глоток свежего воздуха

Я перезваниваю ей, но абонент недоступен, блять, я же решил придумать этот ёбаный уговор и я же его нарушил, так глупо и низко. Автобус едет, за рулём Давид, я поворачиваюсь к Дане, он единственный, кто похоже не спит. Глеб: Дань, будет сига? Даня: Ты же бросил, не? Глеб: Да, но сейчас надо. Он достаёт из кармана помятую пачку Бонда, который я на дух не перевариваю, но сейчас я готов даже самые хуёвые сиги выкурить, и он протягивает мне одну. Глеб: Спасибо. Даня: Обращайся. Он поджигает мне сигу своей зажигалкой, потому что моя хуй знает где и я вдыхаю этот мерзкий дым. Выдыхаю я всё то, что накопилось за этот тур, все срывы, боли в теле которые мне мешали выступать, но я через силу делал это, потому что надо. Все слёзы, все проёбы и все лучшие моменты. Абсолютно всё, что уже к счастью позади. Дома ждёт Ксюша и наш с ней серьёзный разговор. Долгий разговор. Въезд в Москву, последний концерт и наконец-то мы все разъедемся по домам.

* 17:38, квартира Ксюши*

Сегодня приезжает Глеб. Блять, как я ему расскажу, что сама проебалась в первый же день. Про парня и наркоту думаю умолчу. Хотя блять, как я вообще смогу что либо ему сказать, если действие лсд 12 часов. Слава богу хата убрана, скорее всего прикинусь спящей. Сука, почему моя тупая голова пришла к выводу, что кидаться сегодня лсд отличная идея. Ах да, осталась последняя марка и если бы Глеб нашёл её, то был бы пиздец. Я поворачиваюсь в сторону балкона, а на нём стоит красивая женщина в красном платье. Она просто смотрит на меня и улыбается. На кровати сидит заяц и скачет в сторону этого балкона, бьётся об стекло и разбивается на тысячу осколков. Дальше ещё один и ещё один, все они появлялись и прыгали к балкону, но разбивались, а эта женщина даже и не думала отводить от меня взгляд. Она смотрит сквозь меня, в самую душу и когда очередной заяц разбивается об эту стеклянную стену я решаю подойти к балкону и открыть его. Улыбка сразу же пропадает с её лица и осколки мигом исчезли вместе с зайцами. Женщина: Сколько же мне пришлось убить милых, беззащитных зверушек, чтобы ты наконец поняла, что нужно меня впустить в квартиру, мне холодно. Я: Но сегодня же +16, не так уж и холодно. Она, не обращая внимания на мои слова заходит внутрь квартиры и усаживается за стол. Женщина: Чаю мне, пожалуйста. Я: Хорошо. Ухожу с балкона и ставлю чайник. Я: Вам какой? Женщина: Зелёный с жасмином. Я: Хорошо. Женщина: И сколько ты планируешь ещё обманывать его? Я: Кого? Женщина: Ты сама всё знаешь. Я: Глеб? Да, я не лучшая девушка, но я такая. Отказаться от наркотиков оказалось не так уж и просто. Но зато ни одной сигареты в рот не взяла. Женщина: И ты считаешь это поводом для гордости? Я: Да, а что? Женщина: Вспомни всё, что ты сделала. Ты предала его, а предавая его, ты предаёшь и себя. Всегда помни об этом. Не уважая его, ты в первую очередь не уважаешь себя, а сейчас поставила авиарежим, чтобы он не дай бог не узнал. Меня тошнит от тебя. Я: Чай готов. Я поворачиваюсь к столу, а от неё и след простыл. Теперь у меня есть кружка чая, чая от которого меня до сих пор тошнит.

***

Концерт был не такой, как мы ожидали, все были уже уставшие, но спасибо публике, что подпевали наши треки за нас и в некоторых моментах мы могли хоть немного передохнуть. Перед отъездом домой, мы вышли из клуба на перекур. Глеб: Артём, можно сигарету? Артём: Ой, это же мистер ЗОЖ решил взяться за старое, ну, держи приятель, дело твоё. Он с ухмылкой протягивает мне сигарету и даёт зажигалку. Подкуриваю, вдыхаю и конец. Это конец всего, настоящий конец, а не то, что было в Питере. Ефим: Глеб, ты кстати с нами в бар отмечать? Я в очередной раз набрал Ксюше и абонент снова недоступен. Глеб: Думаю, да. Перед смертью не надышишься, но можно здорово набухаться, всё равно всё рассказывать.

