Забытое богами место

      Витька сидел в общаге и грустно смотрел на небо. Его самолюбие было подорвано. Такое случалось с ним не часто! Он тяжело вздохнул и взял в руки телефон. В комнате с тремя кроватями был ужасно противный запах. Даже открытое окно не спасало. После вчерашней гулянки так вообще. Мусора также было навалом. И, конечно, Витя не хотел все это выносить. Не для Виктора это дело. Вон, пусть кошкоглазый этим занимается! - Что тут у нас? – Витька зашел в instagram и внимательно принялся изучать приятные его взору фотографии. – Ай, блин!       По неосторожности его палец соскользнул на круглые окна, где отображались 24-часовые истории его любимых блогеров. - Что за? – Виктор уставился на красивую девушку, примерившую маску - валентинку. – Что за бред.       Маска показывала, что нужно сделать, чтобы любимый тебе человек ответил взаимностью. Виктор тут же решил примерить маску на себе. Он решительно ткнул пальцем в экран, где тут же отобразилось его недовольное выражение лица. - Ну, здравствуй, сладкий, - пропел Витька своему отражению на экране телефона и принялся ждать, пока его маска не покажет, что ему сделать. – О, нет…       Лицо Витьки искривилось. На экране телефона прямо над его головой высветилось «Поцелуйся за банку сгущенки!».       В это время в комнату зашел Айсун. Он задумчиво поставил рюкзак у кровати и прошелся к столу, на котором среди грязной посуды с пропадающей едой стояла его любимая кружка с изображением степи и виднеющимися вдалеке гор. Бурят налил туда молока, которое вытащил из холодильника. И, залив накатившую на него из ниоткуда грусть, уставился на Витьку. Тот до сих пор не замечал его присутствия. - Что делаешь? – спокойно спросил Айсун.       Витька от неожиданности вздрогнул и чуть не выронил из рук телефон. Он резко обернулся на Айсуна и завопил: - Твою мать, кошкоглазый! – Виктор был свиреп как никогда. – Чего пугаешь? Не брал я твою сгущенку, не брал! - Ага, - Айсун пожал плечами и, поставив кружку на стол, решил переодеться. Он стянул с себя безмерную толстовку и следом просторную футболку с надписью «Your Boy». - Хватит, - Виктор немедленно встал и одернул футболку Айсуна. – Не смешно! - Дай раздеться, - Айсун непонимающе оттолкнул Виктора. – Что ты пристал? - Что? Это я еще тут пристаю? – Витька отстранился и отвернул голову. – Ничего я не пристаю… - Лучше помоги мне, - Айсун все же снял футболку и повернулся к своей тумбочке, откуда вытащил изрядно поношенную кофту. – Надо уже убрать этот срач. - Да, - задумчиво протянул Виктор и, сжав кулаки, да стиснув зубы, принялся за уборку. Он решил, что лучше слушаться Айсуна, а то случится ещё чего-нибудь.       Когда уборка была завершена и комната сверкала от первозданной чистоты, усталый Витька, наконец, посмотрел на бурята. Тот, как ни в чем не бывало, сидел за чистым столом, попивал чаек и читал толстую книгу по геологии, которую недавно советовал один из профессоров. - Почему ты так старательно учишься? – вдруг спросил Витька. – Все-таки это странно. Я чувствую себя нехорошо, когда ты так читаешь… - Чего странного то? – Айсун оторвался от книги и, смотря на соседа, глотнул чая. - Почему? – Виктор сел на свою кровать, скрестив ноги по-турецки. - Да просто люблю, - Айсун снова перевел взгляд в книгу. – Один человек мне показал, какого это. Он был таким счастливым, когда писал про свои работы и описывал чужие труды. Я тоже захотел заниматься таким. - Мне дедушка сказал идти сюда, - Виктор подошел к Айсуну и, постав к столу табурет, присел напротив. – Я был вынужден учиться. Мне не нравиться. - Чем бы ты занимался, если бы не дед? – Айсун понимающе откликнулся, зная, что такое, когда тебя заставляют чем-то заниматься. - А… - Виктор на минуту задумался, потом, облокотившись на стол, ткнул пальцем в книгу Айсуна. – Ничем. Ничего я не хочу. Мне всегда твердили, кем я должен быть. Твердили, какой я и чего должен добиться. - Оказывается, это так распространенно, - Айсун кивнул, отодвигая книгу от рук Виктора. – Я тогда просто сбежал из дома. - Все тебе просто, - Витька вздохнул и, щелкнув пальцами, положил голову на локти. – Я не могу сбежать. Даже не знаю, куда.       