Переплетение душ

— Да чтоб тебя! — в очередной раз негодуя на свой рост, Дань Хэн потянулся к полке в новой попытке достать гантели. Как и ожидалось, чудо не произошло, и ему по-прежнему не хватало доброго десяточка сантиметров. — Кто вообще додумался их туда запихнуть, а если упадут кому-то на голову, одни идиоты кругом. — Подпрыгнув на месте еще несколько раз, первокурсник все же смирился с тем фактом, что самому ему не справиться. Осматривая помещение, парень наткнулся взглядом на широкую, обтянутую узкой белой майкой спину подтягивающегося на турнике брюнета. Высокий, засранец. По своей натуре Дань Хэн не отличался особой разговорчивостью и меньше всего ему хотелось заводить беседу с незнакомцами, да и остатки гордости бастовали против чужой помощи. Помявшись с минуту и проанализировав все «за» и «против», парень все же призвал на помощь свое мужество и неспешно побрел в сторону турников. — Извините, вы не могли бы помочь мне дос… — Дань Хэн запнулся, стоило красно-карим опасно сузившимся глазам встретить его, ошарашено распахнувшиеся. — Ты. Последним, что он увидел перед тем, как влететь спиной в стену, был кулак, стремительно приближающийся к его лицу. По залу прокатился презрительный смешок. До боли знакомый. Flashback 12 лет назад — Малыш, хватит сидеть в четырех стенах. Посмотри, сколько на улице ребят, попробуй подружиться с кем-то. — маленький Дань Хэн лишь угрюмо уткнулся в книгу, стараясь не замечать искреннего волнения в словах матери. — Они слишком громкие. Я не люблю шум. — мальчик попытался увернуться от руки, намеревавшейся растрепать его и без того взлохмаченные волосы. Безуспешно, однако. Прическа оказалась окончательно испорчена — хотя куда уж хуже — вместе с крохами хорошего настроения. — Я понимаю, что ты скучаешь по дому, но как только твой отец закончит свои дела, мы сможем снова туда вернуться. — Обещаешь? — Конечно, солнышко, просто нужно какое-то время подождать. И будет куда лучше, молодой человек, если сейчас ты подумаешь о том, что следующее лето уже не будет таким беззаботным. Твоя школа входит в десятку лучших по стране, поэтому придется хорошо потрудиться. Не рассчитывай, что вам будут давать спуску только из-за того, что вы первоклассники, и наверняка уже на ближайших каникулах вас будут ждать огромные списки обязательной литературы. Так что тебе стоит насладиться свободой, пока есть такая возможность. Мальчик в ответ уныло покачал головой, решив не спорить с гиперзаботливой родительницей. — Все в порядке, мам, все равно я люблю читать. Но ладно, пойду прогуляюсь. — нехотя ступая за пределы прохладной квартиры, ребенок шагнул в июльскую духоту. Выйдя во двор, Дань Хэн медленно пошел в сторону площадки, переполненной соседскими детьми. — Эй, пацан! Да-да, ты, я тебя не видел здесь раньше. Недавно переехал? — в сторону Дань Хэна направлялась компания громко переговаривающихся мальчиков. Во главе гордо вышагивал рыжеволосый парень, с виду старше остальных присутствовавших на несколько лет. Быстро и сумбурно всех представив, он протянул водяной пистолет. — Присоединишься? Нам как раз не хватало одного человека для второй команды. — неловко приняв «оружие», Дань Хэн краем глаза заметил еще двух ребят, находившихся чуть поодаль от «места битвы». Девочка с серыми волосами, собранными в высокий хвост, не отрывала взгляда от обклеенного яркими наклейками нинтендо. Со стороны казалось, будто она и не моргает вовсе. Весело пританцовывая свисавшими с качели ногами, она шустро нажимала на кнопки, успевая параллельно поддевать локтем сидящего сбоку блондинистого мальчика, одиноко уставившегося в сторону близлежащего парка, создавая тем самым ощущение того самого спокойствия, которое было так необходимо Дань Хэну. — Не зевай! — получив струей ледяной воды прямо в лицо, он, наконец, вынырнул из своих мыслей. End of Flashback — Эй, а ну отошел от него! — сероволосый парень отодвинул Дань Хэна за плечо, прикрыв его своим телом. — Ты какое вообще имеешь право трогать моего друга? Совсем берега попутал? — ох, Келус, он имеет на это полное право. Вслух Дань Хэн лишь обречено вздохнул. В образовавшейся внезапно тишине отчетливо раздался стук каблуков. Появившаяся в поле зрения девушка одним своим видом заставила толпу зевак поспешить к выходу. — Послушай, Блэйди, нам не нужны проблемы. А что касается тебя,— взгляд, который бросила на него девушка, отдавал ледяными водами Арктики, но волосы сливового оттенка развевались на сквозняке проветриваемого помещения подобно обжигающему пламени. Смотрела же она так, будто…знает его? Но откуда? И почему он не помнит ее? Увидев такие пронзительные глаза раз, уже вряд ли получится забыть. — Держись подальше от него, если не хочешь, чтобы твои университетские годы особенным и крайне интересным образом запомнились тебе на всю жизнь. Предупреждаю тебя в первый и последний раз. — за милой улыбкой чувствовалась опасность, а в голосе различалось столько