Френдзона

***Люцифер глазами Шепфы. «Ну и где эта Мисселина? Может быть, послать все нахрен и улететь куда-то подальше? Вечером в Аду тусовка, насрать, что там мутит Лилит. Пусть отец с ней разбирается, он её муж, а не я». — Эй, подожди, Люцифер. Демон оборачивается и видит обеспокоенное лицо Уокер. Рядом с ней — Аро Невски переминается с ноги на ногу. «Её дружочек Непризнанный на удивление спокоен, хотя на лице, вижу, застыла неопределенность. Небось не знает, с какой стороны к ней прилипнуть», — агрессивные мысли сына Сатаны удивляют его самого. — Мы тоже хотим её найти. Давай действовать вместе, — Уокер несмело заглядывает демону в глаза и, кажется, прощупывает настроение следующей фразой: — У нас с Аро сейчас полеты для новичков, но мы можем пропустить, да? — Если ты так думаешь, Вики, то…окей, — соглашается тот и задорно смотрит на демона. Люцифер переводит взгляд с него на неё. Замечает, как энергии Непризнанных заполняют пространство вокруг друг друга, увеличиваясь в размерах и яркости. «Какого ангела их энергия невероятно сильная? Таки без Лилит не обошлось?» — молча думает Люцифер, а вслух говорит: — Как хотите. Если не будете успевать лететь быстро — ваша проблема, — он на мгновение закрывает глаза, чтобы сосредоточиться на поиске Мисселины. Непризнанные переглядываются. Вики усмехается озорной улыбкой и закусывает губу, ликуя, что сына Сатаны всё-таки несложно уговорить. Какое-то время Люцифер молчит, затем открывает глаза: — Есть. За мной. Он взлетает, Непризнанные рвутся следом за ним. В полной тишине они покидают пределы школы, и какое-то время каждый думает о своём. — Ух ты, красиво, что это за местность за лабиринтом? — Люцифер слышит сзади себя пытливые нотки в голосе Вики. — Заброшенный поселок. За ним будет город. Туда ведёт след её энергии. — И почему я раньше сюда не летала? Очень красиво, — слегка запыхавшись, продолжая отставать, произносит Вики. — Непризнанным запрещено покидать территорию школы. Мне казалось, ты не нарушаешь правил, — хмыкает Люцифер. Он даже слегка оборачивается, чтобы краем глаза оценить реакцию Вики, и не зря: та мгновенно покраснела. Перед глазами Люцифера снова предстал балкон, вино и сочные губы Уокер, которую ему ненадолго удалось задержать после интервью. Она прервала его поцелуй и заявила, что не нарушает правил. «Есть что-то возбуждающее в прижимании умной девушки к полке с Аристотелем. Даже если она Непризнанная», — проносится в голове у демона, но он быстро выталкивает эту мысль из своего сознания, будто боится, что кто-то сможет его подслушать. Тем временем Непризнанные не отстают от него, несмотря на то, что Люцифер летит довольно быстро. Вики очень смело, с большим размахом, двигает крыльями и уверенно рассекает воздух. Аро тоже. «Это с каких пор они так хорошо научились двигаться в пространстве? Их энергия распирает. Что за ангельщина, Шепфа побери?» — недоумевает Люцифер, еще сильнее ускоряясь. — Здесь что-то явно не так… Если бы я не посчитал совместимость их душ, мог бы подумать…». — Эй, Люцифер, можно привал? — устав, все-таки решается попросить Аро. Демон кривится и указывает на одну из скал посредине поселка: — Остановимся здесь. Все равно, если ближе подберёмся, она нас может учуять. Надо подготовиться. Когда все приземлились в указанной демоном точке, он достаёт из кармана амулет фиолетового цвета и надевает на шею. — Амулет временно впитает мою энергию, чтобы меня не смогли отследить. Непризнанные переглядываются. Вики едва заметно отрицательно качает головой, очевидно, отвечая на какой-то мысленный вопрос Аро. Демон это замечает, но отворачивается и ничего не говорит. «Бесят. Надо быстрее решить этот вопрос, чтобы избавиться от них», — думает сын Сатаны. — Этот амулет делает слабее? — спрашивает Аро. — Нет, только маскирует. — Ты считаешь, она сбежала от нас?