Песнь рубина

      Следующие несколько дней Селестина не выходила из поместья. Поиски записей отца, брата, дневников или каких-то подсказок не давали результатов. Кроме того, ежедневные тренировки изнуряли девушку. Она наняла учителя фехтования, чтобы подтянуть навыки, приобретённые в поместье Амальрик. Если восстание и вправду готовиться в начале июля, то у Селестины осталось меньше месяца, чтобы подготовиться. Она отправила письмо в королевский дворец с просьбой рассмотреть её на пост отца. Ремандт знала, что ей, скорее всего откажут, но должна была попытаться.       Через неделю после бегства герцогини из поместья семьи жениха, Кловис приехал навестить её.       — Тина, я понимаю, — начал говорить Амальрик, после приветствия. — В моём доме ты узнала о смерти брата, там же видела, как умер твой отец, но я прошу тебя. Нет! Я умоляю тебя! Давай вернёмся вместе. Там ты будешь в безопасности.       — От чего мне прятаться, Кловис? Не думаю, что мне что-то угрожает.       — И всё же. Ты не можешь знать наверняка цели убийц. А что если они хотят истребить род Ремандт полностью?       — Кловис…       — Прошу, позволь мне закончить. Я знаю, что наши родители обо всём уже договорились, но я бы хотел сделать это сам, — юноша опустился на одно колено и что-то достал из сюртука. — Селестина де Ремандт, я — герцог Жан Кловис Амальрик, прошу твоей руки, предлагая взамен своё сердце.       Он протянул девушке золотое кольцо, украшенным крупным изумрудом. Герцог улыбался, уверенный в том, что Селестина не откажет.       — Об этом я и хотела с тобой поговорить, — тяжело вздохнула Ремандт. — Эти дни я думала о нас и нашем будущем. Я буду честна с тобой: я никогда тебя не любила, Кловис, я никогда не хотела этого брака. А теперь, когда погибли отец и Филипп, я хочу продолжить род Ремандт, не дать пропасть моему имени.       Амальрик молчал.       — Прости меня, но мой ответ: нет.       В кабинете повисла недолгая пауза. Кловис встал с колена и прошёл к окну. Селестина не видела его лица, но осанка выдавала расстройство герцога.       — Значит вот, что ты решила, — заговорил наконец юноша. — Что же, не смею Вас больше отвлекать, леди Ремандт.       — Кловис, прошу тебя…       Юноша не хотел её слушать и быстро вышел из комнаты. Селестина не пошла за ним. В окне она видела, как он стремительно выбежал из поместья и направился к экипажу. Перед тем, как сесть, он оглянулся и посмотрел на девушку. Его лицо было каменным, но глаза полны боли. Они простояли так несколько секунд, глядя друг на друга, пока Кловис не уехал.       — Всё к лучшему, святоша, — заключил материализовавшийся на софе демон.       — Благосклонность его семьи нам бы пригодилась.       Селестина устало плюхнулась в кресло за столом.       — Надеюсь мне удастся сохранить с ними хотя бы нейтральные отношения.       В дверь постучали. На пороге стоял дворецкий. В его руках были два письма.       — Миледи, Вам пришёл ответ из дворца.       — Спасибо, Саймон, — ответила герцогиня и, видя задержку слуги, добавила:       — Что-то ещё?       Но дворецкий не успел ответить. По коридору раздалось торопливое цоканье каблуков и шуршание платья.       — Тина! — девушка влетела в комнату, бесцеремонно оттолкнув дворецкого. — Как я рада тебя наконец увидеть!       Гостья повисла на шее герцогини.       — Задушишь, Пат, отпусти, — сдавленно взмолилась Селестина.       — Ой! Прости, дорогая, — спохватилась девушка.       — Маркиза Патриция Фабрис решила нанести визит, — изрёк, ошарашенный дворецкий.       -Вижу… Положи письма на стол и принеси нам чай.       Освободившись из хватки подруги и немного переведя дух, Селестина спросила у девушки:       — Почему так внезапно? Что-то случилось?       — Это у тебя что-то случилось! — обиженно ответила Патриция. — Из поместья жениха ты сбежала, даже подругу не известила!       — Ах это… Прости, Пат, я забегалась. Слишком много всего свалилось.       — Я тебя уже простила. Лучше скажи мне: почему я встретила экипаж Кловиса на въезде, а он, по своему обыкновению, даже не остановился со мной поздороваться? У вас что-то случилось?       — Ох, «случилось» — это мягко сказано. Я расторгла с ним помолвку.       