19
2 ноября 2020 г., 09:10
Пока Поттер и Малфой расслаблялись, летая над вечерним Малфой-мэнором – один на метле, а другой в своей второй форме стихийного мага, в «Норе» собрался семейный совет, на который заглянул и министр магии Кингсли Шеклболт на правах друга и соратника, руководившего Орденом Феникса в последний год войны.
– Артур, ты уверен, что твоя дочь ничего не преувеличила? Мало ли зачем Гарри пригласил к себе Малфоя? Может, у них разногласия по поводу Блэк-хауса или еще что-то? – Кингсли сомневался не без причин, он уже не раз замечал за Джиневрой грешок любви приукрасить свои рассказы, добавив им ярких эмоций. По некоторым ее словам даже выходило, что она уже давно замужем за Поттером.
– Ты считаешь мою Джинни лгуньей? – взмутился Артур, души не чаявший в дочери, но его перебила жена:
– Не возмущайся. Что тут поделать? Есть у нее такая привычка – выдавать свои фантазии за факты, – Молли тяжко вздохнула. Как бы она ни любила своих детей, все равно видела их недостатки. – Но дыма без огня не бывает. Раз она вернулась от Гарри такая расстроенная, то там точно что-то произошло. О! Тише! Камин сработал. Наверное, Рон вернулся и привел Гарри. Сейчас все и выясним.
Артур, Молли и Кингсли умолкли и только переглядывались, но не рисковали что-либо обсуждать, не желая сказать что-нибудь невпопад и тем самым вызвать неудовольствие Поттера, проявлявшего в последнее время признаки строптивости ввиду своего возраста и свободолюбивого характера. После перешептывания в коридоре в кухню, где сидели «заговорщики», вошли Рон, а следом за ним Гермиона.
– А где Гарри? – Молли даже наклонилась, чтобы заглянуть за спины ребятам.
– У него гость, он не придет, – буркнул Рон. – А ужинать разве не будем? – он уставился на пустой стол. – У меня уже желудок вопит от голода, – пожаловался он матери, не смущаясь присутствия Шеклболта – тот слишком часто бывал в их доме, чтобы проникнуться к нему благоговением из-за занимаемого им высокого поста.
– Сейчас тебе насыплю, присаживайся, – Молли вскочила с табуретки, поспешила к кастрюлям и котелкам и затараторила: – Джинни заперлась у себя и заявила, что не будет есть, а Джордж взял рагу с собой на квартиру, сказал, что завтра ему рано вставать. Гермиона, ты же составишь нам компанию? Заодно расскажешь, что там случилось у Гарри.
– Спасибо, я сыта. Меня Гарри покормил ужином. Но если вам интересно, я расскажу, что узнала, – Гермиона не видела причин для того, чтобы скрывать правду, особенно учитывая, какой шум подняла Джинни.
– Тогда вот тебе чай и булочки, чтобы рассказывать было веселей, – Молли металась по кухне, накрывая на стол. Она щедро помогала себе магией, так что все заняло у нее не больше трех минут. – Так что там стряслось? И кто в гостях у Гарри, что он не пришел с вами? Забрали бы с собой и его гостя.
– Вот только Хорька нам здесь не хватало! Чтобы он нам весь аппетит испортил? – беззлобно фыркнул Рон, криво усмехнувшись, и уткнулся в свою тарелку. Он еще не решил, как относиться к тому, что Гарри общался с Малфоем. Вроде и вспоминать детские обиды было глупо, но и просто забыть прошлое тоже не получалось.
– Гермиона, мы тебя слушаем, – подбодрил подругу сына Артур.
– Да ничего особенного не произошло. К Гарри пришел Малфой, они обсуждали что-то по работе, а Джинни увидела их и сделала неверные выводы, – почему-то Гермионе показалось, что ее слова не то что огорчили, но вызвали досаду у Шеклболта, тогда как Молли и Артур облегченно вздохнули.
– Вот же вредная! Выпросит у меня трепку за свои выдумки! Ну не хочет она смириться с отказом Гарри, так ведь насильно такие дела не решаются, – Молли, присаживаясь за стол, неловко улыбнулась и развела руками, словно извинялась за выходку Джинни.
– Гермиона, ты сказала что Гарри и мистер Малфой говорили по поводу работы? Ты слышала, о чем? – Кингсли не отводил цепкого взгляда от Грейнджер – та явно знала больше, чем сказала.
– Я не имею представления, о чем они говорили, а про то, что они теперь вместе работают, Гарри сам сказал, – Гермионе хотелось в одиночестве все обдумать и проанализировать свою беседу в Блэк-хаусе, но уйти прямо сейчас ей не позволяло воспитание.
