Самый лучший подарок

      Обито лежал на кровати в спальне, уныло глядя в окно. Осень в этом году опустилась внезапно. Даже не опустилась, а с размаху долбанула Коноху по башке громом, молниями и проливными дождями. А ведь сентябрь только начался! Раньше в это время вовсю светило солнышко, и цвели поздние цветочки, а теперь…       — Климат, что ли, меняется… — пробормотал Обито, лениво потянулся, зевнул и перевернулся на спину. Беленый потолок серел пустотой и мраком, словно отражая его внутреннее состояние.       День икс приближался. Последние два года календарь перелистывался с сумасшедшей скоростью. Дни постепенно перетекали один в другой, и, перевернув календарь в очередной раз, Обито не сразу сообразил, откуда на цифре пятнадцать образовался жирный красный круг.       В прошлом году Обито так не парился из-за этой даты, а в позапрошлом и вовсе плевать хотел на дни рождения старых знакомых. Но сейчас, после всего, что они с Какаши вместе пережили… после всех этих страстных ночей, наполненных томными вздохами и оргазмами… и тем более после ненавязчивого замечания Какаши о том, что в этом году подарков будет много, ведь он Хокаге, и идеи о том, что неплохо бы устроить по этому поводу какой-нибудь творческий конкурс для младшего поколения, застрявшего в местном приюте под опекой Кабуто, Обито просто не мог проигнорировать этот священный день.       Тридцать три года — дата не круглая, но заметная. Обито исполнилось тридцать три еще в феврале. На день рождения он получил официальное письмо с поздравлениями от Шестого Хокаге и розовый клубничный леденец в форме эрегированного члена в натуральную величину от Какаши, как Обито догадался, любовно сделанный своими руками. В Конохе таких пошлых штучек днем с огнем не сыщешь. Больно целомудренный собрался контингент. Но Обито подозревал, что скоро Какаши совсем обвыкнется на посту Хокаге и разрешит-таки городским торговцам открыть на главной улице секс-шоп. Мол, раз воевать больше не с кем, пусть народ хоть потрахается как следует.       Какаши как-то раз уже озвучивал эту мысль вслух, и Обито полностью его поддержал. Как истинный шиноби, он с трудом сдерживал желание кому-нибудь навалять и удавалось ему это только благодаря каждодневным «постельным войнам». Ну, почти каждодневным. И именно на них, думал Обито, и держались их с Какаши отношения на волне «душа в душу». Ну или «член к члену». Не будь в их жизни так много секса, они давно бы друг друга прибили или разбежались.       Последнего Обито до ужаса боялся. Уж лучше умереть, чем лишиться единственного друга. Воспоминания о годах одиночества, разбавленного лишь унылым присутствием Зецу, заставили поежиться. На мгновение ему показалось, что он снова оказался в тайной пещере Мадары. Окрашенные пасмурной погодой в серый цвет стены напомнили холодный камень и едва не затянули его обратно в беспросветный мрак прошлого.       Но вот перед мысленным взором появился Какаши. Бледные пальцы стянули маску, губы растянулись в кокетливой улыбке, веко перечеркнутого шрамом глаза опустилось, подмигивая.       Обито почувствовал приятное напряжение внизу живота. За последние двадцать лет Какаши подрастерял природную задиристость. Разговаривать с ним стало приятно и интересно. А если он вдруг забывался, Обито просто затыкал ему рот поцелуем или кое-чем другим.       И, черт возьми, сосет Какаши просто потрясающе! Явно врожденный талант. Ну и опыт, конечно.       В общем, подарок он заслужил. Осталось только придумать, что ему подарить. Определенно что-нибудь пошленькое, но не сладкое. В отличие от Обито, сладости он не любит, булочки не ест, а выложить мошонку на тарелке из помидоров и огурца — слишком просто. Такое на утро можно приготовить для пикантности и в благодарность за минет, но не на тридцатитрехлетие Хокаге! Он же глава целой деревни! Тут куда больше подошел бы дирижабль в форме сердца из двух полувставших членов. Но это слишком палевно. Заявить толпе профессиональных ниндзя о том, что их предводитель — педик, неэтично.       Если грандиозность — решение плохое, значит надо брать не вширь, а вглубь. Пришлось поднапрячь мозги и вспомнить, что любит Какаши. Обито лениво осмотрелся по сторонам в поиске каких-нибудь безделушек милых сердцу любовника. Взгляд наткнулся на книжную полку, заставленную старыми эротическими романами Джирайи. Вот оно! Вот, что Какаши любит больше всего на свете. Пожалуй, продолжение известной серии любовных романов станет не просто достойным подарком для заядлого читателя, а самым лучшим. Но как его достать?       