Вот бы убежать

В библиотеке Ада было мрачно и жарко, как всегда. Тяжелые своды демонической архитектуры давили, уродливые фигуры подпирали полки и с трудом справлялись со своей единственной задачей — украшать помещение. Бесконечные ряды книг тянулись вперед и вверх, пока хватало глаз, между ними виднелись массивные столы и стулья для тех, кому, по какой-то причине, хотелось провести тут больше времени. Демон с красными крыльями, увенчанными шипами, сидел, откинувшись на спинку стула и закинув ноги на стол. В одной руке он держал раскрытую книгу, второй с равной периодичностью переворачивал страницы, читая в среднем темпе, чтобы ничего не упустить. Тишина библиотеки успокаивала любые нервы и помогала полностью погрузиться в изучаемую область. Все было хорошо, пока рядом не послышался шорох, а затем хлипкий старый переплет вырвали из рук. Красные глаза моментально взбешенно загорелись. — Какого?! — Люцифер поднял взгляд, который прошелся по черным кожаным обтягивающим брюкам, еще более облегающей футболке, чокеру с серебряным украшением в центре, шелковым волосам и выше к серым насмешливым глазам. — Так и думала, что найду тебя здесь, — невинно улыбнувшись, Мими перевернула книгу к себе и оценивающе посмотрела на обложку. — «История Ада», серьезно? — Готовлюсь, — сухо ответив ей, парень протянул руку в ожидающем жесте. Он явно не собирается вставать и тем более пытаться забрать отнятую вещь. Впрочем и демонесса не планировала так быстро с ней расставаться. — Ску-учно, Люци, может лучше пойдем в заброшенный вагон? — растянув губы в улыбке, Мими покачала книгой в воздухе и оперлась на ее угол подбородком. Ее заискивающий взгляд заставил Люцифера закатить глаза. — И почему только твои родители не хотят запихнуть тебя в школу? — сложив руки на груди, демон выгнул бровь, раздраженный тем, что его потревожили. — Ты и сам прекрасно знаешь, потому что я, — корешок книжки спустился по шее к ключицам, — дочка влиятельных демонов. Могу себе позволить побездельничать. Да и спускаясь с ними на Землю я точно научусь большему, чем сидя за партой. — Я бы поспорил, — Люцифер проводил книгу взглядом, когда она двинулась еще чуть ниже. Сколько он ее знал, Мими в принципе не вела себя иначе, чем как сексуально озабоченная соблазнительница, даже если она еще подросток. — Мое родство почему-то не спасает меня от этой участи. Легко усевшись на стол и вытянув вперед длинные ноги, демонесса раскрыла книгу на случайной странице и провела по ней накрашенным коготком. Ее совершенно не интересовало, почему он вынужден таскаться в эту скучную школу, но определенно раздражало, что это мешает им видеться. — Не повезло… — она протянула это тоном учительницы, которая собиралась вызвать его к доске. Воспользовавшись ее уходом в актерскую игру, Люцифер резким движением выбил нужную ему вещь из рук Мими и подхватил ее в воздухе. Не успев сообразить, девушка лишилась своей власти над ним и нахмурилась. — Эй! — Мими, я уже понял, что тебе скучно, но я серьезно не могу пойти с тобой. Мне надо готовиться, — выразительно посмотрев на стиснутую в своих пальцах книгу, демон раскрыл ее на нужной странице и опустил взгляд на строчки. Не поднимая глаз, добавил, — я и тебе советую не таскаться в этот вагон, ты еще не доросла. — Пожалуй, я сама буду решать! — вспыхнув, демонесса прищурилась и поджала губы. Еще не хватало наставлений от этого папенькиного сыночка. Пусть учится, сколько влезет, пока все веселье проходит мимо. Подувшись еще немного, Мими стукнула кулачками по коленкам и вскочила со стола. — Ладно! Сиди тут до одурения, а я пошла! Люцифер не повел бровью и не посмотрел на нее, только равнодушно перевернул страницу, продолжая чтение. Почувствовав, как к глазам подкатывают предательские слезы, демонесса поспешила уйти из библиотеки. К горлу подкатил ком, который мешал дышать. Когда он успел вдруг отвернуться от нее? Что они только не делали весь этот период взросления и тут вдруг такая отрешенность. А эта учеба? С чего вдруг он стал таким паинькой-ботаником? Еще недавно Люци срывал едва ли не каждое занятие по крылоборству, гоняя ангелочка Дино по кругу, пока у того не начинали ныть от напряжения крылья. От каждой этой истории Мими хохотала так, что у нее начинал болеть пресс. И вдруг в один момент, демон больше не говорит о школе, перестает с ней встречаться, меньше общается, а она не знает, чем себя занять в это освободившееся время. Родители хоть и берут ее на Землю, но не так часто, как хотелось бы. Мысли девушки продолжали крутиться вокруг Люцифера, настроение ухудшилось и ни в какой вагон идти уже желания не было. Когда она вышла из библиотеки, то прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза. «Почему он посоветовал не ходить туда? Сам же часто наведывается на тусовки…или уже наведывался? Как будто его подменили». Разочарованно вздохнув и подумав, что без него ей все равно будет скучно, демонесса отправилась домой.

