Эра Силы

Весь этот сыр-бор закончился одним ударом по полу трости, который произвёл Йода. Маленький мастер-джедай незаметно вошёл, увидев, что сегодняшнее совещание закончилось почти массовой дракой. – Хватит, – властно сказал он, стукнув тростью. Присутствие Йоды было весьма значительным фактором – мастера отпрянули друг от друга и прекратили все споры. Йода был не только дипломатом, но и самым сильным из них – и игнорировать его слова было бы попросту глупо. – О чём спор ведёте вы? – он запрыгнул на своё место, и положив свою трость рядом с собой в кресле, подозрительно покосился на множество мастеров. – Мне рассказать? – вмешалась дознаватель. – Не видел давно я тебя в зале совета, – Йода благодушно посмотрел на твилечку. – Простите, мастер Йода, – она склонилась в поклоне, – доклад о заключённом. Йода взял датапад в свои руки, притянув его Силой – мастера так увлеклись спорами, что датапад во время этого хаоса чуть было не оказался раздавлен. Информация о заключённом была действительно полной, насколько это возможно. Йода безучастно посмотрел весь документ, потом видеозаписи, потом ещё раз посмотрел на фотографию оного заключённого. – Проблемой это может быть, – вздохнул он, – почему же вы не отпустили его прочь? – Эм… – Твилечка не знала, что сказать. Она и правда не понимала, почему неизвестного так долго держат в храме, а не показали ему на ворота сразу же. – Что ответить не знаешь, – Йода с прищуром посмотрел на неё, – в тайны чужие влезать ты любишь, вот почему, – лицо твилечки в этот момент особенно посинело, она потупила взгляд, – Тайна тайне рознь. Порой бывают они благими, а порой груз только на душу дают, ничего более. Опасность великую чувствую я, что случится, если узнают все о нём истину. Нарушит это равновесие Силы. – А про его безумную теорию Силы? – спросил Фисто, – про неё даже ничего не скажете, мастер Йода? – Говорить не о чем. Не сказано было ничего нового. Подумай хорошо над этим, юный мастер-джедай. Что нового узнал ты, что изменилось ли? И правда. Верная теория хороша тем, что не опровергает уже известные факты, а объясняет их. Йода был самым авторитетным джедаем из присутствующих, хотя формально, у него было лишь место гранд-мастера, которое имело свои ограничения. Монополистом власти в ордене он не был, и всё равно, всё решал совет. Просто… решал как хочет Йода. Маленький зелёный ксенос с вопросом посмотрел на джедаев – половина из них принадлежала к фракции деятельных джедаев. Вторая половина не была ярыми сторонниками гранд-мастера, но и к первой не относилась – это были представители различных внутриорденовских течений. Мастера, как правило, имели не только падавана, но и внушительный вес в ордене. Недавно ставший мастером Кит Фисто был кумиром всех джедаев-амфибий, к примеру. Но он не был ещё достаточно опытен во внутренней кухне ордена. Йода подумал, что это всё свалилось как-то слишком неожиданно. Смерть одного из кандидатов в мастера ордена, вместе с ученицей, и тут же появление странного арестанта, который владеет внушительным арсеналом техник Силы, и ещё утверждает, что использует её как ему заблагороссудится, не имея с ней постоянной связи. Опасность тёмной стороны пугала магистра ордена джедаев, но ещё больше опасность представлял сам Арура, поскольку узнай хоть кто-нибудь, что он имеет врождённую склонность к Силе, и его захотят любой ценой заполучить многие. Могущество же этого существа не подлежало никаким сомнениям, поскольку Йода, зорко следивший и хорошо чувствовавший любые колебания в Силе, чувствовал иногда откуда-то снизу, со стороны тюремных блоков, могущественные волнения, волнения такие, которые мало кто мог ощутить. И ещё это недавнее пробуждение нижнего храма и его приветливость с этим существом… Были очень некстати. Орден джедаев – это не бар, открытый для всех желающих – многим юным существам было отказано в вступлении в орден. Развивать Силу в существах, уже морально сформировавшихся, было бы слишком нелегко. Но с другой стороны… Владельца столь великих навыков и знаний