Рейтинг десяти паршивых свиданий или почему я стал геем

      Я долго всматривался в окно. В груди всё замирало. Он живой и, как всегда, упрямый. Вот и сейчас видно, что мистер Дженеро отчаянно пытается уложить его в постель. И куда он спешит, его только вчера перевели. Мне мистер Дженеро позвонил и сообщил. Я хотел вчера его увидеть, но спасибо полиции, они продержали меня несколько часов, так что когда я освободился, время посещения уже окончилось. Мистер Дженеро, меня ждал, так что я всё знал от него. О том, что на самом деле произошло между мной и Келли он в принципе знал. Так что, так сказать, дополнил для меня пробелы.       Келли, ещё живя в Японии, понял, что отличается от других мальчиков. Мать его чувства не поддерживала и не понимала, в отличие от отца, который собственно и предложил переехать. Мисс Дженеро давно вышла замуж, и у неё есть семья, так что Келли мог спокойно переехать к отцу, а матерью встречаться когда угодно. Пока он учился в колледже, то благодаря образу Кайли, мог выступать в травести клубе и даже был, так сказать, его королевой или примой не столь важно. Но когда закончил обучение, и нашёл довольно перспективную работу ему пришлось бросить любимое занятие. Нельзя было рисковать репутацией фирмы, в которой, он работал. Одно дело сотрудник гей, другое трансвестит. Так что последние пять лет о Кайли мистер Дженеро не слышал. А вопрос, так сказать «хобби» сына в их семье не обсуждался.Сын жил отдельно, часто приходил в гости. В Японии приняты семейные ужины, и Келли их очень любил. Ради семейных ужинов он и терпел постоянные заигрывания Рейны. О тот, что женщины ему неинтересны он говорил открыто, но как, видимо, Рейна и её мать трактовали его слова по-своему.       Где-то неделю назад Мисс Дженеро пригласила Келли на очередной семейный ужин. Он долго  отказывал, но всё-таки в итоге согласился. Мистер Дженеро, сразу понял, что с сыном, что-то не так. Он был подавлен и судя по синякам под глазами плохо ему довольно давно. После ужина отец уговорил его остаться. Он хотел поговорить и выяснить, что произошло. Келли долго отмалчивался и переводил тему, но настойчивость отца, так сказать, сделал своё дело и он всё рассказал. Мне так стыдно никогда не было. Этот придурок рассказал абсолютно всё, от момента нашего знакомства. То, как он подговорил Джереми организовать нашу первую встречу. Как он меня напоил, о том, что мы переспали и я сбежал. О том. Как мы повздорили и я его выгнал. О том. Как он злился и как потом из-за моей же глупости вытягивал из тюрьмы. О том, как пытался по хорошему подтолкнуть меня к отношениям. О том как потерял терпение и использовал старый образ Кайли. Раз уж я так боюсь признать, что гей, то он просто хотел быть со мной рядом, чтобы какая другая вертихвостка меня ни окрутила.       Он думал, что скучные отношения с Кайли помогут мне принять себя и вернуться к нему. О ссоре с Джереми и их разговоре. В тот день. Он хотел меня бросить, а я сделал Кайли предложение. Он не смог отказать. Просто понял, что я непробиваемый упрямец и если не Кайли, то я найду другую, но никогда не признаю его. Он не мог больше мне врать, а потому решил расстаться так, забирая с собой кусочек хорошего воспоминания. Понимая, что добровольно от меня этих слов он не услышит.       Разговор сына и отца затянулся и, как оказалось, позже, не был приватным. Рейна младшая подслушала. Она не сразу поняла, что за Джошуа занимаем мысли ей сводного братика, потому залезла на его страницу в инстаграм. Да там были и наши общие фото, которые он наделал в период, пока пытался подтолкнуть меня к отношениям и не давить. Узнать кто для Келли важный человек не было трудным, потому как, кроме, фотографий со мной там были фото только со сводным братом и сестрой. Кстати, тот парень с которым он обнимался, на том снимке, что так меня тогда расстроил — это его сводный брат. И кстати, чтобы я понимал все масштабы того, как я для него важен. Временно его страничку вёл именно сводный брат. Он же и обеспечивал фиктивные данные геолокации. Но возвращаемся к тому вечеру и Рейне. Перелистывая фотографии, меня неожиданно узнали. Ну не меня конкретно — Сансена. Это была общая фотка с торжественной подписью: «Окончание реабилитации», тогда же она вспомнила и придурка из кафе. И то как ругал её любимый братик, за грубое поведение с незнакомыми.       