Эпоха Ненависти

Джоффри Баратеон 299 год В зале Красного замка, наполненном гулом и шепотом, Джофри Баратеон сидел на своем троне, высокомерно потирая руки. Его взгляд упал на Сансу Старк, стоящую перед ним с опущенной головой. Он решил, что пришло время развлечься. — Смотри на нее, — произнес он, обращаясь к подхалимам из дворянских семей, которые окружали его. — Она выглядит так, словно вот-вот заплачет. Ты ведь не собираешься плакать, правда, Санса? Санса подняла голову, ее глаза полны страха, но она старалась не показывать этого. — Нет, Ваше Величество, — ответила она дрожащим голосом. — Ах, как же я тебя не люблю! — с издевкой произнес Джофри, вставая с трона и подходя ближе. — Ты должна быть благодарна, что я позволяю тебе находиться здесь, в моем присутствии. Он наклонился к ней, его лицо было близко, и она почувствовала его дыхание. — Знаешь, я всегда думал, что ты должна быть более веселой. Как насчет того, чтобы показать мне свою улыбку? — Я... я не могу, Ваше Величество, — пробормотала Санса, чувствуя, как сердце колотится в груди. — Не можешь? — усмехнулся Джофри, отступая на шаг назад. — Или не хочешь? Я могу сделать так, что у тебя не будет выбора. Он обернулся к своим подхалимам, которые с радостью подхватили его насмешки. — Смотрите на нее! — воскликнул один из них, хихикая. — Она боится, как мышь перед кошкой! — Да, — добавил другой, — ей нужно немного развеселиться. Может, мы должны устроить ей шоу? Санса почувствовала, как страх охватывает ее, но старалась не показывать этого. — Пожалуйста, не надо, — сказала она, стараясь удержать слезы. — Я сделаю все, что вы скажете... — Все, что я скажу? — перебил ее Джофри, его голос стал холодным. — Это звучит как вызов. Он подошел ближе, и, наклонившись, шепнул ей на ухо: — Если ты не развеселишь меня, я заставлю тебя пожалеть об этом. Ты ведь не хочешь, чтобы я разозлился, верно? Санса почувствовала, как страх охватывает ее. — Я постараюсь, Ваше Величество, — проговорила она, стараясь говорить уверенно. — Я могу рассказать вам о своих братьях... — О своих братьях? — прервал ее Джофри, его голос стал насмешливым. — Они не здесь, чтобы защитить тебя. Ты одна, и я могу делать с тобой все, что захочу. Он поднял руку, и один из подхалимов подошел ближе, готовый исполнить приказ. — Как насчет того, чтобы показать всем, какая ты трусиха? — произнес Джофри, его глаза блестели от удовольствия. — Давай, сделай это для меня. Санса, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза, с трудом сдерживала себя. Она понимала, что Джофри наслаждается ее страданиями, и это лишь подогревало его агрессию. — Пожалуйста, не надо, — снова произнесла она, но ее голос был полон отчаяния. — Не надо? — повторил Джофри, его смех звучал как холодный ветер. — Это только начало, Санса. Ты еще не знаешь, что такое настоящая игра. Его глаза сверкали от злорадства, когда он подошел еще ближе, заставляя ее чувствовать себя еще более уязвимой. — Знаешь, Санса, — произнес он с ухмылкой, — твой брат метежник. Он думает, что может бросить вызов короне. Но он закончится так же, как и твой отец. Ты помнишь, как он погиб? Санса почувствовала, как холодный пот стекает по спине. Воспоминания о смерти Неда Старка, ее отца, были свежи в ее памяти, и она не могла сдержать дрожь. — Пожалуйста, Ваше Величество, — произнесла она, стараясь сохранить спокойствие. — Я не хочу говорить об этом... — Не хочешь? — перебил ее Джофри, его голос стал еще более насмешливым. — А кто спрашивает тебя, что ты хочешь? Ты здесь, чтобы развлекать меня, а не чтобы делать свои капризы. Он обернулся к своим подхалимам, которые с восторгом подхватывали его