Нет, мы больше не расстанемся!

С утра пришёл Тоору. Иваизуми уже проснулся. — Приветик, Ива-чан. — Здравствуй, Ойкава-сан. Ты чего с утра? — В школе что-то там произошло, поэтому отменили занятия. — Что-то серьёзное? — Не думаю, вчера был дождь и в школе протекла крыша. — А, ну вам повезло, ещё один выходной. — Ива-чан, ты вообще спал? — А? Да, конечно. — Ты выглядишь очень усталым, будто вовсе не спал. — Ну… я долго не мог уснуть. — Почему? — Всякие дерьмовые мысли лезли. — Ива-чан, пожалуйста, береги себя. Видно, что Ойкава был взволнован. Он взял руку Хаджиме и прижал её к себе. — Не переживай, всё в порядке. Я просто ещё думал насчёт того, кто мог сделать это со мной. Дело в том, что я почти не помню тот день. Но ночью всё стало проявляться. И меня охватило такое странное чувство… Я… не знаю как его описать. — Ива-чан, хочешь я останусь ночью с тобой? — Но тебе же на учебу завтра. Я не хочу чтобы ты плохо себя чувствовал. — Да прекрати, я буду спать, но только не дома, а рядом с тобой, чтобы тебе было не страшно. — Ойкава-сан… Тоору улыбнулся той искренней улыбкой, которую заметишь не часто. Где-то через час к Иваизуми пришёл следователь. — Добрый день, Хаджиме. — Здравствуйте. — О, Тоору тоже тут. Отлично. — Да, Добрый день. — Что-то случилось? — спросил Иваизуми. — То, что Вам посыпали яд в еду и то, что это было вещество в виде порошка мы уже давно знаем, — начал следователь. — Да. — Дело в том, что этот порошок был найдёт в кармане Ваших штанов, Хаджиме. — Но… как они там оказались? — Этого мы ещё не знаем. Я бы хотел уточнить у Вас. — Что? — Вы же смутно помните тот день, так? — Да, так. — Могло ли произойти что-то такое, что заставило бы Вас принять самому это вещество? — Ч-что? — Извините, господин следователь, но Иваизуми был в тот день со мной. Его настроение было хорошим, это предположение можно сразу опровергнуть. — Тоору, этими словами Вы делаете акцент на себя, на то, что именно Вы были в тот день с Хаджиме. — Да, я и не отрицаю этот факт, я прекрасно знаю, что являюсь одним из первых подозреваемых, но Ива-чан сам этого не мог сделать. — Я никогда не был склонен к тому, чтобы навредить себе, поэтому я думаю, что Ойкава-сан прав, — продолжил Иваизуми. — Хорошо. Я поспрашиваю ещё у Ваших родственников, что они думают об этом. — Ладно. Вы что-то ещё хотели сказать? — Да. Так вот, если Вы отрицаете тот факт, что могли сами употребить это вещество, то значит Вам его подкинули. — Да, но зачем? — Возможно, чтобы всю вину свалить на Вас. Якобы вы сами себе это подсыпали. Отпечатков пальцев там не оказалось вовсе. — М-да, то есть весомых зацепок так и нет… — Увы. Тоору. — Да? — Возможно Вас снова позовут на беседу. — Ладно. — Я надеюсь, что скоро все решится, — произнёс Хаджиме. — Мы приложим для этого усилия, — ответил следователь. Что-же, мне пора. Всего хорошо вам, ребята. — До встречи. — Всего доброго, -сказал Ойкава. Следователь ушёл из палаты. — Чёрт. Столько времени прошло, а зацепок по нулям. — Да, Ива-чан. — Ещё тебя постоянно дёргают. — Ну, их можно понять, это их работа, хотя мне это и поднадоело, но выхода нет. — Кстати, врач сказал, что мне можно начинать понемногу ходить, а то я совсем амёбой стал. — Ха-Ха-Ха! Так чего же ты лежишь? Пошли! — Ох… — Так, а где твоя обувь? — Тапочки возле тумбочки. — Мы пойдём в коридор? — Думаю, что для начала тут. — Хорошо. Ойкава подал обувь для Иваизуми и помог ему подняться. — Ива-чан!!! — Ч-чего?! — Ты посмотри на себя! Я только сейчас заметил, как ты похудел! Под одеялом не было видно этого! — Да ладно тебе, Ойкава-сан, тебе кажется, пойдём уже. Хаджиме опирался на Тоору, а тот поддерживал его. — Ого, оказывается ходить довольно трудно… — Ничего-ничего, через неделю бегать будешь, Ива-чан! — Можешь отпустить меня, я хочу попробовать постоять? — Не думаю, что это хорошая идея, твои ноги ещё слабы. — Всё же, я хочу попробовать. — Ммм, ладно, что поделать. Тоору аккуратно убирает руку Хаджиме со своего плеча. — Вот, видишь, я стою. Только Иваизуми хотел пошевелиться, как его ноги подкосились и он полетел на пол, но Ойкава успел его подхватить. — Вижу-вижу, как ты стоишь. — Чёрт, чувствую себя таким беспомощным и некчемным. Тоору положил голову Иваизуми к себе на плечо и прижал его. — Ива-чан. Не думай винить себя ни в чём. Выздоравливают все постепенно, вот и ты не торопи события, всё будет хорошо. Ты считай впервые за месяц встаёшь. И не смей унывать, ведь я всегда буду рядом с тобой. — Да, ты прав. Хаджиме ещё сильнее прижался к Тоору. — Глупыш ты. — А??? Сам ты глупыш! Ойкава только усмехнулся и поцеловал Иваизуми в лоб.