На самом деле не так-то просто быть второстепенным героем.

Поскольку двое из них вошли в одну и ту же производственную группу, было вполне логично, что оставшийся член пришел навестить их. В конце концов, группа была единым целым в глазах посторонних. Приехать и навестить Суй Юаня было бы одним из самых эффективных рекламных трюков. Конечно, помимо рекламных мероприятий и съемок, танцевальная практика нового альбома и съемки клипов также требовали их внимания. К счастью, у Суй Юаня и Хо Кэ было не так уж много сцен и пересдач, так что ни один из них не был слишком утомлен. Когда они встречались с прессой, им удавалось сохранять хорошее настроение и манеры. В течение этого периода времени именно лидер бегал повсюду, чтобы дать рекламу своему новому альбому, в то время как двое других снимались и расширяли свою деятельность в совершенно новой области. В любом случае, большинство людей были привлечены видеозаписью И Сона, так что было вполне уместно, чтобы именно он вызвал наибольший интерес. После завершения ток-шоу с большим трудом, у И Сона был выбор между возвращением в квартиру, чтобы отдохнуть или поехать на место съемок своих товарищей по группе. Он твердо решился на последнее. Когда он потащил свое измученное тело к съемочной площадке, первое, что он увидел, был Суй Юань, удерживаемый другим мужчиной, который затем получил громкий поцелуй от первого. И Сон, который видел все собственными глазами, хотел сказать… что это просто невыносимо! Поскольку вокруг было много людей и поэтому информация легко распространялась, у И Сона не было другого выбора, кроме как проглотить свой гнев и безжалостно потереть голову Суй Юаня с улыбкой. Он бросил на него взгляд, говоривший: «мы уладим это позже, наедине». Суй Юань: … Хотя он не совсем понимал, что заставило И Сона, чье настроение улучшалось, внезапно стать таким горьким и обиженным, инстинкт, которым обладала маленькая добыча, чувствуя опасность, заставил Суй Юаня немедленно осознать, что скоро произойдет что-то опасное. Если он не хочет несчастной смерти, то лучше всего вести себя достойно любви. Увидев, что эти двое на время успокоились, Хо Кэ, который наблюдал за ними со стороны, потому что ему не хотелось быть третьим колесом, наконец подошел. Он изобразил легкую улыбку, чтобы показать, что чувства между тремя собравшимися людьми были хорошими. Наедине он понизил голос и повернулся к И Сону, тоном предостерегающим: — Это общественное место. Ты не боишься, что люди заметят, что ты и Ли Кун замешаны в этом деле?! — Я знаю, что «скрывать это будет только хуже», — слегка улыбнулся И Сон, его тон был неопределенным. Он не только не принял предложение Хо Кэ, но и не удовлетворился тем, что получил, и обнял Суй Юаня за плечи. Он очень любовно поправил волосы собеседника, которые только что взъерошил. Услышав ответ И Сона, Хо Кэ почувствовал некоторое недоверие, потому что тот, кто сказал ему, что они должны избегать возбуждения подозрений на публике раньше, был И Соном. Не дожидаясь, пока Хо Кэ выйдет из своего ошеломленного состояния, И Сон снова заговорил: — Эта непристойная сцена… она еще будет? — Какая непристойная сцена? — Хо Кэ ни на мгновение не мог понять ход мыслей И Сона. — Они даже целовались, как это не непристойно?! — улыбка И Сона слегка исказилась. — Только не говори мне… ты ревнуешь?! — Хо Кэ поднял руку и прижал ее к вискам. Он всерьез чувствовал, что разговаривать с человеком, который стал идиотом после того, как влюбился, действительно слишком утомительно. — Ну и что с того, что я ревную? Кто сказал, что я не могу ревновать? — И Сон не стыдился, а, скорее, вел себя праведно. Он взглянул на Хо Кэ, как будто считал, что тот ведет себя неразумно, задавая такой вопрос. Из-за многих вещей И Сон и Хо Кэ смотрели друг на друга с отвращением. Даже их обычная беседа была насыщена этим сильным ароматом. — Вы оба, ребята, успокойтесь! — видя, что между этими двумя людьми назревает конфликт, Суй Юань, который был обездвижен из-за того, что И Сон держал его за плечо, мог только попытаться схватить Хо Кэ за рукав, пытаясь заставить их обоих понять причину. К счастью, все трое были опытными актерами. Люди, которые не знали внутренней истории, видели не групповой кризис, а перевернутый образ: трое людей, казалось, шутили и дразнили друг друга добродушно, поэтому они не привлекали ничьего внимания. Увидев, что И Сон и Хо Кэ успокоились, Суй Юань облегченно вздохнул. Он поднял голову, чтобы посмотреть на И Сона, и быстро ответил на его вопрос: — Есть только один поцелуй, который происходит в самой последней