***

— …и я ей говорю, еще раз ты ко мне подойдешь, — говорившая замялась, переводя глаза за спину собеседника, — а это еще кто? Люцифер обернулся, не представляя, кто мог оказаться за ним, и тут же вскинул брови, увидев перед собой Мими. На ее лице застыло шокированное выражение, а взгляд был прикован к демонессе рядом с ним. К ее коротким красным рожкам, помаде в тон, потрясающей фигуре с формами и самому сучьему взгляд из всех, что Мими доводилось видеть. — Чего тебе? — вопрос незнакомки вывел сына Сатаны из оцепенения. — Ости, это ко мне, оставь нас, — стоило ему отвернуться, как его собеседница свела брови и раздраженно посмотрела на помеху. Пожав плечами, она все же двинулась в противоположную сторону. Когда Ости ушла на приличное расстояние, Люцифер подхватил Мими под локоть и пошел по коридору, утаскивая ее за собой. — Что ты тут делаешь?! — Так это ты из-за нее забыл про меня? — ее плаксивый голос заставил демона нахмуриться. Они вышли из здания школы во двор, где на удачу было пусто, и остановились в тени арки. — О чем ты? — во взгляде красных глаз было что-то необычное, Мими показалось, будто Люцифер смотрел на нее растерянно. Его рука все еще сжимала ее локоть, но стоило ей опустить взгляд, как он резко отпустил девушку. — Об этой краснорогой, как ты там ее назвал? Ости? Имя прошмандовки, — растерянность демона сменилась гневом и пляшущими в красных омутах искрах. Неосознанно Мими отшатнулась от него, но от своих слов не отказалась, только упрямее скорчила лицо. — Как грубо, Мими… — он сделал шаг к ней и выгнул бровь, усмехаясь. Сложив руки на груди, демонесса гордо вскинула подбородок. — Мы учимся вместе. Лучше скажи, что ты хотела. — Я… — нервно сглотнув, Мими поняла, что совсем забыла, зачем она пришла в школу, — мы вообще больше не видимся, — осмелев, девушка добавила эмоциональнее, — ты вечно торчишь тут! — Это называется учеба, — глубоко вздохнув, демон потер пальцами переносицу. До него начинало доходить, почему она вдруг ворвалась сюда, и это открытие не сказать, что бы обрадовало. — Это называется, что ты про меня забыл! — Мими всплеснула руками и грозно посмотрела на причину всех своих проблем. А за последнее время она успела прилично накрутить себя из-за излишнего свободного времени. — Люци, давай куда-нибудь сходим вместе, давай над кем-нибудь подшутим, я уже так больше не могу! — Мими… — его голос прозвучал неожиданно тихо. Люцифер переводил взгляд с ее серых больших глаз на губы с неизменной черной помадой и обратно. В голове отчаянно кружились мысли, как поступить и что сказать, но все это не складывалось в предложения. Неожиданно демонесса запустила руку в складки своей черной юбки и достала какой-то смутно знакомый предмет. — Помнишь, как ты подарил мне это? — воспоминания вспыхнули в памяти демона. Жар от лавы на краю обрыва, подаренный отцом нож, его старое хобби, фигурка в виде крыльев, желание девочки с серыми глазами. Почувствовав, как сухо стало во рту, Люцифер едва заметно кивнул. — Так это что… ничего не значило? Слова демонессы медленно доходили до него, а их взгляды были прикованы к деревянным крылышкам в ее ладонях. Внутри него боролось желание рассказать ей все и необходимость молчать. И как бы Люциферу не хотелось успокоить Мими, он не мог этого сделать. Нежно взяв ее за одно запястье, второй рукой демон закрыл ее пальцы так, что она сжала фигурку. Девушка подняла на него свои серые глаза и прикусила губу. — Что же ты молчишь? — Ты права, нам надо куда-нибудь сходить вместе, — услышанное заставило Мими замереть с открытым ртом. Усилием воли она его все же закрыла, но глаза оставались такими же огромными. — Что ты сказал? — нет, демонесса прекрасно поняла, но может все-таки какое-то помутнение, может Ад замерз. Люцифер криво улыбнулся. — Давай я разберусь с учебой и потом мы можем пойти… ну в тот же вагон, например, — демон чуть сильнее сжал ее кулак с фигуркой и Мими поморщилась, чувствуя, как крылья впиваются ей в кожу. Вздохнув, она спрятала подарок Люци обратно в карман и вскинула голову, натягивая улыбку. — Хорошо, — его внимательный, но при этом ласковый взгляд придал демонессе уверенности, — но если ты меня обманешь, я тебе это припомню! Усмехнувшись, Люцифер отпустил ее запястье и кивнул себе за спину. — Мне пора обратно, а ты лети домой, тут тебе точно делать нечего, — придав своему голосу непринужденности, он встряхнул своими черными зачесанными назад волосами и провел по ним рукой. На лице Мими появилось довольное выражение, она вдруг приподнялась на носочках и совсем легко коснулась его щеки губами. Демон незаметно вздрогнул. Ее невинный поцелуй вернул его в детство, послышался знакомый запах малины. Сосредоточившись, он ощутил ее энергию, яркую, буйную, малиновый аромат усилился, щекоча ноздри. Бросив на него последний многозначительный взгляд, демонесса обошла его, выходя из тени арки, и резво взлетела. Шум ее крыльев вскоре затих вдали. Люцифер прикрыл глаза, собирая себя назад по частям и возвращая на лицо маску. Ему не хотелось думать о всей этой ситуации, потому что он прекрасно знал — они никуда не пойдут. И вместе время не проведут еще долго. Демон наклонил голову к правому плечу, потирая рукой открывшуюся часть шеи. Нельзя поддаваться слабостям, нельзя иметь привязанности. «Я могу убить вас обоих прямо сейчас, мне плевать, в этом моя сила — в отсутствии слабых мест», — слова отца штормом пронеслись в мыслях. В груди зашевелился страх от воспоминаний о Сатане, который равнодушно смотрел, как Лилит заломили за спину руки и жестко впечатали в стену. Как он, Люцифер, не двигаясь, вынужден был молча наблюдать за этим. Отец постоянно испытывал его, проверял и наказывал за любое проявление слабости. «Если ты хочешь однажды иметь хоть долю власти, у тебя не должно быть мест, в которые тебя можно ударить». Иногда демон задумывался, как бы Сатана повел себя, если бы его сына убили у него на глазах. Промелькнул бы в них хоть на секунду страх? Умеет ли король Ада вообще испытывать это чувство? Тряхнув головой, Люцифер пошел обратно в школу. Мими выбила его из колеи, но необходимо было возвращаться обратно. Сердце екнуло от мысли о том, если бы он сказал ей правду. Прости, я боюсь за тебя. Я боюсь, что отец может сделать с тобой, если узнает о моих чувствах. Поэтому я сознательно выбрал отдалиться, уйти в учебу, растить в себе дисциплину и силу. И может потом в будущем я стану достаточно свободен, чтобы… Демон с трудом заставил себя прекратить об этом думать.