о Силе не прибрать к рукам было бы странно, особенно если учесть, что почти все в галактике сделали бы это с превеликим удовольствием. Йода посмотрел на Фисто и спросил: – Столкнулся с тёмной стороной ты, молодой мастер? – Да, – Фисто выпрямился, благо что и так не сидел, он не входил в совет джедаев, – это было очень поучительно. – Поучительно, говоришь ты, – нахмурился Йода, – чему же научился ты? – Многому, чему нельзя научиться, не столкнувшись с толпой злобных ситхов, – ответил весьма нагло Фисто, – признаться, до сих пор я никогда не встречал тёмную сторону. – Разве так это? – Йода моргнул, глядя на амфибию. Глаза Кита Фисто были столь же непроницаемы, как и всегда. – Да, пару раз сталкивался с мелочью, – согласился джедай, – но это детские шалости, по сравнению с дюжиной злобных, хорошо подготовленных, ситхов. Тёмная сторона опаснее, чем я представлял себе ранее, намного опаснее. Нам следует быть осторожными, гранд-мастер, ныне нет того духа, который я видел в джедаях древности, ныне джедаи колеблются и… слишком много думают. – Слишком много лучше пусть думают, чем не думают вовсе, – хмыкнул Йода весьма саркастически. – Да нет, магистр Йода, не соглашусь с вами, – Фисто сделал немыслимое – открыто оспорил слова Йоды, – Сердце джедая это не теоретические умозаключения, награмождения мыслей и теорий, а вера в светлую сторону силы. Доблесть и стремление противостояния злу, во всех его проявлениях. Джедай, оправдывающий бездействие или безразличие кодексом или правилами, или чем бы то ни было – уже одной ногой на тёмной стороне. Такова сущность тёмной стороны. Она логична, последовательна, предельно рациональна. Она всегда найдёт тысячу рациональных, разумных и приемлемых объяснений, почему правильно убить безоружного, бросить нуждающегося в беде, лишить жизни невинное существо. Поверив в её оправдания, сам не заметишь, как станешь отъявленным мерзавцем, но свято верящим в то, что каждое действие имеет рациональное объяснение и допустимо. Не те пали на тёмную сторону, кто решил быть мерзавцем, но те, кто начал оправдывать свои отвратительные поступки. Йода только грустно вздохнул. Ещё чего не хватало, чтобы мастер Фисто начал набирать себе союзников – ещё одна фракция внутри ордена, который и без того не славится единодушием. Однако, неожиданно мастера Фисто поддержал другой – тот самый пухлощёкий, черноволосый, на вид вполне добродушный джедай: – Дело говоришь. – Да… – Фисто смутился, от чего его щупальца на голове слегка задрожали, – я… – Брось, – отмахнулся тот, – правильно говоришь. Только не все тебя поддержат. – Остановитесь, – прервал их Йода. – Да бросьте, магистр, – возмутился один из людей, присутствующих здесь, – неужто что-то не так говорим? – Джедаи не солдаты. И не рыцари, спасающие всех и везде. Джедаи хранители мира. Фисто посмотрел на Йоду своим фирменным взглядом: – Не мне вам рассказывать, магистр, что последние десятилетия республика чувствует себя всё хуже и хуже. Либо мы не справляемся, либо мы делаем что-то не то. Тысячелетия Джедаи стояли на страже безопасности и стабильности республики – и вот Ситхи побеждены, враги уничтожены, казалось бы – в галактике должен наступить мир и покой. – И наступил он, – отрезал Йода. – Несколько столетий назад, – Фисто делал немыслимое – он оспорил слова Йоды. Йода был не тем, с кем всерьёз спорили. Как правило, – Сейчас мы сталкиваемся с всё большим количеством проблем, которые не может разрешить республика. Хатты. Корпоративный сектор. И за пределом центральных миров власть республики не более чем условность. Мы же оправдываем своё невмешательство тем, что мы хранители мира. Я видел тьму, которая не бросится на нас с мечом, но пустит свои корни глубоко в тёмных уголках галактики. Среди рабов на планетах хаттов, среди пиратов и убийц, наркоторговцев, в развращённых обществах аристократии удалённых планет, предпочитающих порок и наслаждение чужой болью и страхом… – Фисто перевёл дух, – хотя мы стараемся и все здесь присутствующие сделали немало для сохранения мира в