Эра Силы

Комната в Храме джедаев, которую мне выделили, находилась в весьма удалённом от остальных комнат месте. Вообще, стоит остановиться поподробнее на том, как обустроен Храм. Знаю, что скучнее нет, чем прерываться на долгие описания местности и тому подобного, но Храм, в котором я находился, действительно заслуживал того, чтобы о нём особо было рассказано. Основная масса построек Корусанта уходила далеко вниз, примерно на километр-два. В местах, где стоимость жилья выше – выше становился и уровень крыш. Этот уровень – крыш, был как бы второй поверхностью, тогда как первая – находящаяся внизу, была чем-то вроде подземного мира. Уровень крыш был регламентирован и немногие постройки возвышались над ним. Корусант был не просто городом, это планета, в которой всё существует в трёхмерном, а не как в обычном городе – пространстве в два с половиной измерения. Я сказал два с половиной, потому что ключевым в таком пространстве является всё же поверхность, а поднимающиеся вверх объекты – это скорее дополнение, размещённое на двухмерной плоскости. В то время как Корусант был трёхмерен полностью. В нём существовали не только горизонтальные, но и вертикальные координаты. Когда этот город был воздвигнут – я точно не знаю, но могу сказать с уверенностью – равнодушным этот муравейник никого не оставит. Сколь велика галактика, столь грандиозен и Корусант. Жилая площадь в понятии Корусанта превращалась в жилой объём. Храм Джедаев стоял на вершине горы – это верно, эта вершина была полностью застроена со всех сторон, и вокруг храма образовывался пустырь крыш. Примерно по три километра свободного, чистого пространства в каждую сторону. Почему это пространство никак не использовалось? Ответ лежит на поверхности – на такой высоте кислорода мало и большинству живых существ некомфортно дышать. Не невозможно, а некомфортно. Храм же таких проблем не имел, он получал воздух напрямую снизу, через вентиляционное окно и трубы, уходящие вниз, к коре планеты. Храм имел форму усечённой пирамиды, без второй, верхней половины. Вместо неё были длинные и тонкие башни. Внизу был парадный вход и за ним – огромный колонный зал, ведущий в помещение, используемое для церемониальных целей. Прямо над этим залом располагались жилые помещения джедаев-фермеров. Агрономы-джедаи занимались выращиванием с помощью Силы различных растений, их селекцией, анализом, и так далее. В одной с ними плоскости были и их сады. Они же снабжали Храм провизией. Там рядом располагались гидропонные фермы, выращивающие не слишком вкусные грибы и овощи для Храма. Рядом с ними был музей храма, а над музеем – банкетный зал. Ещё выше – комнаты различных мастеров, в том числе и Йоды, рядом с ними – архивы и тренировочные залы. Как можно увидеть закономерность – внизу располагались помещения хозяйственного толка, выше – утилитарные, и на самом верху храма – непосредственно то, ради чего храм существует – джедаи и их помещения. Храм не был настолько грандиозным, чтобы можно было сказать, что он монструозен или гипертрофирован. Это был вполне удобный офис, где было всё необходимое. Его структура позволяла вместить в этот объём довольно много всего. Если что и можно сказать о храме Джедаев определённое – так это то, что он запутанный на первый взгляд. Казалось бы – самые разные помещения, самого разного толка, соседствовали вместе. В его строении была своя логика, изначально, но за тысячи лет от неё не оставили и следа. Громадные коридоры, по которым можно пролететь на транспорте, соседствуют с самыми обычными проходами, грандиозные залы – с маленькими комнатками, даже закутками, в которых могут оказаться служебные дроиды, мусоропровод, или чья-то комнатушка. Юнлинги жили в просторных помещениях в верхней части храма – но с противоположной части от мастеров. Поэтому они вряд ли вообще когда-то могли пересечься, даже случайно. Юнлингами тут звали детей, обучавшихся. Перспективных. Их жизнь можно назвать смесью детского сада, школы и военного лагеря. Делились они не по полам – а по так называемым «кланам» - так учителя пытались придать им конкуренцию. Однако, всерьёз этой клановой ерундой никто из