— спрашивает Вики. — Это очевидно. Слишком уж далеко улетела, — механично проговаривает Люцифер, снимает с шеи артефакт и протягивает ей. Когда Вики забирает амулет, их пальцы ненадолго встречаются. Люцифер отводит взгляд и отходит в сторону, делая вид, что рассматривает горизонт. А на самом деле он удивляется новому, странному для него чувству: как будто тысячи гормонов глубоко в груди отреагировали на такую совершенно безобидную мелочь, как полусекундное прикосновение, и подобрались к горлу. «Это всего лишь Непризнанная. Что с тобой? Нужен секс? Может, сегодня на ночь позвать какую-то дьяволицу, а лучше сразу двух… Странно, почему раньше такого не было?». Демон вспоминает, как при расставании Ости заявила, что, похоже, он ее никогда не любил. «Сын Ада не должен любить», — ответил тогда он заезженную фразу, которую с самого детства слышал в доме отца. «Как всегда патетично», — усмехнулась заплаканная Ости. И вот Люциферу до сих пор непонятно, почему она плакала тогда? Ведь это она уходила, а не он. И уходила не просто так, а к другому. Возможно, она плакала, потому что ему было всё равно? В голове Люцифера разговор прокрутился до момента, когда Ости спросила главное: «Зачем тебе данные ЕЁ души?». От воспоминаний отвлёк как всегда слишком бодрый голос Непризнанного: — Можем идти. Я подержал амулет. *** Они летят не больше 7 минут, как Люцифер подаёт сигнал снижаться. Энергия Мисселины, как ни странно, чувствуется в общем баре для ангелов и демонов на окраине городка. — Говорить буду я, — строго предупреждает Люцифер, и непризнанные соглашаются. Все трое заходят в бар, и как только глаза бессмертных привыкают к подвальному полумраку, Люцифер замечает Винчесто. «А он что тут делает?». Винчесто сидит на диванчике и что-то вкрадчиво рассказывает демонице со светлыми волосами. — Это же... — шепчет Уокер, вспоминая, где видела это лицо. «Корделия», — мысленно отвечает ей Люцифер. Та самая бессмертная блондинка, которая ненадолго появлялась рядом с Люцифером, когда они с Вики были на земном задании. Уокер так и не поняла, как они связаны, но помнит, что прикрыла его тогда и не выдала их дела Кроули. — О, Люцифер, я не почувствовал твоего прихода, здравствуй, — компанию замечает Винчесто. — Ты здесь по личным делам? — Можно и так сказать, — спокойно отвечает Люцифер и вопросительно переводит взгляд на собеседницу демона. Она, согласно иерархии демонов, встает с дивана и учтиво кивает сыну Сатаны. — Добрый день, Люцифер, и... остальные — её глаза заинтересованно сверкают, когда она видит рядом с сыном Сатаны Непризнанную. Винчесто жестом приглашает демоницу вернуться на место и медленно объясняет: — Я как раз звал Корделию на допрос к твоему отцу. Он хочет её видеть. «Неужели догадывается, что я её нанял?» — усмехается сын Сатаны. Но вслух он не проявляет никакой заинтересованности, лишь переводит тему: — Я ищу ангела Мисселину. Ты её видел? Тот оглядывается по сторонам и качает головой. Корделия, которая, очевидно, узнаёт Вики с прошлой мимолетной встречи, подаёт голос: — Люцифер, представь меня своим спутникам, мне кажется эту прекрасную особу я уже встречала… — демоница хитро улыбается в сторону Вики, намекая, что вот сейчас Непризнанная отступится и скажет лишнего. Люцифер уже хочет возразить, но не успевает. Вики, покашливая и выигрывая себе короткую заминку, представляется. — Эм, не думаю. Я не так давно среди бессмертных. Я Вики Уокер. Это мой друг Аро. Легкое разочарование на лице демоницы появляется лишь на мгновение. — Непризнанные. В дивной компании вы гуляете. И дивный у вас этикет, — снисходительно усмехается Корделия и использует момент, чтобы слегка отодвинуться от Винчесто. Вики бросает вопросительный взгляд на Люцифера. Тот заметно