Начать жить

Больше всего на свете Дерек ненавидел болеть, а уж перед Рождеством это вовсе сравнимо апокалипсису. В детстве Джоан игнорировала его плохое состояние. В школу не отправляла, чтобы никто не подумал ничего плохого, да и для Джейсона с Дэвидом привыкла делать вид заботливой мамы. Но чаще всего Дерек просто лежал в постели не в состоянии самостоятельно налить воды, пока со школы не возвращался Джейсон. Тот всегда окружал Дерека заботой, даже пытался сварить бульон, хотя выходило это отвратительно. Но Дерек стоически ел и нахваливал, потому что улыбка Джейсона согревала куда лучше этого самого бульона. Дерек вырос, но ощущение беспомощности и отвращения к самому себе никуда не исчезло. Ни на что не способен. Никому не нужен. Эти слова даже после того, как они уже примирились с Джоан, все равно невольно всплывали в сознании. Стило только почувствовать первые признаки недомогания, Дерек всегда крепился до последнего. Старался переносить болезнь на ногах, улыбаться и делать вид, что все в порядке. Вот и сейчас, чувствуя подступающую слабость и жар, Дерек все равно пошел в мастерскую. Картина сама себя не закончит. На обеспокоенный взгляд Джейсона он лишь отмахнулся. Слабаков не любят. Именно это крутилось в голове, хотя перед глазами все плыло, а ощущение, что он сейчас просто рухнет прямо на пол мастерской, не покидало. Дерек упорно пытался быть сильным. Он понимал, что Джейсон не уйдет, не бросит, но порой старые установки попросту не давали попросить о помощи. — Ты уже минуты три просто смотришь перед собой. — Дерек почувствовал, как на плечи опустились руки Джейсона. — И мне это совершенно не нравится. — Все… — Дерек выдохнул и опустил голову. Они же договорились, что больше никогда и ничего не будут скрывать друг от друга. В такие моменты Дерек чувствовал себя глупо. — Мне плохо. — Я догадался. В следующую секунду Дерек почувствовал, как его подхватили на руки и понесли прочь из мастерской. Он хотел было поспорить, но сил не было. Он лишь обхватил Джейсона за шею и уткнулся лицом в грудь. Ему хотелось этой слабости, а еще почувствовать, что он не один. Что чтобы не происходило — у него всегда есть тот, на кого можно опереться. Джейсон притащил его в комнату, устроил на кровати, выстроив целую пирамиду из подушек под спиной. Бульон теперь у Джейсона был намного вкуснее, чем в детстве, поэтому Дерек не делал вид, а действительно наслаждался им. — А теперь сладости, рождественские комедии и никаких, слышишь, никаких картин пока ты окончательно не встанешь на ноги, — заявил Джейсон, укутывая Дерека в дурацкую кофту с оленями. И на сей раз Дерек совершенно не собирался спорить. Он засыпал окутанный теплом Джейсона, запахом имбирного печенья и закадровым смехом.