Юнлингов не занимался – никому особо и дела то не было. Тем более, что и сами учителя, видимо, не придавали большого значения конкуренции внутри академии джедаев. Про своё место в этом храме могу сказать просто – это была довольно просторная комната, находившаяся на приличном удалении от густонаселённых зон. Насколько я понял, здесь вообще не предполагалось проживание джедаев – это было что-то вроде апартаментов для гостей. Были и такие. Но, пожалуй, довольно скучного описания – несколько дней я провёл в относительном бездействии, шастая по храму джедаев туда-сюда, натыкаясь на дроидов, джедаев, падаванов, но чаще это были обычные разумные. Не джедаи, технический персонал – таких было немало. Примерно столько же, сколько джедаев, если даже не больше. Хотя в основном все нужды джедаев обслуживала армия дроидов. Они работали на гидропонных фермах, они занимались техническим обслуживанием храма, дроиды убирали, стирали, готовили, в общем – делали всю грязную работу. В первый день я просто отдыхал, ничего так и не сделав из запланированного, но ещё день пришёлся на поиски информации в моём голокроне. К сожалению, информации было не то чтобы слишком много. Много, но она не касалась текущего положения – полезность её была скорее для моего обучения и самосовершенствования. Тут было всё, что мне требовалось. И вот, на третий день, гуляя по храму, я забрёл в ангары. Стоит упомянуть отдельно – ангары это громадные помещения внутри храма, расположенные в самом его низу, но выше колонного зала. Они были разделены на сотни секций разного размера, в них стоял различный транспорт. Вход в то ангарное помещение, в которое я вышел, был обыкновенной дверью, ничем не примечательной. А за дверью меня ожидало заставленное различной техникой помещение. Внутри обнаружилось много дроидов самого разного толка – большие и маленькие, грузчики и техники, астродроиды. И стройными рядами стояли они… Корабли. Ну и обычная техника, всё это было выстроено как по линеечке, и судя по виду – уже обветшало лет триста назад. Дроиды занимались тем, что либо ремонтировали, либо разбирали корабли на металлолом. – Храм, – обратился я к своему гиду и помощнику, – что это за помещение? – У джедаев есть несколько таких помещений. Это технический ангар номер семнадцать. Сюда джедаи свозят различные космические корабли и планетарную технику. – Я думал, есть более рациональные способы утилизировать всё это, чем разбирать. – Философия ордена джедаев не терпит расточительства, как говорят сами техники. А так же у джедаев нет частной собственности – им запрещено иметь в собственности космические корабли и прочую технику. Если что-то из этого когда-либо попадает в храм – его разбирают дроиды, всё более-менее ценное используется или продаётся. Так же это основной материал для использования способности силовой ковки. Эта способность, являет собой полный аналог вашей, и изредка она даже способна использовать саму эссенцию при ремонте техники. – Хм… А джедаи далеко зашли в своих умениях, – согласился я. Кораблей тут было немного – в основном челноки и планетарные транспортные средства, и причём большинство – разваливалось на глазах в прямом и переносном смысле. Впрочем, я видел в этом другое. У этой техники была эссенция, которую можно было извлечь. Она достаточно долгое время существовала как целостная структура, чтобы эта эссенция сформировалась. Самое время извлечь её и записать в свой голокрон. И я приступил – подошёл к первому космическому кораблю и приложив руку, в верхнем деосе заметил эту самую эссенцию. Занятно, что это происходит в деосе – занятно само то, что я не понимал концепцию. Я не знал, что такое эссенция и как она формируется. И почему. Но она была – словно душа у техники. Лёгкий транспортный корабль, сильно устаревший к нынешнему времени, но долгое время служивший. Понятно. И строение его понятно. Дальше… Лендспидеры. Аэроспидеры. Грузовые лендспидеры и аэроспидеры. Челноки BR-23, две штуки, и ещё четыре самых разных… Записав все эти транспортные средства в свой голокрон, как его здесь называют, я решил сходить и поживиться ещё большим количеством чертежей. Тут ведь