Дождь

      Джотаро выдохнул. Он сидит на странном стуле в темном каменном помещении. Куджо вздохнул. Вдруг дверь открылась. Джотаро опешил. Там стоял Дио. Куджо шумно выдохнул, надеясь, что этот силуэт  пропадет, но так не произошло. Брандо прошел вперед: — Ну привет, — облизнулся Дио. — Я невкусный, — зачем-то сказал Джотаро. — Ну это мы проверим, но не сейчас, мальчик мой, — прдмигнул Брандо. — Почему ты ведешь себя, как подозрительный педофил в моем подсознании? — задал вопрос мужчина. — Может быть я всегда был таковым, — погладил Джотаро по волосам Дио. — Нет. Ты просто скотина ебаная, — фыркнул Куджо. — Как грубо, — нахмурился Брандо. — Хуебо блять, — плюнул Джотаро. — Как ты жесток, — засмеялся Дио, — ты ведь помог мне. Молодец. — Что? — удивился мужчина. — Ты убил моих врагов и своих друзей. Если бы тебя не было, то они бы не умерли, — прошептал вампир. — Нахуй пошел, — фыркнул Джотаро, — Если бы ты не начал бы все это, то они были бы живы. Да. Моя вина есть. И она огромна. Но перекладывать всю ответственность на меня нелогично. Ты тоже виноват. — Тебе же понравилось, — улыбнулся Дио. — Нет, — пожал плечами Куджо. — Ну, — обнял Джотаро Брандо. — Меня пытают, помогите, — вскрикнул мужчина. — Никто не придет тебе на помощь, — прошептал ему на ухо Дио, — Никто, — прикусил мочку уха Куджо вампир. — Неприятно, — вздохнул Джотаро. — Ты такой теплый, — мурлыкнул Брандо. — Логично, — вдохнул мужчина. — Хочешь стать моим приёмником? Ах да. Ты уже, — усмехнулся Дио. — Ложь, — проронил Куджо. — Разве? Ты такой же, как я, — сладко протянул Брандо, — Станешь моим другом? Я хочу, чтобы у меня было много друзей. — У тебя слишком извращенное понятие  дружбы, — плюнул Джотаро. — Ты не хочешь быть моим другом? — наигранно расстроился вампир. — Не хочу, — подтвердил Куджо. — Тогда будешь моим сыночком, — усмехнулся Дио. — Мой отец ушел за хлебом. Есть вероятность, что он умер, так что да. Сдохни, — зарычал Джотаро. — Совсем ты меня не ценишь. А я ведь подарил тебе способность, — поцеловал шею Куджо Брандо. — Я украл у тебя ее, — поправил Куджо. — Какой ты злой, — протянул вампир. — Да. Ты мне не даешь нормально поспать, — выдохнул мужчина. — Ну и просыпайся и проживай свою бессмысленную жизнь, слепой черт, — разозлился Брандо, ударив Джотаро в живот.       Куджо проснулся. Джотаро резко сел на кровать, свалив одеяло с кровати. Холодный порыв ветра заставил Кишибе открыть глаза. Куджо вздохнул: — Прости, — потер виски Джотаро. — Ничего страшного, — зевнул сонный Рохан, — Кошмар? — Мгм, — кивнул Куджо. — Хочешь уйти? — сжал губы парень. — Не то чтобы, — признался мужчина. — Тогда, — задумался мангака, — Хочешь обняться и остаться в теплой кроватке? — Наверное, — пожал плечами Куджо. — Иди сюда, — распахнул объятия Рохан.       Джотаро вздохнул и, взяв одеяло придвинулся к Кишибе, а после, накрыв одеялом их, обнял ожидающего Рохана. Кишибе усмехнулся. Куджо зарылся пальцами в волосы парня. Мягкие. Они очень мягкие. Джотаро поцеловал мангаку в макушку. Рохан улыбался и в полудреме шептал что-то невнятное, прижимаясь к груди Куджо. Мужчина совсем не хотел спать. Джотаро надеялся, что действительно не доставил Рохану проблем. Мысли путались. Нет. Все-таки Куджо хотел спать. Теплые объятия мангаки успокаивали, как и улыбка, не сходящая с лица Рохана во сне, когда ему снилось что-то поистине забавное. Джотаро зевнул и прижал к себе Кишибе еще сильнее. Куджо вскоре уснул сам, любуясь красотой Рохана.       