Айсун ничего не ответил. Он не знал, что сказать и продолжил читать. Сначала ему было неловко, но потом он увлекся чтением и совсем забыл про соседа, который заснул прямо за столом.       Только вечером, когда в комнате стало темно и у Айсуна заболели глаза, бурят отодвинул книгу и заметил сопящего Виктора. Он дотронулся до его плеча, пытаясь разбудить, но тот не шелохнулся. Бурят вздохнул и, закрыв книгу, предварительно положив туда закладку от этикетки чайного пакетика, быстро переоделся и вышел на улицу в поисках еды.       На крыльце толпились старшекурсники. Они молча кидали на всех прохожих жуткие взгляды и сильно дымили. Ужасная вонь сигарет была повсюду. Айсун быстро прошмыгнул мимо и направился в сторону ларька. Этот табачный дым снова напомнил ему о Юрии Константиновиче. Интересно, был хотя бы день, когда парень не думал об этом человеке? Теперь он знает, как выглядит его обожаемый ученый и даже знает его вредную привычку, но так ли это весело? Айсун не ожидал, что Юрий Константинович будет убегать от него, а потом еще и скажет нечто, что заставит студента грустить. Образ обожаемо ученого в голове Айсуна был совершенно другим.       Бурят зашел в магазинчик и, взяв корзинку, направился обшаривать местные полки с едой. Пока денег было много, так что он решил накупить побольше всего, чтобы в как можно реже заходить сюда и снова тратить деньги.       Когда покупки были сделаны, довольный парень сложил всё в просторный рюкзак и вышел на улицу. Дул прохладный ветерок и осенние листья кружили в небе невообразимо сказочно. Айсуну стало тепло на душе. Он покрепче ухватился за лямки рюкзака и решил прогуляться. Небольшая прогулка перед сном только на пользу.       Город был довольно красивым. Местная архитектура - интересной. Маленькие дворики и парки так вообще обладали особым уютом. Также Айсуну нравились обшарпанные трамвайчики, снующие туда-сюда и небольшое количество маршруток. Смотреть на машины было куда интересней, чем на эти дрянные автобусы. Парень натерпелся их пока ехал из Бурятии в Томскую область. Ему много чего пришлось пережить в той поездке. - Эдваааааард, - Айсун застыл на месте. Какой-то мужик очень громко кричал странное имя откуда-то сверху. Парень задрал голову и увидел, что у одного из домов балконы выходили прямо на улицу. На балконе четвертого этажа сидел сильно подвыпивший мужчина.       Мужчина, шатаясь из стороны в сторону, подошел прямо к перилам балкона и облокотился. Правую руку он грациозно вытянул вперед и, прослезившись, снова выкрикнул: - Куда же ты! – его голос дрожал. – Я тебя поил, кормил! А ты опять улетаешь к своей Белле!       Айсун пригляделся. Этот мужчина был странно знаком ему. Парень подошел ближе. Тем временем пьяный мужчина, ухватившись за перила, уже на половину был на улице. Еще чуть-чуть и он бы упал. - Подождите!!! – закричал бурят, помахав рукой мужчине. – Смотрите на меня!       Мужчина медленно поднял голову и уставился на бурята. Ему было плохо: в глазах двоилось, дыхание перехватывало, да голова шла кругом. - Пожалуйста, вы не можете умереть! – продолжал кричать Айсун, привлекая внимание прохожих. Пожилая женщина, сидящая тут же на лавочке рядом с входом в подъезд, хмуро уставилась на бурята. - Молодой человек, вы его знаете? – бабушка поморщилась, словно не хотела не с кем разговаривать. – Уходи отсюда. Не шуми. Этот пьяница всю жизнь так делает и ему же на руку, прости меня господи, вот так умереть. Измучался уже весь. - Вы не можете так говорить! – воскликнул Айсун. – Я его знаю! Я хочу помочь ему! - Милок, сколько тебе годков то? – бабушка не собиралась сдаваться. – Кого спасать удумал? - Я, правда!.. – бурят не знал, что сказать, да и вообще стоит ли. – Вы тоже его знаете? - Отчего же мне его не знать? – бабушка тяжело поднялась со своей скамейки и, схватившись за спину, подозрительно уставилась на парня. – К сожалению, я его соседка. - Вы можете меня провести к нему? – Айсун с волнением в голосе обратился к бабушке. – Пожалуйста! - Еще бы я сюда пускала всяких, - бабушка уже повернулась в сторону подъезда, намериваясь идти к себе в квартиру. - О-а-ё! – пьяный мужчина, наконец, разобрал, кто совсем недавно говорил с ним и, громко икнув, осел на пол балкона. – Ты! Ты! Ты! - Видите, он меня помнит! – Айсун подбежал к старушке, строя щенячьи глазки. - Ох, - старушка лишь вздохнула. Она кротко кивнула и, приложив магнитный ключ от домофона, открыла дверь.       