Золотой дракон

Поттер остановился прямо напротив дерева, на котором обнаружил своего спасителя, и, не став дожидаться, пока тот, рассердившись на бесцеремонность, решит его поджарить, с улыбкой предложил: – Драко, слезай. Нам нужно поговорить. Дракон и не пошевелился, лишь окинул незваного гостя придирчивым высокомерным взглядом, словно давал понять, что не намерен подчиняться и не жаждет общения. – Я догадался, что это ты. Хватит притворяться, будто не понимаешь, о чем я прошу. Слезай, пожалуйста. Гарри не собирался отступать, хотя в душу закралась тень сомнения – а вдруг он ошибся и это вовсе не Драко, мало ли кто живет в Малфой-мэноре? Однако спустя мгновение его страхи развеялись. Дракон спрыгнул с ветки, горизонтально протянувшейся на небольшой высоте, заставив Поттера даже отступить на пару шагов, и тут же перекинулся в человека, так что на землю ступил уже Драко Малфой. – Что, Поттер, продолжаешь искать приключения на свою задницу? Как ты вообще прошел через охранные чары? А если бы тебя размазало по щитам? – тут же принялся он отчитывать Гарри, тем временем тщательно присматриваясь к его реакции и на превращение, и на свои слова. Похоже, его нежданный гость не был огорчен встречей, а напротив, выглядел весьма довольным, о чем весьма красноречиво свидетельствовал его взгляд – восхищенный, любопытный и, как показалось Драко, отчего-то очень счастливый. – А ты здорово наловчился. Просто как МакГонагалл на нашем первом занятии в ее классе. Помнишь? Мы с Роном тогда еще опоздали немного, а она в виде кошки спрыгнула со стола и, обернувшись человеком, принялась нас распекать. – Я – не как МакГонагалл. А ты не ответил на мой вопрос – каким образом ты проник на скрытые сильнейшими заклятиями земли? – Драко с трудом удавалось держать себя в руках и выглядеть достаточно сдержанным, в то время как эмоции его просто захлестывали. Он досадовал на себя за то, что решил добираться до дома на собственных крыльях и привел за собой «хвост», а ведь проще было аппарировать под прикрытием леса. К тому же он действительно переживал за безголового Поттера, который мог серьезно пострадать, проламываясь через защитный контур. – И как нашел меня? – Хмм… Меня ваши чары пропустили, – Гарри, продолжая улыбаться, правда, уже не столь радостно из-за жесткого приема, пожал плечами. – Хоть бы поздоровался, прежде чем приставать с расспросами. – Пропустили? – Ну это же очевидно, раз я здесь! После инцидента над лесом в Оттери-Сент-Кэчпоул у меня не было времени, чтобы сделать официальный запрос на посещение Малфой-мэнора с дружеским визитом, – легкая эйфория от осознания, что догадки оказались верны, отступила, и Гарри вдруг почувствовал неловкость из-за своего вторжения на частную территорию без приглашения. Однако долго рефлексировать из-за своей невоспитанности он не стал, а ринулся в наступление, желая поскорее разобраться с некоторыми тревожившими его моментами. – Откуда ты каждый раз узнавал, что мне грозит опасность? Кто тебе сообщал, что на меня напали? – улыбка растаяла без следа, а в глазах зажглась отчаянная надежда, что всему найдется вполне приемлемое объяснение – Гарри до дрожи боялся узнать, что Драко замешан в покушениях на него. – Ты меня в чем-то обвиняешь?! – тут же ощетинился Малфой на невысказанное подозрение. Он не знал, как себя вести с Поттером. С одной стороны, его неимоверно к нему тянуло, хотелось хотя бы прикоснуться, а лучше – обнять, успокоить и заверить, что всегда будет рядом и никому не позволит навредить ему. С другой – он не имел ни малейшего понятия, как Поттер отнесется к сведениям о магических узах, да и чего скрывать, реакции общественности на нарушение традиций Драко тоже опасался. Однополые отношения не были редкостью в их мире, они не осуждались, не считались в обществе чем-то грязным или недостойным, однако воспринимались, скорее, как способ разнообразить сексуальную жизнь – не более. Партнерские союзы между колдунами или ведьмами уже давно не заключались, а традиционный брак негласно считался единственно приемлемым среди волшебников. При таких обстоятельствах не было возможности