Довакин и легионер

      Чем дальше отряд из семи человек продвигался на север, тем больше Йослин ненавидела легионерскую амуницию. Голые колени уже давно посинели от холода, а локти так плотно прижались к бокам, что начали сдавливать рёбра.       Когда Йослин покинула Драконний Предел, найти Вала не составило труда: он спал на одном из столиков в Гарцующей Кобыле. Сначала рассказ Йослин не произвёл на Вала достаточного впечатления, чтобы прервать сновидение, но когда до его ушей дошли слова «бить мятежников», он мигом оживился и спросил только, когда выступать.       Второпях собрав свои немногочисленные вещи, Йослин поспала в Доме Тёплых Ветров и ранним утром отправилась в конюшни. Вал там уже вовсю практиковал удары, пугая лошадей. Вскоре прибыли и другие члены отряда — капитан Генри привёл с собой двух своих солдат, Бракнила и Циенну. Они были единственными из его центурии, кто остался жив и не получил серьёзных ранений во время битвы. Остальные после реабилитации будут сразу переведены под командование Ингвара для перехвата Златозуба.       Йослин про себя отметила, что капитан Генри вёл себя максимально обыденно. То есть, не проявлял никаких знаков внимания по отношению к Йослин. Вчера она, видно, чересчур много выпила, от чего приняла некоторые реплики капитана за флирт. И всё же Йослин не казалось, что это был прямо её вымысел. В любом случае, сегодня он вёл себя, как капитан, а не как распутный бард. Кто знает, может это он вчера перебрал с элем и теперь сам о том жалеет.       Его сержант Бракнил был сурового вида зрелым нордом с густой поседевшей бородой, взявшего с собой в поход большую обоюдоострую секиру. Сначала Йослин посчитала, что он будет очень мрачным и ворчливым, однако на деле Бракнил оказался крайне интересным и милым собеседником. Весь поход большая часть отряда только и делала, что слушала его истории и байки, которые он с упоением рассказывал.       Циенна была красивой юной девушкой с волосами цвета свежего мёда. Улыбчивая и жизнерадостная настолько, что Йослин просто поверить не могла, что такое воплощение невинности служит в армии и сражается в баталиях. Даже на ледяной дождь во время похода она реагировала с оптимизмом. А уж если на горизонте маячил красивый вид, она по-детски завораживалась этим пейзажем.       Разговор сразу завязался. Утреннее солнце ещё не скрылось за тучами, поэтому члены отряда совершенно спокойно ожидали прихода Довакина. Беседа продолжилась и после, когда Драконорождённый прибыл в компании своего несменного хускарла. Он быстро ввёл всех присутствующих в курс дела: им предстоит отбить форт Храгстад из лап мятежников, но сначала отряд заедет в поместье Довакина. Там можно будет заночевать и с новыми силами отправиться дальше. Возражение оказал разве что Вал, который посчитал, что крюки остановки не нужны, лучше двинуться к форту напрямик через вайтранские степи.       — Чем быстрее мы доберёмся до грязных Братьев Бури, тем лучше, — сказал он.       В разговор вмешался капитан Генри, сказав, что знает эти места, и, если они верно построят маршрут, смогут оказаться на месте даже раньше ожидаемого.       — В Данстаре у меня есть знакомый капитан. Вплавь через Море Призраков мы доберёмся куда быстрее, чем проходя хьялмаркские болота или вайтранские равнины.       Довакин согласно кивнул. Вал промолчал. Позже к теме маршрута едва ли прикасались.       Молча ехать, однако, не приходилось. Только отряд отъехал от городских ворот, тут же начались беседы. Рассказывали о том, кто сколько и где служил, в скольких боях учавствовал и кто скольких мятежников убил. Йослин и Валу было нечем хвастать, при Вайтране состоялся их первый бой, а вот Бракнил оказался заядлым ветераном. Он был участником карательного отряда Ульфрика, когда тот устроил резню в Пределе. Циенна же не могла похвастаться таким же боевым опытом, хотя оказалось, что она намного бывалее Йослин и Вала. Она нередко брала участие в засадах и диверсиях против мятежников на востоке, за показанные навыки в которых её уже назначили опцием.       