Wake me up,when September...Starts

В понедельник утром я не предполагала, что сегодня мне снова придётся принимать Армстронга и Ко у нас в школе. Я мирно позавтракала, кое-как собралась и вышла на улицу. В подъезде меня уже ждала эта святая троица. С подохиревшим видом я спросила: - А что вы тут делаете утром в понедельник? - Тебя ждём, - ответил Тре. - Ну, меня-то вы дождались, но зачем? - Билли рассказал про твою школу, - начал Майк. – Мы тоже туда хотим. - Поверьте, будет спокойнее, если вы в психдиспансер сходите, нежели к нам в школу. - Что, всё так плохо? - Нет. Гораздо хуже, чем ты думаешь. - Билл выжил, значит, и мы выживем, - подытожил Кул. - Ну ладно, - вздохнув, согласилась я. – Только я вас предупреждала. - Я им экскурсию проведу, если что, - с готовностью сказал Билли. - Помолчал бы, экскурсовод хренов, - рассмеялась я. – Один раз побывал, так уже чувствуешь себя экспертом по нашей школе? - Да… - Я её за девять лет-то не до конца знаю, каждый день новые сюрпризы. - Слушай, Фрэнк, мне уже страшно… - Майк спрятался за спину барабанщика. – Может, не пойдём никуда? - Билл… - Тре умоляющими глазами посмотрел на гитариста. – Может, не надо? - Не ссы в компот, не делай пены, - с довольным лицом сказала я. – Отступать некуда, позади Москва. - Ну ладно… - Майк вылез из-за спины Тре, и мы пошли по направлению к школе. Билли закурил по пути. Ну и пусть. Последнее желание приговорённых к смерти всегда надо выполнять – таков уж закон чести. В школе всё было, как всегда. Перебросившись парой слов с местными нехерделальщиками, которые приходят в школу за час до звонка (собственно, как и я), Дегтярёвой и Пановой, мы, провожаемые охреневшими взглядами, пошли на физику. Надо сказать, наша учитель физики была офигенной женщиной: постоянно шутила, так что, на уроках мы девяносто процентов ржали. Она разрешила музыкантам присутствовать на уроке. И только тут я сообразила: у нас с ней упоротости дохренища, а тут ещё и эти пришли… Что будет, ой, что будет!.. Однако, вопреки всем моим ожиданиям, ребята вели себя на уроках вполне вменяемо, на физике в том числе. Но моей радости вскоре пришёл конец. А именно: мы шли из столовки в кабинет географии. Надо было оставить ребят в коридоре, но я, не подумав, совершила самую нелепую ошибку в жизни: повела их за собой. Рассказываю, в чём соль. Перед кабинетом географии у нас есть что-то типа холла, такая небольшая комнатка, в которой стоит пианино. Завидев музыкальный инструмент, Билли с радостными криками понёсся к нему и начал играть на слух 21 guns. Вокруг стали собираться наши идиоты. Естественно, им нравилось. Я стояла в стороне, прикрыв лицо рукой. Рядом стояли Тре и Майк. - Как вы с ним живёте? – спросила я. - Сами в шоке, - ответил Майк. - А что здесь пианино делает? – спросил Тре. - А я знаю? – ответила я. Тем временем, веселье продолжалось, пока не пришли директор и завхоз. Они попытались выяснить, кто играл на инструменте. Билли вышел вперёд, правда, как он понял, чего они хотят, я до сих пор не понимаю. Так вот. Директор стала ему втирать, что нельзя так делать, завхоз ей помогала. Этот придурок стоит с милым лицом кролика и что-то лопочет по-английски, скорее всего, «I don’t understand» (Я не понимаю). Естественно, директор тоже нихерашеньки не понимает. Поэтому она стала жестами объяснять, что это запрещено. Через десять минут, когда прозвенел звонок, Армстронг наконец понял, что от него требуют, извинился и отошёл от пианино. - Ты что делаешь? Совсем дебил, что ли? – налетела на него я. - А что я такого сделал? - Если пианино стоит не там, где надо, это ещё не значит, что на нём можно играть! - Но я не знал… - Ты понимаешь, что я теперь с директором разговаривать