***

Из сна его вырвал бесперебойный нервный стук в дверь. Чертыхаясь себе под нос, Люцифер разлепил глаза и спустил ноги с кровати. «Если это опять Ости…», — быстро натянув домашние штаны, он подошел к двери и, раздраженно вздохнув, все же открыл ее. Чутье его не подвело, это была демонесса. Только не та, которую он ожидал. На его пороге школьной комнаты посреди ночи стояла дрожащая, взъерошенная и заплаканная Мими. Не дожидаясь, что она скажет, демон позволил ей войти, отойдя в сторону. И только когда дверь закрылась, открыл рот. — Что с тобой? — сохранять спокойствие было тяжело, он никогда не видел ее такой. Вздрогнув от его вопроса, девушка обернулась. — Папа…он… — она всхлипнула, ее глаза снова наполнились слезами. Вместо серой глади с иногда вспыхивающими искрами Люцифер видел шторм и туман, в которых словно бы терялся зрачок. Собравшись духом, демонесса попыталась закончить мысль, — я…не знаю, что именно произошло, но…спор…и он проиграл…я не вынесу этого… — Успокойся, а то я ничего не понимаю, — подойдя к ней, демон осторожно взял ее за плечи. От его прикосновений Мими словно ненадолго пришла в себя. — Давай, присядь. Дыши ровно. Усадив ее на постель, Люцифер выждал, пока она слегка отойдет от своего панического состояния. Выдохнув, демонесса попыталась начать рассказ сначала. Ее кулачки сжимались и разжимались на коленях, было видно, что дрожь еще не ушла. — Папа поспорил с Вельзевулом, — услышав это имя, сын Сатаны скривился, но промолчал, — не знаю, о чем конкретно был спор, что-то связанное с людьми, разумеется. Может, они пытались склонить каждый на свою сторону кого-то. Сначала буянили с глифтом несколько дней, а потом отправились на Землю. А когда папа вернулся, то сказал, что… что… проиграл и нарушил закон Равновесия… и теперь… — …его ждет суд? — чуть потерянно закончил за нее Люцифер. Она коротко кивнула, опять начиная плакать. Судорожно обдумав возможные варианты, демон понял, что будущее у отца Мими не очень светлое. Вмешательство в ход человеческой жизни по своему желанию вне указа Шепфы, нарушение закона Равновесия каралось строго. И хотя Мамон был одним из приближенных к Сатане демонов, это едва ли давало ему какие-то привилегии на суде. — Как думаешь…его могут… — демонесса не могла справиться со своим трясущимся голосом и закончить вопрос, поэтому последнее слово прозвучало почти неслышно, — …казнить? — Не знаю, может его заточат в темницу моего отца, — услышанное не сильно успокоило Мими. Уголки ее губ подрагивали, глаза были на мокром месте, ее ранимый и беззащитный вид вызывал в душе Люцифера давно забытые чувства. Не сдержавшись, он притянул ее к себе и прижал к груди в надежде дать ей хоть немного покоя. От этого жеста девушка не смогла больше терпеть и вновь разрыдалась, цепляясь за его плечи и вздрагивая. Демон чувствовал, как ее слезы капают на его голую кожу и катятся вниз, прочерчивая дорожки. Давая ей наплакаться вволю, он продолжал нежно гладить ее по спине и волосам, которые были неожиданно мягкими и шелковистыми. Скорее всего Сатана все же сделает что-то и защитит Мамона, тогда его всего лишь посадят. Хотя у этого тоже будут последствия, вернуться на прежнее место и получить назад свое влияние будет сложно. Если вообще возможно. А что будет с Мими? С девочкой, выросшей фактически в теплице, разве она должна страдать из-за проступков отца? Словно услышав его мысли, демонесса вытерла щеки тыльной стороной ладоней и подняла свое трогательное лицо. — Что мне делать, Люци? — вопрос сорвался с ее губ, в нем было столько отчаяния, что оно было способно затопить все вокруг. И ответить ей ему было нечего. — Ждать суда…а что твоя мама? — в голове продолжали вертеться всевозможные варианты развития событий. Что конкретно он мог сделать для нее? — Мама… — Мими вдруг часто заморгала, словно не узнала это слово, — когда за отцом пришли, чтобы запереть его перед судом, она ушла с ним. Сказала…что мне не надо волноваться. — Мама ерунды не скажет, — слабо улыбнувшись, Люцифер посмотрел в ее глаза цвета неба перед надвигающейся грозой. Серые и мутные от выплаканных слез. Мими тяжело вздохнула и постаралась выправить дыхание, в голове у нее звенела пустота после долгих рыданий, думать было физически больно. — Можно я…сегодня останусь с тобой? — ее вопрос заставил демона вскинуть брови. Растерянно оглядев свою постель, он все же кивнул, так как не мог себе позволить дать ей уйти в таком состоянии и после случившегося. На ее лице расцвела улыбка, Мими бросилась ему на шею и стала горячо целовать везде, куда дотягивалась. — Спасибо, спасибо! — Ложись на кровать, а я лягу на диване, — с трудом увернувшись от нее, демон осторожно убрал ее руки и встал, чтобы постелить себе на самом неудобном лежбище, которое можно было представить. От него ускользнуло сожаление, промелькнувшее в ее глазах. Люцифер даже не хотел начинать разговор, почему он не будет спать вместе с еще слишком юной демонессой, пусть даже возраст у них считается иначе. Видимо почувствовав его непоколебимую уверенность, девушка не стала возражать, только быстро разделась до белья и юркнула под одеяло. — Спокойной ночи, Люци, — она зевнула, — спасибо, что пустил… — Спокойной ночи, Мими, — вряд ли его слова были услышаны, судя по посапыванию, доносящемуся из подушек. Еще какое-то время Люцифер разглядывал ее силуэт и вслушивался в легкий шелест ее крыльев, по которым проходился ветерок из раскрытого окна. Если он придет к Сатане и спросит о Мамоне, то отец все поймет. А если еще и попросить хоть о каком-то содействии, чтобы возможно было избежать казни, то Люциферу придется заплатить за это высокую цену. На что он в принципе готов ради Мими? Сколько боли сможет вытерпеть? Мысли начали тускнеть и сливаться с темнотой сна, в который демон окончательно провалился. Все проблемы решаемы, не так ли?