Однако беседа стала унылее, когда пошёл дождь. Сначала мало кто придал ему особого значения, всего небольшая изморось, но чем дальше отряд шёл, тем чаще падали с неба капли и тем холоднее они становились. Вместе с этим начал дуть подлый ветер.       Вайтран ещё был хорошо виден на горизонте, когда появились первые желающие устроить привал. Кто-то предложил повернуть назад и переждать ливень у недавно проеденой Белой Сторожевой Башни. Но Довакин не поддерживал данную идею.       — Неизвестно, сколько этот дождь ещё продлится, — окликнул он назад. — Лучше нам ускориться, чтобы быстрее оказаться у меня дома.       Довакин вообще всю поездку являлся самым пассивным членом отряда. Даже его хускарл иногда отъезжала назад, чтобы познакомиться со своими новыми товарищами. Тан же мог только лишь ответить коротко на поставленный вопрос. При этом он сохранял такой надменный вид, какому позавидует любой аристократ, и не снимал с лица улыбки картёжника, которому идёт карта.       На предложения присоединиться к компании он тоже отказывал, оставаясь всегда где-то в дюжине метров впереди. Не то, чтобы, конечно, эти предложения поступали регулярно. Всё же солдаты понимали положения друг друга и не наглели при беседе с драконоборцем.       Всего лишь раз Довакин сам проявил активность и подозвал к себе капитана Генри. Генри немедленно поравнялся с Довакином, в итоге чего они долго что-то обсуждали. Обсуждали негромко, но их выражения лиц выдавали то, что они о чём-то спорили. Не то чтобы солдаты подслушивали разговор своих начальников. Просто делать было нечего. Когда же Генри вернулся, его лицо было в разы грустнее, нежели когда он уходил. Но на любые вопросы о случившемся разговоре он легко улыбался и качал головой, говоря «неважно».       Из-за гнетущей атмосферы дождя, разговор прервался. Каждый пытался покрепче прижаться к своей лошади, чтобы хоть как-то согреться теплом чужого тела. А что ощущали солдаты, когда пошёл снег, лучше вообще не вспоминать.       Йослин была нордкой, она служила долгое время на самой северной точке Скайрима, но дикий холод пронизал все её кости. Остальные легионеры тоже не скрывали своего настроения. Даже Циенна в какой-то момент стала тихо выругиваться. Бракнил в это время совсем не стеснялся самых откровенных выражений. Но все синхронно обрадовались, когда отряд проезжал скромную ферму с высокой мельницей, и Довакин сказал:       — Это ферма Лорея, до моего поместья осталось недолго.       Облегчённые вздохи и стоны «наконец-то» разразили отряд. Дождь уже давно сменился лёгким снегом, а радостная новость сильно оживила путешественников, позволив продолжить беседу. Начали обсуждать и делиться ожиданиями о поместье Драконорождённого. Кто-то представлял себе неприступную крепость с высокими и толстыми стенами. Другие воображали себе просто магическое во всех смыслах жилище, маленький домик снаружи, но огромный дворец внутри.       Услышав эти разговоры, Лидия замедлила ход и поравнялась с солдатами.       — Так всё и есть, — сказала она, даже не скрывая ехидной улыбки. — А ещё там драконы служат дворецкими, а в конюшнях стоят корусы-переростки!       Йослин и капитан Генри не сдержали лёгкого смешка. Правда, остальные вытаращили на неё глаза, видно, не поняв сарказма. Оно и понятно, Йослин ещё помнила все байки и небылицы, которые рассказывали о Драконорождённом в форте Храгстад. И пусть Йослин ошиблась в несуществовании Довакина, вряд ли она ошибалась в том, что он никогда не превращался в дракона или испускал пауков из рук.       — Это самое обычное поместье, — закатила глаза Лидия. — Большое, в меру укреплённое, с капелькой магии, но в целом ничего сверхъестественного. Вы только всё равно ведите себя уважительно.       — Лидия, я уверен, что солдаты понимают, как нужно себя вести в большом доме, — окликнул вновь Довакин. — Не нужно их пугать!       Лидия в ответ лишь промолчала. Пришпорив лошадь, она вновь приблизилась к Довакину.       — Они как будто на ножах, не находишь? — максимально тихо прошептал Йослин Вал.       