Жизнь общажная

Олежа навис над спящим Димой. Сейчас он ненавидел этого человека больше всего на свете. Побрацкий занял его кровать, заставлял делать за него все доклады пока тот бухал с друзьями. Он не спал несколько недель и чувствовал себя отвратно, что отобразилось на его внешнем виде. Растрёпанные волосы, рубашка порвана внизу, хвост приобрел странную форму, он был растрепанным как и волосы, ногти стали длиннее и уже напоминали когти, глаза полностью черные с желтыми, светящимся в темноте зрачками. Жуткое зрелище. «Спокойной ночи» — произнес призрак пугающим голосом. Дима поворочался и приоткрыл глаза. Он проморгался и увидел перед собой темные глаза призрака. — ААААА!!! — парень завизжал как девчонка и стал отбиваться подушкой, что не помогало. Он вскочил с кровати и держа подушку в руках стал отходить от Олежи, но тот медленно приближался. — Эй, Олеж. Может прекратишь? Это уже не смешно. Дима почувствовал как упёрся спиной в стену. Он сам загнал себя в ловушку. Его окутал дикий ужас. Он не мог пошевелить ни единым мускулом. Парня словно парализовало. Как до такого вообще могло докатиться. Почему он не заметил эти изменения в Олеже раньше? Призрак надвигался и неестественно крутил шеей. — Сегодня ты за всё заплатишь, Дмитрий Побрацкий. Олежа подлетел очень близко и их лица были на расстоянии пяти сантиметров друг от друга. Шашлыка окутала ещё большая паника. — Ладно. Я приношу свои искренние извинения. Я не должен был так сильно эксплуатировать тебя. Пусть ты и призрак, но у тебя тоже есть чувства и ты тоже нуждаешься в отдыхе. Мне жаль. Прости меня. Прошу, только не убивай. Дима зажмурился, готовый встретить свою вторую и окончательную смерть, но ничего не произошло. Он открыл глаза и увидел, как Олежа осел на пол и держался рукой за голову. — Ч-что произошло? Побрацкий опустился на колени и обнял Душнова. — Д-Дим? Что ты делаешь? — Прости меня за всё. Я исправлюсь и больше не буду злоупотреблять твоей помощью. Призрак слегка неуверенно обнял Побрацкого. Когда они расцепили объятия, Шашлык протянул мизинец. — Мир? — Мир. После они поднялись с пола и направились к кроватям. Дима пару секунд смотрел на постель Олежи и в галантном жесте уступил место, а сам сел на противоположную. Она была немного в пыли и паутине. — Я больше не буду посягать на твои вещи и твоё личное пространство. Они легли в кровати и пожелав друг другу «доброй ночи», уснули. Им пришлось подписать новый договор, в котором было одно весомое изменение. Теперь Дима должен выполнять всю работу сам, а Олежа будет ему помогать и указывать на ошибки.