Кишибе проснулся из-за того, что ему стало холодно. Рохан зевнул и посмотрел на часы. Он улыбнулся. Сегодня Кишибе приготовит завтрак. Мангака взглянул на календарь. Он забыл про праздник хризантем. А Рохан и не понял, почему недавно было так много людей на улицах, и везде были цветы. Парень смутился немного. Он не был уверен наверняка, празднует ли Джотаро этот праздник, но учитывая то, что он никогда не ел вагаси… Кишибе тоже не слишком отмечал этот день, но всегда ел в этот день рис с каштанами. Но раз мангака уже пропустил этот день, то почему бы не приготовить это блюдо сегодня? Рохан осторожно встал с кровати и проскользнул на кухню. Кишибе достал рис из подвала, как и каштаны. Он промыл рис, а после сварил каштаны. Используя нож, Рохан сделал надрез вокруг края каштана, затем начал снимать кожуру. Парень замочил каштаны в воде. После Кишибе добавил рис, воду, саке и соль в кастрюлю и слегка перемешал, положив сверху каштаны. Когда все сварилось, то он снял кастрюлю с плиты и включил чайник. Рохан сварил яйца и сделал салат, а после достал ягод. Он положил рис с каштанами в бенто, как и все остальное.       Джотаро проснулся от легких толчков в плечо. Сонный мужчина протер глаза и зевнул. Мангака улыбнулся и потрепал Куджо по голове: — Завтрак готов, — кивнул Кишибе. — Доброе утро, — мурлыкнул Джотаро. — Доброе, — хихикнул Рохан, — Пойдем.       Куджо кивнул и сполз с кровати. Кишибе выдохнул, и они пошли на кухню. Джотаро удивился приготовленному блюду, но начал его есть. Довольно осторожно правда, но все-таки. Куджо понравилось: — А что это за блюдо? — задал вопрос мужчина. — Ты не ел Кури Гохан на фестивале хризантем? — поперхнулся Рохан. — Нет, — неловко ответил Джотаро. — Бывает, — усмехнулся Кишибе, — Тебе понравилось? — Конечно, — хихикнул Куджо. — Я рад, — Рохан встал из-за стола, — Я уже собрал тебе бенто. — Мгм, — кивнул Куджо. — Помой посуду, пожалуйста, — попросил Кишибе. — Мгм, — выдохнул Джотаро.       Куджо доел и встал. Он приступил к заданию. Вскоре Джотаро его выполнил и начал убирать посуду. Вроде как он все убрал. Остался только один кухонный ножик. Мужчина взял его за лезвие. Больно. Куджо порезался. Капля крови упала на стол. А за ней и вторая. Мужчина просто смотрел на свой палец. За окном сгущались тучи, а капли моросящего дождя уже барабанили по крыше. Капли. В ушах зашумело, мысли спутались. Джотаро отчетливо слышал стук своего сердца и различные голоса. Много голосов: — Все хорошо? — тихо спросил Кишибе. — Д… Да, — прошептал Куджо. — Я так не думаю, — вздохнул парень, — Давай обработаем, — предложил Рохан, а Джотаро только промолчал, — Эй, — мангака схватил Куджо за щеки. — Да, — выдохнул мужчина. — Джотаро, — нахмурился Рохан, — Ты ведь не хочешь туда идти так? — Да, — сглотнул Куджо. — Так почему идешь? — спросил мангака. — Надо, — сказал Джотаро. — Но ведь ты не хочешь. Она просто отнимает твой ресурс, — наклонил голову в сторону Рохан. — Есть слово надо. Я должен, — потупил взгляд Куджо. — Ты уверен? Просто… Просто… Просто… — Кишибе никак