая воительницу, а сам паладин негромко проговорил: — Беги. Флафф: Никогда прежде Тралл не помнил такого единства среди героев. Все ненадолго забыли о распрях, сражениях, и просто поддались веселью. Орк с улыбкой наблюдал за тем, как десять героев летят на разноцветных ракетах, стараясь обогнать остальных и прийти к финишу первыми. Они подрезали друг друга, бросались бомбами, перелетали через препятствия и искренне веселились, словно озорные дети. Атмосфера всеобщей радости охватила и зрителей — герои поддерживали своих друзей, любимых, искренне болели за тех, кого хотели видеть победителями в Лунных Гонках... И так будет продолжаться ещё несколько недель... Счастливых недель без кровопролития. Мистика: Абатур никак не мог понять, как это нечто всё время его находит. Мастер эволюции таился там, где не мог быть обнаружен никем и ничем, и всё равно что-то убивало его. Это не поддавалось никакому рациональному объяснению. Но понятие эволюции было применимо и к самому Абатуру, поэтому, умерев пару раз от этого неизвестного, он остался в Зале Штормов. Дарк: Багряные капли продолжали обильно сочиться через судорожно сжатую на ране руку, окрашивая траву под ногами в бордовый цвет. Сквозь стиснутые зубы прорвался болезненный крик, когда ноги дренейки вновь подкосились, заставив ту упасть лицом прямо во всё ещё тёплую лужицу крови... Ирель с трудом поднялась на локтях и открыла глаза, мутный от собственных слёз взгляд сразу зацепился за необычную корону. «Такую вроде бы носила Ли-Мин. Кстати, а где она?» Раздвинув густую траву в стороны свободной рукой, дренейка сдавленно всхлипнула, в ужасе отшатнувшись — корона всё ещё была на её боевом товарище, только вот осталась от волшебницы одна лишь голова, чей пустой взгляд смотрел прямо в душу Ирель... Экшн: Лекарям никогда не было скучно в Нексусе, и герои их уважали. Но когда Гэндзи уже в который раз увернулся от исцеляющего дротика, Ана почувствовала, как начал дёргаться левый глаз. А ведь в числе её союзников ещё были Трейсер и Мефисто... Ужасы: Газлоу аккуратно подобрал ещё один синий кристалл и с трудом запихнул его к остальным. При любом движении доверху наполненные бесценными сокровищами карманы предупредительно звякали, грозясь порваться и освободиться от этих камушков, но гоблин не обращал на это внимания. Нужно набрать столько, чтобы из ушей полезло, а потом ещё столько же! И всё равно будет мало! Союзники неоднократно говорили ему, что пора бы возложить кристаллы на алтарь Королевы Пауков, но Газлоу нравилось ощущать тяжесть в карманах своей одежды. Как они могли кощунственно предположить, что он добровольно отдаст их?! Всё это было его по праву — гоблин убил этих металлических паукообразных тварей, значит, что осталось — всё его! Внезапно земля ушла у него из-под ног, и, увлекаемый огромным крюком, Газлоу приземлился перед огромным мерзким поганищем. Не успел он очухаться, как в голову прилетел какой-то молот, не позволяя прийти в себя, а затем на него обрушился шквал ударов... Когда гоблин наконец смог осмотреться, он увидел своё растворяющееся в пространстве тело, а его скрупулёзно накопленные богатства рассыпались по земле. Даже будучи призраком, Газлоу чувствовал охватывающий его ужас... Ещё немного, и всё это исчезнет, будто никогда и не существовало! Он пытался дать союзникам понять, что кристаллы следует подобрать, чтобы его труды не пропали впустую, но они внаглую игнорировали его! Синие камушки, похожие на чешую, начали мерцать. Щупальца ужаса охватывали его, ведь нет ничего хуже для гоблина, как видеть, что богатство исчезает! Вот и всё... Кристаллы безвозвратно испарились, словно их никогда и не было. Призрак рухнул на колени, оплакивая исчезнувшие богатства, не в силах смириться с этой ужаснейшей потерей... Детектив: Аларак не мог понять, куда исчезло всё раболепие и подобострастие