Часть 2
24 августа 2020 г., 19:50
1820 год
— Немедленно шевелитесь. Гости уже вот-вот прибудут. И осторожней с фарфором, пожалуйста. Держа в руках чёрный веер в качестве орудия наказания, Наталья Михайловна Гаврилова, словно коршун, перемещалась по особняку родового имения, отдавая распоряжения касательно приготовлений к вечернему торжеству. От зоркого взгляда женщины не ускользала ни одна соринка, ни одна складка на скатерти. А если кто-то из служанок, упаси господь, небрежно обращался с цветами, посаженные в изящной красоты горшочки, то на виновницу тотчас обрушивалась волна ударов веером с последующим заточением в чулан. — Поголодаешь недельку, глядишь, в следующий раз более расторопней будешь, неумеха! Я не позволю, чтобы такая, как ты, посмела омрачить праздник моей любимой дочери. — Бедной девушке оставалось только долго и безутешно плакать, утирая горькие слёзы передником. Наталья Михайловна была женщиной сурового нрава, и перечить ей было весьма и весьма опасно. — Маменька, я готова. — Помещица тут же сменила гнев на милость и резко обернулась к парадным дверям залы. В проёме арки стояла ослепительной красоты девушка и ласково улыбалась. В её карих глазах кипела жизнь, на юных щёчках багровел лёгкий румянец, а стройную фигурку украшало воздушное белое платье, украшенное лёгким кружевом и изящной вышивкой. — Красавица ты моя, — пропела соловьиным голосом барыня, стремительно приближаясь к барышне. — Какая ты уже большая, а давно ли тебя нянюшка в колыбельке качала. Умница ты наша. — При этих словах Наталья достала из рукава платок и наспех вытерла выступившие слёзы. — Матушка, прошу вас, не печальтесь. Ведь я такая же, как была все эти годы. Я люблю вас и батюшку, и никогда не посмею покинуть нашу уютную усадьбу. Девушка заботливо обняла свою родительницу и нежно поцеловала в щёку. Но на действия дочери женщина только больше расплакалась. — Ах, если бы всё так и было, — со вздохом прошептала помещица спустя несколько секунд, когда слёзы понемногу утихли. — Но тебе уже семнадцать, а значит, настала пора подыскать достойного жениха. При упоминании о замужестве Елена заметно осунулась. Она хоть и догадывалась, что бал в их доме неспроста, ведь её отец на днях прибыл из Италии, где была довольно нестабильная обстановка на фоне восстаний, и именины дочери были хорошим предлогом, чтобы собрать вокруг себя тех, кто неравнодушен к политике, и подумать о судьбе своей страны. Но Наталья Михайловна решила обернуть сие посиделки в пользу юной именинницы, дабы найти того, кто мог бы составить счастье последней. Ленуша это ясно поняла, но, однако, не стремилась удовлетворять желание матери. Она решила сделать свой выбор для виду, но в подходящий момент тотчас расстаться с ненавистным любовником, найдя для этого весьма весомый повод. Подобные вещи были для неё не впервой, но девушка их ничуть не гнушалась, а наоборот находила их очень даже забавными. К семи часам вечера начали съезжаться гости. Андрей Геннадьевич, облачённый в чёрный парадный сюртук, лично встречал каждого, одаривая приятным комплиментом и словами приветствия. Его супруга вместе с дочерью встречала посетителей в большой зале, галантно раскланиваясь в реверансе и осведомляясь об их делах. Временами Елена ловила на себе суровый взгляд матери, если той не нравился её тон или отсутствие интереса к мужчинам. Закусив губу, девушка оценивающе присматривалась к молодым людям, что временами посылали ей воздушные поцелуи или рисовали в воздухе сердце. И каждый раз её воротило. Она расценивала попытки поухаживать за ней как чрезмерную наглость и глупость, а такой мужчина по её мнению и вовсе мужчиной не казался. Так, всего