расслабляется и благодарен, что она не проболталась о том, как однажды уже видела Корделию. Он даже посылает демонице мысль на повышенных тонах: «Какого ангела ты творишь? В мои планы не входит, чтобы Винчесто что-то понял». На лице той мелькает удивление, затем появляется одобрение. «Ммм, не глупая девочка. Или у нее память плохая? Не пойму… просто проверяла, с кем ты проводишь свое ценное время», — посылает Корделия мысленно ему ответ. Затем её взгляд снова возвращается к Вики: — Уокер… Я уже слышала эту фамилию… Люцифер обрывает её, перекидывается парой слов с Винчесто, и резко прощается. Когда троица отходит на приличное расстояние, Вики иронично спрашивает: — Твоя подружка играет против тебя? — Скорее, против тебя. — Меня? — такой ответ застаёт Вики врасплох. — Женская «солидарность» в кавычках, — хихикает Аро. «Его комментарии вообще не кстати… стоп, он что, что-то знает?» — Люцифер посылает ей мысль, и Вики краснеет. — Я только что с Аро мысленно обсудила, — вслух отвечает она и быстро спохватывается. — А так мы об этом, конечно же, не говорили. Я никому не говорила о том дне. — Ясно, — изменившимся голосом отвечает Люцифер. «То есть с ним они переговариваются в голове, а со мной она говорит вслух. Чтобы его не оскорбить, ангелы их побери?» — что-то внутри демона обрывается. Он злится на Уокер и Невски, но больше на себя самого. На себя за то, что его настроение предательски поменялось из-за такой мелочи. — Просто какой ей смысл, если бы я проговорилась, что уже видела вас… — Смысл в том, чтобы выставить кого-то глупее себя. — Но зачем? — Я в ваших женских делах не разбираюсь. Уокер хмурится: — Это смахивает на сексистский комментарий… Зачем, по-твоему, ей выставлять меня глупой? «О Сатана, она делает вид, что не понимает? Или она все же глупая?» — продолжает закипать демон. Это панибратство от Уокер, её непосредственность, прямота и тотальное непонимание его интереса к ней возбуждают в нем какие-то новые чувства. Это ноющее возбуждение, нетерпеливое желание заполучить то, что его по праву (а разве нет?), злость, что всё идёт по сценарию, который ему совершенно не ведом, разочарование от того, что он превратился в раскалённый эмоциями валун. И не может двигаться дальше, потому что это совершенно новое, неизведанное состояние, в котором он не умеет себя вести. — Вижу Мисселину! — негромко вмешивается Аро, указывая на угол бара. Это переключает все внимание Люцифера и позволяет сосредоточиться на ангеле. Она что-то читает за стойкой и оглядывается, будто кого-то ждёт. Через полминуты рядом с ней садится сын главы Ада. — Нам 3 глифта, пожалуйста, — говорит он непринужденным тоном бармену, и Мисселина подпрыгивает. — Вы не в школе? — немного испуганно спрашивает она. — Как и вы. — парирует Люцифер. — Как вы…. — начинает было она, а потом видит на груди Люцифера подвеску. — Все ясно, амулет. — Мисселина, перейдем сразу к делу. Вы знаете, что меня интересует. — Нет, — замирает ангел. — Мне нужно имя. Вики и Аро переглядываются в недоумении. Мисселина тоже вопросительно поднимает брови. Бармен как раз подаёт глифт, и Люцифер залпом выпивает свой бокал. Затем поворачивается к преподавателю. — Неожиданно в школе появляется Непризнанная без крыльев. Через пару недель, ещё такой же случай. А потом я случайным образом узнаю, что оба попали сюда без присмотра демонов. Что бы это могло значить? — Почему ты считаешь, что я тебе скажу имя, Люцифер? — Если мы уже на «ты», тогда может перенесемся в более интимное место? — Будешь пытать учителя? — Почему сразу пытать? Мы просто выпьем чаю в приемной Серафима Кроули… — спокойным и холодным голосом предлагает Люцифер. Мисселина замирает в испуге, но быстро собирается с силами и, поджимая губы, шипит: —  Зря ты пришел не один. Непризнанным нельзя здесь