Айсун проскочил следом. Старушка медленно поднялась по лестничному пролету и остановилась на площадке, чтобы отдышаться. Спустя минуту она продолжила путь. Бурят все время чинно благородно следовал за бабушкой.       В голове Айсуна крутилось множество мыслей. Тот пьяный мужчина – Юрий Константинович? Зачем он пил? Почему так оказалось, что он в таком состоянии? У него что-то произошло? Где-то в глубине души он надеялся, что это будет не его учитель, но разум говорил ему о том, что мир обманчив и это, действительно, Юрий Константинович… - Ох, - старушка поднялась на четвертый этаж и проскользнула к своей квартирке. Она хотела уже открыть дверь и полезла в карман за ключом, но резко обернулась на Айсуна. – Почему ты не идешь к своему другу? Кутить ведь теперь вместе будете? - Что вы! – бурят занервничал. – Я первый раз тут и не знаю, где его квартира. Тут всего три двери и одна из них ваша, а в какой он? - Туда, - старушка указала на обшарпанную черную дверь. – И уходи быстрее!       Айсун мигом прошмыгнул к двери пьяного мужчины и постучал. В ответ была лишь тишина. Тогда он постучал еще раз. Звонка тут не было, так что приходилось только стучать.       Парень нервничал, чувствуя, как в его затылок презрительно смотрит старушка. Он рванул за дверную ручку, и дверь открылась, пустив на бурята стойкий запах алкоголя, от которого парень поморщился.       Айсун обернулся на бабушку и, кивнув ей на прощание, скрылся в квартире. Здесь было безумно грязно. На пороге скопилось много нечищеной обуви, которая стояла в полном беспорядке. Вешалка была захламлена несезонной одеждой. Зеркало, что было тут же рядом, вообще ничего не отражало из-за толстого слоя пыли. Айсун все же снял обувь и ступил в коридор, вдоль которого рядками стояли пивные банки разного калибра. - Простите? – позвал парень, заглядывая в кухню. Тут было душно и задымлено. На столе была куча грязной посуды и заляпанная тетрадь.       Парень вышел из кухни и направился дальше. Направо от кухни была ванная комната, совмещенная с туалетом, который тоже давно не чистили. Запах был страшный. Чуть дальше была еще одна комната. Она оказалась самой просторной. На полу вокруг двуспальной расправленной кровати то тут, то там валялись вещи и листки бумаги. Некогда белоснежная, почерневшая от пыли и дыма, шторка легко вздымалась от каждого дуновения ветерка, открывая взору балкон, где на полу сидел мужчина, обнявший колени.       Айсун сразу подбежал к нему и опустился на одно колено. Рукой он толкнул его в плечо и услышал всхлип. - Простите? – Айсун отпрянул от такой реакции, но потом все же попытался увидеть лицо мужчины, который вот-вот расплачется.       Мужчина поднял голову. Его лицо выражало страдание. Хоть он и не плакал, как могло показаться Айсуну, но глаза мужчины были красными, испещренными множеством капилляров. - Юрий Константинович? – Айсуна прошибло потом. Его обожаемый ученый сидел в одних трусах на холодном балконе и пьянствовал. - Зачем ты пришел? – спросил мужчина осевшим голосом. – Мало тебе было сегодня напомнить мне о том, что было? - Извините, - лицо Айсуна помрачнело. Идеальный образ любимого ученого разбился вдребезги. Теперь в этих осколках идеального отражался только пьяный мужчина, погрязший в небольшой холостяцкой квартирке, доверху наполненной хламом. - Сначала Эдуард, теперь ты, - Юрий бредил. - Для начала вам нужно встать, - Айсун подхватил мужчину под локти и резко поднял, но тот еле держался на своих ногах. Его изрядно штормило.       Парень аккуратно обнял его за плечи и осторожно завел в комнату. Он усадил его на постель и опустился перед ним на корточки. – Кто такой Эдвард? - Голубь, - Юрий сонно качнул головой. – Единственный верный товарищ меня бросил! - Почему вы назвали его Эдвардом? – Айсун смотрел прямо в глаза преподавателя, надеясь разговорами привести его в чувства. - Да вон же, - Юрий кивнул на балкон, где сидела белая голубка, - белая Белла. Почему же у неё не должно быть своего Эдварда? - Вы смотрите такие фильмы? – удивленно переспросил Айсун, сомневаясь, что такой мужчина может таким интересоваться. - На слуху, - смущенно буркнул Юрий и повалился на бок. – Хватит.       