Дотянуться до тебя

Нацуми вздохнула и по уже знакомому маршруту направилась к кабинету Хаширамы. По дороге она слышала, как листья шуршат под ногами — осень уже наступила, и листва стала желтеть и опадать. Сенджу продолжала свой путь, глядя на деревья и наслаждаясь свежим воздухом. Солнечные лучи, играющие в листве на земле, бережно обнимали ее, и она чувствовала, как ветер ласкает ее волосы. Красота осени невероятна: торчащие, изгибающиеся причудливыми узорами ветви и покачивающиеся от легкого ветра кроны, которые кажутся невесомыми и воздушными, вызывали устойчивое желание отбросить все неотложные срочные дела и просто не спеша прогуляться по тихим улицам, окунувшись с головой в это спокойствие. Поддавшись порыву, девушка остановилась, желая насладиться этим моментом в полной мере. Свет, проходящий через деревья, создавал интересные визуальные образы на дороге. Время от времени порывы ветра срывали с деревьев яркие листья, и те медленно кружились, опускаясь на землю. Золотистая листва словно ожила под искрами солнца, и пение птиц, которые прятались на вершинах деревьев, дополняло эту картину. Пожалуй, зря Нацуми весь день провела в четырех стенах, ей стоило выйти и развеяться раньше. Даже тяжелые мысли о Тобираме и ее ночном унижении, казалось, отступили на задний план. На мгновение показалось, что все не так уж и плохо. Наверняка куноичи сможет списать свое вчерашнее поведение на алкоголь, а Тобирама... он поймет. Со временем ее неловкое признание забудется, и они вновь смогут общаться, как раньше. А чувства, которые насквозь прожигали нутро, даже сейчас... когда-нибудь пройдут. Нацуми казалось, что у нее, наконец, получилось достичь душевного покоя. Приближаясь к резиденции хокаге, мысленно она уже отпустила всю эту неприятную ситуацию, которая сложилась в ее жизни всего за одну ночь. Во всяком случае, так ей казалось до того момента, когда она без стука распахнула дверь в кабинет Хаширамы, входя, и сразу же накинулась на него, стоящего возле стола. Конечно, Нацуми не могла ни в чем винить его, ведь вчера он только поддерживал ее, но выплеснуть всю злость и поделиться переживаниями захотелось почти нестерпимо. Прямо с порога она начала рассказывать ему все, что произошло вчера после их разлуки, размахивая руками и чуть ли не крича от возмущения. В глазах Сенджу читалось удивление и даже некоторое смущение. Он пытался сказать что-то Нацуми, но та постоянно перебивала его, не позволяя и слово вставить в свой чересчур эмоциональный монолог. — Я просто опозорилась, Хаши, ты понимаешь?! – громко заявила она, пока он терпеливо слушал, изредка кидая извиняющийся взгляд куда-то за ее спину. Нацуми резко развернулась и только сейчас заметила Мадару, сидящего на диване, закинув ногу на ногу. На его губах играла улыбка, от которой по спине мгновенно пробежал липкий холодок. Осознав, что он слышал все, девушке стало плохо. Позориться перед симпатичными мужчинами она умеет, кажется, лучше всех. — Так… зачем ты меня звал? – куда более спокойным тоном спросила девушка, начиная краснеть от пристального взгляда Учихи. Отчаянная попытка сделать вид, что она вовсе не смущена, заранее была обречена на провал, но Нацуми упорно пыталась сохранить лицо. — У меня есть для тебя миссия, – начал Хаширама, тактично делая вид, что тоже не замечает ее горящих щек. — Был украден свиток с важной информацией про хвостатых зверей. У нас будут большие проблемы, если не вернем его. Вор, скорее всего, уже успел добраться до Амэгакурэ но Сато. Хаширама подал куноичи карту с указанием места, где вероятнее всего, может находиться вор и небольшой плакат с его изображением. Девушка взяла ее и кивнула, понимая важность этого задания. Пожалуй, новая миссия — это именно то, что ей нужно, чтобы отвлечься от всей неразберихи в голове и успокоиться окончательно. Она уже представила себе, как будет противостоять грабителю, используя все свои навыки и опыт, чтобы вернуть украденный свиток. Если уж это не поможет ей привести разум и чувства в порядок, то что тогда с этим справится? — Поняла, – сказала Нацуми, стараясь звучать уверенно. — Я соберу все необходимые принадлежности и отправлюсь на поиски. — Ты идешь не одна, – сказал Хаширама, смотря на подругу с улыбкой. — а с Тобирамой. — Что? Нет, нельзя с Тобирамой! – возразила она громче, чем следовало. Вчера она пьяная призналась ему в любви, а сегодня на миссию с ним идти? Она ж от стыда умрет, если останется с ним наедине. За что Хаширама так с ней? Неужели он не слышал всего, что она только что ему наговорила? — Может, мне пойти вместо него? – послышался бархатистый голос Мадары сзади. Нацуми невольно бросила взгляд через плечо, изучая совершенно бесстрастное лицо главы клана Учиха. Интересно, зачем ему это? Вряд ли он проникся ее проблемами, озвученными здесь ранее. — Без Тобирамы нельзя, его сенсорные навыки очень пригодятся, – возразил хокаге, тоже бросив на своего друга непонятный взгляд. Мадара, казалось, этим взглядом не особо проникся. — Так пусть господин Учиха заменит меня, а я… а мне ты дашь другое задание, где не нужен Тобирама… – ухватилась за открывшуюся возможность девушка, все еще надеясь избежать того, к чему так настойчиво толкает ее тот, кто должен быть на ее стороне. Наверняка Хаширама действует из лучших побуждений, но сейчас его инициатива больше пугала. — Отправить Тобираму и Мадару одних? Ты что, они ж убьют друг друга… – слегка взволнованно выдал Хаширама, на что Учиха лишь хмыкнул. Сенджу некоторое время молчал, обдумывая что-то про себя. — Вы отправитесь втроем! – щелкнув пальцами, весело объявил он, смотря на двух своих друзей. Мадара чуть приподнял бровь, задумавшись о чем-то, а затем кивнул, давая знать, что согласен. Нацуми просто молчала, смотря то на Хашираму, то на Мадару. Неужели все это происходит с ней? Поняв, что у нее особо выбора нет, она обречённо кивнула. Пусть хотя бы Учиха пойдет с ними, может, им с Тобирамой будет не так неловко в его присутствии? Тем более, Мадара уже в курсе того, что происходит между ней и Тобирамой, пусть девушка этого и не хотела. — Буду очень рад поработать с тобой, Нацуми-чан, – спокойным голосом произнес Учиха, подойдя к ней и протягивая ей руку. Отчего-то смутившись, Нацуми неуверенно пожала протянутую ладонь. Мадара смотрел на нее и улыбался, а сердце девушки стучало так сильно, что она боялась, как бы никто не услышал. Почему-то в этот момент она чувствовала себя мышонком, который наивно полагает, что сможет уйти от удава, наблюдающего за ним живым. Дурацкая аналогия была тут же отброшена. Как ей вообще это в голову пришло? Сглотнув, Нацуми попыталась сделать лицо невозмутимым, но щеки предательски порозовели. Мадара, наблюдая за ее стараниями, лишь усмехнулся, сжимая руку девушки в своей. Обсудив еще массу мелких деталей, касающихся предстоящего задания, Сенджу поспешила покинуть кабинет хокаге, желая вернуться домой и как следует подготовиться.

