Часть 6
10 июля 2013 г., 14:04
О, Господи... Господи... Я на самом деле только что съел все это. Очистив свою тарелку, Сехун поспешил к другой "очистке".
Просто включи воду и засунуть два пальца в глотку. Избавься от всего этого. Все предельно просто.
Этот чертов голос будет преследовать его постоянно. Тем не менее, Сехун делал, как было сказано - повернул вентиль крана и, наклонившись и сделав глубокий вдох, толкнулся пальцами в горло.
Ужин.
3 часа танцев.
50,5 кг.
Недовольный результатами, он завалился на кровать, мгновенно проваливаясь в сон.
***
— Почему он сбежал? — Кёнсу нахмурился, прибирая стол. Лухан пожал плечами, хотя все же он догадывался. Кай поцеловал щеку старшего, улыбаясь. — Я люблю тебя, малыш, — на это Кёнсу лишь вздохнул, возвращаясь в комнату, чтобы посмотреть телевизор, а Сухо последовал за ним, качая головой. — Я-Я тоже тебя люблю... М-Можешь помочь мне кое с чем, малыш? — то, что ты уже делал прежде, мысленно договорил Лухан, а Кай поднял бровь. — А ты... сделаешь кое-что для меня? — Лухан хотел узнать, чего хотел Кай, но сейчас в его мыслях был только лишь Сехун. — Я возбужден, — он накрыл руку старшего и положил ее на свой пах. Лухан напрягся, но встал и запер двери на кухню. Кай сел на стол, за которым они только что ужинали. Расстегивая штаны, облизывая и беря член в рот, слыша грязные стоны Кая, Лухан с каждой секундой чувствовал себя хуже и хуже, ощущая вину. Только что он предал человека, которого любил больше всего. Сехун слышал. Он слышал. Кай не был тихоней с его стонами. И он не был счастлив по этому поводу. Чертов Кай украл у него Лухана, прежде чем он успел воспользоваться своим шансом. Прежде чем он похудел. 20 мая***
— Сехун! Сехун! — он открыл глаза, издавая стон. Он... — Ты упал в обморок на физкультуре, Сехунни, — с придыханием сказал Бэкхён. Тот голос принадлежал ему. Он потерял сознание. — Что с тобой случилось, Сехун? Ты не хочешь есть, стал больше тренироваться, и вот теперь ты упал в обморок. Ты должен объясниться, — Сехун колебался: он не желал обсуждать с кем-либо свою полноту. — Он анорексик, Бекхён. Вот что случилось. Анорексик? Анорексик?.. Сехун моргнул. Почему он так думает? Сехун знал, что это не так. — Сехунни, ты же знаешь, что нужно правильно питаться? Что те калории, которые ты так ненавидишь, дают тебе жизнь? Что ты уже слишком похудел? — Лухан был оскорблен: Сехун подумал, что становиться анорексиком - хорошо. — Анорексик? — он моргнул. Слова "Сехун" и "анорексия" никогда не стояли в одном предложении. Ну, разве что с "не" между ними, но это другое. Лухан назвал его анорексиком. Почему? — Да! Ты анорексик, Сехун! — Лухан злился из-за того, что Сехун последовал за ним и стал анорексиком. — Почему, хён? — Сехун оставался спокойным, зная, что если они оба разозлятся, станет совсем плохо. — Л-Л-Лухан-хён, — Бэкхён оцепенел, он даже подумать не мог что их макне окажется анорексиком. Лухан кинул тетрадь на колени младшему, и его взгляд зацепился за что-то знакомое. Здесь он отслеживал все съеденное за день, тренировки и вес. — Это, Сехун. Это, — его тон звучал вовсе не радостно. — Это ничего не значит. Если я слежу за тем, что ем, это не значит, что я болен анорексией, — анорексик? Он не был анорексиком. Он не хотел верить в это. — Я вижу, что некоторые пункты вычеркнуты. И сразу после того, как нам удавалось впихнуть тебя даже самую малость, ты бежал в душ. Это смешно и нелепо, — Лухан взял ладонь Сехуна, крепко сжимая, и злость покинула его. — Я-Я даже не мог подумать, что все так обернется... Анорексия - это ужасно, я просто не могу потерять тебя. — Я не анорексик, хён. Не волнуйся, — Сехун вздохнул. — Чушь. Вот, что я говорил Каю. И посмотри на меня теперь. Пытаюсь не умереть из-за жуткого недовеса, — Лухан грустно улыбнулся, а его глаза наполнились слезами.