***

Шот за шотом, снова играет блядский Тимати, когда они наконец будут включать что-то нормальное. Всё по старому, всё как раньше, не хватает только наркотиков. Снова клуб 18, снова я тусуюсь среди таких же как я, среди торчков, алкоголиков и обречённых на смерть людей из-за своих пагубных привычек. Ребята отрываются на танцполе, а я сижу один на диване и заливаю в себя пятый шот. Ко мне подсаживается симпатичная девушка, на вид ей 16 или 17, но у нас тут всё строго и её бы не пустили, если бы ей не было 18. Сначала она просто мне улыбалась и пыталась как-то обратить моё внимание на себя, но как только она поняла, что в этом нет смысла, она встаёт и тут же садиться мне на колени. Обвивает одной рукой шею, а второй заправляет мою чёлку за уши. Скорее всего это для того, чтобы я лучше разглядел её большую грудь, которая вот-вот вывалится из этого широкого декольте. Девушка: Не желаешь познакомиться? Глеб: Нет, у меня есть девушка. Девушка: Как странно, ведь у тебя уже каменный стояк. Хочешь, я помогу тебе с этим? Я сразу же посмотрел на свои джинсы и блять, ширинка кое-как сдерживает мой член. Глеб: Нет, спасибо. Я беру её за талию и одним движением перекидываю её с моих колен на диван и иду к выходу. Я кое-как стою на ногах, но нужно отсюда валить и как можно быстрее. Я вызываю такси и еду домой. Ксюша, надо с ней поговорить. Подъезд, нужный этаж, ключ в замочную скважину и я стою на пороге уже своего дома. За столом сидит Ксюша и смотрит на кружку чая, она даже не обратила внимание на то, что я вернулся.

***

Всё внутри сжалось как только он зашёл в квартиру, всё это время я сидела за кружкой уже остывшего чая и пыталась собрать мысли в кучу, чтобы сказать ему хоть что-то внятное. Глеб: Ксюш, привет, я приехал. Я: Садись за стол, нас ждёт серьёзный разговор. Я даже не смотрю на него, смотрю на эту кружку и как только увидела краем глаза, что он снял верхнюю одежду и обувь набралась смелости посмотреть ему в глаза. Глеб: Выкладывай. Я: Глеб, я знатно проебалась. Пауза, глаза в пол, в комнате стало так тихо, я не слышу ничего, ни лающую собаку из соседней квартиры, ни гул на улице, ничего. Вдох, выход и я продолжаю. Я: Как только ты уехал, я сразу же пошла бухать, Зоя пыталась меня остановить и у неё это получилось в какой-то степени, потому что у меня оказались в руках наркотики, а она их выхватила и смыла в унитаз, но я всё равно была просто в стельку пьяная. Потом я связалась с дилером у которого ты обычно брал наркоту и купила на все скопленные деньги всякой хуиты. Целыми днями я кидалась, а сегодня… Снова молчание, снова не могу ничего сказать, как будто у меня закончился лимит слов на сегодня. Вокруг снова появляются зайцы, под ногами уже не пол, а трава, я слышу звуки реки, поворачиваюсь влево и из моего недавнего пейзажа, который я рисовала в любимом лесу Глеба выливается настоящая река и уходит в эту самую траву. Но я набралась смелости и продолжила. Я: А сегодня осталась последняя марка лсд и я ничего лучше не придумала как сглотнуть её днём. Потому что я знаю, что ты её найдёшь и решила избавиться от неё вот таким способом. Я снова поднимаю глаза на Глеба. Он молчит, только постоянно стучит об пол ногой, но я совсем этого не слышу из-за звуков реки. Глеб: То есть ты сейчас под лсд? Я: Всё верно. Глеб: Трахалась когда-нибудь под лсд? Я: Ещё нет. Глеб: Сейчас исправим. Он кое-как встаёт из-за стола, берёт меня на руки и тащит на кровать. Кидает, впивается в губы, снимает одежду, как только я оказываюсь в одних трусах перед ним, он кусает мою шею, спускаясь всё ниже, он оставляет достаточно болезненные укусы и пару засосов. Как только он наигрался, расстёгивает ширинку, снимает с меня трусы и резко входит. Без презерватива, без смазки, просто взял и вошёл. Я стону от боли, кроме неё я ничего не чувствую и впиваюсь руками в кровать. А он делает удары всё сильнее и сильнее, я теку и это хоть как то уменьшает боль, природная смазка так сказать. Он кусает, а не целует. Он не занимается любовью, а трахает меня, а слово «ебёт» подходит сюда ещё лучше. Тут он резко выходит из меня, открывает мой рот и кончает туда. Пока я пытаюсь перевести дух и хоть как-то это сглотнуть, он впивается мне в клитор и за считанные секунды доводит до оргазма, до самого сильного оргазма в моей жизни. Он снимает с себя остальную одежду и натягивает трусы. Ложиться рядом со мной на кровать и произносит. Глеб: Знаешь, я тоже проебался.