придерживаться каких-либо правил или четких инструкций, потому что их просто не существовало в нынешнее время, и это приводило в смятение из-за необходимости делать выбор на свой страх и риск, не опираясь на опыт родителей или родственников и друзей семьи. Поттеру, судя по его поведению, подобные метания не грозили, его не слишком волновало чье-то мнение, кроме своего личного и близких ему людей – так думал Драко, наблюдая, как Гарри, смущенный его прямым вопросом, судорожно подыскивал корректное объяснение своим откровенным расспросам. – Нет, не обвиняю, что ты! Я очень благодарен тебе за помощь! Наверное, с этого следовало начать… – последнюю фразу Гарри пробормотал себе под нос. Он перекинул метлу с одного плеча на другое, давая себе время на обдумывание, как исправить дурное впечатление, которое произвел собственной прямолинейностью. Еще в полете прикидывая, о чем следует поговорить, он не собирался требовать от Драко объяснений, надеясь, что тот и так сам все расскажет. Но эмоции подвели. – Просто, очень странно, что во время всех трех нападений на меня, произошедших этим летом, ты всегда оказывался рядом в самый критический момент. Не находишь? – Не нахожу, – Драко, все же мысленно соглашаясь с резонностью услышанного предположения, вздохнул. Он осознавал, что в какой-то мере Поттер прав, ведь, не зная об узах запечатления, все и впрямь со стороны выглядело крайне подозрительно. – Не нахожу, потому что в курсе, как и почему так произошло. – Объяснишь? – Гарри снова перебросил метлу с плеча на плечо, все же та не была пушинкой, чтобы не замечать ее веса. Да и нервозность из-за близости того, кто стал постоянным героем мокрых снов, давала о себе знать. – Обязательно. Только сначала мы пройдем в дом, потому что мне надоело торчать посреди сада, а ты ответишь на пару-тройку вопросов и дашь мне клятву о неразглашении. Предвосхищая твой вопрос, – Драко хмыкнул, увидев, как Поттер открыл и закрыл рот, явно передумав то ли спрашивать, то ли возмущаться поставленными условиями, – к концу беседы ты сам поймешь, что подобная предосторожность необходима. Будь моим гостем, – он взмахнул рукой в сторону видневшегося не так уж и далеко замка, приглашая немедленно туда направиться. Несколько минут шли, каждый думая о своем и готовясь к предстоящему разговору, а затем Гарри первым прервал молчание: – У тебя уникальная аниформа, под стать твоему имени. Но все источники утверждают, что в волшебное существо перекинуться невозможно. Так как тебе это удалось? – Это не аниформа, Поттер, – в тоне Драко прорезалась снисходительность. – А что же тогда? – Гарри даже на миг приостановился, удивленный заявлением. – Именно то, из-за чего требуется клятва, о которой я говорил. – Да дам я тебе клятву! Обещаю! Так как ты превращаешься в дракона, если это не анимагия? – Поттер сгорал от любопытства, так виртуозно подогретого Малфоем всего парой фраз. – Это как бы моя вторая сущность. Детали расскажу позже, – Драко кивнул на особняк, к которому они уже заметно приблизились, намекая на беседу в деловой обстановке. – Лучше давай разберемся с тобой. Почему ты не вызвал авроров, а погнался за мной? – Надоело общаться с аврорами. К тому же меня там за придурка держат, считая, что я дракона выдумал, – отмахнулся Гарри и отвернулся, чтобы не выдать взглядом своей глупой обиды на скрытность Драко, не захотевшего сразу признаться в том, что это он спас его возле банка. – Но напавшие сегодня могли не спастись и разбиться, а значит, авроры выяснили бы, кто это заимел на тебя зуб. – Макмилланы, отец и сын. Сына ты спалил возле Гринготтса. Отец с дружками мстит мне за него, – хмуро поставил в известность Гарри. – С Джейкобом Макмилланом сегодня был еще кто-то, не сидел же он один сразу на трех метлах, – отметил очевидное Драко, одновременно давая понять, что в курсе, о ком идет речь. – Если после падения они остались живы, то искать их бесполезно, явно сразу сбежали. А с мертвых что возьмешь? Вот поговорим с тобой – тогда я и подумаю о том, стоит ли беспокоить авроров? – Гарри дал понять, что эта тема ему не нравится. – Как хочешь. Так зачем