всё просто – всё, что мне нужно для жизни, должно создавать самому… * * * * * С металлическим звоном, слиток упал в кучу таких же слитков. А я утёр со лба трудовой пот – довольно непросто создавать такие металлы, как бескар! Очень непросто. Мне не понадобился выделенный мне под работу технический ангар. Их было больше тридцати, один расчистили для меня, но перестарались – я вполне успешно занимался своей работой и у себя в комнате. Металлы существовали разные. Создавать готовую продукцию в промышленных масштабах – могло вызвать закономерные вопросы, а собственно, какого чёрта? Поэтому Бескар. Металл дорогостоящий – одна такая чушка стоила десять тысяч кредитов. Это очень много. На полу под моей кроватью уже образовалась большая горка слитков, все они были одинаковыми. Следует, наверное, сделать пояснение – что это за металл такой и почему он так дорого стоит… Материалы делились на три больших категории – простые, сложные и эфирные. К простым относили химические соединения. Такие, как сталь, алюминий, и так далее. Они практически ничего не стоили. К сложным материалам относились материалы, образующиеся в результате высокоэнергетических воздействий – таких как взрыв сверхновой или воздействие нейтронных звёзд с их чудовищными магнитными полями. Облучение материи таким густым потоком частиц, приводило к изменению свойств электронов, протонов и нейтронов в атомных ядрах и могло привести к разрушению атомных ядер и образованию воздействия с тёмной материей. Той, что нельзя наблюдать простыми физическими методами, но которая существует, словно на изнанке нашей вселенной. Но это редкость – чаще мы имеем дело с необычными частицами, образованными дроблением кварков на проточастицы. Материалы и металлы, входящие в это царство, широко используются в галактике – без них невозможно было бы существование тех же гиперприводов, сверхпрочной дюрастали, дюраниума… Прочность этих металлов во много раз превосходила обычную сталь, и без них было бы невозможно создать ни аэроспидер, ни космический корабль – те либо весили бы слишком много, либо не могли бы выдержать простейших манёвров – развалились в процессе. Но всё меняется, когда прочный набор выполнен из крайне лёгких и прочных металлов. Дюрасталь примерно в десять раз более прочная, чем обычная сталь, и являет собой сплав простых и сложных металлов. Отдельно стояли эфирные материалы. Это было нечто уже другого порядка – в их создании и формировании поучаствовал Деос. Это металлы и материалы, образованные в результате высокоэнергетических воздействий деоса. Их свойства могут выходить за пределы простой физической модели – ведь сама их эссенция, она же душа, придаёт им необычайные свойства. Одно можно сказать точно – все эфирные металлы крайне редки. Они не то, что можно найти на первом попавшемся астероиде. Эти металлы могут обладать свойствами, выходящими далеко за пределы простой физической теории о строении вещества. К примеру – быть практически совершенно иммунными к нагреву до сколь угодно высоких температур. Или иметь огромную физическую прочность. Или сверхпроводимость, или способность формировать энергетические поля вокруг себя, или даже – ослаблять связь с Силой вокруг себя. Эфирные металлы редки, и Бескар – один из них. Его эфир, душа, это практически концентрация доблести и силы. Это не просто металл – его сущность – сущность воина, вот как я бы сказал об этом металле. Возможно, только возможно, Деос отозвался на воинственный настрой Мандалорцев, на их воинскую честь, и так далее, и изменил под воздействием этих эмоций, содержащееся в коре планеты железо. Не всё, но некоторые залежи. Может быть, это произошло на месте древних великих битв. Галактика и правда удивительное место. В ней паранормальное нормально, а некоторые вещи вовсе похожи на волшебство. Но им не являются. Но всё же – верхний Деос это информационный план вселенной, и на него воздействует то, что не является физическим. Но через него может повлиять на реальный мир. Если бы я хотел немедленно создать что-то очень дорогое – то достаточно было сделать Ауродий. Когда я узнал цену Ауродия, у меня чуть челюсть не отвисла – у этих разумных в галактике точно шарики за ролики заехали. Но… Если так подумать – галактика велика, а валют, приемлемых для хранения денег, не так уж и много. Редкий металл – вполне подходил для этого. Но поскольку в галактике около ста тысяч относительно населённых планет, и невообразимое количество разумных существ, спрос на этот металл огромен. Золото гораздо более распространено, чем ауродий, и стоит примерно в тысячу раз дешевле. Но тем не менее, остаётся самой твёрдой валютой. Из золота чеканится хаттский пеггат, пеггат равнялся шестидесяти четырём вупиупи. И стоил около сорока кредитов. Что же до ценности кредита… Она разнилась от планеты к планете. По тому, как мало доверяли кредиту, можно судить о значительном ослаблении Республики. За пятьдесят кредитов можно было купить, к примеру, лазерный сварочный аппарат. Или комплект инструментов, необходимых механику. Или, если мне не врёт сеть, на планетах среднего кольца, за пятьдесят кредитов можно очень неплохо покушать в ресторане местных планетарных блюд, а на Корусанте – перекусить в дешёвой забегаловке. В среднем кольце на эти же деньги можно, к примеру, полностью приодеться. Заработная плата на планетах среднего и внешнего кольца, там где вообще используют человеческий труд, начинается с десяти кредитов в день – на такие деньги может рассчитывать человек, не имеющий особых навыков. Самый распространённый грузовой спидер – АA5 – стоил около тридцати тысяч за новый. Космические корабли – начинали свой ценник со ста тысяч за самый лёгкий вариант. Это была весьма внушительная сумма. Дроиды стоили по-разному. Причём реально по-разному – самый примитивный дроид, существовавший в галактике – это ASP. Однозадачный, по сути, дроид, с предельно примитивным программированием. Единственное его достоинство – цена и наличие самого слабого из возможных, дроидного мозга. Их можно с полной уверенностью назвать тупыми железяками. Стоила эта тупая железяка аж тысячу кредитов. То есть как дорогой инструмент, коим он по сути и являлся. Но цена на дроидов могла доходить до десятков тысяч. Повар стоил четыре тысячи. Дроид-погрузчик – шесть. Но не потому что сложный, а потому что много металла и силовых элементов. Как заработать деньги я понял сразу же, как только узнал про эфирный металл – ауродий. Он отличался особой роскошью. Не зря это был эфирный металл, связанный с Деосом – его суть это богатство и роскошь. Просто взгляда на него достаточно, чтобы почувствовать, что это не просто какой-то мусор. Причём стоил этот металл – чудовищных денег, так как был идеальным средством хранения оных денег, инвестирования, межпланетной крупномасштабной торговли. Золото стоило пятнадцать кредитов за один грамм, ауродий – около пятнадцати тысяч за один грамм. Однако, если создать золото было довольно просто – я мог создать тонну-полторы за раз, то с ауродием всё намного сложнее. Тридцать грамм в день – это мой текущий предел. С Бескаром намного проще. И на всю галактику был лишь один я, способный создавать эфирные металлы за счёт взаимодействия с высшими планами деоса и эссенциями. Однако, если вопрос денег решён – остаётся вопрос самосовершенствования. И тут уже есть свои нюансы. Мне нужно было не только делать эфирные металлы, но и конечные изделия из них – и поэтому помимо Бескара, я обещал ещё кое над чем подумать. Хотя орден и не планировал продавать бескар – я ценен для них не тем, что мог создать ценный металл, а тем, что был источником металла, который попросту невозможно скупать в больших количествах. И поэтому кучка бескаровых слитков на полу моей комнаты – это драгоценное сокровище, которое нужно ордену Джедаев. Зачем? Рукояти световых мечей, к примеру, броня звездолётов… Джедаи имели богатый парк звездолётов, но чаще всё-таки использовались корабли, предоставляемые республикой. И тем не менее, покрыть корпус звездолёта бронёй из бескара – это очень… очень. Примерно то же самое, что сделать корпус, целиком из ноктилита. На полу образовалась горка слитков, а я исчерпал свои силы до дна, полностью, и закрыв мановением руки дверь, решил отдохнуть… Вернее, только одна часть моего сознания… * * * * * День