не мог выговорить, то что хотел, — Просто… — Рохан задрожал, — Просто… Просто… Я… — Кишибе выдонул, — Просто я не хочу, — Рохан сглотнул, — Не хочу смотреть, как ты, — сглотнул мангака, — мучаешь себя. Ты что-то понял, — сжал зубы Кишибе, — Что-то важное, — он посмотрел в глаза мужчины, — И это что-то тебе мешает, — сжал щеки Куджо парень, — Я не хочу тебя терять, Джотаро. — Прости, — взгляд Куджо был устремлен в пустоту, а глаза были, как у мертвой рыбы. — Прекрати извинятся! — воскликнул мангака, — Хвати. Прошу тебя, — Рохан зажмурился. — Тише, тише, — обнял его Джотаро. — Ты сейчас неискренен со мной, — вырвалось из груди Кишибе. — Да, — подтвердил Куджо. — Почему? — задал вопрос парень. — Не хочу делать тебе еще больнее, — признался Джотаро, — Ты злишься? — Нет, — выронил Кишибе, — Мне просто страшно. Страшно, что ты уйдешь. — Не волнуйся, — выдохнул мужчина, — Я никуда пока не собираюсь. — Хорошо, — шмыгнул носом Рохан, — Скажи мне, пожалуйста. Тебе больно? Только честно. — Да, — сказал Джотаро. — Так может расскажешь мне, что случилось? — мягко спросил мангака. — Я осознал, что ничего не знаю о самом себе, — шумно выдохнул Куджо, — Я даже не знаю нравится мне моя работа или нет. — Я знаю о тебе что-то, — попытался настроится на позитивный лад Рохан. — Ага, — вяло улыбнулся Джотаро, — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, — усмехнулся парень. — Мне пора? — спросил Куджо. — Ну. Не знаю… — признался Рохан, — Ты всегда можешь остаться, если захочешь. Я всегда жду тебя. — Спасибо, — ели прошептал Джотаро. — Так ты пойдешь сегодня на работу? — потянулся Кишибе. — Да, — неуверенно ответил Куджо. — Хорошо, — выдохнул мангака, взяв руку Джотаро и что-то пшикнув на палец. — Щиплет, — фыркнул мужчина. — Хочешь подую? — подмигнул мангака. — Не стоит, — улыбнулся Джотаро. — Ладно, — наклеил на ранку Куджо пластырь с кексиками Рохан, — Пока, — обняд Джотаро Кишибе. — Пока, — выдохнул он, обняв его в ответ, — Ножик сам уберешь. — Хорошо, — хихикнул Рохан.       Кишибе послал Куджо воздушный поцелуй, а Джотаро только улыбнулся и ушел.       Листья скоро пожелтеют и опадут. Солнце уже становится не таким теплым. Люди будто не замечают этого. Так странно. Джотаро идет вперед. Работа. Нужно на работу. Хотя зачем? Смысла Куджо в этом не видел, но продолжал это делать. Сейчас же мужчина просто пытался отогнать эти мысли от себя.       Кишибе довольно потянулся и пошел рисовать. Ему совсем не хотелось спать. Рохан уже давно рисовал вперед. Мангака любил то что делал. Очень сильно любил. Когда парень закончил, то усмехнулся и, зевнув, пошел к холодильнику. Пусть Кишибе Рохан и великий мангака, но все-таки человек. Поедая йогурт и остатки риса, Кишибе задумался: «А если он все бросит?» Рохан сглотнул. «Круг общения сузится до семьи и меня. Поводов выходить из дома у Джотаро не останется. Возможно это единственное, что мешает стать ему затворником полностью? Но… Я ведь могу подарить ему все это. Кроме круга общения. Хотя… Может так действительно лучше?» — Кишибе сделал глоток чая.       