Кровожадный Жнец

Необычное чувство… Вот уже третий месяц работаю в кузнице, и каждый раз удивляюсь всё больше и больше. Как до этих методик додумались вообще? Старинные приёмы обработки металла, передаваемые из поколения в поколение, казались мне одновременно варварскими и невероятно изящными. — Мусор выкинь… И протри все, — проговорил басом старец. Разглядывая помещение, я приметил одно из нужных приспособлений. Вовремя подхватил совок, так как кузнец, наконец-таки, получил пару секунд свободного времени от непрерывной работы с раскалённым металлом. — Слушай, Кузнец-сан, где мне веник найти? — спросил я, стараясь не отвлекать его от важного процесса. Он, не отрывая взгляда от своей заготовки в бурлящей воде, лишь дёрнул головой вверх. В районе его комнаты, значит. Дверь на второй этаж находилась в опасной близости с печкой, потому я поспешил подняться по скрипучим ступеням. В тусклых коридорах ничего не обнаружил и без задней мысли надавил на ручку двери в апартаменты кузнеца. Яркий свет ударил в глаза — просидев в месте, где единственный источник освещения это пара ламп да печь старика, я мог бы ослепнуть и ночью. Проморгавшись, я посмотрел прямиком в глаза фиолетового цвета какой-то девчонки. Красивой, между прочим. Но что-то я засмотрелся, ибо больно странно она осматривает моё лицо. — Эм… Прости, что ворвался, но я это, веник одного кузнеца ищу. Не знаешь, где запрятано? — начал разговор, пройдясь взглядом по ней. Чёрная футболка на размер больше нужного, синеватые шорты с широкими карманами. Чёрные волосы ей по плечи, лицо миловидное, с острыми чертами. Определённо по вкусу. Но вот какие мышцы-то у неё — только от зависти могу давиться. И это, по виду, мы должны быть одногодками… Впрочем, неважно. Слишком уж долго мы любуемся друг другом в неловком молчании. Вдруг пришла мысль: может, это я никогда не замечал этой двери и ворвался в чужие покои? Быстро осмотрел комнату и выдохнул. Зря только пугаюсь. Но веник так и не вижу. Посмотрел по сторонам, заглянул за дверь и уже попытался открыть шкаф — как на одних инстинктах я присел. Над головой пролетела подушка, которая глухо ударилась об стену и потерпела крушение на полу. Повернулся лицом к ней. С сомкнутыми руками на груди, она вальяжно раскинула ноги на быльце кровати. Я на колени опустился не потому, что она принцесса, а больше из-за летящего снаряда мне в ухо… Не решившись высказать это вслух, я, прихватив мягкий предмет быта, направился к выходу. — Подушку верни, — я успел выставить одну ногу из комнаты, как меня остановили. Ха, ещё чего. Я полностью оказался за пределами спальни кузнеца, но интерес о личности этой бойкой девчонки зашкаливал. Вновь встав на месте, я полностью обернулся к ней. Неизвестная уже стоит напротив меня, впрочем, держа нормальную такую дистанцию между нами. Точно знакома со стариком — он настолько же учил отходить от него во время рабочей смены. — Подушку? Зачем мне подушка, леди? Я думал, это ты веник мне подкинула, — она слегка поморщилась от пустого ответа. Слегка перестарался, и вышло слишком тупо. Неспеша, она попятилась к кровати и, согнувшись, принялась что-то искать под ней. Нужный мне инструмент был вытянут, и она сквозь веки посмотрела на меня. Несколько мгновений, и мы вновь сравнялись. В её руках веник из стальных нитей. Я держу мягкую подушку с небольшим пятном от белой стены одной рукой, вторая крепко сжала неровный совок. — Ты первый, — проговорила она своим высоким голоском, протягивая веник. — В торговле нападение на другую сторону никогда хорошим не заканчивается. Так повезло, что сегодня я в настроении, потому просто отдай, что взяла. Думаю, что тогда ты сможешь положить свою голову на мягкую, удобную подушку, использованную столь… — Не виляй, — неизвестная требовательно перебивает меня, выдвигая пустую ладонь вперёд. Посмотрел ей прямиком в глаза. Хм… Только сейчас заметил. Она всегда так на меня смотрела? Реально любуется, притом мной. Я быстро прикрыл свои глаза, от чего-то ощутив смущение. Плохо на меня влияет это личико. Раскрыв свои глаза вновь, я выдавил лёгкую улыбку. — Назовись для начала. Вдруг сбежишь с собственностью самого известного кузнеца этих краёв? — Ты невыносимый… — с этими словами она ловким движением переместилась вперёд, делая выпад в сторону моей части сделки. Я было попытался дёрнуться назад, но девушка оказалась проворнее. Предварительно выхваченная подушка больно влетела мне по лицу. — Ай! Что я сделал-то такого? — потёр я свою щёку. Думаю, пятно будет на пол-лица. Ответа я так и не получил, но боевая девушка передала мне в руки веник. Ладно, покончили и на том. Я махнул ей веником в знак прощания и пошёл дальше. Жаль, что старик такой габаритный — уж больно широкий проём в стене. Так бы не пришлось ловить удар своим красивым лицом. К тому времени, как я проделал операцию по получению недостающего инструмента, кузнеца уже не было видно. Жаль, я планировал более настырно пробиться к нему в роль помощника, а не какого-то мальчика-на-побегушках. Хотелось прикоснуться к настоящему мастерству, а не только подметать опилки. Не знаю, сколько времени я убирался, но я уже слегка устал. Больно