яда, что анаконда показалась бы плюшевой зверушкой. — Оставь его, Кафка. — окинув Келуса взглядом с ног до головы, полностью игнорируя присутствие Дань Хэна, Блэйд тяжелой поступью направился в сторону двери, предварительно махнув девушке головой. Отсчитав полминуты от громкого хлопка, ознаменовавшего уход пары, Дань Хэн быстрым шагом, переходящим в бег, вылетел наружу. — И никто не хочет мне объяснить, что это было?! — ответом Келусу стало эхо, прокатившееся по залу. *** Перескакивая через несколько ступенек, Дань Хэн пытался как можно быстрее добраться до общажной комнаты. Глупо было сбегать от Келуса, с учетом того, что они соседи, но тупая боль вперемешку со жгучей обидой и непониманием настолько завладели разумом, что рассуждать трезво совсем не получалось. Он обязательно извинится перед ним позже. Все-таки, они с Март вытащили его из пучины отчаяния, в которой он пребывал долгое время после переезда, заняв вместе с тем крайне важное место в его сердце. К слову, о Март. У нее ведь просто бесконечное море знакомств, а раз Блэйд здесь, то и Серебряный Волк должна быть. Март, вероятно, сможет помочь найти ее. Остается лишь надеяться, что разговор состоится чуть более приятнее недавнего. — Ауч, аккуратнее! Носятся тут всяк… о, так вот ты какой, Дань Хэн!В жизни ты выглядишь немного… выше? Хотя рядом с Блэйдом мы все ростом с плинтус, так что тут нет ничего удивительного. Так о чем это я? Ах, да! Приветик, я Гвиневра, но все зовут меня Гуйнайфэнь. Сушан, моя лучшая подружка, придумала это прозвище для меня, представляешь, и теперь никто не использует мое настоящее имя. — взгляд невинных золотых глаз рыжеволосой девушки вызывал доверие, но небольшая хитринка в их глубине заставляла немного насторожиться. Голова парня взрывалась от нескончаемого потока непонятной и ненужной ему информации, в ушах звенело, но он старался сосредоточиться на ее словах. Говорил ему однаждыдруг, что излишняя вежливость его может погубить. — А я, между прочим, селебрити, у меня очень популярный канал, и, ой, возьми салфетку! Хотя чего это я, настоящий селебрити тут ты, я как узнала, что ты не побоялся выступить против той сумасшедшей парочки, так сразу захотела взять у тебя интервью для моего канала. Кстати, я отправлю тебе ссылочку, обязательно присоединяйся. —мысли завертелись бешеным калейдоскопом. Селебрити, сумасшедшая парочка, канал, интервью. Стоп. Парочка? Неужели они?.. И как подробности произошедшего разлетелись так быстро? Последствия пережитого во всех смыслах потрясения дали о себе знать, все-таки, рука у Блэйда всегда была тяжелая. Приятно знать, что не все в нем изменилось. Разбитый нос отдавал резкой болью, не позволяя утонуть в мыслях. Как же все не вовремя. Бумажный платочек, так благородно пожертвованный ему Гуйнайфэнь, полностью окрасился в багровый, крупными каплямипачкая пол и серую футболку. Какой чудесный день. По-быстрому обменявшись номерами с Гвиневрой и сославшись на свое состояние, Дань Хэн, пошатываясь, побрел в комнату. Завалившись на мягкую кровать, парень дал волю своим противоречивым эмоциям. Он был обижен и даже немного зол на реакцию Блэйда. Да, она была более, чем заслужена, он прекрасно это понимал и принимал, но одного признания вины оказалось мало, чтобы заполнить пульсирующую дыру в груди, стремительно разрастающуюся и угрожающую заполнить собою все его существо. Давно он не чувствовал себя настолько бессильным. В старшей школе к нему приклеились Март и Келус, и хотя первое время он упорно сопротивлялся их сближению, настойчиво отстаивая свой статус волка-одиночки, присвоенного ему старостой нового класса, со временем эти двое все же стали ему близки. Но как бы он ни был благодарен им за любовь и заботу, как бы ни пытался дарить им в ответ самые теплые чувства, на которые только был способен, забыть старых друзей он бы в любом случае не смог. Да и не хотел. Он любил Келуса и Март, но им было невдомек, что особенно холодными ночами, когда пуховое одеяло не могло согреть дрожащее тело, Дань Хэн, судорожно стиснув зубы, раз за разом прокручивал в голове тот злосчастный день, поставивший жирную точку в отношениях с самыми близкими людьми. Желая лишь исправить свою ужасную ошибку, он мечтал о прощении. Он не считал, что заслужил его, но, противореча самому себе, безумно хотел его получить, будучи готовым абсолютно на все, чтобы вернуть хотя бы на миг потерянное тепло прошлого. К горлу подступала паника, сдерживать которую с каждой секундой становилось все сложнее и сложнее. Он любил Келуса и Март, искренне любил, но полностью обнажать свою душу он научился лишь перед одним единственным человеком. Человеком, который понимал его лучше, чем он сам. Человеком, в чьи руки он бы, не колеблясь, отдал свое сердце. Человеком, которому его сердце больше не было нужно. Человеком, которому он причинил страшную боль. Человеком, который его возненавидел. Веки налились свинцом, и, решив не бороться с