Не согласиться Йослин не могла. Довакин выглядел серьёзным только в очень редкие моменты, когда как его хускарл большую часть времени олицетворяла серьёзность. Из них двоих именно Лидия внешне тянула на звание великого героя и воителя. Но со стороны Йослин они выглядели просто как ссорящиеся голубки, каждый из которых считает себя более авторитетным в отношениях.       — Может быть, — кивнула Йослин. — Но это в любом случае не наше дело. Их отношения должны оставаться их личным делом.       — Как бы мне ни хотелось, но я вынужден не согласиться, — добавил подъехавший Генри. Йослин не очень понравилось то, что он их подслушивал — случайно услышать их тихую речь он не мог — но она решила выслушать, почему он не согласен не лезть в дела Драконорождённого. — Наш небольшой отряд при столкновении с противником будет брать вряд ли числом, а скорее управлением. Если мы будем действовать, как единое целое, нас будет не победить. Но для этого среди нас не должно быть секретов.       — Не должны же мы в их нижнем белье копаться! Есть же быть какие-то границы, — возражала Йослин.       — Бельё — уже перебор, но мы должны узнать друг друга получше. И в случае, если между кем-то из нас будут конфликты, нужно немедленно их решить, пока они не нашли своего решения на поле боя.       — Вы ведь не думаете, — начал Вал, всё ещё сохраняя тихий голос, хотя остальные говорили спокойно. — Что Лидия бросит своего тана во время битвы из-за обиды?       — Нет, ни в коем случае. Лидия слишком верна долгу, она готова служить своему тану, не смотря ни на что. Довакин выглядит не так уверенно, но всё же в его глазах можно прочитать что-угодно, но не предателя. Однако мне не хотелось бы этого проверять.       Необходимость следить за своими товарищами Йослин не нравилась, но перспектива быть преданной кем-то из этих самых «товарищей» ей не нравилась ещё больше. Шпионить она не собиралась ни в коем случае. Но в лёгком наблюдении не видела ничего дурного…       К моменту, когда Йослин увидела на горизонте каменные стены на небольшом холме, солнце уже собиралось садиться. Целый день в седле слегка вымотал девушку и оставил мозоль от седла. Однако Йослин больше раздражала собственная беспомощность, так как она совершенно не понимала, как управлять сим животным. Кобылка спокойно шла сама, чудом не отклоняясь от маршрута в поле, но на просьбы Йослин ускориться или остановиться лишь воротила морду.       Те же стены, которые девушка сначала посчитала фортом, и оказались их пунктом назначения. Это Йослин поняла, когда Довакин свернул в их сторону около указательного знака. Приблизившись к нему, Йослин прочитала в свете горящего фонаря «Хельяркен-Холл».       Площадь территории внутри стен даже со стороны выглядела огромной. В них можно было бы с лёгкостью поместить целую деревню не самых крохотных размеров. Интересно, зачем Довакину столько места? Что он там хранит?       Что бы внутри ни оказалось, Драконорождённый позаботился и о его защите: башня в углу обеспечивала хороший кругозор страже, да и вести из неё огонь, в случае чего, было возможно; каменные стены пусть и не были очень уж высокими, но достаточно, чтобы кто-то не смог через них перелезть. Благодаря своему положению на лошади, Йослин смогла заметить мельницу и крытую черепицей крышу длинного деревянного строения, украшенную резным коньком в виде дракона. Судить по такому ограниченному обзору было глупо, так что Йослин оставалось лишь гадать о реальных размерах здания.       Куда лучше удалось рассмотреть ворота, к которым уже успел приблизиться отряд. Свет боковых факелов давал достаточно освещения, чтобы разглядеть гравировку на больших дверях из жёлтого двемерского металла. На дверях были изображены драконы, плюющиеся огнём в сторону друг друга. В шаре огня, который они образовывали, были впечатаны некие руны. Йослин что-то подсказывало, что это был драконний язык.       Едва хозяин дома подъехал к входу, двери сами по себе отворились, приглашая путников внутрь.       — Добро пожаловать в Хельяркен-Холл, — произнёс Довакин, не оборачиваясь. — Мой дом.       «Домом» Йослин бы это не назвала. Место, в которое они приехали, было маленьким городом. Только на входе она насчитала около семи домов, а огромный трёхэтажный дом с балконом наверху мог закрывать ещё парочку. При этом совершенно не чувствовалась городская замкнутость. Даже напротив, на территории оставалось полно свободного пространства, по которому можно было свободно перемещаться.       Кроме зданий поместье содержало в себе ещё несколько объектов, как практичных, так и декоративных: у главного дома был большой палисадник, в котором росли экзотические растения; из-за частой непогоды два загона — амбар для скота и конюшни для лошадей, были под крепкими навесами, защищающими животных от осадков; помимо того по всему поместью располагались фонарные столбы, у которых уже летали светлячки, фонтаны, клумбы, скамьи, статуи драконов, различных героев и, что удивило Йослин, даэдра, что лишь дополняло красок этому месту.       Йослин почувствовала ещё и магическое присутствие. Воздух здесь отдавал лёгкой, едва ощутимой вибрацией, будто всё здесь было в той или иной мере отражало заклинания. И был некий аромат, неестественный и, при этом, природный. Именно это она ощущала, когда зашла в кабинет Фаренгара в Драконьем Пределе. Казалось даже, что в пределах стен намного теплее, чем снаружи.       Это могло объяснить отсутствие внутри снега. Снаружи сугробы могли достигать колен, лишь мощённая тропинка была старательно расчищена. Здесь же даже следов осадков не было, за пределами качественно уложенной каменной дороги росла трава, где-то цветы. Йослин разрывалась между желанием упасть в эту зелень и нежеланием топтать её, испортив тем самым картину.       Йослин была не единственной, кто изумился размерам и красоте имения Драконорождённого. Обернувшись, она увидела не менее ошарашенные выражения лиц своих товарищей. У Циенны так и вовсе в глазах загорелись звёздочки. Самым невозмутимым старался выглядеть капитан, но даже он сильно впечатлился поместьем Довакина.       Довакин свернул налево, заведя свою лошадь в конюшню. За ним последовали остальные и уже скоро все животные были вынуждены тесниться в небольшой конюшне. Кобылка Йослин всё ещё не хотела отпускать наездницу, однако послушно остановилась, когда Драконорождённый подошёл к ней.       — Слезай, — бросил он Йослин, гладя морду и нос кобылы.       Йослин показался приказ Довакина чересчур грубым, однако не стала сопротивляться. Не потому, что так ей сказал Довакин, а потому, что ей самой так хотелось.       Йослин спокойно выставила левую ногу из стремени, но, когда она уже перелазила на другой бок животного, правая конечность зацепилась за дужку. Девушка потеряла равновесие. Удержаться за седло не получилось, поэтому предстояло падение. Учитывая положение девушки — головой вниз.       Йослин испуганно вскрикнула, предвкушая болезненное приземление. Но когда её тело остановилось, боли она не ощущала. Напротив, было некое чувство безопасности.       Повернув голову, Йослин увидела перед собой лицо Довакина, который удерживал её на своих крепких руках, пока её голова находилась в паре сантиметрах от каменной поверхности. Среагируй он долей секунды позже, дорожку бы уже вовсю украшала тёмная кровь девушки.       Ничего не говоря, Довакин осторожно положил нордку на землю и приблизлся к её ноге, всё ещё торчавшей из стремени. Он аккуратно вытащил её ногу, что Йослин и не заметила, как оказалась свободна. После этого Драконорождённый поднялся и подал упавшей руку.       — Будь впредь поосторожнее. В следующий раз я могу не оказаться рядом.       Йослин согласно кивнула и взялась за предложенную руку. Тут же к ней подбежал Вал.       — Ты цела, Йослин? — обеспокоенно спросил он. — Мы видели с какой высоты ты упала!       — Да, да… — неловко пробормотала она. — Спасибо Драконорождённому…       Девушка чуть не издала стон наслаждения, когда наконец встала на прочную поверхность. Возможность размять давно затёкшие ноги была мигом использована. Правильно она сделала, что записалась именно в пехотные войска, а не конницу.       