А та сторона всё-таки существует...

– Ты принимал сегодня витамины? – А? – он вздрогнул от спокойного голоса мужчины средних лет, который так внезапно появился в светлой ординаторской. – Повторюсь... – начал доктор уже более строго, оглаживая лысый затылок своей сухой пятернёй. – Ты принимал витамины? – Да, – выдохнул тот в ответ, при этом достав из кармана халата белую пластмассовую баночку без этикеток и с оранжевой крышечкой. И потряс предмет собственных ссор со всем своим окружением. Таблеток оставалось мало, что было слышно по их шумному соприкосновению с внутренними стенками упаковки. – Хорошо, – мужчина улыбнулся, потирая руки и проходя к шкафчикам к дальним, от выхода, стенам. – Допьёшь – и в ближайшие месяцы больше к ним не притронешься, – скрипнула светлая дверца, обнажая перед доктором своё содержимое. – Вы уверены, что мне оно так необходимо? – сделав большой глоток кофе, спросил Куджо. Он вновь поморщился – кофе получилось разбавленным и отдавало каким-то пеплом. Странная привычка у него: морщиться, при соприкосновении с любой "мерзостью". – Лечение? Естественно. Профилактика никому не... вредила, – как всегда странно блеснув бледно-голубыми глазами и выдохнув последние слова, мистер Райт наконец-то взял пакетик дешёвого чая и прошёл к чайнику. – Ты, кстати, в последние время не чувствуешь каких-либо изменений? Ну, там... В физическом или эмоциональном плане? – Джотаро покачал головой, облокачиваясь спиной о стол, на котором были расположены нераспакванные одноразовые столовые приборы, его сегодняшний обед и полупустой кофейник. Доктор нахмурил свои светлые брови, включая чайник. Странно... Странно... Странно... Тот ли эффект от "неизвестных доселе" пилюль он ожидал? Явно нет. Может... Его помощник и в этот раз ему наврал?! Хотя, они же договаривались. И Куджо явно умеет держать слово, судя по его серьёзности. Но почему его гложет не покидающее вот уже несколько дней чувство того, что его водят за крючковатый нос вот уже давно, но смог мужчина это почувствовать лишь сейчас? Его собственное враньё или недосказанность черноволосого? Кто знает. Однако, ложью это не назовёшь. Всё делается во благо. Вот только... С чем связанно это седьмое чувство? Кто знает. – Только... – Фрэнсис поднял глаз с бурлящей воды, которая виднелась за стеклом бытовой техники, на мужчину, потупившего взгляд, который явно старался правильно сформулировать в голове свою мысль. Лучик надежды появился среди этих льдин. – Моя половинка в штыки их воспринимает эти витамины. Как тогда, так и сейчас. Я даже и не знаю почему, – грустно завершил тот, сделав глоток этого мерзкого кофе. Мистер Райт вздохнул, лишь кивнув. Постойте-ка! Партнёр? – У тебя появилась пассия, Куджо? – хитро улыбнувшись и слегка сощурив глаза, бросил тот. Джотаро, засмущавшись, отвернулся от коллеги к столу, чтобы уже наконец-то достать обед. С Нориаки они уже давно вместе, но вот никто доселе об этом не знал. И даже не догадывался. – Слава Богу! Я так рад, что ты смог забыть ту трагедию! – черноволосый напрягся, нервно поиграв желваками. Но, не отличавшийся внимательностью к людям, что было чревато для их профессии, мужчина продолжал, улыбаясь куда шире, чем это позволяла профессиональная этика. По крайней мере, с пациентами. – Ты меня с ней познакомишь? Старого старика, который, возможно, через пару лет окажется в стенах нашего хосписа... А? – дотронувшись до напряжённого локтя, спросил Фрэнсис. Куджо сразу же расслабил мышцы, но продолжал стоять неподвижно и грозно, подобно Великой Китайской стене, которую с каждым годом по кирпичику разбирали местные жители. Медленно и по кирпичикам... И Фрэнсис со своими таблетками старался растащить его проблему. А пока, черноволосый наслаждался лишь ссорами с возлюбленным. Но никто из присутствующих мужчин не знал, и даже не догадывался, что эффект всё-таки был... – Возможно... – начал вилять, пожимая крупными плечами, Джотаро. – Мы пока не хотим выходить "в свет". Доктор лишь понимающе кивнул. Чайник щёлкнул, оповестив любителя чая о том, что кипяток для напитка готов. А вода, достигнув своего пика бурления, начала постепенно затихать. Обеденный перерыв прошёл в тишине, прерываемой лишь постоянными комментариями под нос со стороны Фрэнсиса, и шумом пакетов с домашней едой со стороны Куджо.