***

Во рту было сухо, в голове — пусто. Можно было сколько угодно метаться сейчас, но свое решение он уже принял. Когда стоишь на пороге у Сатаны, то назад дороги нет. Прислужник заглянул внутрь, затем коротко кивнул, открывая массивную дверь кабинета властителя Ада. Нервно проведя рукой по волосам, Люцифер придал себе уверенности и вошел. За спиной послышался глухой стук, отрезая единственный путь бегства. — Не помню, что бы я тебя вызывал, — бесцветный голос отца вывел из оцепенения. Сатана любил запереться в своем кабинете, где развлекал себя людскими слабостями вроде сигар. Сегодня на его столе также дымился стакан с самым крепким на Небесах глифтом, который был дьяволу вместо воды. Сам он читал книгу с нечитаемой обложкой, но выглядела она ветхо. Сглотнув, демон подошел ближе и заставил себя говорить. — Да, я пришел…я хотел узнать про… Мамона, — от взгляда Сатаны внутри все похолодело, несмотря на общую духоту Ада. Он сощурился, наблюдая за сохраняющим спокойствие сыном. — А что тебя интересует? — заинтересовавшись, отец закрыл книгу и отложил ее на стол. Люцифер пытался не забывать о том, что пришел сюда ради Мими. — Я слышал, что произошло, — Сатана едва заметно приподнял брови, один уголок его губ дернулся, — его ждет суд с Шепфой, не так ли? — Да, но тебе-то что? — сухой вопрос, но за ним скрывается опасность. Мысли демона метались, как ответить, чтобы не выдать главного. — Хочу знать, как его казнят, чтобы не попасться так же глупо, — кажется, его слова подействовали правильно. На бездушном лице отца сверкнула ухмылка. Он взялся за стакан глифта, поднял его выше, чуть наклонив голову, затем одним глотком осушил. Громко поставив пустой сосуд на место, Сатана поднялся с места и убрал руки в карманы брюк. Человеческий костюм ему весьма нравился, поэтому его редко можно было увидеть в истинном обличии. — Его не казнят, — алые глаза сверлили Люцифера, — хотя за нарушение закона Равновесия не щадят. Но все же Мамон мне нужен, поэтому я надавил на Шепфу. — Мм, — притворно скривившись, демон увел взгляд, давая понять, что такой расклад ему смешон, — и что тогда, если не забвение? — Моя тюрьма, — пожав плечами, Сатана вышел из-за стола и облокотился на него спиной. Его изучающий взгляд все еще был прикован к сыну, словно он ждал, когда тот проговорится о чем-то. — Пф, значит, ничего интересного, — Люцифер хмыкнул, — демонам все сходит с рук. — Не всегда. Не всем, — отца явно забавлял этот диалог, — дай угадаю. Ты бы не прочь узнать, что будет с семьей Мамона? — Мне по барабану, — несмотря на браваду, демон почувствовал, как его охватила дрожь. Он ненавидел, когда Сатана затевал игру, правила которой Люцифер никогда не знал. — Тогда, предположу, я ответил на все интересующие тебя вопросы, — потеряв интерес к гостю, правитель Ада отвернулся к окну, в котором виднелся мрачный демонический пейзаж. Помешкав, Люцифер все же развернулся, но стоило ему взяться за ручку двери, как за спиной прозвучало: — Ты можешь забыть про Мими. Пальцы демона вжались в обжигающий металл, он зажмурился, пытаясь сориентироваться. В висках зашумело. Он вдруг ощутил, как душащая энергия отца оказалась слишком близко, подобно языкам пламени лизнула по спине. — Когда Мамон выйдет, то больше никогда не сможет вернуть себе прежней власти, как и его жена. Тем более войны на Земле поутихли, ее услуги не будут нужны какое-то время. Такова цена глупого спора, — слова раздавались прямо над ухом, впиваясь в мозг. Люциферу не надо было задавать вопросов, он обо всем этом и так догадывался, но сохранять спокойствие давалось все сложнее. По спине тек холодный пот. Вынудив себя отпустить проклятую ручку двери, демон обернулся и сразу врезался в колючий взгляд алых глаз. — Чтож, у всего есть цена, — прозвучало слабовато. На языке крутился вопрос про Мими, но Люцифер усилием воли заставлял себя молчать. Сатана, стоявший прямо перед ним, был похож на хищника, готового к прыжку. — Ты ведь пришел ко мне, чтобы узнать про судьбу Мими, а не из-за переживаний о Мамоне, — его бесцветный жесткий голос врывался в сознание, выжигая все на своем пути. Страх сдавил горло демона, он пытался не двигаться и не дать себе кивнуть. Лицо Сатаны выглядело равнодушно, он лишь выжидающе смотрел сыну в глаза. — Судя по твоим словам, — из-за сухости во рту