Обед. Куджо достал бенто. Он достал записку. «Я уверен, что ты все сможешь! Ты самый лучший для меня!» — гласила она. Джотаро улыбнулся, а после тяжело выдохнул. Куджо сначала съел салат и яйца, потом рис, а после ягоды. Куджо взял палочки в одну руку, а второй оттолкнулся от стола. Джотаро покачнулся. Стул под ним противно скрипнул. Куджо продолжил смотреть в потолок. Такой…       «Он мертв?» — сглотнул Джотаро.       «Не может быть», — руки Куджо начали трястись.       «Нет», — ещё одна сигарета кончилась.       «Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет! Нет», — Джотаро сполз по стене вниз, всхлипывая       Чужой… Мужчина выдохнул и вернулся в прежнее положение. Нужно возвращаться к работе.       Щелк. Куджо открыл дверь и осторожно шагнул внутрь. Он разделся, а после прошел в ванну, чтобы помыть руки. Пластырь, кстати, Джотаро так и не снял. Куджо посмотрел в новое зеркало. Мужчина поморщился. Он вытер руки платком, направившись на кухню. Там уже стоял Рохан раскладывая приборы: — Привет, — улыбнулся он. — Привет, — кивнул мужчина. — Прости, но ужин еще не до конца готов, — вздохнул Кишибе. — Ничего страшного, — пожал плечами Куджо, — Я могу помочь? — Нет, — сказал мангака, — Там только подождать осталось.       На столе уже стояли два шоколадных кекса, заботливо поставленные Роханом на розовые салфетки. Кишибе вскоре снял сковороду с плиты и разложил еду по порционным мискам. Чайник как раз закипел, и Куджо решил налить другу чай, как и себе, впрочем. Джотаро поставил чашки на стол и выдохнул. Мангака стоял с лопаткой в руках и случайно наклонился, столкнувшись с мужчиной. Лопатка упала. Парень смутился, выдохнув, а Куджо молча поднял ее и кинул в мойку. Рохан хихикнул. Посмеявшись, друзья сели ужинать. Кишибе закончил есть быстрее Джотаро. Он просто сидел и ловился Куджо, который спокойно ел: — Тебе нравится? — задал вопрос Рохан. — Да, — кивнул Джотаро, — Но ты передержал. Рис покрылся золотистой корочкой, а Кишибе только покраснел и подложил смотреть на мужчину. — Я хочу пойти сегодня в бар, — сказал Рохан, когда Куджо доел, — Хочешь пойти со мной? — А меня туда. — начал Джотаро. — Да, — усмехнулся Кишибе, — Я уверен. — Тогда хочу, — сделал глоток чая. — Хорошо, — подмигнул Рохан, — Я тогда пойду готовиться. — А туда нужно… — Куджо опять прервали. — Нет. Это просто бар на окраине. Никакого подвоха, — встал Кишибе. — Замечательно, — выдохнул Джотаро.       Рохан стоял перед зеркалом, поправляя волосы. Макияжем послужили персиковые тени и помада цвета розовой раковины, а повязку Кишибе выбрал бирюзовую. Рохан потянулся и облизнулся. Мангака надел голубой кроп-топ и белые чистые штаны.       Куджо умылся и сходил в душ. Он переоделся, но одежда была почти такой же. В принципе, ничего нового. Джотаро перебрал документы, а после надел часы. Посмотрев на них, мужчина перепроверил есть ли у него ручка, и пишет ли она, также как наличие кошелька. После Куджо вышел на улицу. Ветерок дул ему в лицо, колыхая деревья. Джотаро закрыл глаза, вытянув шею, вдыхая свежий воздух. Дверь скрипнула. Рохан громко вздохнул: — Готов? — спросил мангака. — Мгм, — кивнул Куджо. — Хорошо, — потянулся Кишибе, — А что там? — Где? — удивился Джотаро. — Там, — Рохан показал пальцем на что-то черное на земле. — Крот, — сказал мужчина, чуть приблизившись к нему, — Это определённо крот. Ты же не собираешь убивать его? — Нет, — отчеканил парень. — Это хорошо. Ненавижу, когда люди отнимают жизнь  других живых существ, только потому что они будто мешают им, — сказал Куджо, — Пойдем? — Да, пошли. Следуй за мной! — воскликнул Кишибе.       