резко навалившейся сонливостью, Дань Хэн прикрыл глаза. А снились ему морское побережье и пальцы, запутывавшиеся в чужие белые волосы. *** — Келус, выруби свой будильник уже! Келус? — тихо выругавшись себе под нос на своего любимого соседа, который опять без предупреждения ушел на ночевку к Март, оставив в комнате свой телефон с поставленным на шесть утра орущим монстром, Дань Хэн со стоном скатился с кровати на пушистый ковер. — Март, вроде бы, говорила, что у нее есть соседка. Как ему удалось уговорить ее уйти на целую ночь? Да и ладно бы просто свалил, за что меня-то в такую рань было поднимать, говнюк. — сетуя на вселенскую несправедливость, парень включил свой телефон. Поток мыслей вслух был жестоко прерван посыпавшимися уведомлениями. — А, Гуйнайфэнь добавила меня в чат своего канала. Ну и как тут звук выключить? — хаотично водя пальцем по экрану в попытке найти кнопку мьюта, взгляд Дань Хэна зацепился за последние сообщения, заставившие напряженно нахмуриться. @helix восхищаюсь смелостью этого пацана строить глазки Блэйду при Кафке это сильно конечно @notafunacc ахахаха не говори бедный, не представляет, что теперь его ждет — Строить глазки? Мне казалось, что кроме шока на моем лице эмоций не осталось. И он мне, вообще-то, нос разбил. — потерев тыльной частью ладони больное место, первокурсник продолжил читать, в глубине души переживая, что из-за подобных сплетен он сделает неправильные выводы. А в том, что он в курсе слухов, разлетевшихся после их вчерашней встречи, сомнений не было. — Нет, — тут же прервал свои мысли парень, — он ведь и сам там было, глупо было бы поверить в этот бред. @humorist сам виноват все знают, что этой парочке нельзя дорогу переходить — Парочка? Эта Кафка не выглядела ревнующей, скорее…очень разозленной? Но я ведь ничего не сделал ей? Тогда, я неправильно понял и они действительно?.. — к его удивлению, беседа была прервана человеком, которого он совершенно не ожидал увидеть в этом чате. Дань Хэн, на самом деле, побаивался этой встречи. Но не было и дня, чтобы он о ней не мечтал. @SilverWolf если дорожите своими аккаунтами, дилитнетесь отсюда у вас 3 системные секунды (по умолчанию) Серебряный Волк первой разглядела в нем то, что он сам в себе открывал долгие годы. Он догадывался, что она читала его, как открытую книгу, но никогда не афишировала это и не пыталась вывести на личную беседу, поэтому ответ на вопрос так и остался загадкой. Решив во что бы то ни стало встретиться с ней сегодня и постараться извиниться и наладить хоть минимальный контакт, Дань Хэн поспешил в университет. Первым предметом в расписании стояли “Основы трехмерного графического моделирования”. Парень не особо понимал, зачем это нужно рекламщикам, ведь технические аспекты выходили за рамки их профессии, но звучало это намного интереснее, чем унылые курсы по написанию текстов. В конце концов, он еще в школе научился писать три эссе на три разные темы (объемом десять страниц каждое) менее, чем за час. Его друзья детства никогда не умели адекватно излагать свои мысли, особенно на бумаге, отдавая предпочтение либо непонятным геймерским фразам, в ответ на которые окружающие крутили пальцем у виска, либо многозначительному молчанию вкупе с ссуженным взглядом каре-огненных глаз, заставляющих неуютно съеживаться. Поэтому Дань Хэн, как заботливый друг и верный товарищ, принимал этот тяжелый удар на себя. Дань Хэн глубоко вздохнул, отгоняя ностальгическую меланхолию. Не стоит рвать сердце попусту, прошлое не возвратить, а давно сделанное уже не изменить. Сейчас ему оставалось лишь искренне надеяться, что у Келуса и Март совпадет расписание с ним — фотографам, по логике, этот предмет довольно актуален. Однако логики в этом мире нет, подумал Дань Хэн, получив в СМС фото двух улыбающихся мордашек, переодетых в спортивную форму. Странно, у них же у всех физра по расписанию завтра. Ну да ладно, им хотя бы весело. Усмехнувшись и решив не отвечать на сообщение сладкой парочки, парень вошел в аудиторию, тихо прикрыв за собой тяжелую дверь. Большинство мест были заняты, но, к счастью, на галерке все еще оставались уголочки, куда можно приткнуться и безмятежно проспать ближайшие полтора часа. Пройдя в самый конец класса, Дань Хэн плюхнулся на мягкий стул, случайно скинув локтем учебник своего соседа. — Прошу прощения. — не поворачивая голову, парень наклонился под стол за несчастной книгой, не забыв на обратном пути приложиться затылком о деревянную поверхность. — Дань Хэн, мне страшно смотреть на твое лоу хп, лови аптечку. — на парту перед ним приземлился клубничный чупа-чупс. Какой же знакомый, безумно знакомый голос. Парень ждал, сильно ждал и желал этой встречи, но как же страшно было посмотреть направо и заглянуть в глубокие серые глаза. Он боялся увидеть в них презрение. Но еще больше он боялся найти там равнодушие. — Да ладно, не я финальный босс, так что ни к чему лишняя суета.