– А куда Гарри устроился? – поинтересовался Артур, он выглядел так, словно его крайне удивило, что Поттер способен найти работу без его помощи.
– Я не… – Гермиона запнулась, врать не хотелось, хотя она и понимала, что правда насторожит всех. – Я не могу сказать.
– Да что это еще за тайны? – удивилась Молли. – Мы же как одна семья!
– Не можешь или не хочешь? – Шеклболт сразу понял, в чем дело, ведь он тоже не имел возможности с кем-либо обсуждать вопрос трудоустройства Поттера, хотя явно знал об этом побольше остальных.
– Не могу. Он взял клятву, – опустив глаза, призналась Гермиона.
– Вот это новости! – не выдержал Рон. Он хотел просто молча поесть и послушать, что скажут другие, но заявление Гермионы ошарашило его.
– Так бывает, Рон, – осадил его Кингсли. – Не докучай с этим Гермионе, – он выразительно взглянул на девушку, и та догадалась – тот тоже в курсе, где теперь работает Гарри. И тут же у нее возник вопрос – зачем в таком случае он расспрашивает ее, ведь как министр он наверняка знает, чем заняты Малфой и Поттер. Однако долго гадать ей не пришлось, все объяснили следующие слова Кингсли:– И все же, что у Гарри дома делал Малфой? Это настораживает. Ни для кого не секрет, на какой стороне тот был во время противостояния. Мне это не нравится. Да еще и какие-то совместные проекты на работе.
– Совместные с Драко… – пробормотала себе под нос Гермиона, а затем вскинулась, словно ее озарила какая-то мысль. Она тут же решила проверить ее жизнеспособность, обратившись к другу, совсем упустив из внимания, что за столом они не одни. – Рон, а вдруг это Малфой был тем драконом?
– Ничего лучше не придумала? Это же Малфо-о-й… – Рон скривился, словно ему попалось драже «Берти Боттс» с неприятным вкусом.
– Но тогда становится понятно, чем они вместе занимаются, – Гермиона давала себе отчет, что ее предположение не выдерживает серьезной критики, однако редко ее подводившая интуиция подсказывала, что в этом что-то есть.
– Драко… дракон… Да нет! Чушь это! – отмахнулся Рон и вернулся к еде.
– О каком драконе речь? – довольно жестким тоном спросил Шеклболт, не имевший даже приблизительного представления, о чем переговаривалась молодежь.
– Да так… Был случай, – Гермиона сообразила, что зря она подняла эту тему при министре – тому точно что-то было нужно от Гарри.
– Так расскажи нам, деточка. Нам же интересно, – не ведая, на что толкает Гермиону, попросила Молли.
Переглянувшись с Роном и получив от него в ответ лишь недовольный взгляд и пожатие плечами, Гермиона, скрепя сердце, вкратце рассказала о первых двух нападениях на Гарри и о том, что ему оба раза помогал спастись золотой дракон. Молли и Артур рассмеялись, заявив, что такого не бывает, и Гарри, скорее всего, просто показалось все, а вот Шеклболт не стал отмахиваться от сведений.
– Не думаю, что Поттеру могло почудиться, что он летит на драконе, – прокомментировал он беспечное отношение к новости старших Уизли.
– Ничего Гарри не выдумал! Он доказал нам, что все было на самом деле! – встал на защиту друга Рон и, проигнорировав Гермиону, сделавшую большие глаза и безмолвно просившую остановиться, добавил: – Он нам в думосборе показывал дракона. Я даже предложил Гарри позвать его. Если это его фамильяр, как у Дамблдора был феникс, то он обязан откликнуться. Разве не так?
– Все так, Рон, – Кингсли переключил свое внимание на парня. – Значит, Гарри послушался тебя? И что вышло? Дракон прилетел?
– Нет, Гарри сказал, что все это глупости и дракон, скорее всего, просто анимаг с редкой формой. Но Гермиона утверждает, что волшебники не превращаются в волшебных существ, вроде драконов или русалок.
– Не превращаются… – Шеклболт умолк на минуту, прикидывая, кто сможет дать ему по этому поводу исчерпывающие сведения. – Вы еще что-то знаете особенное о Гарри?
– Нет, – Гермиона была недовольна тем, во что вылился разговор с министром, но изменить ничего уже не могла, к тому же понимала, что сама виновата в этом, заговорив с Роном о драконе в присутствии посторонних.
– А разве это особенное? Гарри и аврорам про дракона говорил, только они ему не поверили, – Рон отодвинул от себя пустую тарелку и сыто улыбнулся. – Спасибо, мама. Было очень вкусно.