Бар действительно находился на окраине. Вокруг были жилые дома и гаражи. Джотаро немного напрягся из-за этого. Рохан только подмигнул ему. Лестница выглядела обшарпанной и потрепанной. Но Кишибе продолжал идти, и у Куджо не оставалось выбора. Дверь в заведение было большой и металлической. Джотаро открыл ее для Рохана, а мангака только немного смутился. Они прошли внутрь. Посетителей было совсем немного. Кто-то сидел за барной стойкой, кто-то за дубовыми столами, а кто-то на красных диванах. Воздух пах деревом и благовониями. Какими именно они так и не поняли. Над дверью висела ржавая подкова, а на стенах были расположены цветастые картины, в основном цветы, море, лес и дворовые кошки. Конечно, они были нарисованы местными художниками и простыми любителями. Их встретила милая официантка с пучком на голове. Она провела друзей в самый темный угол на диван и дала им меню. Рохан заказал два коктейля и рюмку водки, а из еды якитори и такояки. Куджо же взял виски, но после взгляда на сердитое лицо Кишибе, который раздувал ноздри, он добавил к заказу сырные палочки и креветки тэмпуру. Джотаро наслаждался запахом виски, а Рохан на удивление аккуратно ел. Хотя они же были в общественном месте. Кишибе засмеялся, а Куджо удивленно вскинул бровь: — Почему смеешься? — абсолютно безтактно спросил мужчина. — Я вспомнил, как моя бывшая однажды случайно уронила на меня пиво. Она была совершеннолетней, а я нет. Мне долго пришлось объяснять  маме, что я не пил. Но она знала о наших отношениях и в итоге поверила, — улыбнулся мангака. — Так ты же только в этом году совершеннолетним стал, — зевнул Куджо. — В прошлом, — подмигнул Кишибе. — А. День рождения летом, да? — поинтересовался мужчина. — Ага. А у тебя когда? — хихикнул Рохан. — Зимой, — сделал глоток Джотаро. — Скажешь какого числа? — доел якитори Кишибе. — Я не празную, — выдохнул Куджо. — Почему? — удивился Рохан. — Я вернулся из Египта и через несколько дней у меня был  день рождения, — сжал Куджо губы. — Оу… Прости… — смутился парень. — Не извиняйся. Может быть потом расскажу, когда-нибудь, — выдохнул мужчина. — Хорошо, солнце, — подмигнул Рохан, — А кто тебя привлекает? Меня и мужчины и женщины. — Ты бисексуал? — уточнил Джотаро. — Именно, — подмигнул Кишибе, — А ты? — Я… — Куджо замялся, — Я гей. — Ммм, — ехидно улыбнулся Рохан, — А у тебя есть типаж? У меня просто его нет. — А зачем тебе знать? — отпил немного виски Джотаро. — Просто интересно. Многие говорят про типаж, но я никогда так и не смог выпытать не один из них, — выдохнул мангака. — Японцы ниже ста восьмидесяти сантиметров, — съел креветку мужчина. — Понятненько, — приступил ко второму шашлычки парень.       Рохан наслаждался едой: «Да! Да! Да! У меня есть шанс! Ах! Я ведь могу признаться сейчас. Конечно, вероятность мала. Мф. Хочу поцеловать его». Кишибе осенило: — Я постанываю во время поцелуев, — облизнулся Рохан. — Ну, ладно, — пожал плечами Куджо. — Хочешь проверить? — улыбнулся Рохан.       Джотаро промолчал и грозно посмотрел на залившегося румянцем мангаку. Кишибе было стыдно. Очень стыдно.       