— прикусив губу, Дань Хэн сжал руки в кулаки и повернулся. — Здравствуй, Сильвер. — перед ним предстала все та же девочка, какой он ее помнил со времен далекого рокового лета перед девятым классом. Черные шорты, маленький жакет с фиолетово-синим воротником, светлая майка с логотипом неизвестной игры и яркие очки на макушке. Изменения коснулись лишь ее волос — теперь серую гладь разбавляли голубые прядки, просматривающиеся на челке и кончиках высокого хвоста. Видимо, не один Блэйд решил сменить имидж. — Привет-привет. — пальцы безостановочно продолжали бить по кнопкам нинтендо. Девушка не поднимала глаз, как и всегда, прожигая, немигающим взглядом экран, тем самым возвращая его мыслями в их самую первую встречу много лет назад. Но вопреки закономерным ожиданиям в ее голосе не было и намека на обиду, отчего на душе становилось только поганее. Неужели она не держит зла? Неужели она считает, что заслужила того, как он с ней поступил? Как он поступил со всеми ними. Прикусив до крови нижнюю губу, парень прокашлялся. — Послушай, я бы хотел извиниться перед тобой и… — Потом, сегодня виртуальная вселенная обновилась. — Серебряный Волк все же перевела на него взгляд, внимательно всмотревшись в лицо напротив. — Паршиво выглядишь. Поспи часок, пока я все награды залутаю, на перемене поговорим. И заодно в кафе сходим, мне надо пополнить сухпаек. — от теплоты и тщательно скрываемого беспокойства, сквозящих из серых глаз, его собственные защипало. Положив ноющую голову на скрещенные руки, Дань Хэн погрузился в воспоминания в надежде поскорее провалиться в безмятежный сон. Flashback 12 лет назад Протерев подолом черной футболки лицо и чуть поморщившись от ощущения ледяных капель, стекающих по разгоряченному телу, Дань Хэн побрел в сторону качелей. Раньше ему не приходилось играть с водяными пистолетами, и сегодняшний вечер отчетливо дал ему понять, что и пробовать не стоило. Как вообще кому-то может нравиться бегать по двору, будучи с ног дом головы промокшим? Повезло, что на дворе конец июля. Здоровье подводило мальчика со времен младенчества, приучив его уже к семи годам по-взрослому смотреть на некоторые вещи и стараться избегать переохлаждения, чтобы вновь не оказаться в больнице под надзором хмурых людей в белых халатах, так и норовящих дать горькую таблетку или потыкать в него иголками. Одной лишь мысли об этом хватило, чтобы его передернуло. Присев на свободные качели, Дань Хэн скосил глаза в сторону двух тихо переговаривающихся детей. Девочка по-прежнему играла в приставку, не обращая внимания на появление еще одного человека поблизости и ворча на своего собеседника. Тот, однако, от нее не отставал, угрюмо поддерживая обмен колкостями. — Ты похожа на зомби. Моргай хотя бы иногда, а то всех вокруг распугала уже. И вообще, идем уже, поиграть ты и дома можешь. — светловолосый мальчик поднялся с твердой доски, потягиваясь. — Людей куда больше пугает твое лицо, Блэйди. Выглядишь, как злобный дед, которому отрубили кабельное телевидение. Больше молчи и улыбайся, и тогда, может, хотя бы одного друга заведешь. К тому же, когда папа говорит нам идти гулять, значит, мы встаем и идем гулять. Ты пока слишком мало прожил с нами, чтобы понять это, но он очень страшный, когда злится. Бабушка говорила, что поэтому мама сбежала от него сразу после моего рождения. — Бред какой. Дядя Элио на прошлой неделе того ободранного черного кота притащил, — закатил глаза блондин, — злой человек не стал бы переживать о животных, — со знанием дела продолжил мальчик. — Ну, котов он любит побольше, чем людей. — Извините, а можно с вами поиграть? — парочка ребят резко замолчала, упирая в него два взгляда — заинтересованный и недовольный. Девочка взяла инициативу в свои руки и спрыгнула на землю, протянув правую ладонь. — Меня зовут Дань Хэн, кстати, недавно переехал сюда из другого города. — Привет! Конечно-конечно. Я Серебряный Волк, можно просто Будущая звезда киберспорта №1. Правда, я сейчас немного занята, но мой любимый младший братик очень хочет с тобой пообщаться, правда, Блэйд? — Я младше тебя на несколько месяцев, Сильвер, и нет, я не хочу с ним общаться. Я домой. — повернувшись спиной к Дань Хэну, мальчик пошел к подъезду, смотря себе под ноги. — Извини за это, у него сейчас кое-какие… сложности. Проболтав до наступления темноты, дети разбрелись по квартирам. За вечер Дань Хэн успел выяснить, что Сильвер живет в доме напротив, но на этаж выше, чем он, вместе со своим отцом и двоюродным братом — Блэйдом. С прошлой недели их квартирка обзавелась еще одним комочком агрессии, помимо мальчика, — черным котом, которого назвали просто Кот, пообещав себе и друг другу, что обязательно придумают достойную кличку. Проваливаясь в сон, брюнет вдруг подумал, что переезд, возможно, был не такой уж и плохой идеей. *** Еще несколько дней назад Дань Хэна выводило из себя буквально все, что было связано с новым местом. Дом какого-то непонятного бледного цвета, чрезвычайно высокая