Укусишь меня сегодня ночью?

— Вы серьёзно? — риторически спросил у двух рядом сидящих. — Ну да, всё же я не вижу другого выхода, кроме как вернуться к вампирам. Там у вас больше шансов. Если это место найдут люди, то у вас только один выход… — попивая напиток, уже чуть остывший от продолжительности разговора, сказал спокойно родственник. — Дядя! Ты же знаешь наш закон! С таким, как я… только из-за тебя меня.! — расстерянно и возмущённо сказал детектив, что не понимал логику мыслей собеседника. — Да, я знаю, но ничего не поделать. Вампиры могут вам хотя бы выбраться из страны, а потом дело только за вами. Они не настолько кровожадны, чтобы заставлять тех, в ком есть схожая кровь, идти на смерть, по крайней мере сейчас, — с неким неверием в собственные слова произнёс Саихара-сан, действуя только из выгоды своему золотцу, что сопротивлялся его воле, смотря на него пронзающим от злобы глазами. — Нишиши, то есть вы нам помочь не сможете, поэтому и хотите отправить Шуичи обратно к семье, чтобы он использовал это, как способ надавления на жалость, умно. Только есть одно «но». Как он и сказал, ваши не настолько глупые, чтобы позволять недовампирам существовать не то что жить. Хотя если смотреть по слухам, то вы относитесь к ним, как к скоту, который в любой момент можно выбросить. И если этот скот приносит, так сказать, несчастья, то от него будет легче избавиться. Не думаете, что они поступят с нами также? Хотя другого варианта всё равно нет, так что будет по-вашему, — немного огорченнно высказался хитрец, поясняя позицию старшего вампира. — По крайней мере ты умеешь соображать, не ожидал от тебя, — насмешливо произнёс мужчина, до сих пор выражая своё крайнее недовольно выбором племянника. Как можно полюбить такого двуличного лжеца с таким самодовольным характерном? Ответ ему был неизвестен. — Знаете, чтобы убивать таких, как вы нужна смекалка, а её у меня много, так что не расслабляйтесь. То, что я не могу напасть на вас сейчас из-за Саихары-чана, не означает, что я не нападу позже, когда мне предоставится такая возможность, — ярко сверкнув глазами хищника, сказал Ома, что не шутил. — Хмф! Буду я ещё слушать угрозы людей, — сказал со злобой благородный. — Кок- Ома-кун! — запнулся на полуслове юноша, понимая, что ошибся в обращении, невидно краснея и не меняясь в лице. — Мы уже об этом говорили! — воскликнул сыщик, обращая свой взор на названного, что ухмыльнулся после услышанного. — Хорошо, хорошо, больше не буду, — извинился перед сыщиком, подняв руки вверх в знак примирения. Но, кажется, у него появились новые планы на будущее. — Отлично, думаю, на этом мы и закончим. Дядя, мы пойдём, не будем тебе мешать, — произнёс темноволосый, прежде чем уйти, взяв своего парня за руку, утащив его в неизвестном направлении. — А! Шуичи, твоя комната готова, так что можешь идти туда. В любом случае ты перенёс слишком много, — беспокойным тоном говорил в след уходящим. — Хорошо!       Выйдя из места, что так и источало напряжение в атмосфере, пара словно вдохнула глоток свежего воздуха перед сильнейшей бурей. Они расслабились, но рук не отпускали, так как боялись потерять этот момент навсегда, хотя сыщик всё же разъединил их, словно ожидал какие-то действия со стороны партнёра, который мог вытворить всё, что угодно в это время. И так оно и было, так как обманщик заговорил: — Как как ты меня там назвал? — спросил он, чтобы добиться своей неизвестной (ага, ага) цели. — М? Ома-кун, — не совсем понял намек, хотя кого я обманываю, всё он понял, просто скрыл это, ведь снова звать по имени возлюбленного не хотел. — Кто, кто? — переспросил лидер. — А мне показалось, что ты хотел сказать Кокичи, как жаль… — изображал всю невероятную горесть и печаль, что у него получалось лучше всего, отчего Шуичи не мог уже сдерживаться, чтобы поддаться умилению и погладить. — Если хочешь, то я буду так тебя звать, просто мне очень стыдно это делать на публике, — признался он. — Да~вот как. Тогда у меня есть один выход. Показывай, где твоя комната, — приказал парень своему удивлённому возлюбленному.       