галактике… Но мне начинает казаться, что мы упускаем нечто важное. Нечто, из-за чего республика умирает. – Я бы дал старушке республике ещё лет сто, – хохотнул толстяк. – Ты оптимист. Хотя… может быть, – вздохнул Кит, задумавшись над своими словами, и закончил, обведя собравшихся слушателей взглядом своих чёрных огромных глаз, – мы что-то делаем не так. И идём к краху. Узрев мастера-джедая прошлого я лишь понял это. Они не пытались быть миротворцами – разнимать всех дерущихся. Решать проблемы максимально мягко и деликатно. Они демонстрировали им Честь. Мораль. Мудрость. Силу. Справедливость. То, что было для всех оплотом и символом Республики. И у простого народа была вера в то, что высшие чины республики не превратятся в аморальных политиков, для которых судьба целых планет лишь большая политическая игра. – Слова твои реакционизм, – сказал хмуро и недовольно Йода, – вреден он. Йоде было не слишком приятно слушать всё это, но с другой стороны – все понимали, что Республика работает уже кое-как. Однако, никто не хотел ничего менять. Все привыкли к республике настолько, сотнями и тысячами поколений, что немыслимой было бы предположение, что Республике настанет когда-нибудь конец. Она казалась вечной. Однако, была одна вечная империя, и плохо кончила. – Двадцать четыре тысячи лет орден был оплотом республики. И лишь тысячу лет существует поструусанская. Часть этого времени – существует по инерции. Пока крупные корпорации делят рынки, маршруты, формируют свой государственный республиканский аппарат. Единая власть Канцлера и несокрушимый оплот в виде Джедаев, стояли костью в горле тех, кто жаждал купить себе кусочек власти. Сейчас я могу сказать смело – Руусанская реформа это план по уничтожению Республики. План, возможно, Тёмной стороны. Это так похоже на них – они умеют играть на самых тёмных пороках душ разумных существ. На жажде богатства, власти, силы… Едва ли речь Кита Фисто была уникальна – регулярно поднимали недовольные голоса те, кто упрекал орден в бездействии и невмешательстве. Просто Фисто слегка развил эту теорию, и Йоде было уже тяжко отвечать всем им… * * * * – А, драсьте, – я поднялся с кровати. – Лежи, лежи, – маленький зелёный ксенос помахал ручкой, – К тебе пришёл я. Я всё-таки не стал лежать и сел на кровать, предложив гостю соседнюю. Он воспользовался предложением. – Чем обязан? – Йодой зовут меня, – представился он. – А я Арура, – улыбнулся я ему, – будем знакомы. – Будем. Поговорить пришёл я о судьбе твоей. Вижу, здоровье твоё вернулось к тебе. Хорошо это, – он довольно прищурился, – пришёл в храм зачем ты? Джедаем хочешь стать? М? – Йода подозрительно посмотрел на меня. – Вообще-то нет. Я летел сюда с джедаем, и по пути случилось… – вздохнул, – в общем, вы знаете, что случилось. Подумал я, что должен до ордена долететь и товарищам господина Мо рассказать о постигшем нас несчастье. – Правильно подумал ты, – согласился Йода, – прощения просим за то, что с таким подозрением отнеслись к тебе. Что-то не так пошло у нас – орден обычно доброжелателен к гостям. Как бы ни было там – отменяю я всяческие заключения. У ордена права нет арестовывать кого-либо. Не понимаю я такой строгости. Йода выглядел весьма спокойным, старым, рассудительным. Кажется, мастер Мо говорил мне про него… ах, точно, Йода. Старший из джедаев, он тут за главного. Я посмотрел на этого маленького джедая с уважением. Йода поймал мой взгляд и спросил, немного поколебавшись: – Много шума навёл ты в совете мастеров. Теорию силы выдвинул ты оригинальную. – Теорию? – я поднял бровь, – какую ещё теорию? – Свою собственную. О природе Силы и существовании её. – А, нет, это не теория. Это есть научно доказанный факт. Впрочем… Будучи симбионтами, вы взаимодействуете с нею, постоянно слившись, поэтому неудивительно, что так много времени уделяете философии и предположениям. То, чего вы достигли, даже с помощью То Йоров, уже заслуживает немалого уважения, – слегка похвалил я его. – Знаешь многое ты? – По сравнению с вами – нынешними пользователями нижнего плана