1987 год
23 августа 2020 г., 12:26
Когда были озвучены все тенденции современного бизнеса с одной стороны и все возможности советской перестроечной политики с другой, когда у одного не осталось поговорок про американцев, а у другого - возражений, когда снова пожали руки в знак того, что друг друга хорошо поняли и намереваются понимать и впредь, пришла пора возвращаться по машинам и разъезжаться. Но почему-то оба не спешили. Бандит снова закурил, а чиновник переминался с ноги на ногу и, заложив большие пальцы в карманы пальто, остальными нервно барабанил по толстой ткани.
- Ты мне последнее скажи. Надолго к нам? А то знаю вас таких. На гастроли приедете, а как сезон закончится - всё. Я человек серьезный. С кем попало не разбрасываюсь.
Главарь затянулся и пышно выдохнул.
- Завтра точно не уедем.
Чиновник подождал, но более развернутого ответа не получил. Пришлось кивнуть.
- Ладно. Будем на связи.
- Будем.
Чиновник первым развернулся и собрался было к своей машине, но бандит его окликнул.
- Марк Владимирович! А ты пластинки еще слушаешь?
Марк Владимирович встал. Помедлил. Повернулся обратно. Непонимающе уставился на главаря.
- Эм… В каком смысле?
Бандит усмехнулся и хлопнул его по плечу, а потом зачем-то снова взял за руку, хотя они уже попрощались.
- Послушать как-нибудь пригласишь.
Пожал ладонь, и сам развернулся и зашагал к “девятке”. За спиной сомкнулся конвой из верных ребят. Мотор завелся с пол-оборота.
С заднего сиденья, через тонированное стекло, Гриша смотрел, как Марк Багдасаров медленно опускает голову и смотрит на затянутую в хрусткий целофан и слегка помятую пачку “Мальборо” в своей руке.