Дождь

      Тепло. Джотаро было тепло. Не только из-за действия Рохана, но и от его слов. Кишибе не торопил Куджо. Открыться сейчас, значит, что Джотаро окончательно сдался. Куджо прижал к себе Кишибе и начал перебирать его волосы, уткнувшись в плечо, а Рохан обнял его в ответ: — Мне, кажется, что все вокруг не так. Я виноват в смертях своих друзей. Если  бы не я, то они бы не погибли… Я просто хочу быть счасливым, но уже долгое время не чувствую ничего, кроме боли, которой нет  конца. С Вами мне чуть легче, но это не сильно спасает. После Вашего ухода, я чувствую только пустоту. Я  хочу кричать во весь голос, но не могу. Такое ощущение будто слез  не осталось. Я такой ничтожный и… беспомощный. Слишком эгоистичный, ведь всегда думаю только о своем благе. Только, что мне больно. Я такой отвратительный и мерзкий. Я не знаю, почему Вам понравилась моя компания, но спасибо. Спасибо за проведенное время со мной. Я… я уйду из Вашей жизни и не появлюсь снова. Никогда, — выговорился Джотаро. — Вам не стоит обесценивать свои проблемы и себя самого. Вы- прекрасны, — сказал Рохан смотря прямо в глаза Куджо, — Мне действительно нравится проводить с вами время. Но прошу, Джотаро, не смей покидать меня. Никогда-никогда, — слабо улыбнулся Кишибе.       Рохан провел рукой по щеке Куджо. Джотаро хотел отдернуть свою ладонь от лица мангаки, но Кишибе крепко держал  его запястье. Куджо съежился, а мангака погладил его по голове, ну точнее по фуражке. Джотаро презрительно посмотрел на Рохана. Кишибе быстро убрал руку с головы Куджо, но запястье не отпустил: — Извините, — непроизвольно вырвалось у мангаки. — До скорой встречи, — смягчился Джотаро, — Я, — он замялся, — Я вернусь. — С нетерпением жду,  — улыбнулся Рохан, а после отпустил запястье Куджо.       Джотаро вышел из дома Кишибе в приподнятом настроении. Рохан — его друг, которому он, как оказалось, не безразличен. Куджо вздохнул. Есть уже не хотелось, но и домой идти тоже. Сейчас ему нужно проветриться, а потом Джотаро вернется. Обязательно вернется в этот дом, в котором его ждут.       Мангака проводил Куджо взглядом, когда тот уходил. Джотаро выглядел счастливым, и это успокаивало Рохана. Мангака понял, что его чувства к Куджо довольно смешанные и странные. Почему именно, Кишибе еще не понял, но Джотаро явно ощущался для Рохана как друг, а может даже нечто большее.       Кишибе решил  купить им пирожных к чаю. И пошел в магазин, закрыв дверь на ключ. Сначала, мангака хотел зайти, а пекарню, но после передумал, решив, что Джотаро не привередлив. В магазине Кишибе долго не мог выбрать между вишневой и черничной корзинках с кремом. Но в итоге, взял вишневые, потому что больше любит вишню, чем чернику. Улыбнувшись Рохан побрел  домой, ждать Куджо.       Джотаро брел по улицам Морио. Погода совсем испортилась и вот-вот начнется дождь. Куджо взглянул на небо, такое хмурое и суровое, но внезапно из-за туч пробился лучик света, который ударил прямо в лицо Джотаро, заставив зажмуриться. Такой светлый и тёплый лучик. Уголок губ Куджо невольно дернулся, но после губы Джотаро скривились. Почему-то ему больно, а лучик продолжает светить на Куджо, будто не хочет его отпускать, согревает. Но могучая туча, гонимая ветром, быстро закрывает его. И лучик навсегда гаснет. С неба на Джотаро упало несколько капель воды. Куджо вздохнул и пошел обратно к мангаке.       Рохан уже заварил черный листовой чай и закончил сервировать стол, когда в дверь позвонили. Кишибе с облегчением выдохнул. Тяжелая дверь перед Джотаро открывается и Рохан улыбнулся. Очень широко: — Проходи, — промолвил Кишибе. — Спасибо Вам, — начал Куджо. — Давай на «ты», Джотаро, — все еще улыбаясь произнес мангака. — Хорошо, Рохан, — сказал Куджо, — я не против. — Я приготовил нам чай и купил вишневые пирожные, — смотрел на Джотаро, который снимает свою обувь, Кишибе. — Вишневые? — удивленно переспросил Куджо. — Да. Я  люблю вишню, — беззаботно сказал Рохан, посмотрев на потолок. — Я тоже любил, — прошептал Джотаро, но Рохан его не услышал.       Мужчины направились на кухню. Когда они пришли, то Куджо сразу же узнал аромат красных роз и желтых лилий, которые стояли в вазе на столе. Кишибе отодвинул стул напротив букета, а сам сел рядом, чтобы его не заслоняли цветы.       Из чашек с  горячим напитком шел пар. Звенящая тишина резала слух. Рохану стало некомфортно: — Как тебе? — спросил Кишибе. — Очень вкусно, — чуть-чуть дрожашим голосом ответил  Джотаро, но дрожь эта была столь не уловима, что и Рохан ее не заметил. — Спасибо, — улыбнулся Кишибе. — Ты любишь цветы? — ухмыльнулся Куджо. — Да. Цветы — прекрасны. Особенно лилии, — выдохнул Рохан и сделал глоток теплого чая. — Пирожные тоже вкусные. Где ты их купил? — облизнулся Джотаро. — А, да в супермаркете, — откусил кусок корзинки Кишибе. — Рохан, — мягко сказал Куджо. — Что такое? — удивленно замахал ресницами Кишибе. — У тебя все лицо в креме, — сказал Джотаро, а после добавил, — Давай вытру.       