деоса, знаю и умею многое. Но по меркам своей расы я… если проводить аналогию с вашим образованием – я нахожусь на стадии юного падавана. Или уже перезрелого юнлинга. Мне всего три сотни лет, и я не успел получить полноценное образование. К тому же никогда не отличался ни успеваемостью, ни талантом. Йода вздохнул: – Не в таланте дело, как правило, а в том, какое решение ты сам примешь. Каким путём пожелаешь идти. – Что ж, у меня есть голокрон, как вы его называете, есть храм, который может снабдить меня информацией – так что лет через триста-пятьсот, я, скорее всего, уже освоюсь со своими возможностями. – Хочешь ли ты в храме остаться, или уйти от нас пожелаешь? – Йода посмотрел на меня испытующе. – Пока не решил. Пока не принял решение. Неужели вы хотите предложить мне остаться с орденом Джедаев? – Возможно это, – согласился Йода, поглаживая свою трость. – Но я не могу стать таким, как вы. И всегда буду другим. Ваша философия, ваши ограничения, ваши условия и условности, всё это будет чуждо для меня. Чуждо и бессмысленно. Я не имею постоянной связи с нижним планом деоса, и тем более – не собираюсь окунатья в это… эм… в это, и позволять ему влиять на меня. Последнее вообще маловероятно. – М? – Йода слегка наклонил голову, отчего его большие уши слегка покачнулись. – Ну… – я слегка замялся, – защита собственного сознания от влияния нижнего деоса – это основа основ взаимодействия с ним. К тому же сознание Анга намного более стабильно и сильно, чем у… остальных. Будучи симбиотами, то есть, сросшись с нижним планом деоса на уровне физическом и духовном, вы не способны защищать себя вообще никак. Впрочем, это касается всех, в ком есть Сила. – Сила есть во всех живых существах Галактики, – сказал Йода наставительно. – Тут спору нет, с Деосом связаны души всех существ в галактике. – И что же тебя не устраивает в ордене нашем? Йода и куда менее строптивым показывал на дверь. Правила в ордене джедаев были очень строгими и попасть в него было не так то просто. Отбор был чрезвычайно строгим, и поэтому просто так взять кого-то с улицы… это было немыслимо. – Ордене? Сила упаси, господин Йода, я не говорил такого. Просто ваши практики не подходят для меня так же, как и мои – для вас. Мы используем Силу абсолютно разными способами. Я не вижу смысла для себя в тех ограничениях, что лежат на любом джедае. Впрочем… Джедаи ведь не всегда были такими. – Джедаи решили быть такими, какими стали сейчас, – ответил Йода, – ради блага и защиты от тьмы. – Хм, – я недоверчиво хмыкнул, – защититься от негативного плана деоса? Серьёзно? – вздёрнул бровь, – это невозможно. Послушайте же анга, господин джедай. Деос нижний делится на два плана, негативный и позитивный. Существует ещё нейтральный, но не об этом речь. Деос это вместилище душ всех живых существ. Эмоции, страхи, радость и горе, всё это отражается на деосе, его нижнем плане. Это низовые, так сказать, реакции. Негативные эмоции оседают в негативном плане, в то время как позитивные аккумулируются в позитивном. Душа любого живого существа связана с деосом, но ваша связь имеет природу симбиотической. Собственная душа черпает энергию из планов деоса, манипулируя их энергией, служа для неё проводником, в реальный, материальный мир. Негативную связь, как и позитивную, имеют все живые существа. Она в равной мере связана с каждым из нас. Даже у вас есть эта связь с негативным планом. Избавиться от неё нельзя. А это значит, что семена тьмы всегда будут во всех живых существах. Даже у джедаев. Лучший способ подавить их – это черпать энергию из позитивного плана. То есть… позитивные эмоции и их прямое использование для увеличения силы своей души и извлечения энергии из позитивного плана деоса. – Джедай не отказывается от эмоций, – возразил Йода, – Джедай не даёт им руководить собой. – Вот это спорный, узкий момент. Тот, кто пытается черпать силу исключительно с помощью своего холодного разума и расчёта, спокойствия, ближе не к позитивному, а к среднему, нейтральному плану деоса. И он будет более уязвим к