Опия

Группа людей бредет, шумя гравием под ногами, и негромко разговаривает. Ты бредешь среди них, но в отличие от остальных молчишь и просто смотришь на свои пальцы, усеянные небольшими шрамиками, что напоминают тебе о той ночи, когда ты потеряла Джина навсегда. — Эй! — высокий не по годам парень побегает и по-братски кладет тебе руку на плечо. — Ну что, сколько у тебя? — Три, — выдыхаешь ты, вспоминая, сколько голов вампиров тебе удалось срубить в эту вылазку. — А у тебя, Куки? — Четыре! Сегодня ты чистишь мое снаряжение! — парень заливисто смеется и, сбросив на тебя свою катану и пояс, увешанный кинжалами, убегает вперед. Ты же проклинаешь себя, этот день, этот чертов мир. С неба падают первые капли дождя и, стекая по твоему лицу, окрашиваются алым цветом крови, падают на дорогу, разбивая застоялую пыль. Ты поднимаешь голову к нему и, не закрывая глаз, смотришь на тяжелые свинцовые тучи, вспоминая день, когда ценой твоего спасения стала жизнь Джина. С тех пор прошло уже четыре года, но не было и одного дня, в котором ты не хотела бы отправиться вслед за Кимом на тот свет. Каждый раз тебя останавливает только мысль о том, что смерть парня не должна быть напрасной, что ради него, за него ты обязана убить как можно больше бесчувственных тварей, что несмотря на свою потрясающую красоту прогнили до самых костей. Живя одной только местью, тебе довольно быстро удалось повзрослеть, превратившись из подростка в молодую девушку, которую не испугать кишками, вываливающимися из распоротого живота, летящими в разные стороны головами, отрубленными конечностями. Вопреки наставлениям Джина держаться подальше от группы сопротивления, ты вступила в их ряды спустя всего пару дней, когда, вернувшись к вашему с парнем дому, обнаружила лишь пепелище. Ту разъедающую кожу ярость, ту пронзительную боль, что заставляет сводить каждую мышцу в теле, ты помнишь до сих пор и стараешься жить только ими, чтобы находить повод просыпаться по утрам. Хотя, в сопротивлении ты не одна такая: здесь каждый потерял кого-то очень важного по вине вампиров. Чонгук потерял брата, а потерять кого-то в этом мире априори лишает надежды на то, что человеку удалось спастись от голода вампиров, Намджун – лидер сопротивления, лишился всей семьи, будучи еще ребенком. Ты же, потеряв Джина, разом лишилась и брата, и отца, и возлюбленного. Группа наконец входит в некогда роскошный особняк, который теперь лишился бывшего лоска и шарма и представляет собой лишь убитое временем здание, приют для раненых душ. Вас тут же встречает толпа людей, такая же часть сопротивления, которая сегодня зализывала раны после недавней вылазки. Парни и девушки бегут навстречу к своим друзьям, бегут к Намджуну, узнать, как все прошло. К тебе же не бежит лишь один Тэхен. — Ты не ранена? — голос парня дрожит, пока длинные пальцы внимательно ощупывают твои руки, шею, плечи. — Ничего не болит? Да… Именно таким ты всегда знала Тэхена, парня, которого спасла от одного из бессмертных в очередную вылазку около года назад. Парень почти не изменился с тех пор: он так же добр ко всем вокруг, так же боится даже собственной тени, но даже при этом готов сделать все, что от него зависит. Вот и сейчас ты не успеваешь ответить ему, когда Тэ быстро снимает с тебя все оружие Чонгука, а затем и твое собственное. — Я все почищу и наточу! — с завидным энтузиазмом восклицает тот. — Ты голодна? Сегодня на обед была фасоль в банках, я тебе и свою порцию приберег. — Не стоит, Тэхен, правда… — искренне просишь ты, чувствуя себя крайне неловко. Тэхен, кажется, единственный, кто относится к тебе с такой теплотой. Странно, но даже когда человечество почти истреблено, люди ничуть не изменились. Вот и сейчас тебя абсолютно никто не воспринимает всерьез, за исключением Тэхена, Чонгука и, может, снисходительного Намджуна. Это немного обидно тебе, ведь ты годами тренировала себя, оттачивала все свои умения, не желая ни в чем уступать парням. Да, пусть ты намного ниже всех из твоего отряда, хрупкая и силой особенной не отличаешься, но все же ловкая, шустрая, благодаря своей миниатюрности, и достойно владеешь саем и катаной. Возможно, именно поэтому Намджун, несмотря на все недоверие к тебе со стороны членов группы, упорно продолжает брать тебя на вылазки, хотя ты давно подозреваешь, что он видит в твоих глазах решимость и почти жизненную необходимость лишать вампиров их бессмертия. — Пойду отдохну, — ты слабо улыбаешься Тэхену, надеясь, что улыбка сможет его успокоить. В особняке тебе посчастливилось занять крохотную кладовку в подвале, и пусть там помещается лишь тонкий матрас, тебе не приходится делить это место с кем-либо еще. Смыв с лица и рук уже засохшую кровь, ты сворачиваешься на матрасе в клубок и укрываешься с головой тонкой, уже с дырками простыней. Единственное, что помогает тебе заснуть – мысли о том, как вы могли бы жить вместе с Джином, как все было бы, если бы его не убили вампиры, как все было бы, если бы ты успела собраться, осмелеть и все-таки признаться парню, что любишь его уже давно.