Эпоха Ненависти

Неизвестное существо. Разрушенная Империя. Год? Хрустя костяшками, нетерпеливо сжимая нож, я предвкушаю ритуал во имя бога, во имя крови. Я жду этого мгновения так долго, каждое мгновение причиняя себе боль. И вот долгожданный миг настал. Взмах — и наступило чудесное мгновение наслаждения весны. Взмах — и открылся путь, он указал на запад, ожидая сосуд для кровавой резни. Во имя его, во имя единого зла, нужно больше подношений для него. Жажда проследует века, но стена близка, как некогда. Воплощения ненависти и безумия, и его жажда воплотиться вновь... Иллирио Мопатис, 289 год, Пентос. "Мой мальчик, как у тебя дела?" — спрашиваю я. "Всё очень хорошо, дядя Иллирио", — отвечает он, показывая книгу о гибели Валирии. "Такое могучее государство погибло всего за один день. Это просто немыслимо", — печально говорит мальчик. "У всего есть начало и конец. Они поднялись слишком высоко, и боги покарали их за это", — отвечаю я. "Ну, пойдём поиграем в твою любимую игру, Кайвасса", — предлагаю я и, повернувшись к мальчику спиной, иду в центр сада. Подойдя к столу, я присаживаюсь на стул и жду его. Мальчик садится напротив меня, и мы начинаем игру. С самого начала выставляем в первом ряду самые сильные фигуры — дракона, слонов и тяжёлых всадников. Агрессивно-наступательную стратегию использует мальчик, но опытный игрок может предсказать победу или поражение в партии за несколько ходов. Игра длилась недолго — она закончилась за четыре хода. Он был расстроен из-за поражения. "Запомни, Эйгон, хороший король понимает, когда копить силы, а когда сокрушать врагов", — говорю я. "Что значит быть королём?" — спрашивает мальчик. "Выслушать прежде, чем сказать своё слово, выяснить прежде, чем судить, понять прежде, чем решить, и всегда помнить, что в любом человеке заложено как хорошее, так и дурное начало. Вот она, основа мудрости государя", — объясняю я. Он кивает с пониманием, он так похож на отца. У него длинные серебряные волосы и тёмно-индиговые глаза. "Ваше величество, вам пора идти", — говорит я. "До встречи, дядя", — отвечает он и бежит в свою комнату. Ко мне подходит слуга и передаёт письмо. Я читаю его и задумываюсь о восстании Бейлона Грейджоя. Нам на руку его поражение. Это дело времени. Его восстание ослабит Семь Королевств. Короли так часто умирают, но ты не умрёшь, Эйгон. Обещаю. Я знаю, ты будешь великим королём. Таким, каким твоему деду никогда не стать. Я живу ради этого. Ты будешь жить и станешь тем, кто ты есть в душе. В Семь Королевств воцарится справедливость. Народ будет любить своего короля и гордиться им. Ради Семь Королевств ты должен жить! Бейлон Грейджой, Железные Острова, Пайк, 289 год. Великий чертог Пайка. Мрачный и грозный. Такой же, как и его нынешний хозяин. Бейлон Грейджой кажется его частью. Король словно врос в Морской Трон, как башни замка в морские глубины. Вот он поднимается со своего насиженного места и неслышно проходит по огромному залу, словно призрак Утонувшего Бога, попутно внимательно осматривая свои владения. Сколько раз только за время его правления здесь собирались вассалы Великого Дома Грейджоев, сколько проводилось пиров, обсуждались войны, набеги и грабежи. Всего и не перечесть. Но эти стены помнят всё, как и уголки памяти Короля Железнорожденных