кровать и невозможно мягкий матрас, синие занавески, ставшие слишком светлыми из-за режущего глаза солнца. Кстати, о солнце. Почему именно ему досталась комната, выходящая окнами на восток? Теперь каждое утро огненное светило не давало мальчику досмотреть сладкий сон. Кто бы мог подумать, что один вечер кардинально изменит его отношение к ситуации. Впервые кровать показалась вполне удобной, занавески отливали нежным голубым, а яркое солнце вовсе не раздражало, а служило напоминанием о том, что пора отправляться на прогулку с новой подругой. Наспех приведя себя в порядок и вооружившись тремя подготовленными мамой бутербродами, Дань Хэн стрелой вылетел из дома и помчался в сторону озера, прилегающего к парку в двадцати метрах от их двора, где они и договорились встретиться с Серебряным Волком. В глубине души мальчик надеялся, что ей удастся уговорить Блэйда прийти, хоть и был немного разозлен поведением того. Однако что-то в нем так и тянулось к хмурому ребенку, не давая обиде захватить разум, но даря надежду на то, что, возможно, они все же смогут поладить. Вероятно, он увидел в нем самого себя. Такого же нелюдимого, тихого и самую малость забитого собственной неуверенностью и переживаниями. Оттого и чувствовал, что сможет его понять, стоит им только познакомиться поближе. По крайней мере, Дань Хэну хотелось так думать. Прибежав к берегу, мальчик увидел кузенов, расположившихся у кромки озера на разноцветном пушистом пледе. Улыбка невольно становилась все шире и шире по мере его приближения к ним. — О, Дань Хэнчик, доброе утро! — звонкий голос девочки разрезал звенящую тишину. — Давай скорее, чай остывает. — темноволосый приземлился на мягкую ткань, чтобы в следующую оказаться затянутым в групповые обнимашки. — В ваших же интересах побыстрее подружиться, потому что я только что официально приняла вас в свою гильдию и мы теперь каждый вечер будем играть вместе. Отказы не принимаются. — Дань Хэн хохотнул, выпутываясь из на удивление крепких объятий и украв из руки Сильвер печенье. — Эй, а ну отдай! — Это моя первая зарплата за работу в гильдии. — Но ты же еще ничего не сделал! — Сильвер пустилась вдогонку за спотыкающимся по песку мальчиком, намереваясь забрать свое лакомство. Запыхавшиеся, но довольные дети с тяжелыми вздохами повалились на покрывало. Серебряный Волк хрустела печенюшкой, отвоеванной в тяжелой схватке, умудряясь одновременно показывать Дань Хэну язык. Мальчик на это лишь закатил глаза, переведя их на третьего присутствующего в компании, молчавшего до сих пор. С удивлением и легким удовлетворением темноволосый понял, что Блэйд все это время исподтишка его разглядывал. Поняв, что его рассекретили, блондин вперил взгляд пытливых ало-карих глаз прямо в его, голубо-серые, предпочтя нападение защите. Проиграв в игре в гляделки, брат Сильвер надулся и чуть отвернул голову в сторону водной глади. — Нам так и не удалось правильно познакомиться вчера, давай попробуем заново. Привет, меня зовут Дань Хэн, рад встрече с тобой. — натянув свою самую милую улыбку до такой степени, что начало сводить скулы, мальчик протянул руку. — Привет. — скомкано буркнул Блэйд несколько мгновений спустя, не предпринимая, однако, попытки и в этот раз скрыться куда подальше. — Я Блэйд, и я тоже… рад встрече с тобой. — теплая ладошка легла в чужую, чуть более узкую, ознаменовав начало чего-то большего. По крайней мере, Дань Хэн очень хотел в это верить. Месяц спустя, 1 сентября — Смотри-ка, Блэйди, мы в одном классе. О, и Дань Хэн с нами, пойдем скорее обрадуем его. Теперь мы действительно будем, как самая настоящая гильдия! — Серебряный Волк не могла сдержать восторженного возгласа, рвущегося наружу и заражающего своей энергией. Блондин лишь усмехнулся. Обнаружив своего друга, со скучающим видом читающего книгу на подоконнике, и обрадовав хорошими новостями, ребята поспешили на классный час. На входе в кабинет их уже ожидала располагающей внешности красноволосая женщина, кивком головы приглашающая пройти внутрь. — Итак, дети. Я ваш классный руководитель, Госпожа Химеко. Можете называть меня просто Учитель, — женщина солнечно улыбнулась. — С этого момента и до выпуска я буду стараться обеспечивать вам комфортное обучение в нашей школе и помогать познавать увлекательный мир науки. Если у вас будут возникать какие-то проблемы в процессе обучения или недопонимания в общении с другими преподавателями, я всегда с радостью приду к вам на выручку и никому не дам в обиду. Да и в целом, не бойтесь обращаться ко мне по абсолютно любым вопросам, даже если не сможете решить, с какой начинкой взять булочку в столовой. — по классу прокатился веселый смех. — Учитель, у меня есть вопрос. — хитрый голос Сильвер переливался серебряными колокольчиками. Девочка подмигнула обернувшимся к ней друзьям. — Конечно, солнышко, спрашивай. — А здесь есть вай-фай? — пф, как будто она сама не знает ответ. Дань Хэн готов поставить все свои скромные