находиться. —  Мы имеем право… — начинает Уокер, но Мисселина вскидывает руку, не дав ей вставить своё слово.. Ангел заглянула в озлобленные глаза Люцифера и выдержала паузу, а затем тихо промолвила: —  Не нужно меня впутывать в ваши семейные разборки. Решай этот вопрос с матерью. — То есть это она вам приказала сдерживать силы Непризнанных? — удивляется демон. «Почему так легко ссылается на неё?» — проносится в его голове подозрительная мысль. — Стоп, то есть это и Лилиан... то есть Лилит «заказала» мою смерть? — вскакивает с места Вики. Мисселина вздрагивает. Лицо её остается нечитаемым, но Люцифер сразу чувстует прилив адреналина в комнате, как от Мисселины, так и от Непризнанной. «Ангелы не умеют врать», — иронично подмечает он. — Ответьте! — в голосе Уокер, кроме мольбы, появляется ещё что-то… нарастающие нетерпение и гнев? — Я не могу на это ответить, — уверенно произносит Мисселина, и Люцифер чувствует, что она нервничает пуще обычного. Вероятно, Вики на подсознательном уровне тоже ощущает изменения в энергии ангела. В какой-то момент она хватает и дергает Мисселину за плечо и восклицает: — Вы знаете! Ангел одергивается и повышает голос: — Ты не имеешь права со мной так говорить. Люцифер резко становится между ними и обращает внимание Уокер на себя. — Все нормально, мы уже уходим, — утверждает он и смотрит прямо в глаза Непризнанной. — Что? Ты с ними заодно? — вспыхивает Вики, и пытается его оттолкнуть. Уже даже Аро подскакивает к ней со словами: — Эй, тише, ты привлекаешь внимание. Люцифер его игнорирует, но использует замешательство Вики, чтобы отвлечь её от Мисселины. — Уокер, пойдём отойдём — шипит демон. Аро остается с преподавательницей, а Люцифер тянет Уокер на улицу. Они выходят на свежий воздух, чтобы их никто не подслушал. Пока оба молчат, между их энергиями возникает гнетущее напряжение. «Ее энергия снова меняется, становится ещё сильнее. Что это значит, ангелы побери?». — Ты, демон, и защищаешь ангела? —наконец подаёт голос Вики, когда убеждается, что рядом никого нет. Она на автомате продолжает шагать, пытаясь убежать и от проклятого осознания, и от демона. Люцифер не может понять, о чём она думает, так как у нее уже очень хорошо получается блокировать свои мысли. — Тебе никогда не давалась субординация, Непризнанная, и в этом твоя большая проблема, — он злится, рукой останавливает её, прожигает взглядом и чувствует, как их энергии заполняются напряжением. — Здесь есть правила, и нарушать их можно лишь выборочно. За физическое воздействие на ангела против его воли тебя могут изгнать из школы без суда. Вики истерично хмыкает. — Изгнать из школы? Ого, из той самой, где преподает ангел, прислуживающий изгнанной на Землю Лилит? Она от злости пинает камень, затем устало садится на траву. — Знаешь, Люцифер, я и не ожидаю, что ты поймёшь. В груди демона пробуждается зверь, вот-вот готовый выбраться наружу. «Угу, только твой дружок поймёт», — снова появляется ревнивый голос в его голове. — Я почти дописала книгу, провела несколько глубоких интервью, и вижу, что для вас самая большая ценность — стабильность на небесах, баланс. — Ну и? — Вы презираете Непризнанных, считаете их недалёкими, недобессмертными, теми — чью жизнь можно легко оборвать… Желваки на лице Люцифера напрягаются, он начинает догадываться, к чему ведёт эта речь. Вики поднимается с места и становится лицом к лицу к демону, как будто так у неё есть шанс звучать убедительнее: — Для меня моя жизнь — ценность. В ней я могла быть кем угодно. Писательницей, учительницей, путешественницей, актрисой, программисткой, кем угодно. А теперь кем? Ангелом, демоном, или Непризнанной, выгнанной из школы? Недобессмертной, которая слышит постоянные насмешки от тех, кто никогда не имел выбора? Такого, как имела я! — Не неси чушь, мы