Укусишь меня сегодня ночью?

***

— Я тебе говорил, что это ещё цветочки? — с улыбкой маньяка произнёс Винсент, смотря на хрупкую девушку, закованную в тяжёлые оковы.       Её руки давно онемели, а кожа на запястье стёрта, однако сознание пока не покидало Маки. Она стойко переносила всё, что делал с ней этот сумасшедший после того, как увёл в бешенстве других людей, что не смогли из неё выудить хоть каплю информации. И даже он до сих пор ничего не смог из нее выдавить, хоть прошло уже больше недели. — А я говорила, что не буду говорить! — её голос звучал всё также твёрдо, а хрипота предавала ему ещё больше отважности. —  Что ж, тогда придется обрубить твоему волчонку лапку, — мужчина приблизился к лицу Харукавы, непринуждённо говоря всё это. — Подумаешь, без анестезии. На собаке всё быстро заживёт, не так ли? Если он, конечно, выживет. — Остановись! — воскликнула охонитница, жалобно пыхтя. Её единственная, пожалуй, в этой ситуации слабость остался Момота, дорогой её сердцу, как и она для него. — Нет, так же веселее, — рассмеялся над беспомощностью девушки, сжав её лицо в сильной хватке, давя на старые ещё несросшиеся раны. — Смотреть, как чужие глаза теряют волю к жизни. А я помню, что до вашего с тем предателем зачисления в школу ваши глаза были именно такие, пустые. Кто на вас так повлиял? Что для вас двоих значат эти двое? Вампиреныш и шавка-нелюди! Это наши враги, а вы решили, что это отличная идея полюбить таких. Если бы я знал, что так произойдёт, то поработал над вами лично. По крайней мере один из вас уже исправился… — Нет! Не может быть! Кокичи предал Шуичи?! — Да, не только предал, но и претащил его сюда на своих двоих. Господин хорошо его воспитал: только одно слово и всё-проблем нет. Хотя ему всё же стоило лучше за ним смотреть. — Да старейшина просто управляет им только из-за того, что с Омой. — Но в этом-то и прелесть! Человек смог сделать другого собакой! Разве не прекрасно? — Вы сумасшедшие. Я ничего вам не скажу, даже под страхом смерти! — Тц, дрянь.       Последующую тишину приправленную игру в гляделки нарушил скрип открывающейся двери, изо которой появилась рыжая голова с радостной улыбкой. Всё лицо так и говорило об соответствующем обмане. Взгляд этой головы быстро упал на пару играющих и на секунду стал холодным и отчуждённым, после чего стал более счастливым. — Ой, да устройся ты, Винсент. Она не заслуживает твоей жалости. Ещё один неудачный эксперимент. — Кларк! Что ты здесь делаешь? Не видишь, что я занят, — проворчал Троумен, когда его дружески приобняли за шею. — Да ничего-ничего, просто я понял, что нам нужно сделать всё по-другому. — И как же? — возмутился охотник, смотря на своего «друга». — Нам надо просто попробовать новый способ пыток. А это уже не в твоей юрисдикции. Иди отдохни, — Кларк прогнал из пыточной своего несведущего товарища, провожая его всё с тем же лицом прямо до двери, после чего она захлопнулась. — Веденберг, я не собираюсь играть с тобой. Я уже сказала, что- — Ай, ай, ай, малышка, я тоже уже сказал Винсенту, что нам нужны новые способы пыток, подходящие тебе, — помахал он пальцем перед носом девушки, тем самым заставив её замолчать. — И я как раз придумал один такой, точнее увидел в одной книге, что пытка бессонницей является одной из самых лучших, — похлопал он в ладоши, смеясь над пыткой. — Тебе и так в последнее время приходилось меньше спать, а так вместе с сокращением твоей еды ты не будешь спать абсолютно.Тебя будет преследовать постоянная слабостью, а сонливостью, естественно, станет твоим всем; ты будешь чрезмерно раздражительной, а мозг будет показывать галлюцинации, так что это будет действительно весело смотреть как ты постепенно будешь сходить с ума, — в глазах охотника прослеживался азарт и нетерпения.       Он сел на корточки и достал из кармана куртки шприц с непонятной жидкостью, вколов её в руку Харукавы, отчего её глаза расширились, а сердцебиение участилось. — А пока я вколю тебе адреналин, чтобы так сказать разжечь твой энтузиазм.       Охотник почувствовал эйфорию, поступающую ему в грудь, когда из миниатюрной брюнетки вышел нервный смешок. Он развернулся на пятках и пошел к двери. Лицо было полно довольства, а ему не требовалось оставаться в пропахнувшей кровью комнате. Дверь в очередной раз захлопнулась. Маки вздохнула, понимая, что ещё столько же не продержится…