Ночью Келли остался спать в гостевой комнате, вот она и решила расставить всё на свои места. Как именно она любит братика, а он её. Но не вышло. Келли попытался её выставить, по-хорошему не вышло. Тогда она сорвала с его шеи цепочку с кольцом и выбросила их в окно. Это была последней каплей и хоть я его не оправдываю, но я бы за такое ей и сам вмазал. Да-да он поступил грубо и ударил её. Был, к счастью, ладонью, но рука, как, оказывается, у него тяжёлая, так что, у неё пол лица опухло.       Дальше подтверждения у меня нет, но я так думаю, что она ничего не поняла, а пошла по кратчайшему пути и обвинили во всех бедах меня. Я, по её мнению, был преградой и меня было принято решено устранить. Она не просто меня похитила и собиралась убить. Но и… о мёртвых плохо не говорят, но та же участь должна была ждать и Келли. После чего она планировала покончить с собой, чтобы, так сказать, в иной жизни быть с ним всегда. Рейна умерла по дороге в больницу. Падая, она сильно ударилась шейным отделом хребта о край мощёной каменной дорожки, что за время запустения после и некоторые края сильнее выступали. Её мать под следствием, по предварительным данным, она сейчас проходит психологическую экспертизу, защита утверждает, что мисс Дженеро имеет психиатрическое расстройство, а потому она не в состоянии отвечать за собственные поступки трезво.       После всего, что произошло и что я узнал, состояние моего психологического здоровья было не лучше. Я был разбит и раздавлен. Я всё время думал о себе понятия не имея, что всё это время чувствовал он. А ведь Кайли это часть его. Если Кайли столь ревнива, то, что говорить о нём. В наш первый раз он разозлился, на то, что я сказал, что оральный секс мне не нравится. В больниц0, после похищения, его волновало, не изнасиловали ли меня. Он даже с той шлюхой встретился, дабы узнать, что между нами было.        Я только сейчас понял, что он был рад, что у меня с ней ничего не вышло. Я мучаю не только себя, но и его. Мне был важен этот разговор. Я многое смог осмысли и посмотреть на проблему более широко. Сегодня я наконец смог привести свои мысли в порядок и сегодня я точно знаю, что именно должен ему сказать. Постучал.       Он повернулся и его губы дёргались. Келли вроде как хотел улыбнуться, но в тот же момент явно сдерживался.   —  Джошуа…ты…ты в порядке, ты не пострадал? – Вошёл и подошёл к нему, надавливая на плечи, заставляя-таки лечь.       Мистер Дженеро не выходил, но сел с другой стороны кровати у ног сына. Я сел рядом, накрывая его руку. Вижу, как трепещет на шее его жилка, как нервно дёргается кадык. Как дрожат губы. Сволочь ты Келли, как ты мне вымотал нервы. Ну ничего, сегодня я тебя заставлю за всё ответить и почувствовать на собственной шкуре, всё то, что пришлось пережить мне.  —  В отличие от тебя я не пострадал. – Он виновато опустил глаза и начал что-то лепетать, явно не замечая, что перешёл на японский. – Келли, я хочу тебя кое-что спросить, но забыл уточнить у врача, насколько, тебе можно нервничать?  —  Нервничать? Джошуа, что-то случилось? – О, английский, хорошо. По лицу, видно, что волнуется, просто прекрасно.  —  Ты мне скажи, что случилось? Ты какого хрена от меня сбежал, сменил номер и заблокировал мой никнейм во всех социальных сетях? Пропал на столько дней. А? я вообще-то волновался, искал тебя. ну, что ты скажешь в своё оправдание? – Выражение его лица было просто бесценным, так что я достал телефон и сфотографировал. На память. У него закончился воздух, потому лицо начало синеть. Ещё щелчок. И Келли пришёл в себя.  —  Ты какого хрена творишь? – Он рванул, ну как попытался швы таки не позволяли излишне резкие движения делать. И наверно не стоили над ним издеваться. Ну уж нет, пусть терпит, я с ним не закончил. – И я от тебя не убегал. Ты сам сказал, что ничего ко мне не чувствуешь и…  —  Келли, прекрати. Ты придурка из меня не делай окончательно. Я знаю, что тогда произошло. Я тебя спрашиваю, ты чего в ресторане меня бросил? Ты не так много и заказал тогда, я бы мог расплатиться за столь скудный ужин. Сок и салат дорого не стоили, что нужно было сбегать через окно в женской уборной. И чего тебя туда вообще понесло, ты, что от волнения значки перепутал? – Мистер Дженеро сдавлено хрюкнул.  —  Отец. – Ещё одно бесценное выражение у него на лице.  —  Нет, нет ты не отвлекайся. Я хотел вас одни оставить, но как вижу тут поинтересней. Ну-ну сынок, так что там произошло? А главное, как до такого ты докатился? – Всё мистер Дженеро рассмеялся. Келли обиделся.  —  Папа, да не было такого. Джошуа, ну скажи ему. – Значит, признаваться он не намерен, хорошо сам этого хотел. Ещё щелчок. – Что ты творишь, прекрати меня снимать.  —  Ну уж нет, это память. Я их распечатаю и в наш семейный альбом вставлю. – Келли сел, опуская ноги с кровати. Кажется, перегнул.   —  Джошуа, ты бредишь, какой семейный альбом? Что здесь вообще происходит? – Так пора заканчивать, кажется, с него хватит или это я слишком добрый.  —  Наш. Как правильно мистера и мистера Дженеро-Солим. – Келли встал, ещё одно бесценное выражение у него на лице, но рука сама потянулась не к телефону, а в карман. Протянул ему кольцо, которое держал за ободок. Не романтично, но в коробочке его уже дарил. – Не заберёшь? Ты потерял. В следующий раз осторожней будь, я ещё за него не рассчитался.  — Джошуа, я… я… — и снова у него дрожат губы, я перестарался. А ведь он после сложной операции. И после реанимации. У него на моих руках остановилось сердце, а я мелкой местью занимаюсь. – Я не могу его взять. — Конечно, не можешь, я же неправильно его тебе отдаю. – Из кармана я достал и футляр. – Это другое кольцо. В смысле с виду такое же, но я его сегодня купил. То в участке, оно проходит уликой в материалах дела, о нападении на тебя. – Келли сел, у него с глаз катились слёзы. Не уверен, что он меня сейчас видит. Потому решил немного его успокоить, но, кажется, получалось плохо. Подошёл к нему коснулся его шеи и поцеловал. Я чувствовал на губах солёный привкус. — Келли, если ты не успокоишься, меня же медсёстры выставят отсюда, и я не успею сделать это. А там зная тебя, ты же опять попытаешься от меня сбежать только бы отвесность на себя не брать.  —  Джошуа, прошу, перестань. — Ещё раз его поцеловал. Не нужно было его отпускать, тогда бы ему не пришлось мне врать и претворяться Кайли. Всего вот этого можно было бы избежать, только бы я тогда не струсил.  — Я люблю тебя. Я больше не боюсь, и ты не бойся хорошо. — Опустился перед ним на одно колено. Его пришлось удерживать за руку, наивно веря, что я придаю ему сил. – Келли Дженеро, я Джошуа Солим прошу тебя стать моим мужем и жить со мной до последнего удара сердца. Что скажешь?        И снова он молчит. И снова пелена застилает ему глаза. Отпускаю руку, доставая тоненький серебряный ободок с большим камнем. Смотрю ему в глаза и вижу, что он плотно их зажмуривает и утвердительно кивает. Жду, хочу слышать это от него.  —  Да. Я согласен. – Это кольцо легло как влитое. Серию щелчков я даже не слышал, как и громкие аплодисменты.        