Пейн ухлопал писателя еще до начала Четвертой Великой Войны и утопил его тело в море. Очень глубоко. Да и времени прошло не мало. Для того, чтобы достать кусочек для Эдо Тенсей, придется перерыть все рыбьи экскременты. Непростая задача. Кисаме, наверное, мог бы помочь и ни за что не отказал бы бывшему лидеру в просьбе, но и его давно ухлопали. А тотального воскрешения мертвецов Какаши не одобрит. Пусть во время эротических приключений он и терял голову, но моральные принципы при этом никуда не девались. Да и что греха таить, моральные принципы Обито тоже постепенно возвращались в былое русло. И он прекрасно понимал, что воскрешать почивших ради подарка любовнику, мягко говоря, нехорошо.       Выход один — написать самому.       О продолжении целого цикла романов и речи нет. Обито не успеет ни перечитать всю эту пошлую макулатуру, ни придумать новый сюжет. Но вот описать эротическую сценку с Какаши в главной роли он точно сможет. Это нетрудно. Для того, чтобы описать ночь веселых потрахулек, много ума не надо, таланта тоже.       Воодушевленный отличной идеей Обито вскочил с кровати и включил компьютер. Открыл текстовый документ и… завис. К его огромному удивлению, ни одной мысли в голове не оказалось.       — Ладно, — выдохнул он и настоятельно сказал самому себе, — просто пиши. Главное начать, а там само пойдет.       Размяв пальцы, Обито склонился над клавиатурой и напечатал:       «Утро. Какаши и Обито лежали в кровати. Прозвенел будильник. Какаши открыл глаза и увидел своего невероятно сексуального любовника. Разбудил его и сказал:       — Давай потрахаемся.       — Давай, — сказал Обито, и они потрахались.       Конец».       Не, ну, вообще, реалистично, думал Обито, Какаши пару раз выкидывал нечто подобное. Но обычно он говорил что-то типа «Снимай штаны, я уже иду».       Перечитав написанное, Обито исправил реплику Какаши, но тут же ее удалил. Такой вариант не подходит. Они же в постели, а значит, Обито уже без штанов. Тогда, может, лучше «Снимай трусы»? Но ведь утро, а значит, Обито уже без трусов и Какаши тоже. Но что же обычно Какаши говорит по утрам, когда хочет секса?       И тут Обито понял, что его эротический рассказ совсем нереалистичный. По утрам вечно уставший Шестой Хокаге похож на зомби и совсем не хочет секса. Это Обито говорит ему:       — Давай жахнемся, пока солнце не встало?       А Какаши отвечает сонным голосом полутрупа:       — Ладно, только не буди.       Какаши хочет секса по вечерам до ужина, во время душа или сразу после него.       Ужин…       Тут Обито вспомнил, что с самого утра совсем ничего не ел. Желудок свело голодом, а в холодильнике вся провизия оказалась неготовой к употреблению. Решив отложить создание шедевра на потом, Обито взялся за готовку и пропал на кухне до самого вечера.       На следующий день Обито не стал будить Какаши с утра пораньше ради короткого перепихона. В последнее время он уставал и не высыпался больше обычного. Подготовка к традиционному празднованию в честь дня рождения Хокаге отнимала уйму сил. А с дуру запущенный в местном детском доме конкурс на лучшую открытку съедал огромное количество времени. Ведомый таинственным порывом сентиментальности, Какаши не доверил написание ответных благодарственных писем помощникам и на каждый облитый клеем и блестками кусок бумаги отвечал сам. Из-за этого Обито остался без вечернего секс-марафона в душе, а на утренний претендовать не решился. Без вечерних сладких воспоминаний секс с зомби-Какаши рисковал стать отстойным.       Потому вместо приставаний и грубых мужественных заигрываний типа «Не шевелись, я быстро» Обито решил сделать любовнику чашечку горячего черного кофе.       С убитым видом гриппующего больного Какаши уселся на кухне, подобрав под себя ноги, и, зябко ежась от утренней прохлады, вцепился в кружку, как в спасательный круг. Глаза, в связи со специфичностью разреза, открывающиеся только на половину, в этот раз не смогли открыться даже на треть. Взгляд тупо уперся в стол, и на все попытки Обито заговорить, Какаши мычал нечто неопределенное и едва различимое.       «Такими темпами, — думал Обито, — он протянет недолго».       