каждый день делаем выбор. И не только за себя, — кривится сын Сатаны. — Ты уверен, что хотел стать абсолютным злом? Что ты выбирал быть демоном? — яростно наступает на него бессмертная. — На Земле человечество тоже не выбирает своих родителей. — Да, но смертные выбирают университет, страну, в которой хотят жить, работу, любовь, грехи… На последнем слове Вики взглядом останавливается на его губах, и Люцифер замечает это. — Если ты захочешь согрешить, я тебе могу в этом помочь, — пытается он разрядить обстановку, но план ожидаемо не срабатывает. — У тебя одни шутки и обольщение на уме. А мне несмешно от того, что я здесь, — Вики облизывает пересохшие губы и продолжает: — Но я понимаю, почему ты это делаешь. Это часть надменного образа. Обесценить, оскорбить, чтобы никто не подумал, что у тебя есть чувства. Вики заглянула в глаза демона. — Не то. Все не то, — хмуро отчеканивает демон. — Я кажется понимаю… — Что? — Ты никакое не абсолютное зло. А Ости и Мими, так и подавно. Вы, черт побери, вынуждены играть эту роль, потому что такие правила… Но что делает настоящее зло? Оно нарушает правила! А вы…. На мгновение она останавливает тираду, подбирая слова. — А вы не цените жизнь! — бросает обвинение Люциферу в лицо. Тишина, пауза. Удивлённый демон оторопело смотрит на Непризнанную, впитывая её гнев и изменённую энергию. Над их головами собираются тяжёлые тучи, можно предугадать, что в скором времени на них польётся ливень. — Я не ценю жизнь? — повторяет демон, хмурится от мысли, что Вики о нём такого мнения. Где-то вдали Люцифер слышит раскат грома, и в голову приходит неожиданная авантюра. Не сказав ни слова, он отрывается от земли, подаётся вверх, пытаясь как можно быстрее набрать скорость. — Люцифер! — за спиной у него раздается крик Уокер. Демон усмехается и, не оборачиваясь, ускоряется на встречу облакам. Кровь стучит в висках и он ещё больше убеждается в том, что да, ангелы её побери, он должен ей показать, что же он на самом деле ценит. «Только стоит ещё призвать дракона, он не помешает», — планирует демон. — Какого черта? Что ты задумал? — гневные крики Уокер отдаляются, но не настолько, чтобы он и вовсе не мог их слышать между свистом собственных крыльев в полете. «Мне нужно это сейчас. Нужно разрядиться, нужно разогнаться». Чтобы ускоренный пульс объяснить самому себе как следствие физических нагрузок, а не душевного томления. Чтобы все оскорбления, недопонимания, ревность стали неважны, остались где-то далеко. Так он летит какое-то время, ровно поднимаясь все выше и выше к грозовым тучам. Первые капли дождя падают на лицо демона. От скорости и набранной высоты становится труднее дышать. Люцифер замечает один из самых высоких маленьких островов в воздухе, и приземляется туда. Оглядывается назад проверить, всё ли нормально с Вики, и вскоре Непризнанная его догоняет. Запыхавшись, она хватает демона за руку. — Что ты творишь? — Доверься, — спокойно отвечает тот, бросая на неё сосредоточенный взгляд. Он замечает, как Уокер в его ладони расслабляется, и от этого осознания становится легче. Будто в замедленной съёмке они зачарованно смотрят на тучи, чувствуя, как наэлектризована каждая молекула воздуха в небе. Вдали снова раздается раскат грома, а затем удар молнии где-то рядом. Дождь усиливается и превращается в настоящий ливень — такой, что хочется закрыть глаза и отдаться вселенной на растерзание. «Ты в безопасности. Ты не умрешь дважды. Просто прочувствуй момент», — такую мысль посылает Люцифер бессмертной, потому что по-другому из-за ветра и нового раската грома, она его не услышит. Вики замирает под ливнем, давая тому смыть с неё все напряжение этого тяжёлого дня, месяца, года, десятилетия… да и время уже не так важно, этот момент вне времени. Она сильнее сжимает его руку, предчувствуя, что