***

— И зачем все это, Хаширама? – спросил Мадара, оставшись наедине с другом. — Ты мог отправить на эту миссию любого другого шиноби, Тобирама не единственный сенсор. — Я пытаюсь свести два любящих сердца, Мадара, – с улыбкой на лице ответил Сенджу. — Насколько я понял, твой брат-идиот отверг эту милую девушку, – сделал пару шагов в сторону Учиха, бросив взгляд в окно. На пару мгновений он увидел, как Нацуми спешно скрывается за поворотом. — Да, мой брат-иди… он не идиот, Мадара, просто ему нужно провести побольше времени с Нацуми, чтобы он осознал свои чувства... – Хаширама невозмутимо занял свое кресло. — Откуда ты вообще знаешь, что они у него есть? – Мадара развернулся, задумчиво склонив голову. — Не знаю… просто знаю, – устало потер виски Хаширама, а потом бросил на Учиху подозрительный взгляд. — А тебя это почему так заинтересовало? Мадара лишь равнодушно пожал плечами, не удосужившись ответить. Сославшись на то, что ему, как и Нацуми, нужно подготовиться, он тоже покинул кабинет хокаге.

***

Ближе к вечеру Нацуми стояла у главных ворот Конохи, ожидая своих напарников. Носком сапога она задумчиво ковыряла камушек, стараясь отвлечься от пугающих мыслей. Интересно, как Тобирама отреагировал на слова Хаширамы о том, что идет на миссию вместе с Нацуми и Учихой? Наверняка не очень обрадовался. На мгновение оторвав от земли взгляд, вдалеке она увидела Хашираму, Мадару и Тобираму, приближающихся к ней. При виде альбиноса дыхание участилось, и девушка невольно прикусила собственную губу. Она боялась, что тот припомнит ей вчерашнее, и не знала, как выйти из этой ситуации. Нацуми понятия не имела, как ей общаться с ним дальше. Стоит ли сделать вид, что ничего не было? А почему нет? Притворится, что она была так пьяна, что ничего не помнит. Но стоило ей только встретиться с алыми глазами альбиноса, она тут же покраснела до самых корней. Собственное тело выдало ее с потрохами. Те, кто ничего не помнят, так не реагируют. Нацуми быстро опустила взгляд, вспоминая, как прекрасны были те времена, когда она не краснела от каждого слова Тобирамы. С чего вообще это началось, она не совсем помнила. Возможно, Нацуми начала смотреть на друга по-другому в тот момент, когда он спас ее от смерти на одном из заданий. Тогда она увидела в нем настоящего героя и впервые почувствовала приятное чувство внизу живота, когда он нес ее на руках. Затем он проводил с ней все время, пока она лежала в госпитале, приносил поесть, покупал цветы. Это было странно, ведь Хаширама вообще-то тоже заботился о ней, но к нему она никогда не испытала ничего подобного. Старший Сенджу для Нацуми был очень близким другом, с которым в любой момент можно набухаться и валять дурака. А Тобирама воспринимался совсем иначе. — Ну что, Нацуми-чан, готова? – от мыслей отвлек голос хокаге. — Да, – тихо произнесла девушка, стараясь не смотреть на Тобираму. Но все же она не устояла и кинула на него еще один взгляд. Лицо его было недовольным, и было понятно из-за чего. Альбинос явно не был рад, что с ними идет еще и Учиха, которого он просто терпеть не может. Во всяком случае, Нацуми надеялась, что причина его недовольства лишь в Мадаре. Удивительно, что Хаширама смог убедить его в том, что обладатель шарингана тоже должен к ним присоединиться. — Выдвигаемся, – сухо сказал Тобирама, идя вперед. Через пару минут все трое исчезли с поля зрения Хаширамы, и он, глубоко вздохнув, вернулся в резиденцию.