Мужчина тяжело дышал. Его щеки были красными, а голова как горящий уголь. К тому же ноги преподавателя были ледяные. Айсун осторожно уложил Юрия в кровать и поморщился, так как совсем не хотел накрывать его таким грязным одеялом.       Айсун живо сбросил с себя рюкзак и снял толстовку. Только теперь он заметил, что в спальне было прохладно. Он тут же закрыл балкон и накинул на беспомощное тело Юрия свою одежду. Сам он схватил одеяло и начал осматриваться, где тут может быть запасной постельный комплект.       Спустя некоторое время парнишка и вовсе навел порядок в комнате мужчины, собрав весь мусор и протерев пыль. Ему не терпелось скорее избавиться от всего многолетнего дерьма, что скопилось в квартире.       Теперь, когда спальня и балкон мужчины сверкали от чистоты, Айсуну оставалось последнее – сменить постельное белье преподавателя и забрать свою толстовку.       Парень осторожно сменил пододеяльник и наволочку, предварительно забрав и то и другое у спящего мужчины, потом попытался вытянуть из-под него простыни, но это не очень хорошо получалось. Айсун забрался на кровать с ногами и потихоньку начал тянуть на себя неподатливую ткань. Та даже затрещала от натуги. Неужели пьяный мужик может так много весить!? Айсун даже стиснул зубы от натуги, но тут произошло что-то странное. Замерзший Юрий сквозь сон дернул на себя щекотавшую его простынь и вместе с тем притянул и бурята. Мужчина перевернулся на бок и, пытаясь свернуться в клубок, заграбастал своими руками и парня, крепко обняв его за торс и в придачу накинув свою ногу поверх худощавого тела. - Бля, - прошептал задыхающийся Айсун, чувствуя, что выбраться будет сложно. Горячее дыхание учителя опалило его щеку. Парень даже вздрогнул от такого накала страстей. Только теперь он понял, что Юрий Константинович был довольно крепкого телосложения. Несмотря на его образ жизни, он обладал сильным телом. Даже пресс с кубиками имелся. Айсун отвернул голову, скрывая смущение от нахлынувших на него чувств. Как бы сильно мужчина не прижимал его, эта поза была вполне комфортной. Под головой был упругий бицепс, на груди не очень тяжелая рука, придерживающая простынь, а на бедрах дополнительное тепло от ноги мужчины. Только вот простынь была грязной, а дыхание преподавателя ужасно ароматным. Айсун попытался выбраться из цепких рук мужчины, но тот со стоном только сильнее прижал парня к себе. - Должно быть вы одиноки, - парень устало вздохнул и пошел напролом. Раз в обратную сторону нельзя, то прямо в пасть к врагу можно. Так и быстрее будет.       Айсун повернулся лицом к Юрию и прильнул к нему, толкая его тело так, чтобы мужчина уже лег на спину. Шеки обоих соприкоснулись, а от напора бурята даже сильнее нагрелись и покраснели еще больше. Как только Юрий перевернулся на спину, Айсун, наконец, приподнялся. Теперь он нагло сидел прямо на пьяном мужчине, который до сих пор не выпустил из руки простынь. - Ладно, - парень устало вздохнул и встал с преподавателя. Он вырвал из его руки простынь, и теперь уже ему нужно постелить свежую.       Парень застелил одну часть кровати, потом перекатил тело преподавателя и застелил вторую. Он забрал свою толстовку и переложил её на тумбу. Он накрыл Юрия теплым одеялом, заботливо подложив под его голову подушку, и облегченно выдохнул.       Время уже было позднее. В рюкзаке продукты начали потихоньку портиться, да и в сон клонило неимоверно. Айсун вышел в коридор и чуть не запнулся о бутылки. Он нервно сдвинул их в сторону и прошел в кухню, желая испить воды. Чистой кружки не оказалось. Пришлось мыть, но в процессе Айсун так увлекся, что перемыл абсолютно все, пока кухня не начала сверкать также как и спальня. Так и не испив живительной водицы, бурят решил вернуться за рюкзаком, снова споткнувшись по пути о пустые банки. Парень хмуро нагнулся над ними и, испепеляя взглядом, прибрал в мусорный мешок, продолжив уборку и в прихожей и в ванной.       Когда с уборкой было покончено, за окном уже стало чуть светлее. Айсун тяжело вздохнул и поплелся к преподавателю, свернувшемуся в позу эмбриона и с головой укутавшемуся в одеяло. Парень решил спать здесь. Он ничком пал на кровать и его глаза сами собой закрылись.