вот сейчас произойдет то, ради чего они поднимались. «Сейчас» — предсказывает Люцифер, и в эту же милисекунду заряд молнии, появившийся из ниоткуда, ослепляет обоих, проходит сквозь два бессмертных тела, сметая на пути все недосказанные и нераспознанные эмоции, и так же стремительно, как появился, исчезает. Ток поглотил каждую клетку бессмертного тела Вики Уокер с таким напором и всепоглощающей силой, что она вновь чувствует себя живой, как никогда. — Ах! — Вики вскрикивает от дрожи, которая пронизывает её и будоражит воображение. Она вообще не чувствует боли, а лишь мощнейший толчок, который её даже не сдвинул с места, ведь бессмертная держит за руку одного из величайших демонов. Оба в этот момент ощущают себя богами. Вода утяжеляет их крылья, но от переизбытка адреналина эта мелочь вовсе не ощущается. Вики, мокрая, но счастливая, начинает смеяться, Люцифер неожиданно для себя перенимает её настроение. Эта молния, или же тот факт, что они её встретили, держась за руки, дарит им совершенно неизведанные эмоции единства. Оба улыбаются, их глаза тонут в друг друге, и в следующую секунду происходит то, что должно было произойти. Неизвестно, кто делает первое движение, неизвестно кто к кому первый тянется, кто кого прижимает к себе и первый обжигает своим горячим дыханием — их губы сливаются воедино. Это происходит так же молниеносно, как будто разряд превратил их в две молнии, которым суждено воссоединиться, потому что… А почему — известно только Шепфе. У разгоряченного от страсти и прикосновений Люцифера проносится в голове лишь одна мысль-ликование: «да!». Он осознает, какой страстью отвечает ему Вики Уокер, и от этого электричество внутри демона будто разбивается на миллионы фейерверков. Возбуждённые и ненасытные, они наслаждаются друг другом в поцелуях, как будто это навсегда, и впереди лишь вечность момента. Люцифер обхватывает Непризнанную руками, накрывает своими крыльями от дождя, посылая и себе, и бессмертной энергию тепла. Вики прижимается к нему, закрывает глаза, позволяет утонуть в ароматах своей кожи, задохнуться от сбитого дыхания. — Нужно было сразу затащить тебя сюда — тихо хрипит Люцифер ей на ухо, осыпая поцелуями в шею, щеки, висок. Вики открывает глаза, лукаво смотрит на него из-под длинных ресниц, и безуспешно пытается унять дрожь в крыльях: — Лучше утащи меня отсюда, я не уверена, что хватит сил вернуться назад. — То есть моя экскурсия тебе не понравилась? — хмыкает демон, высматривая в небе дракона, который уже где-то рядом. — Дам оценку, когда окажусь внизу, — отвечает Уокер наигранно серьёзно, и огонек в её глазах окончательно порабощает Люцифера. Он берёт Вики на руки, она обхватывает шею демона руками, и медленно они парят вниз. А через несколько мгновений их подхватывает появившийся из ниоткуда дракон и бессмертная удивлённо ахает. Древнее существо фыркает, оповещая бессмертных, что они в безопасности и под защитой. — О Шепфа, это то, что надо! — Не называй меня Шепфой, — отвечает Люцифер. — Когда ты успел его призвать? Дракон окутывает их своей аурой, и она защищает их теперь от дождя. Оба ложатся спиной на твердую чешую. — Когда ты гневно кричала мне вдогонку, и при этом не отставала, чтобы я тебя слышал, — хмыкнул демон. — Я подумала, что ты полетел доказывать мне, как ценишь жизнь… — И? — И ты доказал… Вики задумывается, какие подобрать слова. — Что бессмертие — это тоже жизнь, — шепотом говорит Вики. — Даже более многогранна. Второй шанс. Люцифер кивает. Мысль о том, что Вики истолковала всё верно, что ей ничего не нужно в этот раз объяснять, потому что их мысли уже итак как одно целое — опьяняет его. «Есть что-то возбуждающее в прижимании умной девушки, — вспоминает Люцифер свою утреннюю фразу и добавляет: — Особенно, если она Непризнанная Вики