Люцифер с трудом ворочал языком, — судьба у нее незавидная в любом случае. — Единственное, что ты должен знать — она тебе больше не пара, — что-то в груди демона замерло, наверное, сердце, — я хотел, чтобы тобой не управляли чувства, поэтому воспитывал в тебе отрешенность к объекту симпатии. Но теперь ее ранг понизится едва ли не до прислуги, о возможных отношениях не может быть и речи. Цепкий взгляд подмечал каждое движение мускула на лице Люцифера, которое все равно выдавало его внутреннюю борьбу. Сердце, пропустившее до этого удар, участило свое биение, с новой силой ударяясь о ребра. Нет, демон и не рассчитывал на свое нормальное существование, его всю жизнь готовили к служению на благо Ада, но сам факт запрета вызывал неосознанную агрессию. Хотелось назло отцу сказать сейчас, что он все равно будет с Мими, потому что не надо было сводить их в детстве, потому что все еще живые чувства не дают ему спокойно спать по ночам. Потеряв над собой контроль, он позволил своей энергии стать ярко красной и выдать его внутреннее бешенство. Один уголок губ Сатаны пополз вверх. — Чувства, Люцифер… — верховный демон положил тяжелую руку на плечо сына, вырывая того из размышлений, — …чувства не должны управлять тобой. Никогда. — Я не… — он не смог закончить, потому что сильная пощечина заставила его голову откинуться набок. Сначала ничего, а затем вспышка боли, расползающаяся из центра щеки по всему лицу, отдаваясь в каждой клеточке. В глазах запрыгали искры, отец никогда не жалел прикладываемой силы в своих ударах. — И ты еще будешь мне врать? Мне?! — алая радужка загорелась яростным огнем, заставляя Люцифера испуганно сделать шаг назад и упереться спиной во входную дверь. Больно взяв сына за подбородок, Сатана поднял его лицо себе навстречу и сжал пальцы так, что демон поморщился. — Я думал, тебе было достаточно одного урока, чтобы понять, как вести себя с демонессами. Неприятно осознавать свою ошибку. Не давая сыну ответить, правитель Ада резко схватил его за волосы и дернул с такой силой, что Люцифер проехался на коленях добрых пару метров. Прежде чем демон опомнился, отец уже был у него за спиной. В крыльях у самого основания вспыхнула боль, Сатана вцепился в них, не позволяя ему двинуться с места и пригвоздив к полу. — Больно? — Люцифер не ответил, опустив голову и уперевшись руками в ледяную плитку. Как она умудрялась так обжигать пальцы холодом в Аду? — Боль есть иллюзия. Ты даже не знаешь, что такое настоящая боль. — Отец…прошу, — слова давались ему с трудом, режущие ощущения в спине смешались с чувством унижения, заслоняя все остальные эмоции. Собрав остатки своих сил и гордости, Люцифер заставил себя говорить. — Дай Мими возможность учиться в школе Ангелов и Демонов. В лопатки уперлось что-то тяжелое, вынуждая демона почти встретиться лицом с кафелем, но при этом натяжение в крыльях усилилось. Сатана давил ботинком между крыльев, при этом тянул их на себя, причиняя сыну едва выносимые страдания. Это чувство надрыва, когда вот-вот и сухожилия начнут рваться, сводило с ума. Перед глазами стояла красная пелена, зрение не фокусировалось, а кончик носа был у самого пола. Где-то над ухом послышалось недовольное цоканье. — Что мне надо сделать, чтобы ты забыл об этой девке? Вырвать тебе крылья?! — послышался треск, от звука которого у Люцифера душа ушла в пятки. А затем пришла боль, заполнившая все его сознание. В голове было так шумно от этого, что он закричал, лишь бы ослабить хоть на мгновение пульсирующую резь надорванных крыльев. Одна его рука неосознанно поднялась к противоположному плечу, жалко цепляясь за ткань рубашки. Вдруг натяжение в спине пропало, демон неожиданно для себя рухнул на бок. Сатана стоял над ним, презрительно скорчившись, словно видел что-то совершенно омерзительное. — Вставай, — его сухой бесцветный голос кое как ворвался в истерзанный мозг Люцифера, который не мог собраться и прийти в себя. Он чувствовал, как по спине течет кровь, как его одежда прилипала к коже. Когда слова отца были осознаны, демон с трудом заставил себя опереться на руки и приподняться, но тут же был откинут внезапным ударом ноги в живот. Боль. Боль. Боль. Больше ничего в мире не существовало. Рвущая режущая боль со спины, резкая и тяжелая где-то в селезенке. Если она опять порвется, то впереди ждут