Птичий рай

В зале повисла тишина. Была только она и огромный экран напротив, на котором успели неспешно проплыть даже титры. Хитоми разблокировала телефон, посмотрела на непрочитанные Ястребом сообщения в чате и ненадолго разочарованно прикрыла глаза. Через несколько секунд глубоко вздохнула и решительно направилась к выходу, по пути выбросив пустое ведëрко для попкорна в мусорку. — Ах, госпожа. Вы уже уходите? Нам сказали, что вы арендовали зал на всю ночь. Не найдя в себе сил, она кивнула, бросила простое «Спасибо за вашу работу» работнику кинотеатра и прошествовала дальше. По дороге домой Хитоми старалась заглушить мысли музыкой, потом пыталась переключить внимание на предстоящий зачëт по анатомии, однако подсознание с отчаянным упрямством показывало картинку последнего сообщения Кейго. «Работы оказалось больше, чем я думал, извини, принцесса. Начинай без меня. Скоро буду». Прошло три часа, а героя всё не было. Ни ответа, ни привета в чате. Зато сводка новостей раскрыла ей в полной мере, чем тот был занят: задержал одного мелкого воришку; обезвредил злодея, которому пресса уже дала прозвище «Соплежуй» из-за специфичности его квирка; спас людей, застрявших по своей вине в шахте лифта, и всё в этом духе. Да, город действительно не мог обойтись без него. Что тут говорить про неё? Уже у дома в её сумочке завибрировал телефон: сначала коротко, с небольшими промежутками, а потом без остановки, под аккомпанемент надрывной мелодии. Скрипя зубами, Хитоми гневно тыкнула на зелëную иконку трубки на экране. — Хей, принцесса, где ты? — Не в кинотеатре. По ту сторону провода послышался смешок. — Да, пять минут назад заметил это. Уборщик сказал, что ты ушла полчаса назад, — он сделал небольшую паузу, после чего заговорил серьëзнее, — Слушай, Хитоми, уже довольно поздно, так что скажи, где ты, и я прилечу и заберу тебя домой. — Не нужно, — отрезала она. — Что? Почему? — возмущённо вопрошал Кейго. — Я знаю, ты большая девочка, и беспокоишься из-за того, что нас могут заметить, из-за Договора, но мы мо… — Я не буду ночевать сегодня дома, Ястреб. Последнее слово она, не удержавшись, ядовито прошипела из-за стиснутых зуб, сминая в руках ремешок сумки. В горчичном свете уличного фонаря, проливавшегося над её замершей фигурой, часы показывали начало одиннадцатого. В динамике телефона грозно взвыл ветер, прерывая пулемётную череду вопросов её собеседника. — Ты можешь хотя бы сейчас не лететь куда-то сломя голову, а просто поговорить со мной? Наконец-то, несколько секунд спустя её слух перестал подвергаться звуковому насилию. Впрочем, ненадолго. — Что значит «не будешь ночевать дома»? Где ты? Хитоми закатила глаза и пробурчала себе под нос: — Лучше бы спросил, почему я не буду дома, придурок. …однако совершенно забыла про отличный ястребиный слух мужа. — Во-первых, ауч. За «придурка» обидно. Во-вторых, вышеупомянутый «придурок» хотел спросить это уже после того, как ты успокоишь его сердце тем, что ты в безопасности. Ты наверняка заметила, что уже довольно поздно, и я бы не хотел, чтобы моя дорогая жёнушка слонялась по подворотням в такое время. В любое время, если честно. — Я в безопасности. — И?.. — И это всё, что тебе нужно знать. — Принцесса, ты же понимаешь, что сейчас большой всплеск криминальной активности, я не прощу себе, если… — Так, стоп. Мы так и будем ходить кругами. Я сказала, что со мной всё хорошо, так что просто доверься мне, ладно? К тому же, у меня на быстром наборе самый быстрый герой Японии, разве нет? Кейго то ли не услышал, то ли предпочёл проигнорировать саркастичный укол её последнего предложения. Разлилось минутное безмолвие, после которого послышался его уставший, виноватый голос: — Я знаю, что должен извиниться за такую оплошность с моей стороны. Мы планировали это свидание так давно, но ты же знаешь, работа… — Сегодня был твой законный выходной, — перебила она его. — Ты мог спокойно отказать агентству. — Но ты же слышала Макото: Про-героя-дежуранта отравил яд какого-то недозлодея, и я был срочно нужен им… — А мне?! Мне ты, думаешь, не нужен? — вскипела окончательно Хитоми. — Но ведь люди… — Нет, нет, теперь ты послушаешь меня. Это ты спланировал наше кино-свидание. Это ты ныл мне целую неделю, что мы уже полгода как никуда не выбираемся из квартиры, и последний раз развлекались вообще на нашей свадьбе. Всё это было твоей идеей