сцене, когда умирает Юэ Минхуэй. Кроме этого, их больше нет! — Неужели? — И Сон поднял бровь, — а как насчет объятий? — Э-э… там еще немного осталось… — немного виновато сказал Суй Юань. Наблюдая за взаимодействием между И Соном и Суй Юанем, Хо Кэ не знал, сколько раз он смеялся над собой. Он привык думать, что у них с И Соном была настоящая любовь. Но сейчас он мог бы описать отношение И Сона к нему только как «холодное». Этот И Сон был сдержан… и он думал, что такова его природа. На самом деле он просто еще не нашел того, кого по-настоящему любил. Подумав об этом, Хо Кэ невольно взглянул на Ле Сена, окруженного толпой ассистентов, членов съемочной группы и актеров. Он обнаружил, что тот смотрит в их сторону, намеренно или нет. На его лице была вежливая улыбка, и он время от времени кивал в ответ другим людям. Однако выражение его глаз было немного мрачным, казалось, он погрузился в свои мысли. Увидев Ле Сена, Хо Кэ почувствовал себя довольно похоже. Кроме близких друзей, которые знали его лучше всех, никто не видел, что под этим серьезным, торжественным внешним видом мысли Ле Сена уже унеслись далеко-далеко. Кто знает, когда он сможет встать рядом с ним. Поскольку это был первый день, режиссер Чжэн Бинь не устраивал слишком много сцен для новичков Суй Юаня и Хо Кэ. Самое главное — дать им привыкнуть к съемочной площадке, научиться двигаться и находить камеру. Он не ожидал, что эти двое будут такими выдающимися. Они практически не теряли времени даром и значительно повысили эффективность работы съемочной группы, сделав настроение Чжэн Биня особенно бодрым в течение всего дня. Они быстро закончили все свои сцены. Суй Юань и Хо Кэ попрощались со всеми. В конце концов, у них все еще была работа для их нового альбома, поэтому они были чрезвычайно заняты. Когда они прощались, у И Сона и Ле Сена состоялась первая официальная встреча. Запах пороха был еще более густым, чем тогда, когда они впервые встретились глазами. Но внешне они выглядели вполне нормально. И Сон не вел себя ни надменно, ни смиренно. Ле Сен тоже не напускал на себя напыщенного вида. Они пожали друг другу руки, поздоровались и спокойно расстались. Ле Сен наблюдал за тем, как три члена группы ушли бок о бок. Он осторожно вытянул правую руку. У него не было выбора, кроме как признать, что враждебность собеседника не была его заблуждением. Однако, как бы он ни старался, он не мог вспомнить, как мог обидеть другого человека. Его рука слишком сильна. Только не говорите мне, что у людей, играющих на музыкальных инструментах, так сильно развита хватка. Ле Сен был вынужден молча страдать и немного рассердился, вспомнив это рукопожатие. Он также не знал, почему сам так много внимания уделяет И Сону. Вообще говоря, Ле Сен никогда не принимал близко к сердцу враждебность такого рода людей, которые были неспособны достичь желаемого, но не желали принимать меньшее. В конце концов, его личность была настолько велика, что ему не нужно было бояться никаких слухов или клеветы. — Что значит, если ты испытываешь странное ошеломление от того, кого впервые встретил? — озадаченный киноимператор Ле Сен внезапно спросил своего помощника во время перерыва в съемках. Этот помощник следовал за ним много лет. Кроме того, у Ле Сена был мягкий характер, поэтому, когда они разговаривали, это было больше похоже на отношения между друзьями, а не между работодателем и наемным работником. Услышав вопрос Ле Сена, помощник некоторое время тупо смотрел на него. Вскоре после этого он посмотрел на него с особенно странным выражением: — Разве это не редкость? Вы влюбились друг в друга? — Проваливай! — со смехом выругался Ле Сен. Он взял протянутую помощником салфетку, чтобы вытереть пот с лица. Его соблазнил И Сон? Что за шутка! Было бы гораздо более правдоподобно, если бы тот, кто тронул его сердце, был Ли Кун. Ле Сен, который не мог найти ответа на свой вопрос, решительно отбросил этот вопрос в сторону. Он был очень занят, и у него действительно не было свободного времени, чтобы тратить его на эти бессмысленные полеты фантазии. Если дело дойдет до худшего, то в следующий раз, когда он встретится с И Соном, он позволит ему узнать, что есть люди, которых он не может спровоцировать, как ему заблагорассудится. Три члена Fashion Mix вернулись в квартиру со съемочной площадки совершенно измученные. Они не ожидали, что перед тем, как отдохнуть хотя бы час, им позвонит ворчливый менеджер, убеждая их быстро попрактиковаться в хореографии. На этот раз, даже если бы И Сон хотел преподать Суй Юаню урок и дать ему понять, каковы последствия