неприятные дни восстановления. Во рту появился железный вкус, от которого закружилась голова. Надо встать. Надо встать, тогда Сатана прекратит. Кашляя какими-то кровавыми сгустками, Люцифер перевернулся на бок и снова уперся ладонью в пол, затем подобрал ногу и перенес вес. Перед глазами все поплыло. В волосы вцепилась отцовская рука, вынуждая задрать голову. Если он его не отпустит, то демон просто захлебнется рвущейся наружу кровью. — Не заставляй меня избивать тебя до полусмерти из-за какой-то девицы, — отпихнув его от себя, Сатана равнодушно отошел. Медленно поднявшись на ноги, Люцифер чувствовал только пульсации боли в теле и совершенно не мог соображать. Сделав несколько шагов, он вынужденно оперся плечом на книжную полку и прикрыл глаза. Боль — это иллюзия. Сильный демон не ощущает боли, она ему неведома. Он сильный демон, сильнее многих. — Она… — Люцифер закашлялся, пачкая ладонь, которой прикрыл рот, но все же продолжил, — она может быть полезна. Чтобы манипулировать Мамоном. Слова давались ему тяжело, но надо было добиться своего. Откуда-то сбоку послышалось типичное отцовское хмыканье, демон не хотел поднимать веки, полностью сосредоточившись, чтобы контролировать боль. — Мне будет легче использовать ее в качестве служанки, — встреча с сыном начинала утомлять Сатану, который вернулся за стол и уже подхватил бокал глифта. Наблюдать за страдающим Люцифером приносило ему не только садистское удовольствие, но и осознание правильности своего воспитания. Только насилие могло сделать из него будущего достойного правителя Ада. Не испытав этого, он просто не сможет удержать власть. — Она не сможет быть прислугой, когда ты вернешь ему часть власти. Ведь люди всегда будут развращены богатством, — силы покидали демона, ему казалось, что до потери сознания оставались считанные секунды. Надо держаться. Боль — это иллюзия. — Верно… — если бы Люцифер открыл глаза, то увидел бы на лице отца улыбку тронутую безумием. Покручивая бокал в руках, он задумчиво разглядывал все тот же пейзаж в окне. — В школе она будет под присмотром и работать на благо Ада. И это справедливо для дочери высокопоставленного демона, — он чувствовал, что больше не в состоянии сказать ни слова, поэтому сжал губы и замолчал. Кровь на спине начинала застывать, даря еще одну гамму неприятных ощущений. — Справедливо… — Сатана поморщился, — …наш разговор окончен, Люций, ты свободен. Не удосуживаясь ответить на предложение сына, правитель Преисподней выплюнул «прощание» и продолжил прерванное занятие, а именно чтение безымянной книги. На негнущихся ногах демон заставил себя двинуться к выходу. Последние слова уже не оставляли шансов на переговоры, Сатана не стал бы слушать его больше, только избил бы еще сильнее. И все же Люциферу показалось, что отец заинтересовался услышанным вариантом. Нарушение закона Равновесия это серьезно, но не настолько, чтобы отправлять за это в небытие и рушить существование детей. Все зависело от обстоятельств, конечно, здесь же они позволяли избежать высшей кары. В конце концов, разве суд Небес не самый справедливый? С надорванными крыльями он еще несколько дней не сможет летать, придется мучительно восстанавливаться в одиночестве в своей комнате. Переехав в школу, Люцифер редко появлялся дома из-за частых занятий в Раю. Это раздражало, все-таки демоны чувствуют себя полноценнее в своих владениях Ада, но сюда спускались разве что в библиотеку. В какой-то мере это даже угнетало, может таким образом контролировали их бунтарскую натуру? С этими мыслями он ввалился в свою бывшую спальню, которая была ожидаемо пуста. Только когда Люцифер осторожно уложил себя на кровать, обязательно на бок, чтобы не касаться ни спиной, ни животом постели, демон позволил себе одну скупую слезинку, прочертившую свой путь к уху. Тело ныло и дрожало, боль пульсировала сзади и спереди, одежда была перепачкана кровью, во рту все еще был привкус железа. Закрыв глаза, он понял, что вот-вот провалится в сон. Все произошедшее страшно вымотало его, хотя раньше было еще хуже. Каждая следующая встреча с отцом заканчивалась все «лучше», насколько это было применимо. Перед тем, как отключиться то ли от слабости, то ли от болевого шока, Люцифер успел подумать только одно: лишь бы сработало и Сатана его услышал. А дальше мир провалился в темноту.