лишь наивный дурачок. — Больше никто не соизволит оказать нам милость? — осведомился хозяин особняка после того, когда все присутствующие уже сидели за накрытым столом и обменивались впечатлениями о выставках, спектаклях и прочей жизни столицы. — Как же, папенька, — робко отозвалась Елена, устроившись в самом центре стола, где уже красовалось её любимое блюдо со свежей курицей и тушёными грибами, — а Кондратий Фёдорович? — Ах да, господин Рылеев, — с улыбкой протянул Гаврилов. — Как же, как же, отлично помню. Но, по-моему, он немного запаздывает, так стоит ли ждать его? — Стоит, стоит, — захлопала в ладоши девушка, чем вызвала смех со стороны молодых людей. — Если Кондратий Фёдорович обещал, то обязательно будет. Я в этом уверена. Он всегда держит слово в отличии от вас. — При этих словах барышня заметно покраснела и спешила прикрыться веером. Она не скрывала свою симпатию к молодому поэту, что был другом её родителей, но прекрасно понимала, что им не суждено быть вместе по одной простой причине — семейного статуса Кондратия. Неожиданно в парадной раздался какой-то шум, и через несколько минут в залу вошёл швейцар с горящим канделябром. — Кондратий Фёдорович Рылеев. Гости тотчас оживились, а иные даже стали вытягивать шеи, дабы первым увидеть господина литератора. Рылеев был всеобщим любимцем. Его любили и обожали не меньше, чем Пушкина, а молоденькие барышни иногда позволяли себе заигрывать с ним, совершенно забыв о его положении. — Добро пожаловать, Кондратий Фёдорович. — Наталья Михайловна лично бросилась навстречу желанному гостю, едва не поскользнувшись на подоле собственного платья. Рылеев стоял за спиной швейцара и заметно волновался. Ему было весьма неловко из-за того, что он посмел опоздать на приём к таким уважаемым людям, которые всегда благосклонно к нему относились. Но глядя на улыбчивое лицо хозяйки, которая была тёзкой его супруги, он немного расслабился и даже сумел выдавить улыбку. — Наталья Михайловна, я глубоко раскаиваюсь в том, что посмел прийти позже, нежели как было условлено, но, право слово, я не нарочно. Видите ли, мне слегка не повезло с кучером фаэтона, который, перепутав направление, завёз меня в какую-то глушь. Сначала я подумал, что он это сделал с намерением обокрасть меня, а затем убить, но возница ответил, что просто сбился с пути. Пока мы искали дорогу, прошло много времени, но я осмелился прийти к вам, дабы не омрачить радость Елены Андреевны. Ведь она очень просила меня быть на её празднике. — С этими словами поэт взглянул в сторону виновницы торжества и заметно кивнул. При виде него барышня внезапно оживилась и кокетливо намотала на палец прядь локона. — Ничего страшного, мой милый друг. — Барыня заботливо взяла Кондратия за локоть, увлекая за стол, — пожалуйста, проходите. Это со всеми бывает. Только прошу вас, не тревожьтесь из-за такой мелочи. — Это ещё не всё, — Кондратий понизил голос до шёпота, — я не один. Помещица подозрительно сомкнула тонкие брови и осторожно заглянула за плечо мужчины. В коридоре, одетый в военную форму, стоял молодой человек. В отличии от своего спутника, он вёл себя более увереннее, но, однако, не горел желанием проявить неучтивость и без приглашений войти в залу. Юное лицо с маленькими усиками показалось помещице знакомым. Внимательно изучив каждую его черту, Наталья Михайловна резко схватила воздух и от волнения даже прижала к груди руки. — Мишель, неужели это вы? — Юноша заметно улыбнулся и галантно поклонился. — Господи, ты принёс в наш дом радость. Господи. Мишенька. — Забыв про опоздание Рылеева, женщина схватила молодого человека за руку и буквально вытолкнула его на середину