Патриция от удивления даже рот раскрыла.       — Это шутка такая?       -Едва ли.       — Ты отказала самому завидному жениху Гильгаллада?! У тебя точно не все дома. И что же, позволь узнать, сподвигло тебя на такую глупость?       Селестина устало вздохнула.       — Я хочу стать главой семьи Ремандт и занять отцовский пост.       Маркиза осела на софу, где ранее сидел Абигор.       — Ради всего святого, Тина… — от упоминания святых сердце Селестины буквально пропустило один удар и девушка не услышала, что сказала ей подруга.       «Абигор,» -мысленно позвала герцогиня, — что это было?» «Это — типичная реакция на обращение к Свету, Богу и прочему,» -отозвался демон, — «Поверь мне на слово, плохо тут не тебе одной»       — Тина, ты меня слушаешь?! — возмутилась Патриция.       — Прости, я задумалась на минутку. Не могла бы ты повторить.       — Я говорю о том, что это всё детские мечты. Едва ли Его Величество разрешит тебе занять такую важную должность, как командующий Тайной канцелярией, просто так. Ты же не готовилась к ней, как твой брат, и, к тому же, ты — женщина.       Последние слова засели где-то в голове Селестины.       — Женщина… Почему-то императрице Ни Шань, это не мешает быть одной из самых могущественных людей в мире. Так почему же я не могу унаследовать пост, передающийся роду Ремандт из поколения в поколение. Потому что женщина? — глаза герцогини полыхали от злости и несправедливости, только сейчас она осознала, как важно для неё добиться желаемого. — На моём столе лежат два письма из дворца. Они пришли ответом на мой запрос о передаче мне отцовского места. Я открою их прямо сейчас, при тебе. И, если обнаружу там отказ, не успокоюсь, пока не получу то, чего так жаждет моё сердце.       Патриция выдохнула:       — Узнаю породу Ремандт. Чего же ты ждёшь? Читай скорее.       Селестина села за стол и вскрыла первый конверт. В нём была какая-то брошюра.       — Ну что там?       — «Для участия в турнире за пост командующего Тайной канцелярией необходимо уведомить Его Величество о Вашем намерении соревноваться за 2 недели до проведения мероприятия…», я не совсем понимаю. Должно быть во втором письме есть какое-то объяснение.       Пока Селестина вскрывала второй конверт, Патриция забрала брошюру и принялась читать.       — «Уважаемая герцогиня Ремандт,» — начала герцогиня. — «Я — Кристиан из династии Алфирин, монарх Великого Гильгаллада, не могу слепо назначить Вас на столь важную должность без проверки Ваших способностей. Как мыслительных, так и физических. Посему я внёс Ваше имя в список участников турнира. Если Вы передумаете, можете просто на него не являться. Всю информацию я отослал Вам в другом письме. Надеюсь Вы поймёте меня…» Дальше он выражает мне соболезнования.       — Боже, — сердце Селестины снова пропустило удар от слов подруги, — верховая езда, фехтование, практическое задание. Я не понимаю, чем тебя не устраивала перспектива выйти замуж и прожить спокойную жизнь?       — Тем, дорогая маркиза Фабрис, что если выходить замуж, то не из личной выгоды, а по любви.       — Да кто же спорит… Вот только влюбиться ты можешь и в простолюдина. И что тогда? Пожертвуешь своим статусом ради любви?       — Как знать, — пожала плечами Селестина.       Патриция закатила глаза, но потом оживилась и добавила:       — Тогда ты позволишь мне немного покрутиться вокруг твоего бывшего жениха?       Девушки рассмеялись.       — Ах! Вспомнила! — воскликнула Патриция. — У меня же новость! Помнишь Константина? Он вернулся около месяца назад из Ирроса и, представь себе, явился навестить сестрёнку только неделю назад.       — Ты поэтому приглашала меня на чай? Хотела устроить сюрприз?       — Если только немножко. Я просто помню, что вы были близки, — Патриция сделала акцент на последнем слове и заговорщически сверкнула глазами. — Он останется у меня на какое-то время, так что…       — Пат, — одёрнула подругу Селестина.       — Я молчу. Но ты приезжай, он будет рад тебя увидеть.       — Ты прости, — прервала маркизу девушка. — Мне надо готовиться к турниру.       — Ты выгоняешь меня?       — Нет, что ты! Просто…       — Да ладно, не оправдывайся, мне всё равно уже пора ехать.