***

— Ты как? — нагнувшись к нему, Ости пыталась поймать взгляд демона и выказать свое неравнодушие. Ее ладонь аккуратно накрыла его, он не стал убирать руку. — Тебя несколько дней не было… Люцифер поморщился, прекрасно зная, почему его не было. И когда Геральд угрожал донести на прогулы отцу, ему едва хватило сил сдержаться и не рассмеяться учителю в лицо. Место, где крылья зажили, все еще побаливало и полеты причиняли демону ощутимый дискомфорт. Неплохая тренировка характера, когда у тебя занятие крылоборства через три дня, как тебе чуть не оторвали этот самый летательный аппарат. Вздохнув, он все же тихо ответил. — Все в порядке, — он почувствовал, как Ости чуть сжала его пальцы и тут же вернулась на место, изображая внимание. Несмотря на свою стервозность и казалось бы внешность задиры, она была прилежной ученицей. Да и как иначе, когда твои родители высокопоставленные демоны, от тебя в обязательном порядке ожидаются блистательные результаты. Иначе ты слабак. Люцифер подумал о Мими и где-то в груди неприятно закололо. Урок длился бесконечно долго, клонило в сон от скуки. Гораздо интереснее было на заданиях на Земле, там хоть демоническая сущность пускалась в пляс. От всей этой теоретической шелухи само собой нарастало раздражение. Внезапно скрипнула входная дверь, привлекая взгляды всех присутствующих. Только сын Сатаны не повернулся, так как иначе вспышки боли в спине и боку не избежать. — А, новенькая, проходи, — Мисселина показала рукой на свободные места. — Ты опоздала, но… — Простите, я… — девичий голос дрогнул, — не могла прийти раньше. — Ничего, думаю, у тебя были обстоятельства на этот раз, — придав своим словам ободряющую интонацию, учительница дождалась, пока ученица займет место, и продолжила читать лекцию. Люцифер сидел, как каменное изваяние. Его можно было бы сейчас легко спутать с горгульей. Ему не надо было даже поворачивать голову, чтобы увидеть, кто именно сидел через ряд. Слух отказал, выключая нудеж Мисселины, зрение сузилось до точки перед собой, ладони вспотели. Хуже всего было сердцу, которое заколотилось, как сумасшедшее. В голове была целая карусель мыслей, у него еще было немного времени до конца урока, прежде чем произойдет неизбежный разговор. Ости заерзала, бросая взгляды на новенькую, и, не выдержав, прошептала: — Это разве не та… — она умолкла, заметив, каким напряженным выглядит Люцифер. — Ты чего? «Успокойся», — поведя плечами, демон попытался придать себе расслабленный вид, ну или его жалкую пародию. Ости ждала его ответа, но он промолчал, глядя прямо перед собой до конца урока. Фыркнув, девушка отвернулась, потом еще предъявит ему за это, как она любит. Как только Мисселина позволила всем разойтись, Люцифер слишком быстро вскочил с места. Не глядя в сторону и наплевав на Ости, он двинулся к выходу. Бежать было особо некуда, поэтому когда его руки коснулась чужая, ему оставалось только выругаться про себя. — Люци… — ее голос зазвенел, выделяясь на фоне общего шума. Нельзя, не трогай. Отдернув руку, демон раздраженно обернулся и вскинул подбородок. Демонесса отшатнулась, увидев его бездушный взгляд. — Чего тебе? — «прости, я не могу делать вид, что мы на равных». — Я… — она понизила голос до шепота, — это ты сделал? — Не понимаю, о чем ты, — «да», — не беспокой меня, будь добра. — Но… — «как же ты не понимаешь». — Да что тебе опять от него надо, замарашка? — из-за спины демонессы выплыла Ости, подхватив Люцифера под руку. Он и не думал, что скажет ей спасибо за это. — Это я замарашка?! — серые глаза вспыхнули красным огнем, а крылья угрожающе встрепенулись. Краснорогая хихикнула и показала рукой «коготки». — Боюсь, боюсь, — она усмехнулась и потянула демона за собой. На мгновение обернувшись, он постарался вложить в свой взгляд объяснение своего поведения и то, что ему жаль, затем едва уловимо покачал головы из стороны в сторону. Мими осталась стоять одна посреди коридора, сжимая кулаки и чувствуя, как больно ногти впиваются в ладони. Только бы не заплакать.

***

Ворвавшись в свою новую комнату, демонесса кинулась на постель и зарылась лицом в подушку. Люцифер никогда с ней так не разговаривал. Холодно, грубо, как будто она чужая. Она боролась со слезами, не желая давать себе проявить слабость. Тем не менее руки чесались что-то сделать, чтобы выпустить пар. Не поднимая головы, Мими пошарила в тумбочке и сжала пальцы на той самой фигурке. Еще сильнее, почувствовав легкий хруст охрупчившейся вещи. А эта его новая подружка? Жалкая стерва, самоутверждающаяся за счет других, таких демонесса знала тысячу и одну, все как на подбор. Пусть они все адские создания, дает ли это право быть мразью по определению? Даже у демонов есть понятия о благородстве. Мими перевернулась на спину и подняла деревянные крылышки перед собой, разглядывая трещину, которая прорезала их посередине. На днях у отца был суд, его приговорили к тюрьме на несколько десятков лет. Не очень большой срок для бессмертного, но это было не самое страшное. Маму лишили части власти, как его жену, папе сообщили, что он полностью лишается полномочий до выхода. Сатана выглядел совершенно незаинтересованным в течение всего процесса, хотя это был демон, являющийся практически его правой рукой. Так ей казалось. Но когда суд дошел до Мими, правитель Ада неожиданно высказался, посоветовав отправить ее в школу Ангелов и Демонов. Его не заботил срок своего приближенного, ограничения его главной демонессы, отвечающей за войны на Земле, так почему вдруг он был обеспокоен их дочерью? Суд прислушался, и вот она здесь. В новой комнате, в которой еще есть место для кого-то, даже не побыть одной, когда подселят соседа. Или соседку. Зажмурившись, она вспоминала лицо мамы, которая поцеловала ее в лоб и попросила быть сильной. Показать всем, чего стоит их семья. Защищать себя во что бы то ни стало. Демоны безжалостны в отношении тех, кто проявляет слабость. Папа, которого уводят в заточение в темницу Ада. Сможет ли она его навещать? А когда его отпустят, то… сможет ли все хоть на