сегодня задался! Определённо! В Храм Джедаев возвращение было весьма любопытным – я взял такси и приземлилось оно на небольшой площадке сверху. – Ох, сейчас, – я приложил браслет с кредитным чипом к считывателю и полез наружу, вытащив за собой всё, что накупил, с помощью Силы. Этот день… Получился очень динамичным. Я продал перстень из ауродия, получив за него триста тысяч кредитов, а дальше… Пока мужская часть сознания, трудящаяся на общее благо, дрыхла, женская – то бишь моё текущее состояние, решила, что пора. Пора пойти и потратить почти всё, что было заработано непосильным трудом вчера – и начался забег с фешенебельных магазинов одежды. И кто упрекнёт? Ауродий ещё как-нибудь сделаю – пусть для такого захода пришлось целый день изматывать себя тренировкой и удалось то создать маленький перстенёчек – без разницы. Без Разницы! Вереница пакетов с покупками поплыла за мной, на глазах у удивлённого таксиста. Им был человек, не дроид. Дроид был только его помощником. Весело насвистывая, я зашёл в храм, сориентировавшись – до моей комнаты идти отсюда довольно далеко, но это ничего. Я не сильно устал, чтобы отказаться от небольшой прогулки. Удовлетворил наконец-то страсть женской половины к нарядам и развлечениям. И ещё купил что-то общее, для нас обоих. Мужская часть пока спала и видела десятый сон, будет подарок самому себе от самого себя. Когда проснётся. Войдя в комнату, не застал в ней слитков бескара – значит, их уже прибрали. Вход в комнату был только у йоды, а это значит – Бескар ушёл по-назначению. Впрочем, это меня сейчас волновало в последнюю очередь. Когда дверь за мной закрылась и была зафиксирована через Деос, на кровать полетели все сумки с одеждой и аксессуарами. Некоторые одежды можно было назвать легкомысленными или даже излишне вызывающими, некоторые – крайне практичными. Некоторые были унисекс, некоторые мужские, некоторые женские. Некоторые, излишне цветастые моды, были мною отвергнуты – потому что отличались они очень сильно. Понравился простой строгий чёрный костюм, накидка из ткани, а для легкомысленного поведения подошёл чёрный костюмчик – очень узкие штаны из тянущейся кожи какого-то животного. Такой же верх – закрывающий только спереди, до груди, открывающий талию, плечи. А для более классического поведения – корсет из кожи, ржаво-красная накидка-плащ, белая сорочка под корсет, высокие сапожки с бронзовыми пряжками. Похожие пряжки на корсете. И ещё пара женских платьев, более подходящих для вечеринок, завных ужинов и тому подобного. Вот средний вариант – тот, что с пряжками, мне понравился более всего. Он удобен, утилитарен, при этом не лишён шарма, не дешёвка и не слишком дорогой, подчёркивает утончённость фигуры и стройность ног. Причина, по которой я так зациклился на этом, была очевидной - любое существо, обладающее пассивной эмпатией, будь то Анг или Джедай, постоянно чувствует реакцию на себя от других. Я бы хотел посмотреть на лицо человека, который от всех встречных выслушивает мнение о своей внешности. Да он бы стал самым зацикленным на ней! Потому что даже если один человек честно выскажет - уже неприятно бывает, а если все? Во-во. Джедаи вышли из ситуации более просто - они просто таскают балахоны. Все как один, и им хорошо. Однако, у меня такого пристрастия к мешковатой одежде не наблюдалось. Наоборот. Что же до женской половины - ей признание окружающих было важнее всего. Хотя и мужская была с ней в этом полностью солидарна. Да и встречают по одежде, и пусть джедаям с их философскими медитациями всё это безразлично - про меня такое сказать нельзя. Этим я примерно походил на среднестатистического аристократа в галактике - нет, не выходил за рамки обычного, просто внимательно следил за внешностью, чтобы не пришлось чувствовать себя неуютно, чувствуя негативную реакцию от окружающих. Эта реакция - самый сильный наркотик, который только бывает - приятно чувствовать, что на тебя смотрят с восхищением. Завистью. Пока что юных джедаек обольщать я не сподобился, разве что одну из агрокорпуса, да и та очень скромно выражает свои эмоции. Но какие мои годы - ещё успеется. Когда-нибудь. Потом.