Эйдж, кажется, что-то пошло не по плану

Сейчас где-то час ночи, а Эйджиро еще не спит. Он сидит в гостиной прямо на полу, приоткрыв рот, и смотрит с глазами по пять копеек на парня, который стоит перед ним в чем мать родила. На нем практически ничего нет, только какой-то кусок ткани грязно коричневого цвета, висящий чуть выше колен и прикрывающий его достоинство и задницу, и цепочка на правой руке, чуть выше локтя. Все. Больше на этом пареньке ничего нет. Он стоит, сложив руки на груди, осматривается и виляет длинным тонким хвостом с кончиком в виде пики. Из-под волос канареечного цвета выглядывают маленькие черные рожки, медовые глаза с кошачьими зрачками поблескивают в темноте. Блин, кого он, черт возьми, вызвал?!? — Ты кто? — решается спросить Киришима. — Суккуб, — холодно отвечает хвостатый и по-турецки садится на пол. — Чего изволите? — Минуточку, я ж демона вызывал! — Эйджиро все еще с непониманием глядит на светловолосого. — Я и есть демон, если по мне не видно, — усмехается парень. — Демон похоти, если быть конкретнее. — Чего?!? — Кири хмурится. — Что ты несешь?!? — Я несу истину, — парирует юноша. — Я—суккуб, демон похоти. Я живу почти полторы тысячи лет. Если ты не знаешь, кто такие суккубы, даю справку: суккубы, как я уже сказал, это те же самые демоны, только они не убивают людей. Они помогают удоволетворить людям их биологические потребности, получая за это какую-то плату. Короче говоря, суккубы — это разновидность дорогой проститутки. Только эта проститутка может тебя отпиздить, если ты ей не заплатишь, и при том очень сильно. Она, фактически, тебя до гробовой доски доведет. Изначально у суккубов не было пола и рассы, но теперь среди них можно выделить мужчин и женщин, альф, бет, омег, дельт и гамм. В Аду учитываются предпочтения того, кто вызывает суккуба, и посылают того, кто соответствует этим предпочтениям. — То есть, фактически, ты—плод моего больного воображения? — уточняет Эйдж. — Несовсем, — поправляет светловолосый. — Я тот, кто больше всего соответствует твоим предпочтениям в постели. — А, то есть тот, с кем секс доставит мне больше удовольствия? — До Киришимы наконец доходит, как он лоханулся. Он знает, кто такие суккубы. Но лучше произвести впечатление не просвященного во все тонкости человека, чем лоха, который вызвал не того демона. — Бред какой-то, честное слово! — Согласен, существование этого мира—полнейший бред сумасшедшего, — кивает демон. — И мы— всего лишь плод больного воображения этого шизофреника, которому давно пора в дурку. — А для меня там местечко найдется? — спрашивает Киришима. — А ты нуждаешься в помощи психиатора? — уточняет хвостатый — Через несколько минут она точно понадобится, — хватается за голову бариста. — Тут психбольница есть неподалеку, — смеется демоненок. — Всего десять миль отсюда. — У меня прав нет, — бурчит Эйджиро. — Это уже не мои проблемы, — суккуб разводит руками. — Так, я не понял, заказывать че-нюдь будем? Эйджиро этот вопрос пропускает мимо ушей. Сейчас он пытается понять, каким образом, вызывая простого демона, он вызвал суккуба, до безобразия сексуального. Чего греха таить? Да и разговаривать с ним можно, если б не ситуация, было б ахуенно. Но ему сейчас не нужен суккуб. Ему нужен обыкновенный демон. Вот же ж влип! — И на кой мне суккуб? — Киришима подпирает голову одной рукой, а другой чешет затылок. — Откуда мне знать?!? — демон вопросительно изгибает брови. — Я что ли тебя вызвал? По-моему, всё как раз-таки наоборот. Ты меня вызвал. А вот зачем, это уже не у меня спрашивай. А что, ты хотел вызвать кого-то другого? — Не, я просто предисловие о том, кто такие суккубы, не читал, — Эйджиро понимает, что врать сейчас не лучший вариант, ибо демоны—заразы проницательные. Но лохом выглядеть не очень хочется. — Ааа, ну, понятно, — улыбается суккуб. — Может быть, ты в оглавление книги тоже не смотрел, как, в прочем, и в предисловие? — А это уже не твое дело, — огрызается Киришима. — Я и без тебя могу разобраться, где мое дело, а где нет, твоих указаний мне не требуется, — в тон ему отвечает демон и складывает руки на груди. — На меня бочки катить не надо! Не я виноват, что ты почти за хрен знает сколько лет своей жизни читать не научился! Ты меня вызвал? Вызвал! Я демон? Демон! Со мной что делают? Сделки заключают! Ну? Чего тебе надо? — Во-первых, мне 27, а не хрен знает сколько лет,— недовольно бурчит Кири, — А во-вторых, мне надо знать твое имя. — Эйджиро выжидающе смотрит на парнишку. — Денки Каминари,— юноша улыбается уголками губ. — Эйджиро Киришима, — произносит бариста, — А ты омега? — А по мне не видно? — с иронией говорит Каминари. Эйдж в ответ на этот вопрос внимательно приглядывается к Денки. Вылитый омега, блин. Кожа аристократично бледная, глаза большие, ресницы светлые и густые, губы ярко-розовые, чуть-чуть припухлые, плечи узкие, руки худые, запястья на руках тонкие, длинные ноги, стройные бедра и узкая талия. До безобразия симпатичный суккуб. — И все-таки, что мне с тобой