разнообразия семейного быта, я права? Она выждала немного и вновь повторила, жёстким тоном: — Я права? — Права, разумеется, но обстоятельства… — А потом, стоило только кому-то поманить тебя идеей погеройствовать — и тебя уже нет, — продолжила Хитоми, не обращая внимания на его попытки оправдаться. — Как будто в городе больше нет героев. — Но ведь я справляюсь быстрее и лучше других с проблемами в этом городе. Хитоми, я был нужен этим людям сегодня. Ты видела в новостях, что происходило? Я… — Ты нужен был сегодня мне, Кейго! — С надрывом сказала Хитоми. — Понимаешь?! Ты мог сказать другим «нет», Ястребу бы нашли замену! Но Кейго в моей жизни незаменим… Или всё-таки его роль в ней может взять кто-то другой? В уголках глаз уже скопились предательские слёзы, и она быстрым движением пальцев смахнула их, не дав пролиться. Как порой Хитоми скучала по своему прошлому телу, которое не реагировало так остро на каждую конфликтную ситуацию. Резко втянув носом похолодевший воздух, она тихо начала говорить без запала, с разочарованием: — Я приоделась сегодня, знаешь ли. Даже надела шпильки, мать твою. Думала, как ты пошутишь о том, что будешь брать оплату поцелуями за развозку красивых девушек. И как я бы пошутила в ответ, что это парням нужно платить за увиденную красоту, и в двойном размере — за возможность подержать красоток на руках. Послышался хриплый смешок, и её губы невольно дёрнулись в подобии улыбки. — Вместо этого ты выбрал быть героем для всех остальных… Я понимаю, что ты всегда будешь в первую очередь героем, а уже после моим мужем, и я никогда прежде не жаловалась, но сегодня ты должен был быть только моим Кейго. — Я… — голос его стал серьёзнее, с каким-то обречённым надрывом. — Принцесса, признаю, что виноват, но ты же знаешь, что, как у героя, у меня есть долг перед городом… — А брачная клятва — уже пустой звук? Тишина повисла Дамокловым мечом. Громко засвистел внезапно налетевший ветер, и она поёжилась, плотнее укутываясь в шёлковую накидку. Резко повеяло настоящей осенью: пожухлыми листьями, тоской и разочарованием. Хитоми вдруг обнаружила свалившуюся на неё безразмерную усталость, выдавившую из неё последние соки злости. Осталось лишь желание поскорее закончить разговор и забыться долгим сном. Чтобы проснуться утром и забыть про всех и вся. — Я у Таками-сан. — Ты… Ты у моей бабушки? — Она просила приглядеть за её растениями и парниками, пока она на выходных в Токио с друзьями. Так что я останусь пока в её доме. — А как так получилось, что ты знаешь, где она сейчас, а я — нет? И почему она меня об этом не попросила? — Не знаю, — ложь. — Доброй ночи, Кейго. — Постой, я не хочу, чтобы мы расходились вот так. Хитоми, я облажался, но давай поговорим. Я уже лечу к тебе… — Если ты прилетишь, я позвоню Макото-сану и расскажу, что ты злоупотребляешь своими обязанностями героя. По-хорошему, ей нужно было сбросить звонок. Это было бы логично. Это бы поставило окончательную точку. Только вот Хитоми всё равно упрямо чего-то ждала. — Я… Просто я… — неожиданно потерянно заговорил он. — Хорошо. Прости. Прости за всё. И спокойной ночи, принцесса. Уже в доме бабули Чоу она скинула неудобную обувь, неторопливо проделала все привычные ей процедуры перед сном и повалилась на хозяйскую кровать в старой футболке Кейго. Подушка была мягче, чем та, которая была у них дома, но сейчас Хитоми лишь довольно выдохнула, поглубже зарываясь в одеяло. В полусне-полуяви её взгляд зацепился за рамку фотографии на стене напротив, где была изображена молодая чета: улыбающаяся девушка в белом и не менее лучащийся счастьем юноша. День их свадьбы. Хитоми смежила веки и накрылась одеялом с головой. «Только бы провалиться в небытие. Только бы никаких снов». Следующий день начался... нормально. Она спокойно позавтракала, полила гордо разросшиеся антуриумы и проследила за автополивом бесчисленных сортов томатов. В какой-то момент Хитоми словила себя на том, что вместо повторения темы к грядущему зачёту, поглядывает за реалити-шоу про выживание людей без квирка на необитаемом острове. Скука смертная, конечно, зато хорошее отвлечение. Можно было бы встретиться с друзьями или же выговориться по забытому в сумочке телефону Нане, но мысли эти моментально ушли на дно моря уныния. Было одно только желание остаться на этом диване, под тёплым пледом, пока за окном медленно увядало тепло. Пока