Даже многочасовые изнурительные тренировки и смертельно опасные бои не давали такого эффекта, как ежедневное сидение за столом в ворохе документов и заявлений. И это его, Обито, детская мечта! В детстве все представлялось совсем иначе, да и во взрослом возрасте тоже. Управление Акацуки и его план по захвату власти над миром с помощью вечного цукиеми столько макулатуры не требовали. А все потому, что его организация была неофициальной, хоть и не менее эффективной. На мгновение он представил, как вместо путешествия по миру и сбора членов в команду, Обито стоит в очереди на регистрацию организации, а потом развешивает всюду объявления и проводит кастинг, и сделал вывод, что все официальное — это огромный водоворот, затягивающий в себя время, силы и здоровье управляющего. А еще деньги. Надо ж в казну царскую откат платить. Но избавиться от этого побочного эффекта статуса Хокаге никак нельзя, потому Обито решил не доставать Какаши и любезно подарил ему блаженно-молчаливое утро.       Но хоронить свою интимную жизнь он не собирался. Скоро день икс пройдет, и все вернется на круги своя. Нет, все станет еще лучше, ведь он подарит Какаши исключительный подарок!       Воодушевленный этими мыслями Обито проводил Какаши на работу, вымыл испачканную завтраком посуду и вернулся за компьютер. Перечитал вчерашние наработки. Выругался, немедленно все удалил и начал заново.       «После трудного рабочего дня Какаши вернулся домой, увидел на кухне своего невероятно сексуального любовника и сказал:       — Снимай штаны, и пошли со мной в душ!       Обито отложил в сторону половник, снял с плиты суп, а с себя — штаны и пошел с Какаши в душ. Там они потрахались.       Конец».       Глубоко вздохнув, Обито закрыл текстовый документ. Вот, теперь реалистично, но чего-то не хватает. Объема, наверное. Два абзаца слишком мало, надо хотя бы страницу. Но как описывать сам процесс, Обито не представлял.       Он решил, что неплохо бы этому научиться. А где еще учиться таким вещам, как не в интернете? Стоило глянуть, как это делают другие. Как следует размяв пальцы, Обито открыл поисковик и вбил: секс читать онлайн.       Поисковик тут же выкинул его на порносайты. Нет, это не то. Стер, написал заново: как написать секс.       На этот раз поисковик оказался прозорливее и выдал ему несколько статей с инструкциями по описанию эротических романов. Но большинство советов касались именно сюжета и нагнетания напряжения между персонажами. Им с Какаши ничего нагнетать не надо, уже так нанагнетались в свое время, что теперь хватает пары подмигиваний и обнимашек.       Обито снова стер запрос в строке поиска и… черт его дернул написать совсем неожиданные для него слова: Учиха Обито и Хатаке Какаши секс читать онлайн.       Он был уверен, запрос не даст результата. Поисковик пикнет и выдаст ожидаемый результат «перефразируйте, совпадений не обнаружено». Но добрый поисковик даже не поперхнулся и сразу выдал сайт, красиво оформленный гусиным пером. Книга Фанфиков — гласило название. Обито с опаской щелкнул по нему мышкой и обнаружил целый каталог самопальных произведений с известными личностями в главной роли. Как оказалось, его идея вовсе не оригинальная. А желающих выплеснуть свои фантазии на бумагу целая тьма.       Обито ошарашено застыл. Руки мелко задрожали, а на висках выступил пот. Нервно кусая губы, он открыл первый попавшийся фанфик. Назывался он «Любовь и смерть в пещере». По сюжету Какаши получил серьезное ранение, и чтобы он не отключился до прихода медицинского отряда, Обито усердно его отвлекал. Вообще нереалистично. Секс только усилил бы кровотечение и ускорил бы печальный конец. Уж лучше потерять сознание, чем трахаться с порванным животом. Но надо отдать автору должное. В конце, точнее еще до конца, Какаши тихо скопытился, содрогаясь в оргазме и предсмертной агонии одновременно, и Обито пришлось доделывать свои дела уже с трупом. Фу…       — Гребаные извращенцы! — рыкнул он и поспешно закрыл фанфик. Но низ живота все равно призывно заныл, член гордо поднялся и потерся о шов брюк, набухая все больше, будто наказывая его за то, что он с утра пожалел Какаши и не выебал его полудохлое тело.       Образы грязных, потных и липких от крови тел навязчиво мозолили внутренний взор. А затейливые выражения типа «Жезл любви» и «Пещера чудес» оставили очень неоднозначное, но приятное послевкусие.       «Какаши бы понравилось, — подумал он. — Ну, до момента его трагической смерти».       До кончины печатной версии любовника Обито тоже нравилось. И он предпочел бы дописать до сцены прибытия медотряда и сделать второй заход в больнице, а потом еще третий после выписки. А потом описал бы во всех красках счастливый конец, добавив еще несколько эротических сцен. Такой фанфик читать было бы куда приятнее. Но оригинальная версия зацепилась в мозгу куда крепче вымышленной, и Обито в красках представил истекающего кровью Какаши с распоротым животом и застывшими в уголках глаз слезинками. Его бледные лишенные крови губы раскрылись и прошептали так тихо, что Обито пришлось наклониться, чтобы услышать:       — Я люблю тебя.       