ты полетел за мной? – не стал спорить Драко, у него в настоящий момент тоже не было настроения встречаться с начальником – тот распорядился в срочном порядке докладывать ему обо всех инцидентах, когда в них замешан дракон. – Хотел убедиться, что верно вычислил тебя, разве непонятно? – усмехнулся Гарри, которому собственные действия казались абсолютно очевидными. – А как ты догадался? Не по моему же имени? – Драко не скрыл легкую доброжелательную насмешку в тоне. Ему было приятно, что они разговаривали с Поттером спокойно, без лишнего раздражения и напряжения – это давало надежду на то, что и остальные новости тот воспримет, по крайней мере, без агрессии. – По магии. Я почувствовал, что у спасавшего меня дракона она такая же, как и у тебя, – охотно ответил Гарри и немного растерялся, когда Драко резко остановился и недоуменно уставился на него. – Что? – И как давно ты различаешь личную магию волшебников? – сообразив, что требуется пояснить свое удивление, поинтересовался Драко, даже не подозревавший, что подобное возможно без специальной диагностики, к тому же достаточно сложной. – Эмм… Не слишком давно. Немногим больше года. Со дня последней битвы. А точнее… – Гарри зыркнул на Драко, на миг засомневавшись, следует ли так раскрываться прямо сейчас, но все же решил не умалчивать подобное. – Впервые со мной это произошло в Выручай-комнате, когда мы с тобой улетали от Адского пламени. Стоило тебе сесть на метлу позади меня, и я… Вот даже не знаю, как это описать. Просто я вдруг сразу сообразил, что очень остро ощущаю твою магию. Тут же мысленно возникли некоторые ассоциации, и мне показалось, что она как бы прикоснулась ко мне, и я распознал ее цвет, вкус и запах. Не по настоящему, но… – Поттер замялся, не зная, как еще объяснить то, что тогда с ним произошло. – Я понял. И теперь ты можешь каждого волшебника определить по его магии? По тому, как ты ее чувствуешь? – Драко продолжил путь к дому, делая себе в уме пометку поискать информацию о таких способностях, не исключая, что они могут оказаться частью дара стихийника, а это подтвердило бы, что магия не ошиблась и не связала его узами с обычным волшебником. – В принципе, могу, но я не прислушиваюсь к таким ощущениям постоянно. Только изредка. Магию друзей и некоторых знакомых, конечно, отличу без проблем. А вообще – это зачастую далеко не так приятно, как в случае с тобой, – только произнеся последнее вслух, Гарри понял, в чем признался, и смутился. – О! Так моя магия тебе нравится? – Драко не замедлил воспользоваться секундным замешательством Поттера и слегка подтрунил над ним. – Да! Нравится! – задрав подбородок, дерзко ответил Гарри. Щеки его покрылись румянцем, а глаза засверкали вызовом. – Это хорошо, – совсем другим, успокаивающим тоном отметил Драко, улыбнулся и добавил: – Скоро поймешь, почему я так считаю, – поднявшись по короткой лестнице на летнюю террасу, он предложил: – Давай расположимся здесь. В поместье нет никого, кроме моей матери, а она нам не помешает. Или ты предпочтешь для беседы пройти в мой кабинет? – Лучше здесь, на свежем воздухе, – торопливо заверил Гарри. Он не был уверен, что хочет прямо сейчас увидеть те комнаты, куда его когда-то притащили егеря. – Отлично, устраивайся, – Драко, усаживаясь в плетеное кресло, указал на соседнее. – Боко! – позвал он, и тут же рядом возник молодой домашний эльф в белоснежном полотенце, подвязанном зеленым витым шнуром, и в лихо надетой набекрень крошечной поварской шапочке. – Боко, принеси нам лимонада и фруктов. Может чаю? – спросил Драко у Поттера, но тот покачал головой, и эльф, повинуясь взмаху хозяйской руки, исчез, чтобы спустя несколько секунд выполнить распоряжение. – Скажи-ка мне, а кто знает о твоей способности различать магию? – Драко потянулся за стаканом с лимонадом, знаком предлагая Поттеру последовать его примеру – хоть перелет и был не слишком долгим, но утолить жажду не мешало. – Никто. Я даже друзьям не говорил, хотел сначала сам в этом разобраться. Но в школе не нашлось нужных книг, а летом пока некогда было заняться этим. Я и тебе не сказал бы, если бы это напрямую не касалось