как его союзников, так и врагов. Неслыханное дело — все они отказываются покориться своему Владыке! Нужно было найти способ вернуть всё на свои места. Занавесочная история: Кому как, а Абатуру совсем не нравится «перерыв» между битвами. И почему эти смертные одного его заставляют восстанавливать крепости? Попаданчество: Очень яркое, точно ангельское сияние окутало его с ног до головы, не успел он даже и опомниться. Весь его взор заволокло мутными образами каких-то ангелов с двумя парами крыльев, и один из них мягко кивнул, словно одобрив кандидатуру этого смертного. Парню, наверное, следовало хотя бы испугаться — вроде минуту назад он был дома за своим компьютером, а теперь ему мерещатся какие-то мифические создания... По всем правилам испугаться-то следовало, но эта переливающаяся в нём сила даровала ему блаженный покой и твёрдую уверенность в своих силах. Появившись прямо из воздуха возле какой-то величественной статуи ангела, он был настроен серьезно — не зря же сами боги его выбрали, чтобы перенести в другой мир! Парень хотел было сделать шаг и размять затёкшие мысли, как вдруг перед глазами всё потемнело, и он, без чувств упав прямо на землю, снова растворился в пространстве... Виной же всему был торчащий из его груди массивный топор, пробивший грудную клетку насквозь... А не надо было появляться прямо перед Зул'Джином, атакующего вражескую цитадель. Омегаверс: Архангел Доблести испытывал к нему пренебрежение. Слишком нерешительный, слишком мягкий, слишком сопереживающий людям... Но почему-то Империя упорно влекло к Тираэлю, и влекло не так, как того хотелось бы ему самому... Рядом с архангелом Справедливости он чувствовал мягко окутывающий, но в то же время едва уловимый приятный запах... Ему казалось это странным, и когда сияющее копье пронзило Тираэля насквозь, внезапное озарение обрушилось на Империя: всё это — ужасная ошибка, а тот, к кому он никогда не питал тёплых чувств — его истинная пара... Соулмейты: — Валькирии с севера рассказывали, что раз в десятилетие случайная наиболее подходящая друг другу парочка обретает настоящую любовь с первого взгляда, — Кассия закинула ногу на ногу, потихоньку потягивая свой горячий шоколад, — а происходит это обычным касанием. Загара мечтательно прикрыла глаза: — Да-а-а, хотела бы я так найти себе пару... — Да сказки всё это, — вмешалась Валира, которая уже в следующую секунду вернулась к поглощению своего коктейля. Кассия мягко ударила по наплечнику Джоанны: — А ты что думаешь? Крестоносец непонятно дернула плечом: — Не знаю. Я верю только в свет, а свет верен Акарату. — А есть ли какие-то последствия у этого? — Загара всё ещё витала в облаках, полностью забыв о своём напитке. — Девы войны говорили, что после касания со своей парой у вас поменяется цвет глаз, но я точно не знаю, правда ли это, или же нет.

***

— Ха-ха, ты слишком медленная, Валира! — не переставая метать топоры, Зул'Джин не давал ей подойти слишком близко. С каждой секундой его улыбка всё больше походила на торжествующую. Ловко уклонившись от стремительного броска, эльфийка за долю секунды сблизилась и приставила кинжал к его мерзкому горлу: — А ты слишком болтливый, знаешь об этом? Валира, не отвлекаясь ни на что, с ненавистью смотрела в его отвратительные глаза и, едва уловив взглядом какое-то движение, вмиг перехватила его руку с топором... Секунда. Ровно столько понадобилось ей, чтобы понять, что произошло, когда она увидела в его глазах только зарождающиеся проблески травяного оттенка. — Да чтоб вас всех, валькирии! Магический реализм: Кель'тас никак не мог ожидать, что в этот раз магия его подведёт. Как можно вообще быть готовым к тому, что собственный огненный шар подожжёт рукав мантии? Выживание: — Я обязательно выживу! — с наигранным оптимизмом в голосе взвыл Смертокрыл, когда увидел очередные свои нерфы.