Укусишь меня сегодня ночью?

      Кажется, пара сошла с ума, ведь нельзя никак иначе описать, кроме как пьяное безумство. Каждое касание такое собственническое, такое страстное, не желающее отпускать от себя ни на миллиметр, ни на секунду. В глазах темнеет, а образ друг друга стоит прямо в голове, очерчивая каждый момент в деталях. Поцелуй за поцелуем. И вот только сейчас наступает тот момент. — Я вхожу, — совершенно игнорируя последующее мычание и стоны, которые ласкают слух.        На подсознательном уровне Ома всё и так понимает, поэтому с некой дикостью рычит себе под нос и проникает внутрь. Сорванный крик и последующие вздохи, просящие большего. «Как жить без него?» — возникает одна единственная мысль.       Очередное лобзание. Языки сплетаются, переходят границу обычно дозволенного, проникая ещё больше, чем раньше. После разъединяются, оставляя после себя только мокрые от этого губы. У пассива они дрожат, но просят снова. Не выдержав и секунды, он впивается в голую шею, так как шарф, да и большенство количество одежды валяется на земле, видимо, моют полы, хах.       От такой наглости другой решил не оставать, решительно оставляя ярко-алые пятна, обжигая носителя. В один момент толчки внутрь усиливаются, упираясь в точку наивысшего наслаждения. Шуичи сдавленно стонет, а из глаз сыпятся слёзы удовольствия, что доказывает маленькая слюна, стекающая изо рта и взгляд полный похоти. Руки лжеца сжимаются для того, чтобы прижать любимого ещё ближе, чем раньше, засадить ещё глубже, чем раньше. Наконец приближается разрядка, так долгожданная. В этот момент Кокичи замечает маленькую ранку на шее Шуичи и его охватывает желание укусить, что он и делает, впиваясь так сильно, насколько мог, не осознавая, какую боль в перемешку с наслаждением он приносит, кончая внутрь. Прижатые к стенке и друг другу тяжело дышат. А у детектива попросту отказывают ноги. Его единственной опорой выступает охотник, который все это время держится за шею зубами. И вот он уже отступает и тихонько опускает пассию наземь. Тот чуть в судорогах от ощущений смотрит ему в глаза с довольным и туманным взглядом, облизываясь нижнюю губу. Смотря на жертву своих истязаний (конечно, сложно их так назвать, но пусть будет так, мне нравится), он опускает вгляд на предплечье. Кровавое месиво вместо шеи- вот, что это. Осознав это, приходит и разум на смену желанию. Лидер прикладывает руку к своему рту в удивлении и страхе. Теперь он ощущает теплую жидкость у себя в на коже. Конечно, это кровь. А внутри ротовой полости возникает какое-то необычное чувства. Ощупывая, он понимает, что это клыки. Но стоп. Как у человека могут быть клыки? Это нереально. Такое случается только у вампиров. Что вообще происходит? — Ома-кун, у тебя клыки? — увидел и спросил об этом «протрезвевший» сыщик. От такого стечения обстоятельств ясность мгновенно прояснилась. — Наверное? — вопросительным тоном ответил собеседник, также, как и темноволосый, ничего не понимающий. — Но ведь ты человек! Такого быть не может! Неестественно! Только если ты не-, — прозрел юноша, — только если ты не дампир, как и я…       Гробовая тишина, что даже были слышны голоса прохожих на центральной улице и пение птиц, пролетавших мимо, хотя это было карканье ворон. — Невозможно. Меня бы не приняли в семью охотников на вампиров, если бы знали, что я не человек, а отродье двух рас. Они бы такого не допустили. К тому же не стали бы они обучать меня мастерству убийства при таком раскладе. Да, я жил в строгости, но я ведь был наследником благородного рода. Такое вполне нормально. Чтобы создать достойное продолжил, им было необходимо так поступать, — отрицал единственную возможность, которая пришла на ум Саихаре. — Может ты не знаешь, но бывают дампиры с сильной и доминантной кровью. У таких проявляются почти все признаки вампира при рождении, то есть такие как я.