Слова, которые после пары ночей любви стали для них табу. Какаши сказал их только раз или два, а Обито всего раз ответил. И это было очень давно, даже слишком давно, чтобы все еще иметь хоть какую-то силу. И чем больше проходило времени, тем больше он сомневался, что чувствует то, что эти слова значат. Сконцентрировавшись на сексе, Обито совсем потерял из виду происходящее между ними в то время, когда они не были близки физически. Были ли они близки морально, интеллектуально и духовно? Любили ли они друг друга или просто бежали от одиночества и упущенных возможностей, подгоняемые чувством вины?       Обито вдруг почувствовал острое желание позвонить Какаши, услышать его голос, а в нем намеки на искреннюю привязанность. А главное, убедиться, что он жив и здоров, и чертово навязанное фанфиками видение — всего лишь результат чрезмерной впечатлительности, а не предчувствие возможного будущего.       «Нет, конечно, что за глупости! — успокоил он себя. — Я не настолько свихнулся, чтобы трахать умирающего любовника, так сказать, напоследок».       Однако номер резиденции Хокаге он все-таки набрал. После нескольких протяжных, невыносимо писклявых гудков трубку сняла секретариса.       — Резиденция Хокаге, слушаю.       — Мне над поговорить с Какаши, — стараясь не выдать волнения, проговорил Обито. — Это срочно.       — А кто спрашивает?       — Это его сосед, Учи…       — Он занят, — похолодевшим тоном сказала она и бросила трубку.       Раздался пронзительный прерывистый писк, а вслед за ним внутри Обито поднялась такая ярость, что он едва сдержал желание запустить телефоном в стену. Да как она смеет так себя вести! Да если бы она только знала, кто он такой на самом деле, она ни за что бы не позволила себе бросить трубку. Надо было не соседом назваться, а Первым Любовником. Нет, Первым Лордом. Да черт с ним, мужем! Надо было сказать этой стерве: «А ну сейчас же позови к телефону моего мужика, дрянь, или я приду сам и выпущу тебе кишки!»       Идея прийти к Хокаге зажглась в мозгу, словно лампочка. Вспыхнула ярким светом и полностью поглотила разум. Обито выскочил в коридор, схватил с стены подвешенные на гвоздике ключи и пулей вылетел из дома.       В резиденции Хокаге царила тишина. Время обеда. Большая часть сотрудников разбежалась по домам, повидать жен, мужей и детей. Только Какаши никогда не появлялся дома в обед. Раньше Обито думал, что дело в уровне занятости, но теперь внутри поднялось, невесть откуда взявшееся сомнение. Почему он сомневался? Разве Какаши давал повод? Да, конечно! Когда он в последний раз говорил ему те самые сокровенные слова? Не прийти домой ночевать он не мог. Не на столе же спать, уткнувшись носом в сложенные перед собой руки. А вот пообедать где-нибудь еще, только бы не с Обито еще как мог.       От этих мыслей на душе стало совсем горько. Его потянуло к Какаши с новой силой. Перескочив через секретарский пост, оставшийся пустым, Обито потянул руку к ручке двери кабинета Хокаге и застыл.       — И еще, — раздался из-за двери секретарский голос, — вам Учиха Обито звонил. Я сказала, что вы заняты.       — Да? И что ему было нужно? — в голосе Какаши послышалось легкое удивление.       — Не знаю, он не сказал.       «Не сказал, — мысленно взбунтовался Обито. — Будто у меня был шанс хоть что-то сказать!»       — Ясно, — ответил Какаши ровным, почти бесцветным голосом. — Перезвони ему и скажи, что я сегодня задержусь.       «Задержится?»       — Со всем уважением, Хокаге-сама, но не думаю, что вам следует перед ним отчитываться. И, возможно, это не мое дело, но жить с ним может быть небезопасно. Вы очень устаете на работе. Кто знает, что он может с вами сделать, пока вы спите.       Тирада секретарисы кольнула в самое сердце. Обито чуть отстранился, напряженно ожидая ответа Какаши. Тот медлил. Пауза тянулась не меньше минуты прежде чем он ответил:       — Вы правы, — и еще пауза, тягучая, наполненная громкими ударами сердца, — это не ваше дело.       На мгновение Обито почувствовал небывалый подъем. Какаши дал ей отпор. Пусть сдержано и почти вежливо, но все-таки послал сучку куда подальше! Но как же долго он думал…       Внутри что-то оборвалось, сердце сжалось в груди, и он поспешно сбежал, так и не показавшись любимому на глаза. Вернулся домой, наскоро состряпал ужин, залез в кровать, натянул на плечи одеяло и уставился в окно.       Небо хмурилось, но дождь так и не начался.