Нас поздравлял мистер Дженеро, Сансен, Джереми и даже персонал. Меня отругали, за то, что я нарушил режим, но в честь такого важного для нас события, так и быть, вкололи пациенту успокоительное и разрешили остаться с ним чуть подольше. А вот остальным пришлось покинуть палату. Из-за укола Келли уснул, он так крепко сжимал мне руку, что я не мог разжать ему пальцы. Едва хватка чуть ослабла, как выпутал руку. Он сонно заворочался и также сонно проворчал.  — Теперь ты от меня сбегаешь? – Коснулся его щеки, убирая волосы со лба. — Нет, пальцы свело судорогой. Но я скоро должен буду уйти, время посещения давно окончено, меня не выгоняли, только, из-за помолвки. Решили не портить нам момент. – Он приоткрыл глаза и чуть повернул в мою сторону голову.  — Но ты же вернёшься? Ты же не шутил? - Коснулся губами лба. Что за глупости он спрашивает.   —  Ещё спроси, не из жалости ли я это сделал, ты ведь чуть не умер ради меня. – Хлюпнул носом. Да он таки не успокоился, даже когда, заснул слёзы то и дело катились. – За сегодня извини, я на тебя злился, за Кайли. Хорошо я по мелким жестам и голосу догадался, но то, что ты меня в ресторане бросил, я всё-таки тебе не забуду. А потому тот вечер занимает почётное предпоследнее место в рейтинге самых паршивых свиданий Джошуа Солим.  — Как скажешь. Я так понимаю рейтинг не закрыт. И ты намерен продолжить.  —  Ущипнул его за бок, ну не бить же, за глупости… Он ойкнул и сердито на меня глянул.  — Келли, мы ещё не поженились, а ты уже меня в изменах подозреваешь. У меня будешь ты и свидания у меня будут с тобой. Ну разве что ты мне вновь свои фокусы показывать будешь, так это будет отдельный рейтинг, название позже придумаем. – Он медленно сел, как-то странно заглядывая мне в глаза. – Или ты уже планируешь, как отделаться от меня, раз сам сбежать не можешь.  — Джошуа, ты сейчас говоришь серьёзно? Потому что если это твои шуточки то мне не смешно. Или, может, ты мне мстишь? – Кивнул. – так и думал – это месть. Ну знаешь, что Джошуа Солим, ты меня разозлил. Ты  сам сделал мне предложение и это слышали все, так что, только попробуй меня обмануть или отказаться. Да я сам тебя украду, свяжу, и… и…  — Что надругаешься? – Он что-то попыхтел.       Медсестра проходила мимо и постучала в стекло. Понятно, будем шуметь меня выставят. Обхватил его за шею, притягивая ближе. Губы были слишком близко, так что громко разговаривать не нужно было. – Келл, прекрати искать подвох. Я тебе сделал предложение, сейчас я тебя поцелую и уйду до завтра. Завтра я вернусь, ближе к концу времени посещения, у меня есть несколько важных вопросов касаемых учёбы. Так что не волнуйся, в Мексику я от тебя не сбегал. Когда вернусь, обсудим все детали. И первым делом определимся с датой свадьбы хорошо.   —  Нет. — Так не понял. А значит поцелуи отменяются. — Обсуждать дату и всё прочие будем только после того, как я выпишусь из больницы. А то так нечестно, ты мне дважды делал предложение, а я тебе ни разу. Я тоже имею право увидеть твой растерянный взгляд и всё такое.  — Даже не знаю. Понимаешь, просто тут такое дело мой жених жуткий манипулятор и ещё он передо мной провинился за обман, так что у него не было иного выбора, как согласиться на все мои условия и дать согласие. С чего бы мне так просто соглашаться. Может, мне ещё подумать раз с датой мы так и не определились. – Келли сощурился и снова разрез глаз выглядел асимметрично. Чмокнул в щёку и чуть-чуть подразнил. — Не делай так, на меня так бывшая девушка всё время смотрела, когда сердилась. Ты же не хочешь, чтобы я вас все время сравнивал.   — Джошуа.  —  Открыл было рот напомнить, что и с такой же интонацией говорила, но видимо, Келли сам догадался. — Хорошо. Что ты хочешь? Что мне сделать, чтобы ты точно согласился и мне ни пришлось тобой манипулировать. —  А ты сильно меня любишь? – Он кивнул, о да. Я даже знаю, что у тебя попросить, чтобы проверить, насколько ты в своих словах искренен. — Тогда ты выполнишь одну мою просьбу. Любую. — Джошуа, я адвокат, я на столь размытые сделки согласия никогда не даю, так что давай ограничим рамки. Что ты хочешь? — Рассмеялся.  — Предоставляю тебе выбор. Одна любая просьба без рамок и ограничения или… - Как мне повезло, что он ранен и виноват. — Ты ради меня один раз изменишь своему самому главному принципу. Ты сейчас понимаешь о чём я? — Снова взгляд сквозь асимметрично прищуренные веки, либо слишком тонко завуалировал либо его адвокатская натура берёт верх. — Хорошо, не буду юлить. Хочешь получить гарантию моего согласия на помолвку? Значит, после свадьбы ты один раз согласишься изменить своим принципам и если я захочу, то согласишься быть снизу.  —  Джошуа, я тебя люблю и я для тебя всё-всё сделаю, но ты просишь невозможного. – Нормальный он. Я в двадцать шесть признал, что гей и всё ради него, а он… теперь я обиделся. Всё как он делал: выпятил губу отвернулся и сгорбился, и так поэффектней сопеть начал. Келли застонал. – Джошуа, ну пожалуйста, всё что угодно, но не это.  — Тогда я завтра не приду, а позвоню. Всё я пошёл, не забудь мой номер разблокировать. — Уже коснулся ручки и тут сердце радостно ухнуло.  — Стой. Я согласен. — Медленно повернулся испытующе на него смотря. Мой жених адвокат, ну уж нет, мало на что он там согласен. — После свадьбы обещаю выполнить абсолютно любую твою просьбу вне зависимости от рамок и ограничений, включая… если ты всё-таки захочешь, то на один раз… Джошуа на один, я буду снизу. Ты доволен?  — Да. Но мне всё равно уходить нужно. — Последний раз его поцеловал, он таким расстроенным был. — Келли, я тебе напишу и кольцо не снимай. Я завтра постараюсь прийти чем пораньше. И ты можешь мне звонить, но только не когда я на парах. Ну Келл, ты обиделся?  —  Да нет, просто я от тебя такого коварства не ожидал, но я всё равно счастлив. — Не хочу уходить, но надо. – да завтра.  —  Да. До завтра. Спокойной ночи.  — Он улыбнулся и пожелал того же…    

***

В маленькой комнатке полумрак. Из посторонних звуков стук пальцев по клавишам. Закрыл глаза и потянулся, разминая затёкшие мышцы.  — Я надеюсь, ты закончил? — Посторонний голос звучал неожиданно, так что я от неожиданности подпрыгнул на месте.  — Келли, ты чего меня пугаешь?        Он от своих привычек не избавился. Ходит по дому словно тень, постоянно натыкаюсь на него в самых неожиданных для меня местах. Разговаривает, думая, что я в курсе, что он незаметно вошёл, отчего у меня когда-либо точно сердце разорвётся. А ещё вот так вот недовольно смотрит, асимметрично смеживая веки.   — Не увиливай, от ответа. Ты чего не в кровати? — Крутанулся вместе со стулом притягивая его на колени за полы наброшенного одеяла.  — Хотел закончить и увлёкся. Ты замёрз без меня? — Он закатил глаза. Вредина. Знаю, что да. Невзирая на то, что он невероятно горячий, по ночам постоянно раскрывается и сворачивается калачиком от холода. Хотел поцеловать, но он отстранился.  — Понятно. Давно стоишь у меня за спиной?  — С момента, как узнал, что мой муж врун.  — Понятно, значит, с последней главы. Уткнулся ему в шею.       Мистер Дженеро, сразу говорил, что не стоило его обманывать, а по-честному признать, что я до последнего не знал, что он — это Кайли. Келли, конечно же, догадался и даже несколько раз прямо меня спрашивал, но мне рание удавалось увернуться от прямого ответа.   — Я хотел, чтобы ты дал согласие на брак со мной. А если бы я сказал тебе правду, ты бы взбрыкнул и отказал. Потому что, мои чувства не настоящие и люблю я Кайли, а ты на неё похож, то есть и есть она, и так далее. А мне этого не хотелось. — Засопел.       