– На здоровье, дорогой, – взмах волшебной палочки – и грязная посуда отправилась в мойку, где над ней, наводя чистоту, сразу начала трудиться зачарованная щетка.
Шеклболт, так и не притронувшийся к еде, решил, что больше ничего полезного ему тут не узнать, поэтому не стал задерживаться и распрощался с Уизли, напоследок все же повторив провожавшему его Артуру, что общение Поттера с Малфоем слишком подозрительно и было бы хорошо донести до Гарри мысль о необходимости держаться подальше от бывших Пожирателей Смерти.
– Это не пойдет ему на пользу, – бросил Кингсли и скрылся в волшебном пламени камина.
***
Не став откладывать в долгий ящик, уже на следующий день Шеклболт лично отправился в Аврорат, где выяснил, что делами, связанными с нападениями на Поттера, занимался старший аврор Томпсон, и встретился с ним. – Значит, Пожирателей Смерти, напавших на Поттера возле Гринготтса, уничтожил дракон? – Кингсли бросил на стол протоколы, составленные по трем заявлениям Поттера на местах преступления. – Мы не можем утверждать, что это были Пожиратели Смерти. К сожалению, к настоящему моменту установлена личность только одного из трех – это Ирвин Макмиллан. Он не являлся Пожирателем, хотя и был среди сочувствующих делу Темного Лорда, – Томпсону не нравилось, что министр сунул свой нос в его работу, но отказаться отвечать не мог. – Вы не поняли, меня интересует именно дракон, – уточнил Шеклболт. – Его пытались разыскать? – Да какой дракон, господин министр? Мало ли что парню почудилось после Империо и Конфундуса? Иные зеленых человечков видят при таких обстоятельствах или самого Мерлина, – попытался отмахнуться Томпсон. – И все же вы обязаны были проверить это заявление мистера Поттера, – с нажимом произнес Шеклболт. – А как так вышло, что все три случая попали для расследования именно вам? – Мне откуда знать? Я служу. Мне приказывают – я выполняю, – Томпсон сделал себе мысленную заметку предупредить Хейга о не слишком здоровом интересе министра к делам Поттера. – Так значит, дракон появлялся только один раз? В двух других ситуациях Поттер справился самостоятельно? Вас не удивило, что из похищения он сбежал, растопив металл оков, а над лесом поджег метлы стрелявших в него преступников? – въедливо поинтересовался Шеклболт. – Что же тут удивительного? Каждому волшебнику одни заклинания удаются лучше других. Это вам скажет любой. Мистеру Поттеру, похоже, нравится все связанное с огнем, – Томпсон пожал плечами, давая понять, что не видит ничего необычного в том, на что ему указали. – Ясно. Все же разберитесь с драконом. Мы не имеем права игнорировать подобные сообщения. Не хватало нам здесь еще неуправляемых тварей четвертой категории опасности. – Если, как вы предлагаете, принять на веру слова мистера Поттера, то спасший его дракон был вполне разумен, – насмешливо заметил Томпсон. – Разбираться с его разумностью будем, когда вы найдете этого ящера, – отрезал Шеклболт, сообразив, что камешек был отправлен в его огород. – Надеюсь, вы поняли, что ваша работа вызывает у меня большие сомнения в ее качестве. Я поговорю с Робардсом по поводу вашего соответствия занимаемой должности. – Ваше право, – хмыкнул Томпсон. Стоило Шеклболту скрыться за дверью кабинета главы Аврората Гавейна Робардса, уже три года удачно руководившего подчиненными, как Томпсон поспешил направить записку Хейгу с просьбой о срочной встрече, а спустя минут десять тот лично навестил его на рабочем месте. К этому моменту министр, с виду очень злой, уже успел умчаться прочь. – Что случилось? – начальник Отдела тайн не стал игнорировать просьбу доверенного лица и сразу отреагировал на просьбу. – Шеклболт приходил, – Томпсон сжато рассказал о неприятном визите. – Ясно. Спасибо за предупреждение. О его намеках не волнуйтесь. Робардс не сможет ослушаться приказа Высшего совета. Вы же в курсе, что это? – Хейг хитро усмехнулся, намекая, что именно он возглавляет этот самый совет. – Так что работайте спокойно и не обращайте внимания на политиков, возомнивших себя пупом земли.***