немного стать, как прежде? Сатана не отличался особой заботой о своих адских служащих, если это не было в его интересах. Хотя никогда не отказывался от полных безумия мероприятий, которые устраивал ее отец. Люцифер… почему он вдруг отвернулся от нее? Не стал бы он просто так вести себя безразлично. Как только Мими услышала про школу на суде, то сразу подумала о нем. Что демон сделал для нее, неужели пошел на аудиенцию к отцу? «И ведь соврал мне, когда сказал, что мы куда-то пойдем. Соврал, зная, что этого не будет», — в горле встал ком, она стиснула деревянные крылышки и они жалобно треснули. Если вся их дружба закончилась, то зачем они ей теперь? Привязываться к вещам глупо, это слабость, свойственная всяким Непризнанным. Убедившись в этой мысли, демонесса прибавила силы и дерево окончательно разломилось. Теперь в руке у нее было по крылышку. «Может подкинуть ему одну часть? Просто на память? Нужна ли ему эта память…», — отбросив это желание, девушка беспомощно опустила руки вдоль тела. Как резко и неприятно изменилось ее существование. Вчера папочкина дочка, отпрыск высокопоставленных демонов, сегодня — безымянная новенькая в школе, в которую надеялась никогда не попасть, с заточенным в тюрьме отцом. Безумие. Какое-то время Мими просто лежала в тишине с закрытыми глазами, пытаясь определить для себя место в новой для нее системе координат. Нельзя просто запереться тут и сидеть, надо завести новые знакомства. Надо поставить себя в коллективе. Надо проявить себя на занятиях. Отец будет ей гордиться, ни в коем случае демонесса не даст себя в обиду. Решительно поднявшись на ноги, она откинула на кровать разломанную фигурку и подошла к зеркалу. Прошлась расческой по черным шелковистым волосам, поправила помаду неизменно такого же цвета, оглядела свой кожаный костюмчик со всех сторон. Как там ей сказал Люцифер — не доросла? Ну так его это больше и не касается. Гордо подняла голову, вглядываясь в отражение, затем резко развернулась и вышла из комнаты. В коридорах по пути было пусто, но во дворе толпились ученики. Было видно, как неохотно между собой общаются ангелы и демоны, несмотря на общее давление быть дружелюбными друг с другом. Мими вдруг поняла, что здесь ее уверенность в себе закончилась: ей было не к кому подойти и не с кем заговорить. Люцифера и его противной подружки не было видно, хоть какая-то радость. Взгляд девушки скользил по собравшимся и остановился на компании демонов, которые гоготали и веселились, взлетая и делая пируэты в воздухе. Осторожно подойдя к ним, она приложила ладонь к лицу козырьком и вгляделась в незнакомца, наматывающего круги над ними. Все вокруг улюлюкали ему. — Кто это там? — решив незаметно влиться, Мими толкнула близстоящего демона и указала на беснующуюся фигуру. — Ади опять выделывается, — парень, видимо, не был настроен на разговор и не был фанатом этого самого Ади. Сложив руки на груди и скривившись, он наблюдал за тем, как демон плавно спланировал и приземлился в центре круга. Послышались аплодисменты. Мими откровенно разглядывала его, отмечая медную рыжину, веснушчатое лицо, серо-зеленые насмешливые глаза, широкие плечи, выдающиеся даже в мешковатом бомбере. Неожиданно демонесса поняла, что он также открыто смотрит на нее. Сощурившись, парень подошел, не обращая внимания на остальных. Кто-то из демонов уже пробовал себя в воздухе, поэтому все были захвачены демонстрацией его умений. — А тебя я не знаю, крошка, — кончиками пальцев он приподнял ее подбородок и заглянул в серые глаза. Когда она возмущенно отпихнула его руку, это только развеселило Ади еще больше. — Новенькая, а уже влюбилась в лучшего демона школы? Сегодня тебе повезло, у меня есть немного времени для такой малышки. — Да что ты о себе вообще возомнил? — ее легкий интерес со скоростью света трансформировался в неконтролируемый гнев. Никто с ней так не разговаривал, а если и пытался, то Люцифер всегда ставил выскочек на место. Но его с ней больше не было. Мими была сама за себя. — Лучший демон? Я думала, лучший здесь Люцифер. От ее ехидного замечания насмешливые глаза сузились, Ади оценивающе осмотрел ее с головы до ног. Затем он вдруг расхохотался, от чего демонесса растерялась, но постаралась не подать виду. — Дерзкая и злая, как я люблю. Как зовут? — рыжий кивнул в сторону от компании, предлагая отойти. Помявшись, девушка пошла с ним. — Мими, — взмахнув волосами, она убрала выбившуюся прядь за ухо. — Что у вас тут за цирк посреди дня? — Развлекаемся, крылья ноют, если долго не летать, — остановившись, демон сунул руки в карманы и снова оглядел собеседницу, словно еще не определился со своим к ней отношением. — Так что. Новенькая? Мими кивнула, но от него не ускользнуло, как опустились ее плечи и погрустнел взгляд. — Да, решила вот познакомиться с кем-нибудь, а наткнулась на тебя. Демон из компании сказал, тебя зовут Ади, — он усмехнулся в ответ и кивнул. — Компания это громко сказано, конечно, нам просто скучно. Да и не бывает лишним потренироваться перед крылоборством, — они одновременно посмотрели в сторону кучки учеников, которые уже забили на полеты и теперь лениво общались, рассевшись на земле. Ади заметил знакомого и активно помахал ему рукой. — Ты водишься с ангелами? — Мими удивленно взглянула на темноволосого ангелочка в белой одежде, который отшатнулся от рыжего, как от прокаженного, и старательно делал вид, что тот машет не ему. — И не только вожусь, — весело подмигнув, рыжий явно не был оскорблен реакцией на свое приветствие, — если ты понимаешь, о чем я. Серые глаза распахнулись от осознания, но демонесса промолчала. Они еще немного поговорили, Мими не смогла смолчать и рассказала о суде над отцом. И даже получила в ответ какое-то подобие сочувствия, в Ади как будто не было типичной агрессии, свойственной демонам. Ей даже показалось, что они могли бы неплохо сдружиться, и эта мысль приободрила. В конце концов, одно Мими поняла точно — как раньше жизнь уже не будет и пора привыкать к новой реальности. Где нет папы, Люцифера и привилегий.