Значит, угадал. Келли невероятно ревнив. Она даже какое-то время запрещал мне общаться с Джереми. Но она пришла, напомнила, как оттягала моего мужа за волосы и пообещала повторить, если он не успокоиться и не прекратит дурить. Но ревнует он сильно и ко всему, в моём случае и к девушкам, тоже. Так что порой это невероятно раздражает. Он даже временно устроился к нам в колледж, дабы иметь возможность меня контролировать и отслеживать круг моего общения. Да я до сих пор делаю вид, что все эти прослушки и жучки, которые он мне к одежде цепляет, меня не колет. Ну параноик он, параноик. И главное, всё так красиво преподносит, якобы для моей защиты.        Мать Рейны младшей оправдали. Её признали невменяемой, а её действия оценили как неумышленная попытка нанесения вреда здоровью в состоянии аффекта. Назначили курс психиатрического лечение, штраф и прохождение принудительного курса по контролю гнева, с последующим регулярным посещением куратора. Она обещала меня наказать,за смерть Рейны младшей, так что он, так сказать, имеет причину волноваться. Мистер Дженеро с супругой развёлся, ещё во время судебного процесса, сейчас у него новые отношения, но со своей избранницей он нас знакомить не спешит. Ну это его дело.  — А разве нет? Вот что мешало тебе сразу всё честно мне сказать. – Всё надоел, да сколько можно. Я терпел его приступы немотивированной ревности довольно. Ссадил его с колен и оставил в комнате одного. — Джошуа. Джошуа, ты куда? Джош. Вот что ты делаешь?  — Ищу свидетельство о браке, где оно? – Закатывает глаза. Не свидетельство, копию, мы же параноики, мы все документы попрятали. – Хорошо, будем опираться на твою память. Там чьё имя рядом с моим указано? Твоё или Кайли?  —  Я тебе не про это. — Скрестил руки на груди, как он меня со своей ревностью достал.  — А мне плевать Келли. Про что ты. Сколько можно? А? скажи, вот сколько можно? Я к тебе плохо отношусь? Не доверяю? Изменяю? Даю повод во мне сомневаться? — Сжимает губы. — Тогда в чём дело? Что ты ещё от меня хочешь? Что тебе ещё нужно? Я даже с семьёй рассорился только бы быть с тобой? Я люблю тебя и доказываю это каждый день? Скажи вот когда ты перестанешь так себя вести?  —  Джошуа. Прости я…  —  Надоели эти оправдания. Схватил рюкзак, и швырнул в него подарком. Два года, с момента нашей свадьбы прошло два года. Я думал этот день, будет для нас особенным, но нет, я не в настроении.  —  С днём свадьбы Келли. Не поднимай на уши весь полицейский департамент, я буду у родителей. Мне нужно остыть и успокоиться. —  Хлопнул дверью, игнорируя его попытки извиниться. Пусть остынет и подумает.       Родители растерялись. Ещё бы после двухлетней ссоры, сын таки соизволил явиться. В пять утра в домашних штанах, майке и тапочках. Видок ещё тот. Родители были не рады, узнав, что мы с Келли любим друг друга и хотим пожениться. Отсутствие с их стороны радости, выражалось тем, что мы поссорились и не разговаривали вообще. Несколько дней назад позвонила мама и попросила отпавить ей фото и видео со свадьбы. А вчера она пригласила нас с Келли на семейный ужин в эти выходные.       Я вкратце объяснил, что случилось и о чудо они встали на его сторону. Я его обманул ещё и обиделся. И что теперь, мне в этом городе вообще пойти некуда. Сан живёт с девушкой. Джереми в отъезде, сговорились? Но так и быть меня из дому не выгоняют я могу сегодня переночевать в своей комнате, а утром меня отправляли домой к мужу извиняться.       Днём меня спасла Джер, которая очень вовремя вернулась и поездки. Певицей она не стала, но активно пробовалась в качестве танцовщицы и тут у неё было больше шансов, хотя пока и на этом поприще практики было маловато. Так-то всё завершалось по большей мере кастингами, но были и мелкие проекты. Джереми утверждала, что это старт. Пусть так.       Знаете, что во всём этом самое главное, я таки ничему не учусь. И постоянно ведусь у кого-то на поводу. Утром меня не разбудили, а пожалели и дали поспать. Днём ввалилась Джереми, которая необычайно вовремя вернулась и просто обязана была всем рассказать о своём приключении. Вечером, Сансен, смог освободить немного времени и раз мы в кое время собрались, то нужно посидеть и отметить. Знаете, что я упустил за этот день?       