Уокер». — Да, это шанс для тех душ, которые не успели сполна насладиться жизнью на Земле, но за какие-то заслуги, а иногда и вовсе просто так, получили такой подарок Шепфы, — отвечает он ей на вопрос. — Просто так? — переспрашивает Вики. — Бессмертными становятся не только безгрешные души. Это было бы слишком просто. Все верят в Замысел Шепфы, но я — нет. Я думаю, некоторые получают свое бессмертие незаслуженно. Оба задумываются о своём, пока дракон плавно опускает их назад, в то место, где наверняка их уже ищет Аро. Все тревоги настигают Вики с новой силой. — И что теперь? Ты пойдешь к Лилит? — Да, — просто отвечает демон, и сразу же добавляет: — Лучше, если я буду один. Вики соглашается. Повисает неловкая пауза. — И часто ты так отдаешься стихии? — будничным голосом спрашивает Вики. Хотя в вопросе сквозит другой, но она не осмеливается его озвучить. Люцифер отвечает в своем стиле, вопросом на вопрос: — Это ты о поцелуях с Непризнанными писательницами? Она заливается румянцем, фыркает почти с таким же усердием, как и дракон несколькими минутами раньше, что очень веселит и без того довольного демона. — Приблизительно раз на 3000 лет, — отвечает он. — Тебе меньше лет! — Я собираюсь повторить этот трюк не раньше, чем через 1000… — Почему? — Ну, если каждый день пропускать сквозь себя молнию, это не вызывает должного эффекта. К тому же, в мире ещё столько удовольствий... «Ты, например». Думает он, но не говорит вслух, и оставляет эту мысль заблокированной. Он снова боится сказать слишком много, боится навязаться, боится тех чувств, которые в нём родились в этом небе. «Нихрена, не в небе они родились. Не ври себе», — спорит Люцифер сам с собой, и страх быть слишком слащавым, слишком ранимым от новых чувств, захватывает его с головой, парализует. Дождь заканчивается, а с ним уходит и наваждение. Наверное, Вики Уокер чувствует его изменившуюся энергию, настороженно прощупывает её, и не находит идей получше, кроме как прямо спросить: — Люцифер? — Что? — Ты влюбился? — этот вопрос Вики Уокер прямо рассекает воздух на части, вопреки законам физики. — Что? — Мистеру «что», как когда-то при первой встрече прозвала его Уокер, и вправду тяжело слышать сочитание этих слов. Разве Люцифер способен… любить? — Не влюбляйся в меня, — быстро говорит ему Вики, опережая какой-либо ответ демона. Возможно, в какой-то параллельной Вселенной это могло произойти, но разве говорят такие слова сыну главы Ада? Только Шепфе известно, как эта фраза из уст Вики половинит сердца обоих, как сгорают две бессмертные души в водовороте странной новой эмоции. Такой сильной, что невозможно описать словами, невозможно до конца осознать её глубину, бесповоротность и обречённость. Почему Вики это сказала? Чтобы не услышать таких слов от него? Потому что, если бы услышала от него, умерла бы ещё раз? Хотя бессмертные и не могут убить без должного намерения. «Это все расставляет по местам. Всё меняет», — говорит про себя Люцифер. И вдруг обретает новое знание. Демон несколько тысяч лет, похоже, не особо верил в такие странные материи. Не знал, что такое абсолютная любовь, которая не требует условий, ответных чувств, доказательств, потому что её силы хватает на несколько миров, потому что вне зависимости от обстоятельств, она уже случилась, ей нельзя противиться, она — Судьба. Она отбирает всё у глупых, и придаёт сил тем, кто принимает её величие. Вики мысленно ругает себя за враньё, удивляется собственной дерзости, и уже даже готовится к волне насмешек и агрессии со стороны Люцифера. Но неожиданно для Вселенной, и даже для Шепфа, прежде чем дракон приземлился и рассеялась магия их маленького, но такого значительного путешествия в вечность, с губ древнего демона слетают слова: — Поздно сказала, Вики Уокер. Надо было предупреждать раньше.