Довакин быстро убрал свою руку, как только убедился, что Йослин в состоянии самостоятельно ходить. После этого он, ничего не говоря, взял кобылу за узды и повёл под навес.       В эту секунду дверь большого дома распахнулась, и из неё вышел босмер. Он был в простых, но качественных одеждах. Увидев отряд вооружённых солдат, он стал нервно их рассматривать, но, заметив Довакина, быстро поменялся в лице. Эльф легко улыбнулся и подошёл к новоприбывшим.       — Нечасто ты приводишь с собой роту солдат, — сказал он идущему навстречу драконоборцу.       — Нечасто ты так бесцеремонно встречаешь хозяина дома. — Довакин сделал вид, будто злится, но через пару секунд рассмеялся и обнял лесного эльфа. — Привет, Фендал.       — И тебе привет, Дова. Тебе, и твоей прелестной спутнице, — Фендал посмотрел на подошедшую Лидию, которая также обняла его.       — Привет, Фендал. Мы рады тебя видеть.       — А я-то как рад вас видеть. Только вот почему здесь имперские солдаты… — Фендал попытался произнести это тихо, но Йослин всё равно смогла расслышать долю осуждения в его словах.       — Ты не получил моё сообщение?       — Получил ранним утром, но в нём говорилось только о том, что приедете только вы.       — Я забыл написать о нашей компании? — На секунду Довакин действительно стал выглядеть удивлённым.       — Ты написал, что с вами будут пять спутников, но ты забыл упомянуть, кто это будет.       — Но ты хотя бы сделал, о чём я просил?       — А как же. Приготовлена домашняя одежда в размере семи комплектов, камины разогреты, твоя посылка из Рифтена ждёт тебя в спальне. Только ужин не успел ещё приготовиться, в письме говорилось, что ты прибудешь только к вечеру, поэтому надо обождать ещё около часа…       — Фендал, Фендал, — остановил Довакин, вскинув руки. — Мы целый день ехали по этому холоду, замёрзли, как щенки. Ты посмотри на её колени. — Неожиданно Довакин указал рукой на Йослин.       — И купальни уже готовы, — продолжил Фендал, улыбаясь, будто его и не перебивали.       Довакин радостно развёл руками.       — Ну вот с этого нужно было начинать! А теперь давай поприветствуем наших гостей, как следует. — Довакин развернулся к солдатам, терпеливо ждавшим окончания их разговора, и с улыбкой сказал: — Я вас приветствую в Хельяркен-Холле. Мы переночуем здесь, а завтрашним утром выдвинемся дальше к форту Храгстад. Я приглашаю вас всех к ужину в главном зале моего дома, но перед этим предлагаю посетить мои купальни — там вы как следует согреетесь и помоетесь. Я присоединюсь к вам позже, а пока вас проводит Фендал. Желаю вам хорошо провести время в моём доме.       Драконорождённый вёл себя как нельзя вежливо. Такой сладкой речи Йослин не слышала даже у караванщиков из Эльсвейра, а эти коты известны своим мастерством заговаривать зубы. Закончив говорить, он элегантно поклонился и удалился вглубь поместья. Лидия собиралась пойти за ним, но тот остановил её, направляя к остальным.       — Прошу вас следовать за мной, — учтиво попросил босмер, поклонившись.       На этой ноте Фендал развернулся и зашагал в сторону, обогнув большой дом с левой стороны. Солдаты молча последовали за ним.       После дождя и морозного ветра, последнее, чего Йослин хотела — окунуться в воду, поэтому она скептически отнеслась к посещению купален. Она в таких местах и не была никогда. Максимум в общих банях, но это был не самый лучший опыт: среди с дюжину мужчин Йослин была единственной особью женского пола, что отпугнуло её желание снимать полотенце.       Тем не менее, деревянное здание, к которому вёл солдат Фендал, уже снаружи внушало Йослин большую уверенность, чем баня на окраине Рорикстеда. Строение было очень большим, почти как половина главного дома, а, если считать высокий купол в центре крыши, то и того выше. Из-за этого купола здание отдалённо напоминала храм. В принципе, ничего необычного нет, храмы Дибеллы часто используются, как купальни.       — Довакин обладает крайне обширными территориями, — произнёс капитан Генри, обращаясь, видимо, к их провожатому. — И не пожалел денег на их обустройство. Я могу буквально пересчитать по пальцам все купальни Скайрима, а он имеет свою собственную!       — Ярл Скальд высоко оценил помощь Довакина, когда тот избавил Данстар от ночных кошмаров, — спокойно, всё с той же улыбкой пояснил Фендал. — Он наделил его титулом тана и этими землями, а Довакин быстро назначил меня своим управителем. Денег на то, чтобы обустроить всё это, у него более чем хватало, он немало заработал в своё время.       — Понятно, — кивнул капитан, а после тихо добавил: — Значит, он в друзьях у ярла Скальда…       Йослин сразу поняла, что Генри не просто поддерживает беседу. Он как будто хотел выдавить из эльфа какие-либо полезные сведения о Драконорождённом. Тут Йослин вспомнила его слова об отсутствии секретов. Но он теперь просто копал информацию на Довакина. Это нельзя было назвать такой уж необходимостью. Больше походило на поиск компромата.       — Почему бы Вам не спросить об этом самого Довакина? — прямо сказала ему Йослин, при этом стараясь не потревожить Фендала и Лидию.       — Я бы и рад, но за ним ведь не угонишься.       Тут девушка не могла не согласиться. Драконоборец в те редкие моменты, когда был в поле зрения, не очень проявлял интерес в общении. Но для Йослин это не было оправданием такого крысятничества.       К счастью, если Фендал с Лидией и заподозрили в вопросе капитана что-то неладное, то не выдали этого внешне. Вместо этого Фендал довёл их всех прямо до порога здания. Тут Йослин заметила то, чего не замечала со стороны: пусть стены и крыша дома целиком деревянные, но фундамент, слегка видимый из-под снега, был сооружён из камня. Из камня оказался сделан и пол, в чём Йослин убедилась, когда Фендал открыл дверь.       Увиденное не шло ни в какое сравнение с деревенскими банями, которые Йослин вспоминала ранее. Внутри здания витал тёплый воздух, а стены украшали различные картины и гербовые щиты, соседствующие с полностью укомплектованными полотенцами и средствами гигиены шкафами. Фонтан со статуей Дибеллы в центре и колоны в форме всё той же богини по углам придавали месту большей экзотики. За фонтаном можно было рассмотреть длинный коридор со множеством дверей.       — Прошу вас всех занять себе комнату, — сказал Фендал. — Там сложите все свои вещи в корзину и спокойно окунайтесь в горячую воду. Когда закончите, берите лежащую там одежду и выходите в коридор, мы всё уберём. Если вам что-то понадобится, зовите меня.       После этого отряд быстро разошёлся по одному. Йослин не церемонилась и сразу заняла себе самую первую комнату справа. То, что она увидела внутри, совершенно не отвечало её ожиданиям. Учитывая предполагаемые размеры комнаты, она предвкушала максимум большую бадью в совершенно пустой комнате. Однако вместо этого перед девушкой предстал целый каменный бассейн высотой до бедра. Исходящий из горячей воды пар заполонил всю комнатку, смешиваясь с неуловимыми запахами душистых трав, сделав воздух ещё теплее и приятнее, чем в коридоре. Даже ещё не начав процедуры, Йослин почувствовала, как уже согрелась.       Рядом с собой девушка обнаружила пустую корзину для грязных вещей. Здесь же распологалось большое зеркало с тумбой, а на ней лежали полотенце и плотная мантия с меховыми воротом и рукавами.       Йослин быстро очаровалась этим местом и весь её скептицизм как рукой сняло. Она торопливо поснимала все элементы брони, быстро оказавшись лишь в тонкой рубашке и набедренной повязке. Сначала Йослин думала остаться в них, на случай если кто-то зайдёт, но резкий запах пота, просочившегося в ткани за целый день езды, заставил девушку бросить и их к броне.       Вместо холодного пола пальцы ног нащупали приятный мягкий ковёр. Подойдя к воде, девушка решила сначала окунуть палец. Горячая, можно даже сказать, слегка перебор. Однако тело уже само тянулось к этому теплу. Йослин осторожно взобралась через ступеньки, села на бордюр и рывком нырнула в кипяток.       Бассейн оказался глубже, чем девушка думала. Она посчитала, что дно соприкасается с полом, но оно уходило немного ниже. Стоять в нём можно было спокойно, вода даже до груди не дойдёт, но Йослин не рассчитала нырок и оказалась в кипятке с ног до головы, не успев задержать дыхание.       