боюсь? Раньше-то тряслась, когда на ковёр вызывали, если что, так теперь ещё хуже! - Прости… - Билли виновато уставился в пол. Тут в конце коридора показалась географичка, и я, похлопав Армстронга по плечу, примирительно сказала: - Ладно, всё, расслабься. Не кипишуй, всё в порядке. Я на урок. - Удачи, - сказал Майк. Махнув ребятам рукой, я скрылась за дверью кабинета, как раз перед тем, как туда вошла учитель. На большой перемене после пятого урока мне зачем-то понадобился Смоль, и я унеслась на третий этаж к кабинету русского языка, бросив ребят около своей алгебры. Не думайте, что я просто так оставила их там: первые пять минут я отчаянно объясняла им, что нельзя никуда уходить, нельзя никого трогать из моих дебилов - одноклассников и нельзя ни на чём играть и петь. Только удостоверившись, что эти восьмое, девятое и десятое чудеса света всё поняли, я ушла по делам. Тёмы на месте не оказалось – как сообщил Ваня, он ушёл курить. И правда. Через пару минут появляется Смоль, от которого тянет сигаретами. Увидев меня, он застыл на месте, а как только я начала приближаться с самыми мирными намерениями, он начал отбегать спиной вперёд. - Тёма, блядь, ты придурок? – заныла я. – Я не буду тебя трогать. - Ты так всегда говоришь, - ответил он, оглядываясь назад, дабы не упасть. – А что потом? - Ты дебил! – обиженно выкрикнула я, остановилась и села на подоконник. Остановившись, Артём подошёл ко мне, сел рядом и сказал, приобняв за плечи: - Ну что случилось? - Ничего, - буркнула я. - Дурёха… - Ты заебал уже так говорить. - Маленькая девочка, - смеясь, быстро произнёс он. - Иди на хрен. - Уже иду. Только одну вещь захвачу с собой, - с этими словами Тёма встал, снял с моего лица очки и понёсся в неизвестном направлении. - Придурок! Очки отдай, дебил! – закричала я ему вслед. Поняв, что это бесполезно, я побежала за Смолем. Мы бежали на второй этаж к нашей алгебре. Увидев, что ребята ещё на месте, я крикнула: - Народ, помогайте! Задержите этого идиота, у него мои очки! Поняв, что от них требуется, Билли и Майк понеслись вперёд, чтобы преградить Тёме путь, а Тре, решив состроить из себя само спокойствие, остался на месте. Тем временем, Тёма позвал себе на подмогу Мишу (того самого, из-за которого на меня Майк обиделся). Эта очкастая жопа, выслушав всю ситуацию, начала ржать. Согласившись, он взял у Смоля мои очки, и гонка теперь продолжилась за ним. В конце концов, мы его поймали. Точнее, поймал Тре, так как Миша бежал, не видя ничего на своём пути. Из-за этого он врезался в барабанщика и повалил его на пол. Слава богу, никакого завуча рядом и в помине не было. Кул, не долго думая и помня мою просьбу, в момент выхватил у него очки. Миша уже ничего не смог сделать, поэтому пошёл жаловаться Тёме на неудачу. - Спасибо, Тре, - переводя дыхание, сказала я и взяла очки. - Не за что… - Тре был в ахуе от всего случившегося. - Да, вам крупно повезло, что нигде завучей не было поблизости. А то два залёта за один день – это слишком. - Почему? – тоже переводя дух, спросил Билли. - Ты видел их столкновение? - Нет. - Короче, увидев, что кто-то носиться по коридору, а тем более, из-за этого ещё и травмы получает, могли такого вставить, что мама, не горюй. - Как-то у вас всё слишком серьёзно, - опираясь о свои колени, сказал Майк. - Это норма. - А вот я так не думаю, - встрял Билли. - Почему? Бегать по коридорам, драться и т.п. запрещено. - У нас в школах такого нет. - Как так? – мои глаза превратились в блюдца. - Ты бы видела, какие у них дети после школы приходят, - сказал Тре. Билли занёс над головой друга кулак для удара, но тут прозвенел звонок. - Всё, народ, я пошла, - сказала я, поднимая руку в прощальном жесте. - Удачи, - сказал Тре.