слова, смеясь и подбадривая его. — Смотрите на нее! — воскликнул один из них. — Она боится даже вспомнить о своем отце! — Да, — добавил другой, — она ведь знает, что ее семья — это лишь тень в этом королевстве. Санса, охваченная страхом и унижением, стиснула зубы, стараясь не дать волю слезам. — Я сделаю все, что вы скажете, — произнесла она, но ее голос дрожал от подавляемого отчаяния. — Просто, пожалуйста, не делайте мне больно... — Не делаю больно? — усмехнулся Джофри, его лицо исказилось от злорадства. — Ты не понимаешь, что я могу сделать с тобой. Я могу сделать так, чтобы ты пожалела о том, что родилась в этом мире. Он наклонился к ней еще ближе, и Санса почувствовала его дыхание на своем лице. — Ты ведь не хочешь, чтобы я разозлился, правда? — произнес он, его голос стал шепотом, полным угрозы. — Если твой брат не прекратит свои глупые попытки, я сделаю так, что ты будешь страдать еще больше. Санса, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза, попыталась отступить, но Джофри шагнул вперед, преградив ей путь. — Ты ведь знаешь, как легко я могу сделать твою жизнь адом, — произнес он, его голос был полон презрения. — Ты всего лишь пешка в этой игре, Санса. И я решу, как с тобой играть. Подхалимы снова засмеялись, и Санса почувствовала, как мир вокруг нее рушится. Она понимала, что Джофри наслаждается ее страданиями, и это лишь подогревало его агрессию. — Так что, давай, — произнес он, отступая на шаг, но не убирая с нее взгляда. — Покажи мне, что ты стоишь. Или я заставлю тебя пожалеть о том, что ты здесь. Джофри, заметив, что Санса все еще не отвечает так, как он хотел, решил придумать новую "игру", чтобы развлечь себя и своих подхалимов. Его глаза заблестели от злорадства, когда он произнес: — У меня есть идея! Давайте сыграем в игру, которую я называю "Золотые монеты". Санса, не понимая, что это значит, лишь взглянула на него с тревогой. — Правила просты, — продолжал Джофри, обращаясь к своим друзьям. — Мы будем бросать золотые монеты, и каждый раз, когда монета попадает в Сансу, она должна будет признать, что ей нравится это место. Подхалимы начали смеяться, и Джофри, подхватив их настроение, добавил: — А если она не сможет признаться, что ей нравится, то я сделаю так, что ей будет очень больно. Санса почувствовала, как холод охватывает ее сердце. Она знала, что это не просто игра — это будет пытка. — Пожалуйста, не надо, Ваше Величество, — произнесла она, стараясь говорить уверенно, но голос ее дрожал. — Я не хочу участвовать в этом... — Не хочешь? — перебил ее Джофри, его улыбка стала еще более зловещей. — Это не твой выбор, Санса. Он поднял золотую монету, и, сделав шаг назад, бросил ее в ее сторону. Монета с глухим звоном ударилась о пол, но Джофри не собирался останавливаться. — Давайте, ребята! — закричал он, указывая на Сансу. — Кто следующий? Подхалимы начали бросать монеты одна за другой, смеясь и подбадривая друг друга. Каждая монета, попадая в Сансу, вызывала у нее физическую боль, как будто каждая из них оставляла на ее душе рану. — Признайся, что тебе нравится, — требовал Джофри, его голос звучал как холодный шепот. — Признайся, что ты здесь счастлива! Санса, стиснув зубы, пыталась сдержать слезы, но они все равно начали течь по ее щекам. — Я... я не могу, — произнесла она, ее голос едва слышен. — Я не счастлива... — Неправильный ответ! — закричал Джофри, и его подхалимы снова расхохотались. — Давайте, ребята, продолжайте! Монеты продолжали лететь в ее сторону, и с каждой новой попыткой Санса чувствовала, как ее внутренний мир рушится. Она понимала, что это не просто игра, а жестокая пытка, которая оставит глубокие шрамы в ее