много заказов было, старик попросту не имел времени следить за порядком. Что странно, он так и не вернулся. Уж больно значимое это место для него, хоть бы чего-то не случилось. Да и роспись он должен оставить… На грани моего поля зрения мелькнуло движение в темноте. Замираю, задерживаю дыхание. Пробился лучик света сквозь тихо открытую дверь к второму этажу здания, и он также быстро пропал, как только неизвестный проскочил внутрь. Чёрт, делать-то что? Жадно вдыхаю воздух ртом. Теперь остаётся ничего не сбить, грабителя и меня разделяет довольно обширное пространство… Аккуратно перемещаюсь по направлению к печке, предварительно проверяя область впереди своей ногой. Шёл крайне медленно, не шумя. Делаю краткие, но медленные вздохи и выдохи носом, но как только мои пальцы ног задели какую-то неровную поверхность, дыхание слегка сбилось. Постарался расслабить свою правую руку… Вроде пойдёт. Потянулся к выступу. Ладонь мягко упала на каменное покрытие печи. Приподнимаю руку, создавая небольшую прослойку воздуха, и вновь начинаю проводить в случайных направлениях, надеясь наткнуться на какой-либо инструмент старика и его, собственно, не сбить. Мизинец ударился об что-то. Я ощутил, как всё сжалось в груди. Мне резко стало холодно, моя кожа полностью покрылась мурашками, я не мог вдохнуть воздух… Послышалось лёгкое звучание трения деревянной поверхности об неровную текстуру печки. Крепко хватаюсь за ручку неизвестного инструмента и приподнимаю его, поздно примечая то, что я не проверил на наличие чего-то на инструменте, но повезло. Ничего не полетело. Должно быть, это кузнечный молот — тяжёлый, внушительный, способный обуздать самый упрямый металл. Не стал ощупывать стальную часть инструмента, дабы утвердиться в догадке. Приседаю и вжимаюсь к печи, чуть ли не залезая внутрь. Сердце стучит в груди, словно молот по наковальне. Что-то подсказывает, что сегодняшняя ночь для меня в кузнице только начинается. Дверь приоткрылась. Это я понял только по тому, что луч света вновь осветил тонкую линию первого этажа. Я не дышу уже с того момента, как нащупал инструмент… Свет начал становится тоньше, снова бесшумно дверь закрывают. Я пригнулся ещё ниже, слегка опустив одно колено на холодный пол. Луч света пропал. Я вырываюсь вперед на пределах своих физических сил. Заношу все свое тело за плечом и взмахиваю инструментом по диагонали вниз. Моя рука больно ударилась об что-то твердое, по кости пошла вибрация, практически одним махом вышибая инструмент из моей руки. Но я не могу… Нет! Сильнее сжимаю деревянную рукоять. Перемещаю вес на правую ногу которая находится ближе всего к неизвестному, левую сгибаю и быстрым движением пытаюсь ударить по колену. Ударяю ногой вниз по полу, разворачиваюсь торсом ещё правее. По каменному полу кузницы не удобно скользить, но я продолжаю движение левой ногой в сторону, вновь на пределах своих возможностей разворачиваясь влево, следуя за движением ноги. В темноте ничего не вижу, на каких-то инстинктах пытаюсь попасть своим оружием в районе торса грабителя. Тяжелая сталь врезалась в цель, но вместо ожидаемого хруста или мягкого шлепка раздался лишь короткий, гулкий стук. От резкой остановки что-то в моем оружии лязгнуло друг об друга, а по деревянной рукояти в мои руки ударила такая сушилка, что пальцы едва не разжались. В темноте послышался лишь резкий, злой выдох сквозь зубы — из легких неизвестного вышибло воздух, но он даже не упал. — А-арргх! …Невыносимо больно. Я не знаю сколько лежу и корячусь от боли… Чёрт, ребра просто… Воздух… Судорожно вдыхаю, но воздух все никак не проникает в лёгкие. Мои сиплые полувдохи отдаются вспышкой боли в груди. Не могу поднять голову… Мышцы на шее дергаются… Слезы мешают разобрать где и что находится… Я смог приподнять свою голову, все ещё пытаясь восстановить свое дыхание. Глаза лучше свыклись с темнотой, но… — Г-гррх… Я ударился затылком об каменный пол, не в состоянии продержать свою шею согнутой. Лишь мелко я смог разобрать фигуру какого-то широкоплечего мужика. Чувствую, как становится жарко. Слезы начали собираться ещё сильнее у моих глазах… Неужели… Я так и помру?! Слышу чёткий, короткий свист рассекаемого во мраке воздуха. А следом - мерзкий, до тошноты влажный звук. Чавкающий хруст разрываемой плоти, за которым последовал глухой стук металла. Далее какой-то сдавленный, булькающий сип. Не понимаю кто… Кто-то попытался сделать вдох, но я услышал лишь жуткое влажное клокотание, словно кто-то пытался дышать сквозь густую грязь. На мою холодеющую щеку сверху упало несколько неестественно горячих, липких капель. Грузное тело с тяжелым, безвольным стуком рухнуло на каменный пол всего в полуметре от меня. Раздался последний, протяжный мокрый хрип, бульканье крови в пробитом горле, и всё стихло. Паника ударила в голову, я попытался отползти, но тело окончательно перестало меня слушаться. Спазм в легких так и не прошел. Оглушающий звон в ушах стал громче собственных мыслей, жгучая боль в избитых ребрах начала стремительно неметь, уступая место холоду. Тусклые очертания кузницы смазались, и на мое сознание тяжелым, удушающим одеялом резко накатила абсолютная темнота.