обмана, он был практически бессилен сделать это… В конце концов, это был решающий альбом для группы. Так что, будь то песни, хореография или сценарий клипов, все требовало большой подготовки. Хотя внешне хореография казалась более или менее одинаковой, все партии И Сона, Суй Юаня и Хо Кэ имели свои особенности. Шаги И Сона были сильными и внушительными, как у императора; у Хо Кэ — выверенными и легкими, его нежные взгляды были точь-в-точь как у прекрасного принца, которым девушки восхищались в своих мечтах. Что же касается самого нежного на вид участника, Суй Юаня, то он носил детский вид и был мил и красив. Требования к его гибкому телу были весьма высокие. — Мне… это больно… — сцена Суй Юаня, который был схвачен И Соном за талию и практиковал позицию моста просто заставила зрителей чувствовать себя оскорбленными, и слушатели прослезились. И Сон, поддерживавший Суй Юаня одной рукой, чувствовал, что вся его личность полностью в его власти. Его прежде мрачное сердце постепенно приободрилось. Одна рука удерживала Суй Юаня на месте, в то время как другая покоилась на его шее, скользя вниз по изгибу его тела. Он пронесся мимо груди и достиг низа живота. Застенчивый юноша дрожал, казался немного робким, смущенным и возбужденным под прикосновением пальцев. Впоследствии его тело разогрелось. — Похоже, в будущем тебе придется гораздо больше практиковаться. Так гибко, что мы определенно можем попробовать некоторые еще более интересные позиции… — И Сон опустился, мягко поддразнивая Суй Юаня, когда он говорил ему на ухо, его намек был очень явным. Когда он увидел, что щеки собеседника внезапно покраснели, он не мог не испытать судьбу. Он посасывал его покрасневшую мочку уха, лизал и покусывал. Суй Юань, который и так уже с трудом держался на ногах, не мог вынести подобного поддразнивания. Его талия действительно упала прямо в руку И Сона. С головы до ног он походил на беспомощного ягненка, которого вот-вот зарежут, и у него не было сил сопротивляться. Хотя играла музыка, тренировочный зал был не таким уж большим. Хо Кэ, который практиковался в одиночку в стороне, легко обнаружил ненормальные изменения в этой паре, которая была недалеко. Он не мог удержаться, чтобы не бросить на них взгляд, прежде чем отвернуться, притворяясь, что не видит зла. С тех пор как он и И Сон расстались и И Сон и Суй Юань официально начали встречаться, уровень непристойности их любовных голубиных действий поднимался все выше. Это заставило Хо Кэ много раз задуматься над тем, какой предлог он должен использовать, чтобы убедить компанию позволить ему уйти. Он был также зрелым человеком и умом, и духом! Он тоже был геем! Один из них был двуличным подонком гонгом, другой — непреднамеренным «третьим колесом», который протиснулся между ними. Однако весь день они вели себя как голубки перед ним, «жертвой», которую обманули. Это было просто бесстыдно! Сумасшедшие! — …Успокойтесь, вы двое. У нас все еще есть завтра работа, — Хо Кэ, который выместил недовольство в своем сердце, вытер пот с висков. В настоящее время он уже очень хорошо понимал, что должен бежать сейчас. Поэтому он решительно развернулся и вышел из тренировочного зала. Суй Юань, который постоянно хныкал из-за издевательств И Сона, заставил Хо Кэ действительно… почувствовать некоторое сочувствие. Он бросил жалостливый взгляд на Суй Юаня, прежде чем закрыть дверь, и прямо встретился с возмущенным, скорбным, обиженным и глубоко выжидающим взглядом Суй Юаня, который, казалось, умолял Хо Кэ забрать его из глубин его страданий. Когда он увидел, что И Сон действительно любит ласкать нежную и мягкую талию Суй Юаня так сильно, что он, казалось, не хотел расставаться с ней, уголок рта Хо Кэ приподнялся. Он ничего не мог с собой поделать и предупредил: — Осторожнее с талией, не растягивай ее по-настоящему. И Сон, который деловито ласкал Суй Юаня, повернулся и посмотрел на Хо Кэ. Он казался довольно нетерпеливым и убеждал его побыстрее уйти. — Я действительно смертельно глуп, если хочу вмешиваться в твои дела! — Хо Кэ почувствовал себя немного беспомощным при внезапном появлении его собственной природы Святого Отца. Он захлопнул дверь тренировочного зала и тихо посмеялся над собой. Злого человека будет преследовать другой, такой же злой. Ему не нужно было лично мстить Суй Юаню. Он мог просто оставить его мучиться с этим зверем, И Соном! Видя жалкий вид Суй Юаня, это было также своего рода облегчение, в другом смысле. Поделом тебе, что ты встал между нами и забрал этого двуличного подонка гонга, И Сона. Видите, вы получили свои справедливые десерты…