Вынырнула она стремительно, едва не вскрикнув. Йослин почувствовала, как её лицо покраснело, как помидор. В этот момент девушка пожалела, что воздух здесь такой паркий. Дышать было практически нечем. Однако если не считать духоты, окунуться было довольно приятно.       Замёрзшие колени наконец перестали дрожать, а сама Йослин ощутила такую лёгкость, какую не имела уже очень давно. Тёплая вода давала чувство уюта и безопасности. Девушка растянулась на каменном сидении в бассейне и просто наслаждалась минутами полного спокойствия. На какой-то момент она даже забыла обо всём вокруг. О войне, Довакине, товарищах, Рорикстеде. В этот момент она чувствовала себя лучше, как когда-либо.       Однако долго это не длилось. Дверь вдруг резко распахнулась и в комнату вошёл Драконорождённый. Йослин моментально окунулась поглубже, прикрыв грудь. Её, конечно, возмутило такое бесцеремонное вторжение, но она до последнего думала, что Довакин просто ошибся дверью. Девушка и сама виновата, что не заперла её. Но когда он поднял голову и увидел в бассейне легионерку, ни смятения, ни испуга не последовало.       — О, ты здесь, — слегка удивлённо улыбнулся Довакин. — Как водичка?       После этого он запер дверь на ключ. Йослин обратила внимание, на его руках были свежие следы крови. Это она заметила, когда он этими руками оставил тёмные пятна на мантии, которую принялся снимать.       — Водичка? — не скрывая возмущения, риторически уточнила Йослин. — Думаю, в других комнатах получше!       — Другие комнаты закрыты. — Довакин без намёка на смущение быстро оказался в одних трусах, но и к ним уже тянулся. — Я уже думал, останусь без горячей ванны. Подвинься.       К моменту когда Драконорождённый полностью разделся, Йослин уже отвернулась, дополнительно поставив ладони перед лицом. Однако она почувствовала всплеск воды, брызги которой разлетелись по всей комнате. Довакин запрыгнул в бассейн.       — О-ох, хорошо-то как после целого дня на морозе окунуться в нагретую воду, — наслаждённо сказал он. — Фендал заказал лучшую бойлерную систему во всём Скайриме. Лучше, наверное, разве что в Маркарте, но там же всё двемерское, сама понимаешь.       Несмотря на то, что бассейн мог с лёгкостью вместить двоих, а то и троих людей, а Йослин максимально отодвинулась от вторженца, прижавшись к стене и обхватив колени руками, её всё ещё не устраивало расстояние между ними. Довакин расселся прямо посередине ванны, умывая и растирая водой все части тела. Наглости ему было не занимать!       — Ну, как тебе Хельяркен-Холл?       Йослин молчала, давая понять, что не очень хотела поддерживать разговор в сложившейся ситуации. Того глядишь и до телесного контакта недалеко!       — Чего молчишь-то? Может подубавить пару?       — Не надо, — только этого Йослин не хватало. Пар в комнате был единственным, кто хоть как-то скрывал её от глаз постороннего.       — Так, а чего молчишь тогда?       Довакин, видимо, действительно не видел ничего бестактного в таком нарушении личного пространства.       Йослин почувствовала его недоумённый взгляд, направленный в её сторону. Прямого разглядывания она терпеть уже не собиралась.       — Перестань на меня пялиться! — буркнула она.       — А-а, — растянул он, слегка отдаляясь. — Так ты стесняешься?       — Если под «стесняться» ты имеешь ввиду «негодовать из-за внезапного вторжения», то да, ещё как!       — Можешь не волноваться. Я однажды попробовал отношения с боевым товарищем. Ещё одни не ищу. Воспринимай меня, как свою подругу.       Йослин закатила глаза. Великоват он будет для подруги. Хотелось бы ей просто взять и уйти, но тогда она будет открыта вся. Даже до полотенца дойти не успеет. Оставалось только ждать, пока Довакин уйдёт первым.       — Так ты не ответила, как тебе Хельяркен-Холл?       — Денег ты не пожалел на него, — с задержкой ответила Йослин.       — Хах, это всё Фендал. Он настоял, что купальни необходимы ровно также, как стены вокруг поместья. Ни разу не пожалел, что сделал его своим управителем!       — А кто он вообще такой? Я имею ввиду, откуда он, как стал управителем твоего дома?       — Он из Ривервуда. — На лице Довакина отразилась тёплая улыбка. — Мы подружились, когда я помог ему в его… скажем так, любовных делах. Он был первым, с кем я отправился путешествовать.       — И сколько же ты «путешествуешь»?       — Пару лет. С тех пор, как Хелген сжёг Алдуин, с тех пор и хожу по всей провинции. За это время, как видишь, достаточно денег собрал, чтобы такое поместье отстроить.       Йослин промолчала, только теперь заметив, как легко завязался диалог между ними. Девушка даже дала себе слабину и бросила быстрый взгляд в сторону Довакина. Она не разглядывала его рельефное, хоть и худощавое тело, не глазела на его длинные вьющиеся волосы, и уж точно не обращала внимания на его шрамы.       На шрамы, которых было слишком много, чтобы сконцентироваться на каком-то одном. Он был повёрнут к ней боком, поэтому Йослин видела лишь малую часть ранений на спине и боку. Ему довелось столкнуться с немалым количеством трусов, бьющих коротким клинком в спину, и огромными животными, следы когтей которых до сих пор украшали его лопатки. Не было и сантиментра кожи, который не нёс бы о себе воспоминания о былых сражениях.       — Тролль, — внезапно выдал Довакин. — Эти когти оставил снежный тролль. Я тогда даже не прибыл к Седобородым. Я пытался убежать, но он меня нагнал. Хорошо хоть Лидия рядом была. К слову, этот она сама оставила. Весёлый был случай, на нас ночью налетели бандиты, было едва ли возможно разглядеть кто есть кто. К счастью, у неё не меч был в руках.       Довакин слегка повернулся, показав на плече давно зажившие, но ещё различимые следы от булавы или моргенштерна.       Однако Йослин заинтересовал другой шрам. На спине, прямо на позвоночнике. Удар, судя по всему, был очень точно нанесён кинжалом. При таких ранах у человека просто сломался бы позвоночник, что привело бы, в лучшем случае, к пожизненной инвалидности. Но в большинстве случаев человек бы просто умер.       — А это что за шрам? — не скрывала любопытства Йослин.       — Где?       — На позвоночнике.       — А, эти царапины. Скорее всего, от ворожеи, но я не знаю, они появились на утро после пьянки с Сангвином…       — Нет, я не про этот. Я про шрам от кинжала.       Йослин протянула руку, чтобы помочь Довакину сориентироваться наощупь, но едва её пальцы прикоснулись к рубцовой ткани, он резко схватил её за руку. На его лице теперь читалось раздражение. Хотя это можно было понять и по сильной хватке. На секунду Йослин действительно испугалась. В Рорикстеде ей говорили «не зли дракона», а она разозлила драконоборца. Так себе перспектива.       Вырваться из хватки Йослин даже не пыталась. Драконорождённый действительно был силён, и освободиться девушка могла только в том случае, если пленитель это позволит. Так продолжалось несколько секунд, пока он наконец не отпустил руку девушки.       — Прости, — тяжёло произнёс он. — Прости… Дай сюда руку.       Йослин принялась растирать посиневшую конечность, не сразу решившись протянуть её обратно. Одного раза ей хватило. Однако Довакин теперь выглядел успокоившимся, поэтому девушка показала ему синяк.       Довакин вновь взял её за запястье, крепко, но уже не так болезненно. Второй рукой он стал водить по синяку, шепча заклинания. Золотой свет вновь озарил ранение Йослин, как тогда на поле битвы. Волна облегчения прошлась по месту, где совсем недавно чувствовалась лишь боль. Совсем скоро синяк совсем исчез.       — Я правда не хотел причинить тебе боль. — Довакин виновато опустил голову, слегка отдаляясь. — Этот шрам… Он для меня значит больше остальных.       — Ты не обязан говорить.       Йослин всё ещё держала зло на Довакина за такую болезненную хватку — как и за вторжение в её купальню, — однако понимала, что некоторые шрамы содержат след не только на теле, но и в душе.       — Он умер.       — Что? — не поняла девушка.       — Человек, оставивший этот шрам. Он умер.