Рохан ничего не ответил.  Куджо достал из кармана белый платок с красной полоской. Джотаро взял Кишибе  за подбородок и поднес ткань к щеке Рохана. Он аккуратно стал  вытирать крем с лица мангаки. Кишибе, конечно, сощурился, но продолжил смотреть на Куджо: — Готово, — прошептал биолог юноше на ухо, из-за чего второй покраснел. — Спасибо, Джотаро, — кивнул головой Рохан.         Пирожные были съеденны, а чай выпит, но разговор так и не начался.  Да и мужчинам уже не хотелось разговаривать о грустном. Они устроились на диване. Кишибе рассказывал Куджо свои идеи и некоторые забавные истории из его жизни, а Джотаро внимательно слушал, стараясь не упустить не слова. Друзья как-то не заметили, когда голова Рохана опустилась на колени Куджо, а рука Джотаро стала поглаживать мангаку по голове и убирать с лица Кишибе его растрепанные волосы.       Они не знали сколько времени прошло. Но слова как-то сами собой закончились. И мужчины просто улыбались и смотрели друг на друга. Кишибе поднял руку наверх и погладил Джотаро по щеке. Куджо не был против. Он прильнул к ладони Рохана и прищурившись посмотрел на него. Комната наполнилась звонким смехом, который, казалось, никогда не закончится. Вдруг дверь открылась: — Рохан-сенсей, Вы же не против если, — Хигашиката оборвался на полуслове, — О, — на него удивленно смотрели две пары зеленых глаз. — Джоске, — сдавленно прошипел Кишибе. — Входить в чужие дома без разрешения хозяина — плохо, — угрожающе взглянул на Хигашикату Куджо, — Понял, Джоске? — еще грубее сказал Джотаро. — Да, — испуганно бросил Хигашиката. — Выметайся! — воскликнул Кишибе — Да, конечно, — сглотнул Джоске, развернулся и открыл дверь, — А на свадбу пригласить не забудете? — спросил Хигашиката и со скоростью света выбежал из дома. — Гребанный Джоске! — выругался Кишибе. — Тихо. Он — мой дядя, — мягко напомнил Куджо. — Прости, просто он меня сильно раздражает, — потупил взгляд мангака. — Меня тоже,  не переживай, — поцеловал тыльную сторону ладони  Джотаро. — Правда? — удивленно спросил мангака, шикоро распахивая глаза. — Да. И его отец меня тоже часто раздражал. Они очень похожи, — съежился Куджо.       Мысленно Джотаро вернулся в те дни. В то путешествие, которое навсегда оставило след  в его разуме. Куджо всхлипнул и слезинка оставила после себя мокрую дорожку на его щеке: — Джотаро, — тихо окликнул его Кишибе, — Все хорошо? — Куджо не ответил, — Джотаро, — встревоженно повторил Рохан. — А.  Извини, — отвернулся Куджо. — Все хорошо, Джотаро? — спросил Кишибе, положив руку на щеку Куджо. — Да, я, извини, — прошептал Джотаро. — За что ты извиняешься? — уткнулся носом в скулу Куджо Рохан. — Я… я…  — начал биолог. — Тише, если тебя что-то тревожит, то ты можешь поделиться со мной, Джотаро, — сказал мангака. — Я… Прости, я сейчас не готов говорить с тобой на эту тему, Рохан. Прости, — выдохнул Куджо. — Все хорошо, — вздохнул Кишибе, — Скажи,  как будешь готов. — Хорошо, прости, я пойду, — промолвил Куджо. — Не извиняйся, — улыбнулся Рохан.       Джотаро вышел на улицу и направился в свой дом.       Куджо брел домой ели сдерживая крик. Ему хотелось орать во всю глотку. Конечно, по его мнению, Рохан был непозволительно добр к Джотаро. Теплые прикосновения, которые будто горели на его коже, и звонкий смех Кишибе никак не могли выйти из головы Куджо. Он невольно коснулся своей щеки. А слезы все-таки потекли.  Из груди вырвался сдавленный всхлип. Джотаро кое-как нащупал дверную ручку, а после ввалился в свой дом. Сердце бешено стучало. Нож. Где  лежит нож Куджо? Джотаро быстрым шагом направился в свою комнату.       Дверь в  комнату легко открылась, хотя Куджо запирал ее. Когда Джотаро открыл ее, то  в лицо сразу задул  вечерний холодный ветер. Он усмехнулся. Куджо совсем не заметил, как прошел целый день. Желтый канцелярский ножик спокойно лежал на тумбочке, а Джотаро расхохотался. Рохан был у него дома. Однозначно был. Куджо сглотнул: «Что он еще видел?» Он пошел в кабинет. Сережки, добровольно подаренные ему, лежали не на своих местах, а именно были поменяны местами. Джотаро нахмурился. У Кишибе не было поводов забираться в его дом, если только он не видел рисунки в том самом блокноте. «Черт» — выругался Куджо. А потом его осенило. Рохан, даже побывав в доме Джотаро не оставил его, а наоборот стал вежлевее, что ли. Куджо улыбнулся и прижал  к себе плюшевого дельфина, которой был подарен ему Абдулом. Джотаро хотелось сейчас же вернуться в дом мангаки, зарыться в его волосы носом и всю оставшуюся жизнь никогда не отпускать. Но желание причинить себе боль, только усиливалась. Куджо сел на стул. Он попытался уснуть. Попытка не увенчалась успехом. Кожа начала зудеть. Джотаро укусил большой палец правой руки. Хруст. Теплая кровь полилась в рот Куджо. Металлическая вкус. Такой знакомый и противный. Джотаро снова заплакал.