всё рассыпалось в прах. — Моё внутреннее чутьё подсказывает, что выиграет во-о-он та барышня. Ты только взгляни на её хищное выражение лица! Хитоми едва не скатилась с дивана, запутавшись в ткани пледа при попытке обернуться на неожиданного нарушителя спокойствия. — Ты!.. При очередном рывке ноги предали её и повалили на пол. Встречи лица с ковролином, впрочем, не случилось: её талию придержали большие надёжные ладони, быстро вернувшие Хитоми равновесие. — Воу, воу, осторожнее. Так костей не соберёшь. Янтарные глаза вломившегося в дом человека искрились весельем, стоило ей обернуться в его объятиях и шлёпнуть по кистям рук. Трюк не сработал, поэтому пришлось отступить на пол шага, чтобы сбросить с себя жар его тела. От всех телодвижений её неряшливый пучок распался и колтуны волос полезли в рот и глаза. — Что ты здесь делаешь? Я думала, я ясно дала понять, что мне нужно время. Мысленно Хитоми вернулась к их календарю на кухне и пробежалась по цветным пометкам: сегодня был его рабочий день. — Ну, ты не отвечала ни на сообщения, ни на звонки, так что... Рукой в воздухе он провёл по своему телу, словно оправдывая этим своё внезапное появление. — Ну да, зато ты всегда на связи, — фыркнула она. Его руки неловко замерли в воздухе на месте, где ещё держали её, после чего безвольно повисли по бокам. Повинный, Кейго на миг отвёл взгляд, будто собираясь с силами, и твёрдо заговорил: — Прости меня. Я напортачил. Нет, не просто напортачил, я... Я обманул тебя, и самое главное — твоё доверие. Я поступил ужасно, я знаю это. Заглотнув ртом воздух, он неуверенно потянулся к ней, не решаясь прикоснуться. Боль и отчаяние прорывались в его взгляде, его словах. — Ты так долго это терпела. Все эти полгода, что мы в браке... Нет, даже дольше, на самом деле. Ещё с самого начала наших отношений, когда я выбирал не быть с тобой, а быть Ястребом. Её ладонь самовольно оказалась на его лице. Пальцы закололо от лёгкой щетины, когда Кейго с закрытыми глазами потёрся в ответ на ласку. — Иногда я не знаю, каково это — быть Кейго, а не Ястребом. Только ты и бабушка напоминаете мне об этом. Что за героем есть ещё и человек. Но порой я забываю... Нет, временами я как будто срастаюсь с этой маской, Хитоми, и я... Я не знаю, что мне делать. Обветренные губы коснулись кончиков пальцев Хитоми, и он подошёл ближе, взяв её лицо в свои сухие ладони. Непреклонность в золоте его глаз пронзила её насквозь холодной дрожью. — Даю тебе слово, что я буду стараться изо всех сил найти баланс между Ястребом и твоим Кейго. Я не хочу потерять тебя. Для меня нет ничего ценнее, чем быть твоим мужем. Он легонько поцеловал её приоткрытый от удивления рот и прошептал: — Возвращайся домой. Накричи на меня, обзови болваном, побей, но возвращайся со мной. Это была самая ужасная ночь на моей памяти. Никогда так не делай. От шока Хитоми смогла только выпалить: — И всё? С хитренькой ухмылкой он приобнял её покрепче, прижимая к своей крепкой груди, и замурлыкал на ухо: — Я принесу свои глубочайшие извинения, когда мы окажемся в нашей спальне, и стяну с тебя футболку, в которой ходил ещё подростком. Несколько раз и очень основательно, даже если будешь умолять остановиться... — Кейго! — Но пока что обойдусь этим. Несколько красных перьев поднесли под самый нос Хитоми букет пудровых пионов. Их нежный аромат словно растопил последнюю льдинку сопротивления в её сердце. Она разорвала объятия и аккуратно провела по хрупким лепесткам цветов, внимательно их рассматривая. Только одна мысль беспокойно вертелась в подсознании. — Часть вины лежит и на мне: я не должна была держать всё недовольство в себе, когда могла просто поговорить с тобой. Мы с тобой — два сапога пара, — она криво усмехнулась. — Но дело не только во мне. По тебе скучает Таками-сан. Она никогда не признается, но ты ей нужен. Какой бы социально активной она ни была, ей нужен её внук. Её оставшаяся семья. Указательным пальцем Кейго смущённо почесал щеку и кивнул. — Да, я понял твой вчерашний намёк. Когда она вернётся, я хочу договориться с ней на то, чтобы устраивать семейные ужины хотя бы раз в месяц. Я уже обсудил это с агентством. От сердца окончательно отлегло. Не скрывая улыбки, Хитоми переплела их пальцы вместе и взглянула в родное лицо напротив, примечая тихую радость в охристых глазах, несмотря на следы бессонной ночи. — Полетели домой.