сбережения на то, что Серебряный Волк уже не просто нашла выход в интернет, но и взломала компьютеры в библиотеке, дистанционно скачав туда любимые игры. — Не совсем, но ты как раз напомнила мне кое о чем. На территории школы действуют три правила, соблюдение которых обязательно для всех учеников. Во-первых, единая форма — на каждый сезон будет выдаваться по два комплекта одежды. По пятницам разрешается носить джинсы, но в любом случае придется надеть пиджак или джемпер со школьным гербом. Во-вторых, мирное разрешение конфликтов. К каждому классу будет приставлен куратор — ученик старших классов. В случае возникновения спора с одноклассниками или другими товарищами, если вы постесняетесь обратиться ко мне или к штатному психологу, то сможете обсудить проблему со своим куратором, и он приложит все возможные усилия для урегулирования вопроса. И, наконец, в-третьих, полный запрет телефонов. Кабинет погряз в оглушительной тишине. Дань Хэну, по большей мере, было все равно. Ни у кого из их троицы не было мобильного телефона, они предпочитали личное общение, находясь вместе сутками напролет. Химеко прокашлялась. — Для кого-то это может показаться невероятным, но в качестве альтернативы всем будут выданы планшеты, разработанные специально для нашей школы, — класс одобрительно заголосил. — Скачивать игры и социальные сети не получится, они удалены из общего доступа, материалы из интернета фильтруются и отслеживаются — ну да, ну да, Сильвер сочтет это за крайне заманчивый вызов. Темноволосый был уверен, что Серебряный Волк придумает способ, чтобы они смогли общаться прямо на уроках посредством этой штуковины. — Но в онлайн-маркете вы найдете, например, приложения для отработки каллиграфии и математических примеров, также у вас будет доступ к электронной библиотеке, в связи с чем вам не нужно будет носить тяжелые учебники, все собрано в одном месте. Домашнее задание выполняется от руки, но за вами останется выбор между классическим написанием ручкой в тетради и стилусом в планшете. Все пространство оснащено камерами, поэтому скрыть нарушения практически невозможно: первое карается выговором, а второе — отчислением. Если уж вы попадетесь на чем-то, то я вас, конечно, по головкам не поглажу, но перед директором попытаюсь прикрыть. Однако я все же очень вас прошу придерживаться правил во избежание лишних неприятностей. Дети синхронно закивали. Новая учительница настолько запала в юные сердца, что меньше всего им хотелось подставлять такую прекрасную женщину своим поведением. К тому же, раз они не будут полностью лишены техники, более того, смогут активно и на законных основаниях использовать ее при выполнении домашней работы и даже отказаться от килограммовых учебников в рюкзаках, то перспектива проводить время без мобильников не выглядит такой уж мрачной. Да и вместе с этими двумя никакие запреты не страшны. Дань Хэн задиристо стукнул коленкой по бедру сидящего с ним за одной партой Блэйда, одновременно отправляя загадочную улыбку Сильвер, подкинувшей мальчикам по клубничному чупа-чупсу. — Что ж, добро пожаловать в семью! End of Flashback — Ты не нравишься Кафке. Не так выглядело пробуждение мечты Дань Хэна. Все тело ломило от неудобной позы —почему парты такие низкие и твердые? — а голова болела еще больше, чем когда он решил поспать на лекции. Отдохнул, называется. Поднявшись со стула, Дань Хэн подался в сторону Серебряного Волка, потянувшей его за руку к выходу. — Я догадался, но не совсем понял, если честно. У тебя есть причины ненавидеть меня. У Блэйда есть причины ненавидеть меня. Но Кафку я вчера впервые в жизни увидел вообще, чем я ей-то не угодил? — А ты сам как думаешь? — неожиданно парня пронзила неприятная догадка. Неужели Блэйд все ей рассказал? Что ж, тогда это многое объясняет. Получается, Дань Хэн был прав в своем предположении относительно природы их отношений, и она действительно просто ревнует? Было бы к кому, он ведь уже давно для Блэйда никто. Отчего-то эта мысль отдалась тупой болью между ребер. — Они... близки? — парень тяжело вздохнул. Горькая полуулыбка с головой выдавала его пессимистический настрой, позволяя Волку без особого труда считать бурлящие в нем чувства. Жаль только, что сам он в них разобраться сейчас не в состоянии. — Смотря что ты подразумеваешь под близостью. — Сильвер бросила на него задумчивый взгляд, надувая розовую жвачку, оставшуюся от чупа-чупса. Ее отчасти забавляли метания парня, любящего рисовать в голове наихудший сценарий и загоняться из-за собственных неутешительных мыслей, но куда сильнее подобный момент расстраивал, ведь он за столько лет так и не научился понимать и принимать себя. — Не знаю. — темноволосый юноша потупил взгляд. — Во мне иногда просыпается эгоистичная надежда, что все сможет снова стать, как прежде. Но я понимаю, что причинил вам обоим сильную боль, простых извинений за которую никогда не будет достаточно, поэтому это не более, чем глупая