Судьба жрицы

Алурами проводила Делина долгим взглядом, и повернулась к Дресу. — Мое имя Алурами Редоран, — ровно произнесла она. — Легок ли был ваш путь, серджо? Фавенил Дрес так и пожирал свою нареченную взглядом. Когда Делин предлагал ему свою сестру, он представлял себе усушенную скорбноликую фанатичку. А тут такой цветок коды! Едва распустившийся, но очень притягательный. Редоранец не говорил, что сестра настолько хороша, да, к тому же, невинна. О, в своих мечтах сэра Фавенил вознесся очень высоко, так что тяжело ему было вновь вернуться обратно. — А… Мутсэра Редоран. Алурами. Могу я так вас звать? Мой путь… Он… — мужчине вдруг захотелось говорить красиво и красочно. Жаль, что он так не умел. — Он был непрост, но стоил этой встречи. — Может быть, принести вам прохладного отвара трав или проводить во внутренние помещения? Там есть скамеечки, — предложила Алурами. Серджо Фавенил был ей абсолютно неинтересен ни как собеседник, ни как кандидат в мужья. Но Катрен зачем-то просил ее разузнать как можно больше, поэтому девушка невольно улыбнулась, почувствовав жар на щеках при воспоминании о вчерашнем. — Нет, мне нравится это место. — Фавенил небрежным жестом руки отослал охрану, ему захотелось побыть с девушкой наедине. — Расскажите мне о себе, мутсэра, — попросил он. — Разве Делин не рассказал вам? — удивилась девушка, и в голосе ее прорезался едва уловимый сарказм. — Поверьте, он знает обо мне больше, чем я сама! — Мне хочется, мутсэра, услышать ваш рассказ, а не вашего брата. — Фавенил подошёл ближе к девушке и встал напротив неё, загораживая собой закатное солнце. — Было бы лучше, если бы начали задавать вопросы, а я постаралась бы на них ответить, — возразила Алурами. — Потому что жизнь моя не настолько интересна, чтобы о ней было что рассказать. Еще в детстве меня отдали в храм, и с тех пор я живу здесь. Сначала в качестве послушницы и ученицы, теперь — жрицы Альмалексии. — Мысли девушки снова уплыли во вчерашний день, к Катрену, и ее уголки ее губ приподнялись в невольной улыбке. — Альмалексия сегодня благословила меня, — с юношеской непосредственностью поделилась она радостью с малознакомым мужчиной. — Да? И чем же? — спросил Дрес, самодовольно ухмыляясь и подкручивая кончики обвислых усов. — Чем же, Алурами? — Повторил он пытливо. — Что — чем? — опешила Алурами. — Чем благословила? Собственной рукой и жестом, одарила божественной благодатью. Боги всегда так благословляют нас. -Хм… Ах. Да, я понимаю. — Дрес был не слишком набожным, но цепким как кагути и безжалостным. Его скверной репутации расчетливого деляги и жестокосердного хозяина не помешала бы толика благочестия, и Делин вовремя подвернулся с этим браком. Он выбирал между индорилкой и редоранкой. Да, индорилка была сановитее, но эта сестрица Делина… О, как же она хороша! Глаза Дреса масляно скользили по фигуре жрицы, словно раздевая её. — Расскажите о том, каким вы видите ваше будущее. В замужестве, — уточнил он Алурами поморгала глазами и задумалась. — Понимаете, — начала она, — о своем замужестве я никак не думаю. Делин сказал, что это его обязанность — думать о семье. По воле отца я оказалась в храме, а теперь, возможно, выйду замуж по воле брата. Произнеся последние слова, редоранка невольно поморщилась, но тут же согнала с лица непрошенную гримаску. — Вообще говоря, меня вполне устраивает моя теперешняя жизнь, пробормотала она. — А Делин вам не говорил, что я не собираюсь покидать храм и мою Богиню? -Это верно, мужчина должен вести женщину за собой, — довольно кивнул Дрес, а потом подозрительно сощурился: — Что? Храм? Ну… в Тире есть храм. «Делин снова меня обманул. Собственно, как всегда. Он ничего не говорил этому Дресу о моих требованиях!» Алурами разозлилась, в том числе и на Катрена. Немного. Ах, если бы он не отговаривал ее, уже сегодня они могли бы оказаться далеко-далеко! Может, даже на Острове, в большом храме Вивека. В конце концов, братец прав — АЛЬМСИВИ везде. Тем не менее, не озвучивая своих мыслей, девушка возразила Дресу: — Но Альмалексия живет не в Тире, а здесь! И здесь я могу видеть ее ежедневно… -Моя милая, в Тире роскошный храм Троим, — расплылся мер в приторной улыбке, обнажая мелкие зубы. — Он очень богатый и посещаемый. Ты вполне сможешь там нести свое служение богине. — Он подошёл ещё ближе и взял девушку за руку. Алурами передернуло. Тон, которым к ней обратился Дрес, был слишком слащав, а рука — вялой и немного влажной. Она осторожно высвободила ладошку из ее руки и незаметно обтерла о мантию. — Мой храм — тут. — Твердо сказала она. — И я собираюсь в нем остаться. — Исключено, моя милая. — Дрес браво подкрутил свои висячие усы и потеребил пышные бакенбарды. — Я перевезу тебя в свою усадьбу в Тире. Жрица мило улыбнулась… — Как скоро вы собираетесь это сделать? — поинтересовалась она. -О… Как скоро мы решим наши дела с мутсэрой Делином. — ухмыльнулся довольно Дрес. — Но не бойся, Алурами, это не займёт много времени. Думаю, до конца недели мы уже все подготовим, раз уж тебе так не терпится стать моей женой. А уж мне как не терпится, моя драгоценная! — Мер протянул руку и, поднеся кисть девушки к своим губам, принялся жадно целовать её. — Ай! — вскрикнула Алурами, вырываясь и снова вытирая руку о мантию. — П-простите… Мне… меня что-то укусило! Данмерка передернулась и начала яростно чесать локоть. В ее голове забрезжил некий план.…