Шеклболт ураганом влетел в свой кабинет и раздраженно хлопнул дверью с такой силой, что его секретарь сначала подскочил на месте, а затем был вынужден выпить Умиротворяющий бальзам. Благо Кингсли чисто на автомате поставил заглушающие чары, иначе в офисе министра мгновенно собрались бы толпы любопытных, чтобы послушать его спич, произнесенный тоном разъяренного буйвола. – Как же мне все это надоело! – сметенные волной магии бумаги полетели с рабочего стола и покрыли пол неравномерным слоем. – Неужели нельзя создать методичку «Что нужно знать министру», чтобы не приходилось тратить время на откапывание сведений по крупицам?! Я дважды – дважды! – попал в глупое положение из-за дурацких тайн чистоплюев! А министерский архивариус (как этот сморчок еще не рассыпался от старости?) еще и насмехался, обозвал меня нуворишем от политики и стребовал с меня клятву неразглашения! С меня! С министра! И опять же пришлось идти к нему на поклон, чтобы выяснить, о каком таком Высшем совете говорил Робардс, преспокойно заявляя мне прямо в лицо, что я – пустое место перед такой властью! Гррр… – стул полетел в стену, брошенный крепкой рукой, и разлетелся на щепки. Еще с полчаса Шеклболт изливал свои злость и бессилие, ломая мебель и разбивая в кровь кулаки о стены, пока напряжение его не отпустило. Наконец он смог взять себя в руки. Еще какое-то время ушло на наведение порядка в кабинете с помощью заклинаний. «Итак, что мы имеем? Министр магии, как оказалось, далеко не главная фигура в магической Великобритании. Теперь мне понятно, почему Дамблдор так старательно избегал этого поста. Ну Визенгамот – это понятно. Его постановления важнее моих, как-никак это и суд, и высший законодательный орган страны. Но я все же могу влиять на его решения, хоть и опосредствованно, внушая судьям свою точку зрения. После разговора с Хейгом я понял, что не все знаю о полномочиях Отдела тайн. Благо главный архивариус – ехидная мумия и древний змей в одном флаконе – после своих язвительных комментариев все же помог мне с подбором нужных документов, чтобы разобраться в этом вопросе. Но этот хитрый старый пень все равно дозировал информацию, и сегодня мне снова пришлось к нему обратиться после неприятного общения с Робардсом, – Шеклболт скрипнул зубами – вот когда он пожалел, что его чистокровность, так сказать, не местная. Родись он в Англии или Шотландии, то, вероятнее всего, побольше знал бы про устройство пирамиды, правящей магическим миром Великобритании. – Я-то считал невыразимцев книжными червями и полоумными учеными, которым нет дела до политики и руководства страной, но все оказалось намного сложнее. Именно Хейг, являясь начальником Отдела тайн и вместе с тем председателем Высшего совета, в любой момент может одним своим словом отменить всякое мое решение. Министр против него – никто, ночная моль, ширма, прикрывающая от обывателей настоящего правителя магического мира Великобритании! – Кингсли сжал и разжал кулаки, укрощая свой гнев. – И Альбус мне ничего не сказал об этом! Он же наверняка знал, что у меня не будет полной реальной власти, когда я займу пост министра магии, как он настаивал. И вообще, почему его называли величайшим волшебником, если он даже не входил в состав Высшего совета, ведь именно там собрались тринадцать реально самых сильных магов страны. Может, Альбус, не являясь чистокровным, тоже был не всеведущ, а должности министра избегал по другим причинам? Как же все сложно! И как мне теперь выполнить его наказ? Мальчишка попал под влияние Хейга – это конец всему! Или не конец? Насколько же сложно работать практически в одиночку, когда и посоветоваться не с кем. Грюм или на крайний случай Снейп могли бы помочь разобраться с ситуацией. Они умели делать верные выводы в любой ситуации. Но их уже нет. А к кому я могу обратиться за помощью в столь щекотливом и важном деле сейчас? К Уизли? Это даже не смешно! Альбус особо предупреждал, что доверенная мне информация не должна попасть не в те руки. А какие руки «те»? Может, плюнуть на все, и пусть мир катится, куда ему вздумается? Допустить еще одну войну, похлеще той, что осталась позади? Но Альбус уверял, что новый Темный Лорд придет в ближайшее десятилетие. Так напророчила Трелони, а не доверять ей нет оснований – с Поттерами она не промахнулась. Поттеры… Лучше бы вы никогда не заводили детей, мне бы тогда меньше хлопот было!» Шеклболт достал из шкафа переносной Омут Памяти. В последнее время он все чаще и чаще был вынужден им пользоваться в попытке отыскать в отпечатках своей памяти решение задачи, поставленной перед ним Дамблдором. Серебристая ниточка воспоминаний опустилась на дно зачарованной чаши и принялась там кружить все быстрее, как набирающий силу крохотный смерч.