мечта. То, что ты сейчас со мной говоришь, уже невероятная удача, и я не могу позволить себе думать о большем. — Серебряный Волк закатила глаза. Ну до чего же этот парень королева драмы. — То, что я сейчас с тобой говорю, никак не связано с удачей, мы не баннер в гаче крутим, чтобы на нее надеяться. Иными словами, это значит, что я не обижаюсь и, тем более, не злюсь. Но отношение Блэйда к тебе изначально отличалось от моего, поэтому для меня простить тебя оказалось все же намного проще. Поразмышляй над этим на досуге, — надутая жвачка лопнула с характерным звуком. — В любом случае, мнение Кафки важно для него, поэтому тебе не помешало бы сменить ее гнев на милость, что, согласно статистике, сделать практически невозможно. — она реально ведет статистику?Впрочем, зная неугомонность этой девчонки и ее помешательство на всем, что прямо или косвенно связано с современными технологиями, ничего удивительного. — Итак, давай проанализируем наши вводные, — как ни в чем не бывало продолжила Сильвер. — Обиженный и агрессивный Блэйди, настроенная против тебя Кафка, которая очевидно постарается не допустить вашего сближения, немного депрессивный ты и гениальная я. Понимаешь, к чему я веду? Дань Хэн прищурился, поджав губы. Он и раньше понимал подругу только через раз, а в его нынешнем состоянии — разбитый нос и синяк на скуленапоминали о себе электрическими разрядами, пробивающими насквозь виски — все здравые мысли стремительно покидали голову. Девушка в очередной раз страдальчески обратила глаза к потолку. — Ладно, попробуем по-другому. У тебя есть два пути: короткий и быстрый, помогающий обогнуть все препятствия, но не дающий по итогу прохождения ничего ценного и нужного, а также длинный и кровопролитный, ближе к концу которого тебя ожидают два босса с лямом хп, но который ты будешь проходить в коопе с напарником, а в самом конце тебя будет ждать любимая ивентовая лега, о которой ты очень давно мечтал. Какой вариант ты выберешь? — Сильвер приподняла бровь. — Ты сдашься? Зная, что тогда ничего уже не сможет быть, как прежде. Гейм овер. Или ты рискнешь получить то, что так жаждешь? Я дам тебе пять системных минут на раздумья. Похоже, девушка давно смирилась, что он не в состоянии принимать решения сходу. Но она не могла дать ему все ответы — ведь этот выбор был только его. Она могла только показать путь. Мысли путались, как клубок ниток, не давая сложиться во что-то осмысленное. Его взгляд потерялся где-то в пространстве, а в голове крутились сцены, которые он предпочел бы забыть: пустота в глазах Блэйда, холодный прием Кафки, ледяная бездна, которую он чувствовал внутри себя. Двое старых друзей повернули в сторону переполненного университетское кафе. Толчок в спину. Дань Хэн споткнулся, но устоял, одарив виновницу многозначительным взглядом. Сильвер лишь ухмыльнулась и первой протиснулась в шумное помещение. Запах кофе, свежей выпечки и чьего-то острого парфюма тут же заполнил легкие, а общий гул голосов напомнил, что мир продолжает вращаться, даже если кому-то хочется, чтобы он остановился. Дань Хэн невольно скользнул взглядом по лицам студентов, отрешенно беседующих за столиками. Ни одна из их проблем, разговоров или переживаний не имела к нему никакого отношения. Они жили в мире, где не было боли предательства и вечной борьбы с призраками прошлого. — Итак, гений, что теперь? — спросил он, тяжело опускаясь на свободный стул у ближайшего окна. — Теперь ты ешь, — Сильвер, не спрашивая, сделала заказ через терминал и села напротив, вытянув ноги. — Иначе свалишься посреди важного разговора. А мне не хочется тащить тебя на себе. — Важного? — Дань Хэн поднял бровь. — Ты правда думаешь, что сможешь уйти отсюда, не определившись? — она хитро прищурилась. — Я не отпущу тебя, пока не услышу твой ответ. Он медленно обвел ее взглядом. В ее глазах плясали искры — смесь азарта, вызова и чего-то еще, более глубокого. Возможно, это была искренняя забота, замаскированная под равнодушную дерзость. Он задумался. Ответ был очевиден. Но готов ли он произнести его вслух? В этот момент его взгляд зацепился за знакомый силуэт у дальнего столика. Блэйд. И Кафка. Как же мир тесен. Они сидели напротив друг друга, о чем-то разговаривая. Блэйд, как всегда, выглядел холодным и непроницаемым, но в его позе чувствовалось напряжение. Кафка же улыбалась — не весело, скорее, с оттенком скрытого превосходства. — Ну что, сидишь столбом и дальше или все-таки идешь? — пробормотала Сильвер, уловив его взгляд. — Давай-давай, не упусти момент. Прежде чем он успел отказаться, она схватила его за рукав и потащила вглубь кафе. Их приближение не осталось незамеченным. Блэйд поднял глаза, его взгляд был колючим, почти предупреждающим. Кафка, напротив, слегка склонила голову, будто оценивая новую фигуру на шахматной доске. — О, прекрасно выглядишь, — хмыкнула Кафка, разглядывая налившееся синее пятно на лице парня. — Добрый день, — натянуто произнес Дань