комнаты. — Господа, прошу любить и жаловать. Михаил Павлович Бестужев-Рюмин. Сын нашего многоуважаемого Павла Николаевича и по совместительству друг детства нашей Ленуши. Ты ведь помнишь его, дочка? Все присутствующие тотчас обратили взор на девушку, улыбка которой медленно таяла на глазах. Конечно, она помнит того светловолосого мальчишку, что постоянно дразнил её за нестандартную фигурку и часто становился виновником её травм. Она помнит, как лунной ночью пообещала себе непременно ему отомстить. И вот теперь, через несколько лет, после его отъезда в Москву, они вновь встретились. В присутствии стольких людей. Внезапно в глубине души Елена почувствовала жжение и в голове обрывком пролетела фраза: «посмеет ли Михаил вновь назвать её коротышкой или толстенькой, или он уже давно забыл о ней, предпочтя дурацким мыслям военную службу». Бал длился уже несколько часов. В вихре вальса и кадрили пары меняли одного партнёра на другого. Музыканты усердно выводили ноты, слуги старательно исполняли желания избалованных гостей, что требовали то одного, то другого, а слегка взбудораженная Елена сидела на мягком стуле возле окна и буквально пожирала взглядом «любимого» друга детства. Мишель же, напротив, был весьма весел и увлечённо беседовал со старшими офицерами, изредка попивая шампанское. Пару раз он всё же бросал сосредоточенный взгляд карих глаз в сторону юной особы, но дальше дело не заходило, что ещё больше злило Ленушу. — Какая наглость, — думала про себя девушка, комкая в руках перчатку, что успела снять минутой ранее. — Он даже не соизволил поприветствовать меня. А в детстве наоборот любил хвастаться своими идеальными манерами. — Вы тоже стали пленницей его очарования, но мучитесь из-за недостатка внимания с его стороны? — хихикнула одна из подружек, что не пропустила ни одного танца со своим кавалером и, наконец, решила присесть отдохнуть на соседний стул. — О да, Михаил Павлович умеет разбивать девичьи сердца. Сначала приблизит, а потом резко оттолкнёт. Такая уж у него черта характера. — Это непозволительно по отношению к даме, — резко ответила Елена, да так, что её услышали старушки, что сидели за маленьким столиком и о чём-то спорили. — Мог бы и подойти для приличия. В конце концов, он здесь гость и должен выказывать почтение к хозяевам. — Смею вас заверить, Елена Андреевна, — голос подруги вдруг стал тихим и взволнованным, — ваше желание сейчас сбудется. — Красавица хотела переспросить собеседницу, дабы понять смысл её слов, но ту уже и след простыл, а вместо неё возникла знакомая фигура в военной форме и со странной улыбкой на лице. — Елена Андреевна, позвольте выразить вам своё восхищение. — Барышня с ошарашенным видом уставилась в его глаза, не веря тому, что он всё же решил с ней заговорить. — Что-то долго вы собирались с духом, Михаил Павлович. Восхищение нужно было выражать в начале вечера, но не в середине. Столь грубый ответ нисколько не удивил молодого человека. Его маленькая подружка всегда была остра на язык. И он об этом никогда не забывал. — И, тем не менее, я осмелюсь пригласить вас на следующий танец. И вы не смеете мне отказать, — твёрдо ответил он. Барышня с неким отвращением посмотрела на протянутую в белой перчатке ладонь и демонстративно зевнула. — И, тем не менее, я осмелюсь сказать вам «нет». — После всех слов Елена поднялась с места и направилась к выходу, напоследок приторно улыбнувшись отцу. Тот был поражён её выражению лица и недоуменно покосился на супругу. Но Наталье Михайловне было не до капризов дочери. Уединившись в компании Кондратия и его приятелей, она с удовольствием слушала их рассказы о заграничных походах, коими участниками они были…