делать? — смеется Киришима. — Я без понятия. — пожимает плечами Денки. — Я же тебе сказал, что моё дело появиться, а вот что мне делать, это уже решать не мне. Эйджиро смотрит на демона и пытается сооброзить, как бы он мог его эксплуатировать для собственной выгоды. И тут до него доходит. — Отвороты делать умеешь? — спрашивает Киришима. — Разводить людей на что-то — умею, а вот развода в плане отношений… — Каминари медлит, а потом произносит: — Пока что не доводилось. Но, думаю, это как два пальца об асфальт. — Ладно, по ходу разберешься, как это делать, — машет рукой Эйдж. — А что бы ты хотел получить от меня взамен? Ну, допустим, с работой ты справился. Что ты хочешь получить как оплату? Каминари бегает глазами по комнате. Его губы поджаты и сильно дрожат, глаза предательски блестят. Однако он гонит неуместные чувства прочь, вытирает слезы тыльной стороной ладони, тяжело вздыхает и дает лаконичный ответ: — Свободу. — То есть? — Киришима вопросительно выгибает бровь. — Ну, я что-то по типу джина, только лимит желаний, которые ты можешь загадать, неограничен, — отвечает Денки. — Как и в количестве тех людей, чьи желания я должен выполнить. За это я получаю какую-то плату. Но я никогда не получал того, что я хотел. За полторы тысячи лет не нашлось никого, кто согласился бы на это. Все думают лишь о том, кого бы поиметь во все щели. А я как дурак жду, надеюсь. По правде говоря, у меня никто никогда ничего такого не спрашивал. Спасибо, что хоть спросил моего мнения. Эйджиро не нашел в себе сил что-то на это ответить. Зачем? Денки и без того паршиво. Возможно, он сейчас думает о том, кем бы он мог быть, если б был человеком. И, может быть, он надеется на то, что Кири даст ему то, чего он так ждет. «Надо хотя бы дать ему шанс,» — думает Киришима. — Если ты исполнишь мое желание, ты станешь свободным, — говорит Эйджиро и протягивает свою ладонь. — А что именно тебе нужно? — спрашивает Каминари. — Я хочу, чтобы ты сделал так, чтобы от меня отвязалась одна девушка, — отвечает Кири. — А ты сам с этой проблемой разобраться не можешь?— шутит Денки. — Да, не могу, потому что ровным счетом не имею никаких представлений, каким, мать его, образом заставить её забыть о моем существовании, — парирует Эйдж. — Прям всё-всё перепробовал? — смеётся демон. — Да, но это "всё-всё" не особо-то и помогло,— уголки губ Эйджиро лезут вверх. — И поэтому ты решил прибегнуть к радикальным мерам, а если быть точнее, к чёрной магии?— подытоживает суккуб. — Именно, —кивает Киришима. — А не проще было просто послать её, ну, как все? — хвостатый давится смехом. — Или соврать? Или ты настолько, блин, вежливый? — Да, я вежливый, я не могу её послать—она ж девушка. — зубастик складывает руки на груди. — А что, это плохо? — Не знаю насчет плохо, но точно знаю, что это не есть хорошо, — изрекает Денки. — Ах, да! Уж не сочти за грубость, но ты когда последний раз у психиатора проверялся? Четыре года назад? — Четыре месяца назад, — поправляет Эйджиро. — Так я не понял, ты согласен или нет? — Я что, похож на идиота, который откажется от собственной свободы? — усмехается Денки, с вызовом глядит на собеседника и протягивает свою левую ладонь. Та вспыхивает алым пламенем. Таким же пламенем горят и глаза демона. Это пламя горит не только из-за интереса. Это огонь надежды. Денки произносит короткое: — Согласен! — Прекрасно! — говорит Эйджиро с таким же энтузиазмом и пожимает руку Каминари. Его ладонь начинает неприятно саднить, но Киришима терпит, ведь он в коим-то веке вспомнит о такой вещи, как свое личное пространство. На миг появляется яркая вспышка, которая практически ослепляет его. После неё они с Каминари могут разорвать рукопожатие, и Эйдж ещё какое-то время часто-часто моргает, пытаясь придать картинке перед глазами фокус. — Так, для начала мне нужно взглянуть, с чем я буду работать. — Денки сжимает и разжимает левую руку. — Хорошо, — кивает Киришима, — Только давай завтра. А то спать хочу. — Хозяин—барин, — пожимает плечами суккуб, — А где мне спать? — У меня в комнате. — отвечает Эйдж. — Я посплю сегодня на диване. Завтра мы к этому вопросу вернёмся. — Я не хочу спать на коврике в прихожей! — шутит демон. — Ты думаешь, я хочу?— улыбается Кири. — Ладно, пошли. Прошло минут десять. Денки уже лежит под тёплым одеялом и довольно что-то бормочет себе под нос. — Всё, — произносит Эйдж. — Если что, я в гостиной. — Мне почти две тысячи лет, я немаленький уже! — бурчит Каминари. — Не, ну, мало ли, бутылочку надо будет согреть, — усмехается бариста. — За меня можешь не беспокоиться, — с издевкой говорит Денки. — Если что, я и себе, и тебе согрею. — Ладно, ладно! — Киришима театрально вскидывает руки, а потом заботливо произносит: — Доброй ночи. — Доброй ночи. — вторит ему Каминари и забывается сном. Эйджиро еще долго не спит. Не может. Не получается. Что-то не дает ему покоя. Он трясется как осиновый лист от одной мысли о том, что он заключил сделку с демном напрасно. Только бы ничего не сорвалось!