Хэн, ощущая, как внутри все сжимается. — Можно присесть? Кафка лишь снова усмехнулась. — Ты всегда такой вежливый? Или только когда тебе это выгодно? Он сжал губы. Отличное начало. Серебряный Волк же, будто не заметив напряжения, без зазрения совести плюхнулась на стул рядом с Кафкой и потянула к себе чашку с чем-то карамельно-кремовым. — О, вы заказали то же самое! Считайте, что теперь мы лучшие друзья. Блэйд не сводил с Дань Хэна глаз. Но молчал. — Я… — он попытался собраться с мыслями, но Кафка его перебила: — Если ты хочешь сказать что-то трогательное и душераздирающее, можешь не утруждаться. Мы оба знаем, что это не изменит ровным счетом ничего. Возразить было нечего. Он и сам это понимал. Хотя его и задевала та уверенность, с которой девушка произнесла эти слова. Как много она знала? Тишину прорезал мягкий звон ложечки, которой Кафка размешивала кофе. Сильвер молчала, поедая десерт, будто наблюдала за спектаклем. Блэйд… просто смотрел. Спустя одну минуту и тридцать две секунды — Сильвер не поленилась посчитать — Дань Хэн не выдержал. Он с шумным выходом поднялся. — Кажется… я думал, будто между нами еще остались слова, — сказал он спокойно. — Видимо, я ошибся. Развернувшись, Дань Хэн направился к выходу. Ноги казались налитыми свинцом, но он заставил себя идти, не оглядываясь. Внутри все опустело, словно после затянувшейся бури. Но когда он уже выходил из кафе, спиной почувствовал это. Пронзительный, почти жгучий взгляд, следящий за каждым его движением. Блэйд. Дань Хэн ускорил шаг, чувствуя, как внутри нарастает неприятная тяжесть. Воздух в помещении казался слишком спертым, слишком горячим, слишком наполненным чужими эмоциями, которые не имели к нему никакого отношения.Слишком много всего было слишком. Он вышел на улицу, позволив холодному воздуху ударить в лицо. Грудь стянуло болезненным комком, но он не остановился, направляясь прямиком в общежитие. Дорога казалась бесконечной. Каждое уличное фонарное пятно на асфальте, каждое случайное лицо в толпе студентов — все было размазанным, приглушенным. Он не мог выбросить из головы последний взгляд Блэйда. В нем не было гнева, не было и презрения. Только что-то глубже, что-то, от чего внутри все сжималось в болезненный узел. Добравшись до своей комнаты, Дань Хэн толкнул дверь и облегченно выдохнул. Пусто. Келуса не было. Скорее всего, он опять где-то с Март, и сейчас, на самом деле, это даже к лучшему. Как бы сильно он их обоих ни любил, последнее, чего ему сейчас хотелось — пытаться выглядеть нормально, когда внутри все переворачивалось. Скинув куртку на спинку стула, он сел на кровать, уткнувшись локтями в колени. Пальцы нервно сжали волосы, растрепанные порывами ветра. Глупо было надеяться, что разговор пройдет иначе. Глупо было ожидать чего-то большего. Какой же он дурак. “Ты всегда такой вежливый? Или только когда тебе это выгодно?” Голос Кафки эхом отдался в голове, заставляя раздраженно потереть лицо. Она права. Он пришел туда, сам не зная зачем. Искал оправданий? Успокоения? Иллюзорной надежды, что можно что-то исправить? А Блэйд… Дань Хэн прикрыл глаза, но в темноте перед ним тут же возник этот взгляд. Пронзительный, внимательный. Тяжелый. Ему казалось, что за спиной все еще пылает этот прожигающий насквозь огонь. Тишина комнаты давила, заставляя Дань Хэна нервно постукивать пальцами по колену. Он должен был чем-то занять себя, переключиться, но мысли продолжали кружить в голове, будто сорвавшиеся с поводка. Блэйд смотрел на него. Не с ненавистью, не с презрением или былой яростью, но и не с чем-то теплым. Это был взгляд, от которого невозможно было спрятаться, даже отвернувшись. В нем не было ответа, но было что-то… болезненное. Дань Хэн знал, что от прошлого не убежать. Но раньше казалось, что можно хотя бы не сталкиваться с ним вот так — лицом к лицу, на расстоянии вытянутой руки, где каждый взгляд, каждое слово превращаются в лезвие. Он выдохнул, запрокидывая голову назад. Потолок ничего не предлагал — ни решений, ни подсказок. Только равнодушную пустоту. Телефон на тумбочке коротко завибрировал. Сообщение. Он машинально потянулся, но, увидев отправителя, судорожно вздохнул. Руки замерли. Сильвер Вульф. «Ты хоть понимаешь, что только что был важный квест, а ты его провалил?» Дань Хэн фыркнул, хоть улыбки в этом звуке не было. «Лучше скажи, чего ты вообще этим хотела добиться?» — пальцы быстро набрали ответ, и он не стал дожидаться новой вибрации, а просто уставился в экран, зная, что она все равно что-то напишет. Ответ, как и ожидалось, пришел почти мгновенно. «Я хотела, чтобы ты уже начал действовать, а не вечно убегал. Но ты снова выбрал легкий путь». Он нахмурился. «Не похоже, чтобы этот путь был легким». «Нет? А ты попробуй сделать что-то иначе. Посмотрим, где сложнее». Дань Хэн сжал телефон. Сильвер умела попадать в точку, раздражающе безжалостно, но всегда по делу. Но что он мог сделать? Что-то подсказывало, что ответ он уже знал.