Шепард и Вакариан

       – …I need to take this moment: Garrus, you’re an idiot.       Молчание.        – Fool. Moron. Crazy suicide.       Молчание…        – Why did you place yourself under the blow? Yes, my shields’ve collapsed. Yes, this bloody phantom was going to attack, and if he was a little lucky, he would have left me another scar as a keepsake… but why did YOU get hurt?!        – Я не понимаю, что ты говоришь, Шепард.       И вышеупомянутая коммандер, закатив глаза, бессильно застонала.       Надо признать, ситуация у них сложилась – лучше не бывает: высадка на очередную пропащую планетку, на которой обосновался «Цербер», длилась уже шестой час, потому как из-за проклятого гаррусова героизма они не успели вернуться на «Нормандию» прежде, чем их накрыл грозовой фронт. Теперь же СУЗИ, потерявшая связь с главным ядром, бессильно осела у дальней стены захваченной церберовской лаборатории, Гаррус, получивший мономолекулярным клинком по голове, остался без встроенного в визор переводчика, а Шепард пришлось взять себя в руки (что было непросто) и приступить к оказанию первой помощи…       …Что, впрочем, не мешало ей на ходу составлять подробнейшую характеристику умственным способностям одного безбашенного турианца.        – You need to give up your goddamn knight manners, Vakarian, – от запаха синей крови, хлопьями сворачивающейся у нее на пальцах, немного тошнило, вызывая в памяти совсем не радостные воспоминания – от обеденного стола до дверей медотсека ровно шесть шагов, и она мечется по этому пространству, точно загнанный в клетку варрен, и короткие мысли звучат в ее сознании подобно снайперским выстрелам: выживи, выживи, пожалуйста, выживи! – поэтому движения рук резче обычного, и Гаррус резко вздохнул, когда на открытую рану с шипением пролился антисептик – но благоразумно не стал напоминать Шепард, что ни слова не понимает из ее, вне всяких сомнений, очень гневной тирады.       Откровенно говоря, где-то глубоко внутри негодование коммандера находило согласный отклик в холодно-яростных логических выводах Архангела – этот ублюдок не стеснялся подставлять себя и своих товарищей под удар, если впереди маячила достойная награда – но когда Гаррус увидел клинок, опускающийся на ничем не защищенную голову Шепард… в общем, в тот момент он действовал скорее на инстинктах, чем подчиняясь голосу разума. Расплачиваться за это пришлось бедняге «Богомолу» – вскинутая наподобие щита винтовка только хрустнула, разваливаясь на две половинки, но свой последний долг перед ним она выполнила, и удар, что в иной ситуации мог бы оставить его, вдобавок ко всем прочим достоинствам, еще и одноглазым, соскользнул по лицевым пластинам, причинив обширную, но, к счастью, неопасную рану.       Эх, еще бы кто-нибудь сообщил об этом Шепард…        – Garrus, – неожиданно произнесла она крайне странным тоном, заставившим его непроизвольно дернуть мандибулами. Нет, о том, что легендарная коммандер Шепард – обычный живой человек, он был в курсе, благо, именно наедине с ним она чаще всего позволяла себе избавиться от, казалось, намертво приросшей к коже маске отстраненного профессионала – но сейчас дрожащие ноты в ее обычно невозмутимом голосе звучали настолько явно, что никакого переводчика им не требовалось.       Пожалуйста, больше никогда меня так не пугай.        – Не могу обещать, Шепард – в этой Галактике осталось немало Жнецов, которых мы еще не отпинали, – он постарался, чтобы его голос прозвучал как обычно, с легким намеком на «типичное гаррусовское бахвальство», но, кажется, вышло не слишком хорошо. – И если ты попросишь, потребуешь или даже прикажешь мне в следующий раз не бросаться тебе на выручку… что ж, заранее прошу прощения за нарушение субординации.       Ее ответный вздох был на удивление красноречивым.        – Я предупреждал тебя, – несмотря на всю абсурдность ситуации, СУЗИ, молчаливо застывшую у дальней стены, и предстоящие им несколько часов неопределенности, Гаррус улыбнулся уже куда шире. – Я очень плохой турианец. Так что смирись, Шепард.        – Incorrigible idiot, – пробормотала она в ответ. И вздохнула еще тяжелее.