Весь путь до комнаты проходил в тишине, но это не мешало Саихаре запинаться о видимые и невидимые преграды. — Мы пришли, — указал на комнату вампирчик. — Вот и славно, а то я уже начал терять терпение, — втащил в указанное место Ома Шуичи. — Всмысле? — до сих пор выглядел и вёл себя как одуванчик, когда дело касается его самого. — А вот, — вцепился в шею, целуя и оставляя красные пятна для пометки, хитрец. — Что ты делаешь?! Не сейчас и не здесь, — отговаривал от подобных действий в чужом доме. — Хорошо, но только после того, как ты скажешь то, что обещал, — сказал парень, сменяя выражение лица на более детское и веселящееся, которому невозможно сопротивляться. — Ладно, но только прекрати все это, — поддался чарам «милашки», покрываясь румянцем и глядя куда угодно только не на собеседника. — Конечно~, — мгновенно вернул свой вид захватчика, немного припуская из объятий Шуичи. — К-Кокичи… — вспыхивая ещё сильнее, что нельзя было не заметить. Детективу было очень неловко. Только вот этого было недостаточно, чтобы удовлетворить вовсю разыгравшегося лидера (во всех смыслах). — Хм~ этого было недостаточно, поэтому ты получишь соответвущее наказание, — целуя в губы и открывая на себе небольшую ранку, не успевшую нормально зажить. — Вот теперь мы поговорим наравне. — А что, мы до этого не говорили? — сказал, дрожа от дурманящего запаха, кусая нужнюю губу. Саихара сам подвигался ближе, снова попадая под «чары» крови. — Нет, так как я постоянно нахожусь в таком же постоянном надрыве, чтобы не наброситься на тебя, а теперь ты и сам готов. Во всех смыслах. Сам течёшь, трёшься, да и твои глаза смотрят только на меня. Это всё, что мне нужно. — Угх, К-кокичи, я больше не могу, ты уже набаловался? Тогда хочу, чтобы ты отошёл сам, иначе я-, — немного злясь в попытках контролировать себя, произнёс уже вовсю прижавшийся к чуть ли не лежавшему на кровати обманщику. — Иначе что? — провоцировал на дальнейшие действия со стороны нависающего. — А иначе вот что, — кинулся на не сопротивляющегося Ому, поваливая его на постель, садясь в районе паха, мягко охая от соприкосновения половых органов, отчего сам пошатнулся и встрепинулся в нетерпении, что было видно по его изнемогающему лицу. — Может ты ещё и разденешь меня, раз сам меня повалил, — шутя и издеваясь одновременно, сказал охотник, чтобы заставить ещё сильнее смениться в лице и до того сексуального юношу, который незамедлительно по-магически быстро снял всё. — Теперь можно? — спросил, принимая на лице щенячье выражение. — Хм~дай-ка подумать~, — тянул он время, — ладно, давай посмотрим на твоё мастерство вождения. Ну? — указал на то, что нужно сделать. Без слов, которые ему сейчас только мешали соображать, Шуичи сам аккуратно, поскуливая начал насаживаться на член сиреневого, ощущая себя опять таким заполненным, целым, если быть точнее. Опустившись полностью, он минуту просидел в блаженстве, а потом начал двигаться. — Кокичи…я…ммм…так хорошо…тебе тоже? — спросил у него вампирчик, не прекращая движения, опираясь руками об его торс. — Да, мне хорошо, но мне кажется, что я знаю, как сделать ещё приятнее. — К-как? — Вот так, -взялся за бёдра темноволосого и опустил его до самого конца, отчего тот взвыл, начиная стонать, так как член упёрся прямо в простату, снося крышу Шуичи. — Ува, это не хорошо, что мне так х-хорошо. — Это прекрасно, я бы выразился так, — на что ему пришло лишь мычание, а от прежнего ритма остались лишь воспоминания. — Эх, а я думал подольше дать тебе делать то, что ты хочешь, ну да ладно. Ты сейчас меня так сжимаешь, что прям я не знаю, что мне сделать, чтобы выбраться. А раз выйти нельзя, то можно войти глубже, правильно? — и с этими словами он перевернул себя и Саихару так, что теперь оказался сверху сам и, притянув за руки любимого всё остальное тело, проник ещё сильнее, заставляя кричать от удовольствия нижнего. Каждый последующий раз был ещё сильнее прежнего, так что детектив только и вдыхал жадно воздух, которого так критически ему не хватало. Изредка с его уст слетали обрывки созвучные с именем лжеца, что несказанно радовало его. А они всё набирали темп, пока не начали достигать пика. В этот момент голос будто забрали, так как охрипший от такого неистового крика Шуичи не смог вымолвить ни капли прежнего звука, погружаясь в полный кайф, отрывая свои руки от расцарапанной спины своей пассии, отключаясь в бессилии, за ним в объятия Морфея ушёл и Ома, явно довольный тем, что его наконец назвали по имени…