Именно. Мужа. Занудливого и ревнивого мужа, который за целый день ни разу не позвонил, не извинился и не проконтролировал моё местоположение. Странно?        Как оказалось, да. Посидеть означало поехать в травести клуб. Ну и что, что Джер оттуда уволили, место там хорошее и у неё скидка на баре. Без разницы. Мы приехали довольно поздно к началу шоу программы. Застонал, опять дым машина с запахом клубники и опять меня будет мутить. Пить желания не было, так что я больше компанию поддерживал. Выступление началось с разогрева.   — Джер, а чего мы притащились сюда? — Келли  узнает  — скандал закатит. Хотел ему позвонить, но Джереми выхватила телефон.   —  Так у них новая королева и у неё сегодня дебют. Тише ты, всё пропустишь. – Свет погас во всём зале.  Что за банальщина.       Я так думал до момента, как помещение окутали первые ноты. Стоп. А вот этого быть не может.   —  Джереми. А теперь быстро и правду, что здесь происходит? — Я знал эту мелодию и её не могут играть здесь. Это была наша с Келли песня, я её заказал для исполнения на нашей свадьбе. Её пела для нас Джер, её голос низкий, так что это явно кавер, но всё же, она не могла звучать здесь. — Джош, порой я очень завидую Келли. Хоть она и сучка, но ты для неё как воздух. — Свет софитов осветил фигуру женщины и этот самый воздух закончился и у меня.       Это был сон и наваждение. Передо мной с гравюры сошла китайской богини Нюйва. Небольшой зал ахнул, а я просто не мог вдохнуть.        Сумасшедший. Он снова это делает. Проигрыш закончился и с его губ слетели первые слова. Он просил прощения, он признавался в любви, он открыл потаённые тайны нашей жизни. Все его слова тонули в нотах, распространялись по залу. Тихий, нежный, бархатный, местами дрожащий голос. Я впервые услышал эту историю от него. О его страхах, волнениях, переживаниях. О боли, что я ему причинил, о неуверенности, что поселилась в его сердце, о ненависти к самому себе. Музыка стала его проводником, я никогда не слышал, как он пел, он многие годы не позволял своим чувствам брать верх. Я вновь его изменил, внёс в его размеренную жизнь хаос и смятение. Я слышал, что порой ему страшно, порой холодно, порой он блуждает в темноте. Встал, нарушая правила медленно подошёл к нему. Его руки дрожат, как и его голос. В глазах блеск, что вот-вот готов сорваться хрустальными бисеринками. Я остановился у самой сцены, протягивая ему руку. Она касается самых кончиков пальцев.       Я не хочу портить ему дебют и как понимаю себе подарок, но не могу удержаться. Ещё чуть-чуть, ещё пара слов и его клятва утонет в бесконечности.        Не мешаю. Даю закончить, позволяю выговориться, и едва его голос стихает, просто вырываю его их оков тьмы. Он не устоял, так что пришлось его ловить. Жадно целую его губы под всеобщий свист недовольства. В его руку микрофон, так что слышно меня всем.  —  Прости, что солгал. Просто я очень тебя люблю и я не мог позволить тебе тогда сбежать. Верни время вспять, я бы поступил точно так же. – Он потянулся к моим губам и едва слышно прошептал только для меня.  — Я всё равно буду тебя ревновать и следить, и контролировать. Джош, я не умею любить по-другому, но обещаю доверять и некоторые вопросы остаются в прошлом. Даю слово. – Он уложил голову мне на плечо и чуть громче. Он коснулся пальцами медальона скдадыша, подарок не он, а то, что в нём внутри. – Со второй годовщиной любимый.        Микрофон был установлен на место. Покрепче сжал ему руку, и пришлось-таки испортить ему дебют. Зная его он не особо расстроиться. А ещё уверен, что их всех комнат именно пятая свободна. Да и должен он мне всё ещё желание.