тьме, чем тот, кто пользуется светлой стороной Силы. Могущество светлой стороны – в чести, достоинстве, благородстве и непререкаемой вере в то, что добро не нуждается ни в обосновании, ни в оправдании, ни в причине. И должно быть. Текущее ваше положение мне вовсе не понятно. Вы декларируете приверженность светлой стороне – но при этом, скорее, удерживаете орден в нейтральности к ней. Я попросту не понимаю, какое место вы занимаете в галактике. – От светлой до тёмной стороны силы шаг один есть, – буркнул недовольно Йода. – Здесь нет шагов. Здесь есть лишь выбор и воля того, кто использует Деос. И что заставило вас сойти с пути Света? Йоду такая постановка вопроса, безусловно, покоробила. – Нужно подумать над этим. Скажи лишь – остаться в ордене желаешь ты? – спросил он испытующе. – В качестве кого? Достопримечательности? – Джедаем быть не обучен ты, – напомнил он мне. – А что ещё делать? – я выразительно посмотрел на него, ждал ответа. Вопрос, можно сказать, на засыпку. И правда – всякие там традиции ордена, порядки, посвящение и тому подобные ритуалы, это всё я не только не проходил – но и не буду проходить просто потому что мне они малоинтересны. Хотя было бы странным предположить, что магистр ордена джедаев, столь старый и опытный, не припас бы в рукаве пару-тройку приемлемых вариантов и методы их рекламы. – Джедаем стать можешь ты, обучившись так, как полагается. – Обучившись? – я вздёрнул бровь, – вы имеете в виду фехтование и тому подобное? Уберите из списка предметов всё, что касается Силы – сколько останется? Йода нахмуренно промолчал. – Не желаешь ты? А? – Есть много но. Во-первых – меня не касаются все те ограничения, которые вы накладываете на своих адептов. И едва ли я соглашусь провести отпущенные мне тридцать-сорок тысяч лет – в уединении, медитации, безбрачии и скромности. У меня есть собственный путь развития, который подходит для моей расы – и он едва ли имеет много общего с учениями вашего ордена. Которые, к слову, в общих чертах я уже изучил. – Ммм? – Думаете, я просто так сидел и плевал в потолок своей тюремной камеры? – я вздёрнул бровь, – Храм Ангов, что находится внизу под вашим орденом, кропотливо и терпеливо записывает всю информацию, до которой дотянется. Добавьте сюда метод внедрения информации непосредственно через высший план деоса и значительно более совершенные мозги, чем у простых биологических существ. – Умом хвастаешься ты? – Если бы наличие совершенного разума давало ум… – я вздохнул, – эта планета до сих пор была бы нашей колонией. Не совсем так. Я в общих чертах изучил, что вы, джедаи, за фрукты. Довольно интересный получился обзор. Прежде всего я бы хотел подчеркнуть – у меня есть собственные методы развития, которые не подходят для вас. В том числе собственные методы получать информацию, обучаться, и собственный путь развития, закрытый для вас. Это делает бессмысленным саму идею вам учить меня, как и наоборот. – Фехтованию на световом мече обучиться не желаешь ты? – спросил, словно искуситель, магистр. – Ну… довольно простое и универсальное оружие. Так что, может быть. Следует этим заняться. Йода явно вёл в разговоре и следующее его предложение прозвучало логическим продолжением предыдущего: – Формально джедаем числиться нельзя, но для каждого джедая могут исключения быть сделаны. Для тебя тоже могут быть, – он посмотрел с прищуром, – скрывать я не буду от тебя – орден уже тысячу лет живёт в мире и процветании. И многие в ордене и республике галактической – воинственными намерениями полнятся. – В самом деле? – Сомнения одолевают джедаев, – согласно сказал йода, – сомнения. Обострились конфликты внутри ордена, – йода ткнул в меня своей тростью, – и твоя заслуга есть в этом немалая. – Дайте угадаю – тот мастер-амфибия, который со мной был, немного поменялся в лице? – Так можно сказать, – Йода не шелохнулся, глядя на меня, – Изменился он. – Надеюсь, к лучшему. Всякие изменения к чему-то ведут – к лучшему, к худшему. Мы не в силах быть неизменными. Так что это неизбежность, с которой нужно просто