Ужин кончился быстро, но чувство стыда, как и красные щеки продержались до конца беседы. Им принесли счет. Кишибе уже был готов расплатиться, но судорожно начал хлопать по карманам. Кошелька нет. Он сглотнул. Куджо выдохнул и расплатился сам, заставив Кишибе смутится еще больше. Забрав сдачу, друзья направились домой. Вечер был теплым, а на улицах было мало людей. Они решили пойти в обход. Дорога была каменистая и неровная. Ну вот. Кишибе не заметил очередную яму и полетел на землю. Внезапно Рохан ощутил тепло и понял, что лежит на чем-то мягком. Джотаро выдохнул: — Не ушибся? — тихо спросил мужчина. — Нет, — осознал, что лежит на груди Куджо мангака, — Тебе не больно? Я же врезался в тебя. — Не. Все нормально, — пожал плечами мужчина. — Хорошо, — выронил парень.       Пришли домой они без происшествий. Джотаро держал Рохана за талию, а Кишибе улыбался. Куджо открыл дверь и пустил мангаку внутрь первым. Джотаро снял плащ и разулся, а Кишибе быстро скинул с себя обувь и поспешил в ванну. Куджо помыл руки вслед за ним, а после, прийдя в гостиную, плюхнулся на диван. Джотаро включил телевизор, чтобы он шумел на фоне. Парень же ушел переодеваться. До Куджо донеслось что-то про смысл жизни из телевизора, и он повернулся. В программе рассуждали про него. Куджо вздохнул: «Смысла жизни не существует. Люди слишком несовершенны. Жизнь просто бессмысленна. Каждый человек преследует свои цели. Социальная жизнь — иллюзия. Но все верят в эту иллюзию, а если поверить в иллюзию, то она станет  реальной. Как жаль, что моя так и не стала таковой. Смысл жизни для каждого свой. Это значит, что смысла жизни нет. Никто не знает зачем он живет. И я не знаю. Я придумал свою иллюзию в своем мирке и радуюсь ей».       Кишибе зашел в комнату Джотаро, чтобы положить мужчине его чистую одежду в шкаф. Рохан положил ее туда и, зевнув, потянулся, задев верхнюю не закрепленную полку. Она пошатнулась и чуть не упала, но несколько бумажек, которые лежали там свалились на мангаку. Рохан вздохнул и взял их. Это были довольно старые фотографии. Мангака, конечно не хотел подсматривать, но они рассыпались и не видеть их было проблематично. Несколько фотографий какой-то женщины со светлыми волосами. Она улыбалась. Два снимка старушки и старого мужчины, но он был довольно высокий, видимо мужчина был не такой старый, чтобы начать расти вниз. Еще была фотография маленького ребенка с мячом в руках. Кровь. Рохан вздрогнул. Порезанная рука на снимке. Фотография окровавленной руки с лезвием внутри. Вот и появился снимок лица, человека, которому принадлежала эта рука. Кишибе, конечно, догадывался, но не верил до конца. Куджо. На этой фотографии был улыбающийся Джотаро с лезвием в руке. Рохан уронил снимок. Мангака закричал, закрыв лицо руками.       Кишибе качался на качелях во дворе своего дома. Мальчик засмеялся. Японка вышла из большого особняка: — Рохан! Обед готов! Иди есть! — позвала она. — Хорошо мам! — закричал ребенок в ответ.       Кишибе быстро пришел за стол, но перд  этим, конечно же, помыл руки. Он сел и начал с улыбкой грызть баранью кость. А вытопившийся жир толстым слоем покрыл обе щеки ребёнка, стекая по подбородку и запачкав белый накрахмаленный воротничок Рохана. Недовольный мужчина подошел к столу, сурово посмотрев на Кишибе, который тут же отвернулся. Но после отец погладил ребенка по голове: — Прости, малыш. Я не хотел тебя пугать, — вздохнул мужчина. — Я не сержусь, — проглотил кусок мяса мальчик. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила женщина. — Нет, дорогая, — сказал отец семейства, но поймав на себе недовольный взгляд  жены подошел к ней и шепнул, — На работе кто-то покончил жизнь самоубийством. — А что такое самоубийство, пап? — удивленно спросил Рохан.       Тело Кишибе затряслось. Мангака всхлипнул. Слезы текли по щекам Рохана. В дверь постучал Куджо: — Можно войти? — тихо спросил Джотаро, но, не получив ответа, сказал, — Я вхожу, — Куджо открыл дверь, сглотнув, — Что случилось? — обеспокоенно задал вопрос мужчина, сев рядом с Кишибе. — Ты, — вырвалось из груди мангаки, но ком в горле помешал ему продолжить. — Ну тише, тише, — вздохнул Джотаро, — Я рядом, — приобнял Рохана Куджо, — О, — усмехнулся мужчина, заметив свои фотографии. — Джотаро, — вцепился в него мангака. — Солнце. Я тут. Я живой. Я рядом, — взял щеки Рохана в свои руки Куджо, — Все  хорошо. Это было десять лет назад. Ничего не произошло. — Нихуя не хорошо! —  воскликнул Кишибе, — Ты пытался убить себя! — Ты и до этого знал об этом, — прислонился лбом ко лбу Рохана Джотаро. — Это больно! — громко всхлипнул Кишибе, — Больно. Мне больно. — Ну что ты? Ничего же не произошло, — нахмурился мужчина. — Произошло, — сглотнул мангака, вытирая,  не останавливающиеся слезы. — Ну я же живой, — улыбнулся Джотаро. — И что? — закричал Рохан. — Значит все хорошо, — выдохнул мужчина. — Нет! — завопил Кишибе, — Ты… Ты… Ты ничего не понимаешь! Дурачина. Как же сильно я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю, но,  —  начал Джотаро, — Ничего не случилось. Я живой. — Какой же ты глупый и наивный. Покажи руку, — сказал Рохан, — Это могло лишить тебя жизни, — сглотнул он, поглаживая шрам Куджо, — И твоя проблема не исчесла. Ты все еще хочешь этого. — Нет. Я не хочу умирать, — фыркнул Куджо. — Не заметно, — откашлялся Кишибе, — Ты действительно хотел тогда умереть? — Я никогда не хотел умирать. Я просто боюсь. Я боюсь реальности. Она слишком жестока для меня, поэтому я предпочитаю закрыться от всех. Просто убежать от своих проблем, — вздохнул мужчина. — Это ужасно, — нахмурился Рохан. — Ты делаешь тоже самое. Не забывай об этом, — хихикнул Куджо. — Нет! — воскликнул Рохан. — Ты пытаешься оправдаться творчеством. Говоришь, что тебя никто не понимает. Но ты сам пытался их понять? — спросил Джотаро. — Да! — удивился мангака. — Нет. Ты просто встретил, то чего боялся. Они отвергли тебя. Вот ты и бежишь от проблем. Я тоже бегу от проблем. Мы очень похожи, Рохан, — погладил Кишибе по голове Куджо. — Я просто замечательный человек, который любит мангу. Не сравнивай меня с собой. Я никуда не бегу. Мне просто не важны люди, как и их жизни, — выдохнул Рохан. — Но я тоже человек, — сщурился Джотаро. — Ты исключение, — выдохнул парень, — Человек, которому я желаю всего самого наилучшего. Так что… Просто… Давай выкинем эти фотографии? — Выкидывай. Мне все-равно, — пожал плечами Куджо. — Хорошо, — прижался к груди мужчины Рохан. — Ты бы хотел жить вечно? — внезапно спросил Джотаро. — Не думаю, — зевнул Кишибе. — Ты уверен? Ты же хочешь, чтобы твое творчество