душе. — Ты ведь знаешь, что это всего лишь игра, — прошептал Джофри, его голос стал зловещим. — Но я могу сделать так, что эта игра станет твоим худшим кошмаром. Каждый раз, когда монета попадала в нее, Санса чувствовала, как мир вокруг нее темнеет, и страх охватывает ее. Она пыталась найти в себе силы, чтобы противостоять этому ужасу, но ее дух угасал с каждой новой попыткой Джофри. — Признайся, что ты хочешь остаться здесь, — произнес он, его глаза сверкали от злорадства. — Или я заставлю тебя пожалеть о том, что ты родилась. Джофри, наслаждаясь зрелищем, смотрел, как Санса, окровавленная и униженная, лежит на полу, её слёзы смешивались с золотыми монетами, разбросанными вокруг. Он чувствовал, как власть наполняет его, и это придавало ему сил. — Смотри на неё, — произнес он с презрением, обращаясь к своим подхалимам. — Она не может даже встать на ноги. Как же это забавно! Санса, стиснув зубы, пыталась сдержать слёзы, но каждая новая волна унижения заставляла её сердце сжиматься от боли. Она знала, что это не просто игра для Джофри — это была его жестокая форма развлечения. В этот момент дверь распахнулась, и в зал вошел Тирион Ланнистер, его телохранитель следовал за ним. Глядя на сцену, развернувшуюся перед ним, Тирион сжал кулаки от гнева. — Джофри! — произнес он, его голос звучал резко и авторитетно. — Что ты делаешь? Это недопустимо! Джофри, увидев Тириона, нахмурился и с презрением взглянул на него. — Убирайся, карлик! — крикнул он, его глаза сверкали от злости. — Ты не имеешь права учить меня, как вести себя! Я король, и могу делать всё, что пожелаю! Тирион шагнул вперед, его уверенность не ослабла, несмотря на ярость Джофри и смех подхалимов. — Ты не король, а просто жалкий тиран, — произнес он, показывая на Сансу. — Ты унижаешь её, как будто это развлечение. Она твоя невеста, а не твоя игрушка! Джофри, не в силах сдержать гнев, закричал: — Она не заслуживает уважения! Она всего лишь пешка в этой игре! Тирион, не обращая внимания на ярость Джофри, продолжал: — Ты позоришь корону своим поведением. У тебя есть возможность быть великим королём, но ты выбираешь путь насилия и унижения. Это не то, что сделает тебя сильным. Джофри, разъярённый, посмотрел на Тириона, и его голос стал злобным: — Ты — карлик и урод, и никогда не сможешь понять, что значит быть королём! Тирион, не отступая, произнес: — Я скажу королеве, как ты ведёшь себя, Джофри. Она не будет довольна, узнав, как ты унижаешь свою невесту. Ты позоришь не только себя, но и всю королевскую семью. Джофри почувствовал, как его гнев нарастает, но в глубине души он понимал, что не может позволить себе открытый конфликт с Тирионом. Это было бы слишком рискованно. Он стиснул кулаки, борясь с желанием разорвать Тириона на куски. — Ладно, — произнес он, сдерживая ярость. — На сегодня я отпущу Сансу. Но это не значит, что ты победил, карлик. Я запомню это, и ты заплатишь за свои слова. С этими словами Джофри отвернулся, его лицо было искажено презрением и ненавистью. Он знал, что не может позволить себе потерять контроль, но в его душе бушевала ярость, и он уже строил планы мести. Тирион, облегченно вздохнув, подошел к Сансе и, протянув ей руку, произнес: — Пойдём, Санса. Ты не должна оставаться здесь. Санса, всё ещё дрожащая от страха и унижения, встала на ноги и взяла его руку. Она чувствовала, как с каждым шагом к выходу из тронного зала её страх немного утихает. Тирион был рядом, и это придавало ей сил. Джофри смотрел на них с ненавистью, его сердце кипело от злости. Он знал, что не сможет оставить это безнаказанным. В его голове уже созревали планы мести, и он поклялся, что Тирион за это заплатит.