***

— О! Ты до сих пор здесь? — весело спросил Кларк, обращаясь к стоящему у выхода Винсента, смотрящего холодящим взглядом. — Да, тебя ждал вот. — Я так и понял! — обратился рыжий к охотнику, переведя взгляд в другую сторону. — Ладно, мы пошли, спасибо, что охраняешь нашего ценное имущество, охранничек, — похлопал он его по плечу, уходя наверх. Как и ожидалось, стражник стоял в оцепенении. Ему до сих пор виделся тот момент, когда Веденберг входил. Больше повторять он не хотел и со спущенной головой провожал охотников, попутно молясь всем богам о спасении. Благо всё закончилось быстро. — Эй, Винсент, что-то случилось? — теперь уже не столь радужно промолвил Веденберг. Его голос стал более низким и спокойным, хотя некая нотка безумства осталась в нём. — Да, глава привел Ому обратно, а вместе с ним и того дампира. По-твоему, ничего не произойдёт? — Ты слишком долго был внизу. Кое-что уже случилось. Дампир сбежал при помощи своей способности, оставив всех в недоумении. Никто не знает, как он это сдал, но Мишель сказала, что он придет вновь, — сказал Кларк, получив резко нахмуренное выражение от Троумена, но потом тот выдынул, припуская своё раздражение. — Эта провидица и правда нечто. Это хорошо, что мы знаем, что будет, но она так и не ответила на самый интересующий нас вопрос с наступлением Армагеддона. Что значит «спасение мира придёт»? Мы все время думали о том, что существование этой пары уничтожит мир, а теперь речь идёт про спасение. — Самое главное, чтобы другие люди не узнали, иначе против всей верхушки охотников начинается бунт. — Да, ты прав, — сказал мужчина, прежде чем наткнуться на что-то мелкое. — Ай, кто это посмел встать у меня на пути? — разозлился он. — Извините, — холодным тоном произнес оттолкнутый на пол фиолетоволосый юноша. — Что ты там мямлишь? Глаза подними! — взбесился Винсент. — Как скажите, — низкий поднял взгляд своих красных до одури глаз. Мужчины остолбенели. Они были не в силах ослушаться. Они оба были готовы к последующим приказам.  — Это были слишком легко. Вы сами мне в руки пришли, — ликовал Кокичи. — Не думал, что высшие охотники такие беспечные. А теперь слушайте мой приказ: сегодня в полночь вы пойдёте со мной к Маки Харукаве и Кайто Момота, проведя мимо стражи, вы так же мне скажите то, о чём сейчас разговаривали, в конце вы забудете всё, что я вам только что сказал, ясно? — Да, — в один голос ответили охотники. — Отлично, выполняйте. — Хорошо, мы говорили о прорицательнице Мишель Комрад. Она приехала из Англии год назад, когда вы ушли на задние в Пик Надежды. Мишель рассказала нам об истинном значении предыдущего всеобщего пророчества. На самом деле вы с Саихарой Шуичи измените мир, но это не Апокалипсис, а спасение. Мы хотим скрыть это от людей нашей организации, чтобы у нас не было проблем в нашем новом плане, — произнёс Троумен. — Что за новый план? — Новый план состоит в том, чтобы использовать вас двоих для того, чтобы не допустить этого. Вы должны остаться здесь навсегда, — сказал Веденберг. — Почему именно так? — По словам той же Мишель, человечество станет одной из целей изменения, чего не хотят допустить старейшины, — вместе сказали парни. — Ясно, с вас хватит. Жду вас в полночь входа в пыточную Маки Харукавы. — Хорошо… Эта ночь будет очень тёмной…