А бывают со слабой и рецессивной. У них не проявляются никакие признаки, но только до тех пор, пока их организм никак не воздействовать. Создать, можно сказать, толчок, взрыв, потрясающий жизнь. Кажется, им послужило моё вмешательство. Ну, я имею ввиду, что укусил тебя и всё последующее из этого, — паренёк вспыхнул от воспоминаний, впопыхах ища свои трусы. Их протягивает обманщик, ихидно улыбаясь. А когда первый пытается взять из, то получается своеобразная игра в рыбалку. Поймав свои боксерки, детектив отворачивается, изображая на лице гримасу обиды, гордо одеваясь. Кокичи уже готов лечь на пол от приступа смеха, что так старательно подавляет. «Мило» — думает он. В это время надутый от злобы на шатающихся ногах и ломящей спине пытается встать и разогнуться. Новорожденный оленёнок. — Обязательно меня было так сильно загонять? Я теперь ощущаю себя стариком лет под семьдесят, — ворчливо произносит еле стоящий, облакачиваясь о стену. — Да что вы говорите~ А сами так и просили и скулили о том, что вам надо пожестче, а ведь я тоже не железный. Даже не знаю, кто это мог сказать~ Не подскажешь, Шуичи-чан, — с сарказмом и довольный своим трудом говорил верховный. — Животным слова не давали, — злобно ответил «милый». — Нишиши~да? Тогда у меня к тебе та же притенезия.А я к тебе ведь со всей любовью, — указывая на свою шею, полную укусов и засосов. — И к тому же, мы только что выяснили, что я не человек. По-моему, это важнее сейчас, не так ли? — продолжил он более серьезным тоном. — Да, — смирился и перешёл на деловой стиль общения. — Но меня так же смущает ещё одна вещь. Как я уже говорил, но они не могли пустить нелюдя в свои ряды. У них есть тщательный отбор или постой… Если всё так, как я думаю, то это всё объясняет, — продумал всё парень. — Что? — Они всё знали и хотели избежать пророчества таким образом, — пришёл к такому выводу Ома. — Да, таким образом всё становится понятным. А наша встреча с тобой и тем более дальнейшие отношения просто их просчёт. Если бы мы не влюбились, то ты просто бы меня убил и никакой Армагеддон не случился бы, — заключил юноша. — Так точно, — согласился охотник. — Нам срочно надо бежать или это конец. Я знаю только одного человека, точнее вампира, что может помочь, но я не уверен, что они не подумают про него. — Ну, либо он, либо мы скрываемся в чаще леса с запасом еды на месяц и выходит только в строго определенное время, так как нас могут поймать запросто. Ну дак кто это? — с интересом спросил лжец. — Это мой дядя, — стеснительно произнёс эмо-кепка. — Ты с ума сошёл?! Ко второму сыну владыки вампиров? — возмутился донельзя Ома. — Ну официально он больше не состоит в семье, а только прислуживает, так что никаких проблем быть не должно. Конечно, можно пойти на поиски моей гулящей по всему миру матери, но это точно не вариант. Нас заметят в аэропорту и это будет конец. А у дяди мы хотя бы сможем некоторое посидеть и подышать свежим воздухом, медленно разрабатывая свой план побега от всех, — окончательно доказал свою правоту. — Ладно, убедительно. Показывай, где он живёт, — сдался он. — Хорошо, только дай отдохнуть чуть-чуть, иначе никак, — сказал всё ещё немного вяло выглядевший Шуичи. — Ну, я могу понести тебя на руках, если тебе так надо, — шутливо произнёс фиолетоволосый. — Ни в этом дело! — разъярился сыщик. — Фух…я готов, — готовый к активным действиям, поднял голову, чтобы наконец сконцентрироваться. Его глаза приняли гранатовый цвет. Паренёк взял за руку любимого. — Отлично, пошли, — радостно проговорил Кокичи, польстившися напором детектива. — Ты серьезно думаешь, что мы пойдем пешком? Нас могут заметить по камерам. Единственный выход- мои способности вампира, так что держись крепче, — крепче прижавшись к лидеру сказал он, взмывая вверх на крыши домов, не без помощи силы вампира. — Ох, ё! — удивился полетевший следом мешок с костями.       Не хотя в последствии оказаться номером два по силе, он просто потянул умника на землю и надел в полёте свою маску, перетягивая его к себе на руку, продолжая говорить: — Хмф! Думаешь один можешь так быстро двигаться? Ну нет, играть будем по моим правилам, — гордясь собой и своей силой. — Что за чёрт? — ошеломился Саихара. — Показывай куда, — самодовольно сказал правитель. Его вид заворожил, так что сыщик смущённо ответил: — Вон туда, — показывая направление указательным пальцем. — Замётано, — пошёл прямо по курсу навстречу дому так называемого дяди…