заданного тобой вопроса, – Гарри, убедившись сегодня при встрече, что его по-прежнему тянет к Драко и, похоже, он не придумал себе симпатию к нему, решил, что будет предельно откровенным во время разговора. Он считал, что так получит шанс вызвать доверие у того, кто ему нравился настолько, что все остальные не вызывали и тени подобных чувств. – А о драконе и своих догадках, что это я, ты рассказывал кому-нибудь? – продолжал выпытывать Драко, стараясь прояснить ситуацию. – О том, что меня спас дракон возле Гринготтса, я рассказал аврорам и друзьям: Рону с Гермионой и Джинни. Но все они не поверили моим заверениям, решив, что мне это привиделось из-за влияния Конфундуса, которым меня приложили нападавшие. Так что свои догадки я держал при себе. Да и когда ты освободил меня из плена, я в Аврорате уже даже не заикался о драконе, – Гарри на минуту переключил внимание на лимонад, скрывая за стаканом свое разочарование друзьями, которые и после просмотра его воспоминаний в Омуте Памяти среагировали на новость не так, как ему хотелось бы, пускай и перестали считать его выдумщиком. – Итак… Какую клятву ты от меня хочешь получить? – Ты без моего позволения никому не расскажешь о том, что я сейчас сообщу тебе о своем даре, и, само собой, ни с кем не станешь обсуждать то, что ты в курсе, кто обращается в золотого дракона. Поверь, это не просто моя прихоть. Да ты и сам скоро это поймешь. Я мог бы понадеяться на твое честное слово, но, зная Грейнджер и ее настойчивость, предпочту подстраховаться. С клятвой ты не сможешь даже сболтнуть ничего лишнего, – Драко посчитал необходимым немного пояснить свою позицию. Он не хотел, чтобы Поттер решил, будто ему совсем не доверяют. – Согласен, – Гарри не стал тянуть и сразу же дал требуемую клятву. Он ни за что не отказался бы побольше узнать о драконе, который к тому же, как он видел, еще и умел менять размер. За полчаса Драко очень сжато рассказал о том, как у него активировался дар стихийного мага, и о том, что благодаря этому он теперь работает в Отделе тайн. Затем, осторожно подбирая слова, объяснил, как и почему он способен перемещаться к Гарри, если тот оказывается в беде. – То есть ты уверен, что между нами есть магическая связь? – Гарри слегка опешил от услышанного. – Уточню: я уверен, что у меня есть связь с тобой, а вот обоюдная ли она, можно узнать лишь опытным путем. Если ты позволишь, я проверю себя прямо сейчас, – Драко указал на волшебную палочку в своих руках, спрашивая согласия на колдовство. Получив в ответ кивок, он произнес длинную фразу на латыни и дотронулся палочкой до своей груди. В тот же миг воздух в точке прикосновения замерцал, а затем там сформировался светящийся сгусток, который начал вытягиваться, как щупальце, которое довольно быстро дотянулось до Поттера, и тот почувствовал что-то вроде приятной, отдавшейся волной счастья в душе, – это его магия откликнулась на проверку, инициированную Малфоем. – Видишь? С моей стороны достаточно прочная связь, похожая… – Драко покачал головой, прерывая себя. – На что? – Гарри наблюдал, как серебристый жгут, на несколько секунд невесомым мостом соединивший его с Драко, начал исчезать, словно таял, смешиваясь с лучами солнца. – На брачные узы, – признался Драко, которому неоднократно приходилось видеть подобное на свадьбах – после заключения магического брака всем обязательно демонстрировали эту связь между молодоженами, подтверждая их новый семейный статус. – Да не пугайся так! – Драко фыркнул, заметив, как дернулся Поттер. – Это говорит о моей связи с тобой. Я же себя проверял. Правда, мне показалось, что твоя магия не против ответить взаимностью, – усмехнулся он. – Ты что-то почувствовал сейчас? – Да, немного, – приуменьшил Гарри, все еще ощущавший отголоски неимоверной радости, вызванные приятным прикосновением сфокусированной заклятием магии Драко. Поттер замолчал, обдумывая результаты проверки и то, что он узнал о стихийных магах, а Малфой не торопил его с выводами, давая время на размышления. Все было настолько необычным, что оказалось сложно сразу же определиться с личным отношением ко всему этому.