смириться. Единственное, что важно – стал ли он лучше? Йода задумался. Крепко так присел я ему на мозги, что маленький магистр ордена, даже глаза прикрыл, думая. – Думаю, лучше стал он, но неспокойнее орден от этого стал. Стабильности мы добивались веками, спокойствия и мира. – Это и есть то, с чем нам следует смиряться, – я вздохнул, – оно всегда к лучшему – когда спокойствие теряется. Нет ничего коварнее и опаснее успокоения, бездействия и безосновательной веры в то, что всё будет хорошо. Стабильность, процветание, сравнение себя-нынешнего с собой, когда яростно боролся за нынешнее место и нынешнюю стабильность – одно из самых больших разочарований и самая большая иллюзия, какую может испытывать живое существо. Завоевав в тяжёлой борьбе себе место, победитель всегда его теряет, спустя какое-то время. Он успокаивается, теряет дух, теряет веру и силу. Из лёгкого свежего ветерка, стабильность становится тяжким бременем, которое сковывает движения и не даёт вырваться из этого болота. Затягивает и убивает. Медленно и неспешно, лишая жажды действия и успокаивая достижениями… Так сильно, что немногим достаёт воли вырваться из этой ловушки. Я вижу, вы уже почти тысячу лет лишь поддерживаете с большим трудом завоёванный мир в галактике… и многие из вас уже начали понимать, что что-то пошло не так, как грезилось тысячелетие назад? Йода недовольно хмурился. – Слова твои обдумать надо мне. – Без проблем. Так что там с моим статусом? Вы хотели мне предложить место Джедая? Я перешёл в наступление, пользуясь тем, что мой оппонент задумался. – Джедаем быть не обучен ты. – Это мы уже обсуждали. – Хотя стать джедаем можешь ты, – заметил Йода, сменяя тон, – В последние годы многие недовольны мной, – сварливо сказал Йода, – поэтому пойти на шаг такой решаюсь я. Джедаем сделать тебя можно. Случай твой – особый. Он так выделил тоном слово «особый»… По-моему, несчастному магистру ещё мастер Фисто на уши присел, если дозволено будет высказаться в столь вульгарном тоне. И ещё я добавил. Йода сдался и решил ситуацию по-своему. – Согласие твоё лишь нужно, остальное совет сделает. – Тогда чего же нет. Я согласен. Хотя учтите – если вам от меня потребуется что-то, что я не захочу... – Не будет такого, – Йода расслабился, – случай твой уникальный, понимать это должен ты и не хвалиться тем, что джедаем стал. Незачем подчёркивать то, что уступку мы сделали, большую. Ну понятно. Фаворитов никто не любит, а Йоде не хочется создавать прецедент. А рассказывать всем и каждому, что я древнее существо с особыми, по сравнению с их, способностями к деосу и Силе – это тоже не вариант. По-тихому записать задним числом – вот что им выгодно. – Нужно что тебе – говори мне сразу, – сказал довольный Йода, – Законы республики, правила ордена, выучить должен ты. Велика галактика, и знать джедай должен многое. – Хорошо. В таком случае… – я задумался, – на ближайшее время мне нужно будет наладить каналы сбыта материалов, металлов и изделий. Вы же не против? – Изделий? – Один из способов развития – это изготовление чего-либо с помощью энергии деоса. И чем сложнее изделие – тем быстрее развитие. Ремесленники – так называются те, кто посвятил свою жизнь развитию искусства созидания. Такие объекты, как храм, или То-Йоры создавались группами из десяти ремесленников-мастеров. Это самый быстрый путь развития собственных сил и способностей. Мне нужно сначала изучить вещь, извлечь её эссенцию. Душу, как сказали бы адепты Силы. И создать по образу и подобию. Деньги, полученные от продажи – поделим пополам. Прототипы с вас, реализация тоже. – Создать что можешь? М? – в глазах Йоды мелькнуло удивление и предвкушение. – Будут прототипы – будем говорить о создании. – Контрафактные изделия дорогие продавать нехорошо будет, – задумался Йода, – но объёмы рынка галактики таковы, что наполнить его не получится нам. Колоссальны они. – Тогда… Что ж, можно поговорить за металлы или изготовление чего-либо для ордена Джедаев. Вот так быстро разговор с философии перешёл в иную плоскость. Коммерческую…