читали, — нахмурился Куджо. — Да. Я хочу оставить след в истории, — кивнул мангака. — Это глупо. Любой след рано или поздно затопчут. Ты просто боишься исчезнуть, Рохан? — спросил Джотаро. — Я хочу прожить эту жизнь, чтобы мое творчество запомнили, чтобы оно вдохновило людей на другое, чтобы мою мангу читали. Это разные понятия, — прошипел Кишибе. — Это одно и тоже. Ты хочешь, чтобы  тебя любили, как и твое творчество. Оно ведь часть тебя, — сказал мужчина. — И что с того? Разве ты не хочешь быть любимым? Не хочешь чтобы и тебя и твое творчество помнили? — взъелся Рохан. — Я не знаю. Я хочу быть бессмертным с учётом сохранения молодого тела. Может я просто не нашел себя, поэтому хочу дать себе времени? — задал вопрос в пустоту Куджо. — Без понятия. Никто не поймет тебя лучше, чем ты сам, — буркнул Кишибе. — Как жаль, — вздохнул Джотаро. — Ты совсем никого не ценишь. Всех сравниваешь с собой и своими страданиями. Ты сделал свой личный опыт мерилом всего. То что тебе плохо, не значит, что другим тоже. Все люди смертны и это прекрасно, ведь можно прожить жизнь в свое удовольствие. А если ты бессмертен, то рано или поздно это надоест. Жизнь замечательна. Ты можешь посвятить себя карьере или найти любовь. Это так здорово, — промолвил парень. — А если ты совершишь ошибку? — поинтересовался мужчина, — Тебя предадут, или ты возненавидишь свою работу. — Тогда ты можешь все изменить, — моргнул Рохан. — Но ведь на это нужны деньги и время, которых зачастую нет, — поднял брови Куджо. — Я… я не знаю, что делать в такой ситуации, — запутался Кишибе. — И у того и у другого есть свои плюсы и минусы, — сглотнул Джотаро. — Да, — прошептал мангака. — Как жаль, что нам не дано выбора, — сжал губы мужчина. — Тогда все бы выбирали бессмертие и многие бы разочаровывались, — подмигнул Кишибе. — Ну да. А кто-то бы выбирал быть смертным и жалел, — вдохнул Куджо. — Почему люди такие несовершенные? — сказали они одновременно, а после засмеялись.       Рохан покромсал фотографии на мелкие кусочки и выкинул, а Джотаро сходил в душ и помыл голову. Мангака нарисовал две странички следующей главы и направился в спальню к другу, читающему книгу про немецкие самолёты времён второй мировой. Кишибе залез под одеяло, и Куджо быстро отложил книгу, обняв мангаку. Рохан вздохнул: — Какая у тебя цель в жизни? — тихо спросил парень. — Наверно, делать тебя счастливым, — пожал плечами Джотаро. — А почему именно такая? — смутился Кишибе. — Я считал, что моя жизнь полностью бессмысленна, пока в ней не появился ты. Ты стал моей маленькой иллюзией, — хихикнул Куджо. — Иллюзией? — переспросил мангака. — Ну. Смысла жизни не существует. Люди просто создают себе иллюзии. Вот я создал такую для себя. Пока ты веришь в иллюзию — она реальна, — сказал Джотаро. — Я думаю, что это не иллюзия. Просто смысла жизни нет, и всё живут, как хотят, — положил свою руку на руку Куджо Кишибе. — Вполне возможно, — пожал плечами Джотаро. — Тебе хорошо, когда я счастлив? — задал вопрос Рохан. — Да, — уверенно кивнул мужчина. — Я счастлив. Прямо сейчас. Я действительно счастлив, — признался Кишибе. — Это замечательно. Люблю тебя, — вздохнул Куджо, — Спокойной ночи, Рохан. —  Сладких снов, Джотаро, — закрыл глаза Кишибе, — Я тоже тебя люблю.       Ребёнок.